Услышав, что Цзун Юэ наконец-то согласилась отправиться на Виллу Вздымающихся Клинков в поисках её брата, Се Чжао пришла в неописуемый восторг.
— Цзун Юэ, Цзун Юэ, ты наконец-то всё поняла! Даже если ты не нравишься моему брату, раз уж он тебе нравится, то, находясь рядом с ним, ты сможешь добиться своего, верно?
Цзун Юэ равнодушно посмотрела на Се Чжао:
— Госпожа Се, я делаю это ради тебя.
— А?
— Я попросила у главы секты разрешения отправиться на Виллу Вздымающихся Клинков лишь для того, чтобы исполнить твоё желание: помешать Молодому главе секты и Фее Цюнхуа сблизиться.
Се Чжао внезапно охватила паника:
— Цзун Юэ, говори прямо, если хочешь что-то сказать, хорошо? Мне от тебя такой становится страшно.
— Хорошо, — спокойно ответила Цзун Юэ. — Раз уж это ради тебя, то все дорожные расходы оплачиваешь ты. Кроме того, это покроет один из моих долгов перед тобой — тот самый духовный меч земного уровня.
Се Чжао: «...»
Се Чжао: — Ты что, согласилась взять меня с собой только ради этого?
Конечно, нет.
Секта Сюаньтянь и Вилла Вздымающихся Клинков находились очень далеко друг от друга. Хотя в Иллюзорном Снежном Мире уровень культивации Цзун Юэ повысился, она достигла лишь стадии Превращения в Божество. Если бы она добиралась одна только на мече, то не успела бы долететь и за полмесяца. Не говоря уже о том, что по прибытии на виллу могли возникнуть неприятности, например, запрет на вход.
Се Чжао была идеальным пропуском.
Цзун Юэ холодно посмотрела на неё:
— Если не хочешь, можешь возвращаться.
Се Чжао ответила:
— Конечно, я хочу...
В конце концов, речь всего лишь о деньгах, духовных камнях и мече — у неё всё это есть.
Она-то согласилась, но вскоре Цзун Юэ пожалела об этом.
— Цзун Юэ, Цзун Юэ, посмотри скорее, сколько здесь людей!
— Цзун Юэ, смотри, они показывают фокусы!
— Цзун Юэ, здесь даже продают себя, чтобы похоронить отца, и это мужчина!
...
Видя, что Се Чжао вот-вот ввяжется в эту историю, Цзун Юэ не выдержала, схватила её за руку и холодно спросила:
— Госпожа Се, раз ты видишь, что он продает себя ради похорон отца, и это совсем не тот случай, когда человек готов стать рабом, — ты собираешься его выкупить? И на ком он женится после этого?
Се Чжао не ответила, лишь пристально смотрела в лицо Цзун Юэ.
— На что ты уставилась?
— Мой отец сказал, что в будущем я должна буду заключить брак по расчету, поэтому не могу просто так давать обещания насчёт своей судьбы.
Цзун Юэ спросила:
— Если ты не можешь разбрасываться обещаниями, то почему я должна?
— Ой.
С большим трудом уговорив Се Чжао пойти дальше, она не успела сделать и пары шагов, как та снова остановилась:
— Цзун Юэ, там прорицатель, у него вывеска — сто предсказаний, сто попаданий.
Цзун Юэ холодно приказала Се Чжао двигаться дальше. Она не верила в судьбу, а в гадателей и прорицателей — тем более. Даже божества из Божественного Мира не посмели бы заявить, что могут вершить или разгадать судьбу, что уж говорить о каком-то обычном шарлатане из мира смертных.
Се Чжао потянула её за руку:
— Ну пойдем, ну пожалуйста!
— Если ты будешь так упрямиться, мы только зря потратим время. Давай сходим один раз, и после этого я больше не буду тебя беспокоить, — сказала Се Чжао.
Цзун Юэ неохотно согласилась.
Как только прорицатель увидел Се Чжао, он тут же принялся расхваливать её судьбу: мол, она рождена для великого богатства и знатности. Сказал, что пока она не совершает опрометчивых поступков, ей суждено всю жизнь жить в роскоши и быть выше обычных культиваторов.
Се Чжао уже начала радоваться, как Цзун Юэ холодно спросила:
— А если она замышляет интриги и убийства, это считается опрометчивым поступком?
Услышав это, Се Чжао разволновалась:
— Цзун Юэ, зачем ты это спрашиваешь?
Цзун Юэ бросила на неё равнодушный взгляд и холодно произнесла:
— Просто вижу, как сильно госпожа Се любит гадать, вот и решила сделать предсказание точнее.
Се Чжао покраснела от досады, но спорить с Цзун Юэ не посмела, лишь сказала прорицателю:
— Мастер, не слушайте её!
К её удивлению, прорицатель, услышав это, сложил пальцы в мудру и вздохнул, подтвердив, что подобные деяния, разумеется, считаются опрометчивыми. Судя по лицу Се Чжао, такие поступки могут навлечь на неё беду и даже затронуть других.
Се Чжао переводила взгляд с него на Цзун Юэ, подозревая, что они заодно, но всё же достала духовные камни:
— Мастер, как мне это исправить? Я дам вам камней, тысячу духовных камней, хватит?
Прорицатель отказался:
— Всё в этом мире предрешено судьбой, и я не возьму денег ни за что, кроме самого гадания. Если вы, заклинательница, действительно хотите изменить свою участь, лучше совершайте больше добрых дел, возможно, это поможет избежать предначертанных бед.
Се Чжао задумалась: за свои двадцать лет она, кажется, вредила только Цзун Юэ. В сердцах она посмотрела на неё:
— Ты что, хочешь меня погубить?
Цзун Юэ слегка улыбнулась:
— Госпожа Се, если бы я хотела тебя убить, я сделала бы это прямо сейчас.
Се Чжао призадумалась — а ведь правда.
— Значит, это всё Цан Яо и Фея Цюнхуа! В прошлый раз из-за тебя я пыталась их подставить.
Чем больше она думала, тем больше убеждалась в своей правоте:
— Мне нужно сказать брату, чтобы держался от них подальше.
Но даже так она не могла смириться. Она шла гадать, чтобы повеселиться, а в итоге из-за слов Цзун Юэ осталась в дурном настроении. Она потянула Цзун Юэ за собой и спросила прорицателя:
— Тогда посмотри её, что скажешь про её лицо?
— Ой, эта заклинательница... У неё поистине странная судьба. С виду жизнь коротка и полна лишений, путь её ведет к гибели, но в этом скрыта какая-то тайна, я даже не могу разглядеть истину, — прорицатель нахмурился. Он только собрался сложить печать, как со второго этажа дома напротив раздался громкий смех: — Ну что за гадания у тебя такие? А я вот вижу, что эта заклинательница обладает несравненным изяществом и отрешенным от мира обликом. С первого взгляда ясно: перед нами та, чья красота может покорить города, человек с судьбой долголетия.
Он спрыгнул со второго этажа и изящно поклонился Цзун Юэ и Се Чжао:
— Я — Сыкун Хань, приветствую вас, почтенные заклинательницы.
Се Чжао оглядела его с ног до головы:
— Ты выглядишь очень знакомо.
Сыкун Хань слегка улыбнулся, собираясь сказать что-нибудь остроумное о судьбоносной встрече, как вдруг услышал холодный голос Цзун Юэ:
— Ещё бы не знакомо. Это же тот самый, кто только что продавал себя ради похорон отца.
Се Чжао: «...» — Как ты вообще догадалась, если разница такая огромная?
Сыкун Хань рассмеялся:
— Я был вынужден. Приехал из Наньцзяна в Чжунчжоу, все духовные камни потратил, а человека, которого ищу, так и не нашел. Решил попробовать трюк, который видел дома — притвориться бедняком, но оказалось, что здесь это вообще не работает. Весь день простоял, и ни одного духовного камня не получил.
Цзун Юэ холодно подметила:
— В Наньцзяне женщины почитаются, а мужчины — нет, там жены берут себе мужей. Но у нас в Чжунчжоу таких обычаев нет, кто тебя купит?
Сыкун Хань просиял:
— Вот оно что!
Закончив, он потянул Цзун Юэ на ту сторону улицы:
— Раз уж вы, заклинательница, просветили меня, позвольте угостить вас чашечкой вина?
Прорицатель тоже ухватился за Цзун Юэ:
— Заклинательница, вы не можете уйти, я ещё не разгадал вашу судьбу.
— Не нужно ничего разгадывать, — Цзун Юэ смахнула их руки и холодно сказала: — Я не верю в судьбу. Какой бы она ни была, я сама проложу свой путь.
Прорицатель хотел что-то сказать, но лишь вздохнул и промолчал.
Цзун Юэ отвела Се Чжао к пункту отправления магических кораблей, выбрала город, ближайший к Вилле Вздымающихся Клинков, и велела Се Чжао заплатить.
Когда они заняли свои места, Се Чжао некоторое время смотрела на её профиль и робко спросила:
— Цзун Юэ, ты злишься? — помолчала и добавила тише: — Я уже не злюсь, чего тебе злиться?
Хотя про того человека сказали, что у него низкая судьба, но ведь и про неё сказали, что она навлекает беды на себя и других.
— Просто очень раздражает, — ответила Цзун Юэ.
Се Чжао: — А?
Цзун Юэ спокойно пояснила:
— Сколько бы я ни старалась, всегда вспоминают моё происхождение. Словно из-за него надо мной можно вечно насмехаться.
Раньше меня пытались унизить, докапываясь до моей истории, а теперь даже гадатель по лицу всё видит. Даже если я стану божеством, я навсегда останусь лишь мелкой заклинательницей из самого низа Малого Мира.
Се Чжао: — А?
Глядя на профиль Цзун Юэ, она не понимала почему, но почувствовала странное желание утешить её. Поколебавшись, Се Чжао произнесла:
— Цзун Юэ, не знаю, стоит ли мне это говорить...
— Что? — Цзун Юэ холодно посмотрела на неё.
Се Чжао поджала ноги и взглянула на белые облака за бортом корабля:
— Хотя я тоже смотрела на тебя свысока, я слышала, как мой брат хвалил тебя. Он говорил, что, хоть ты и независимый практик, твоя сила не уступает его, а мужества и решимости в тебе побольше, чем у любого обычного заклинателя. Он сказал, что если бы ты родилась не независимым практиком, а в знатной семье, как мы, твои достижения в культивации наверняка были бы выше, чем у него.
Я не знаю, что это за уровень — выше, чем у него, но в моих глазах мой брат — самый выдающийся молодой заклинатель в этом мире. Если он сказал, что ты ещё лучше него, значит, ты просто невероятная. И я знаю лучше брата: ты ведь не просто независимый практик.
Будучи заклинательницей из Малого Мира, она легко справлялась с теми, кто пришел из Среднего Мира, и даже спасла её брата из Тайного Царства Семи Звёзд. Хоть её манера угрожать и раздражала, Се Чжао должна была признать: Цзун Юэ — та, кем она сама хотела бы быть.
— К тому же, знатное происхождение не избавляет от проблем, — добавила Се Чжао, боясь, что та не поверит. — Посмотри на меня: я дочь главы секты Сюаньтянь, первой секты в Чжунчжоу, выгляжу как недосягаемая особа, у которой нет причин для забот, верно? Но на самом деле это не так.
В детстве я получила травму, повредившую духовный корень. Как дочь главы секты, я развиваюсь медленнее не то что личных учеников, но даже обычных внутренних. В секте Сюаньтянь полным-полно тех, кто притворно склоняется предо мной, а за спиной насмехается и делает всё наперекор. Даже старшая сестра, которую я считала лучшей подругой, приближалась ко мне только из-за моего статуса. Я ей была совсем не нужна. Только брат по-настоящему добр ко мне и не смотрит на меня свысока.
— Хотя я и смеялась над твоим низким происхождением, ты ведь тоже насмехалась над скоростью моей культивации. Давай считать, что мы квиты, и не будем больше тратить на это нервы, хорошо?
В конце она повернулась к Цзун Юэ. Та долго молчала:
— Зачем ты меня утешаешь?
Се Чжао: «...»
Как на это ответить? Сказать, что внезапно захотелось пожалеть женщину, которая только и делает, что грозится её убить и заставляет давать клятвы сердца, из-за чего она сама себе кажется какой-то мазохисткой?
Се Чжао озарило. Она выпятила грудь и с гордостью произнесла:
— Раз уж тот прорицатель велел мне совершать больше добрых дел, то утешение тебя тоже считается добрым делом на сегодня!
Увидев, что Цзун Юэ молчит, Се Чжао внезапно почувствовала неловкость. Она стала озираться по сторонам и, чтобы занять себя, указала на шумного мальчишку:
— Этот ребенок такой шумный. Если, когда корабль взлетит, он не перестанет, просто выбрось его за борт.
Мальчик услышал её слова, тут же расплакался, надул щеки и уставился на неё, но кричать побоялся. Две слезинки беззвучно катились по его щекам, а сам он продолжал шмыгать носом.
— ... — Цзун Юэ: — Госпожа Се, делай одно доброе дело в день.
— Ну ладно, тогда не буду, — уныло отозвалась Се Чжао.
Цзун Юэ тихо проговорила:
— Госпожа Се, спасибо тебе.
Се Чжао растерянно посмотрела на неё, явно не ожидая благодарности.
Цзун Юэ ответила ровным тоном:
— Я собиралась убить тебя сразу, как только ты станешь мне не нужна, но раз уж ты меня утешила, пока что оставлю в живых.
Се Чжао: — Что значит «пока что»?
Цзун Юэ слегка улыбнулась:
— Если в будущем ты снова меня разозлишь, всё равно придётся убить.
Се Чжао: «...»
Почему она вообще решила утешить эту маньячку?
Когда они добрались до города Гуанцзян, ближайшего к Вилле Вздымающихся Клинков, Се Чжао уже клевала носом от усталости. Цзун Юэ взглянула на неё:
— Давай отдохнем здесь ночь, а завтра отправимся на виллу.
Се Чжао, решив, что той тоже нужен отдых, просто кивнула.
Когда Се Чжао ушла в свою комнату, Цзун Юэ не оборачиваясь, бросила:
— Выходи. Ты идешь за нами весь путь, не устал?
Из темноты вышел Сыкун Хань и с улыбкой поклонился Цзун Юэ. Та равнодушно посмотрела на него:
— Зачем ты преследуешь нас?
Сыкун Хань небрежно усмехнулся:
— А если я скажу, что с первого взгляда влюбился в тебя, заклинательница, и хочу связать с тобой свою жизнь, ты поверишь?
Цзун Юэ обнажила меч:
— Если сможешь победить меня, я, пожалуй, попробую в это поверить.
Сыкун Хань поспешно замахал руками:
— Не стоит, не стоит. Я всего лишь слабый мужчина, мне не одолеть тебя.
Цзун Юэ почувствовала, как к горлу подступил комок — слов не было. Она слышала, что заклинатели Наньцзяна слабее остальных, зато славятся хитростью и непредсказуемостью. Видя, что враждебности в нём нет, она убрала меч:
— У меня нет интереса к любовным делам, если ты хочешь строить отношения, ищи другую.
Сыкун Хань сделал шаг вперед и театрально произнёс:
— А если я всё же отдал своё сердце тебе?
Цзун Юэ с легкой улыбкой, в которой не было тепла, произнесла:
— Тогда я не возражаю, чтобы ты вырезал сердце и показал мне. В конце концов, слухам нельзя верить, только тому, что видишь своими глазами.
— Если вырезать сердце, человек умрет, — Сыкун Хань потер нос. — Раз уж ты не хочешь со мной отношений, настаивать не буду. Но у меня есть просьба.
Цзун Юэ приподняла бровь, давая понять, чтобы он говорил прямо.
— Идя за вами, я слышал, что вы направляетесь на Виллу Вздымающихся Клинков к клану Гу. Признаюсь, я тоже хочу туда попасть, но меня каждый раз не пускает охрана.
Цзун Юэ спокойно ответила:
— Я слышала, что они сейчас нанимают слуг.
— Я слаб здоровьем, не потяну такую работу, — ответил Сыкун Хань. — Я прошу лишь, чтобы та госпожа представила меня как гостя и провела внутрь.
— Ты можешь попросить её сам, — сухо ответила Цзун Юэ.
Сыкун Хань крутил в руках веер:
— Ну, я же сразу понял, что из вас двоих последнее слово за тобой. Если ты согласишься, она обязательно согласится; а если ты против, то её согласие ничего не даст.
Наблюдательность у него была что надо.
— Но почему я должна соглашаться?
— Признаюсь, я тоже умею гадать, — он сунул Цзун Юэ в руку некую бусину. — Как только я увидел тебя, я понял: эта поездка на Виллу Вздымающихся Клинков позволит тебе получить всё, чего ты желаешь.
Цзун Юэ посмотрела на бусину:
— Жемчужина Передачи Духа?
Это был артефакт небесного уровня, способный имитировать любой другой предмет, оставаясь незамеченным.
Цзун Юэ слегка улыбнулась:
— Ты меня убедил.
На следующее утро, проснувшись, Се Чжао обнаружила, что в их компании появился Сыкун Хань.
— Зачем ты согласилась идти с этим непонятным монстром?!
— Госпожа Се, не бросайтесь словами. Почему это я монстр?
— Ты красишься, вот почему!
— Госпожа Се, вы просто не понимаете. Мужчина украшает себя для той, что ему дорога.
— И кто же здесь в тебя влюблен?..
— Я сам. Этого достаточно.
Цзун Юэ нахмурилась:
— Раздражает, замолчите.
— Хорошо, — в один голос ответили они и умолкли.
— Госпожа, — стража виллы, увидев Се Чжао, сразу узнала её и поспешила встретить. — Почему вы здесь?
Се Чжао, явно не раз бывавшая в гостях, как у себя дома, спросила:
— Где мой брат?
— Недалеко от города объявился зверь небесного уровня. Госпожа распорядилась, чтобы Второй молодой господин, Молодой господин, Святая Дева Пэнлая и господин Цан отправились на уничтожение монстра вместе с учениками.
Цзун Юэ охватило недоброе предчувствие. И правда: не успела она войти на территорию, как к ним бросился окровавленный ученик:
— Беда! Доложите госпоже! Второй молодой господин и Молодой господин попали в засаду во время охоты на зверя. Ученики перебиты, а господа схвачены!
Цзун Юэ велела себе сохранять спокойствие — это было вполне ожидаемо. С тех пор как она встретила этого Молодого главу секты, он постоянно находился в смертельной опасности. Что в Тайном Царстве, что в Снежном Мире, а теперь даже в гостях у родни — всюду засады. Что тут скажешь?
Цзун Юэ оставалась невозмутимой, а вот Се Чжао запаниковала и машинально посмотрела на неё:
— Цзун Юэ, что же нам делать?!
Цзун Юэ спокойно ответила:
— А что я могу сделать?
То, что Се И ранен и схвачен, было ей только на руку. Она не любила оставаться в долгу: после того, как в Снежном Мире он без всякой нужды закрыл её собой, она не могла найти повода его убить. А теперь, когда она знала, что Небесный Духовный Камень внутри него, если его убьет зверь, это для неё станет отличным исходом.
Се Чжао воскликнула:
— Ты дважды спасала моего брата!
И теперь, услышав, что брат в опасности, она инстинктивно вспомнила о ней.
Цзун Юэ: «...Случайность».
Бог любит троицу. Она уже ничего не ждала от Се Чжао, с какой стати ей спасать Се И?
Раненый ученик добавил:
— Даже если выдвинуться сейчас, будет поздно. Тот зверь был с крыльями и силой пика небесного уровня. Даже если Святая Дева Пэнлая и господин Цан используют все свои уловки, им не догнать его. Я боюсь, что мы даже тел их не найдем — как нам потом отвечать перед главой виллы и сектой Сюаньтянь?
Цзун Юэ: «...»
Цзун Юэ: — Говори, в каком городе это случилось и где он находится? Я отправлюсь на встречу с Феей Пэнлая.
http://bllate.org/book/21960/2281696
Готово: