Мать Чжоу поставила животные булочки, передала их стоявшему рядом интеллектуальному компьютеру, затем придержала спинку его инвалидного кресла и, катя его к выходу, спросила:
— А в семье тебе не нашли терапевта?
Бай Тянь послушно кивнул:
— Нашел, но я больше времени провожу в школе.
Поэтому толку от этого было немного.
Мать Чжоу вздохнула:
— Тоже верно.
Бай Тянь подхватил ее недавнюю тему и заговорил о еде и различных способах ее приготовления. Мать Чжоу как раз разбиралась в этом; обычно дома Чжоу Чэн и его отец никогда не могли сойтись в разговорах, а теперь появился Бай Тянь — человек, с которым у нее были общие интересы, и вскоре на ее лице снова засияла улыбка.
Они вдвоем, лакомясь домашними десертами, обсуждали, какое блюдо и как лучше приготовить. Настроение матери Чжоу оставалось на высоте, и Бай Тянь, несколько раз намеревавшийся уйти, так и не смог этого произнести. Он решил дождаться возвращения отца Чжоу, показаться ему на глаза и только потом уйти, но никак не ожидал, что у отца Чжоу появятся срочные дела.
Получив сообщение, мать Чжоу изменилась в лице. Вслух она ничего не сказала, но во взгляде читалось явное ожидание — ей очень хотелось, чтобы Бай Тянь остался.
Бай Тянь почти не раздумывал: он ведь пришел сюда, чтобы заработать благосклонность, и остаться было, конечно же, самым лучшим вариантом.
Поэтому он сам предложил остаться и составить компанию матери Чжоу.
Мать Чжоу тут же расплылась в улыбке:
— Иди сначала в душ, я поищу тебе пижаму.
Бай Тянь отозвался согласием и покатил кресло в их ванную комнату. Едва он разделся по пояс, как столкнулся с огромной проблемой: и в школе, и дома ему всегда кто-то помогал принимать ванну, иначе он просто не мог выбраться из кресла. Теперь же... просить об этом мать Чжоу было явно неуместно.
Поразмыслив немного, Бай Тянь решил снова надеться и поискать того интеллектуального компьютера. Однако не успел он натянуть одежду, как дверь ванной снаружи кто-то резко распахнул. Инстинктивно повернув голову, Бай Тянь увидел человека, который не показывался весь сегодняшний день: тот стоял в дверях с комплектом серой пижамы в руках и с улыбкой смотрел на него:
— Нужна помощь?
...
...
(Тяньцзинь)
34. Перерождение никчемного шоу (ABO) <Часть 3>
— Чжоу Чэн! — Хайбао выкрикнуло имя вошедшего с видом крайнего изумления. — Что он здесь делает?
Хотя Бай Тянь тоже был удивлен, его реакция оказалась не столь бурной, и он ответил питомцу:
— Это его дом...
Его присутствие здесь вполне нормально.
— Но разве он не должен быть в школе на сборах?
— Слепое пятно сюжета.
В сюжете упоминалось лишь то, что Чжоу Чэн находится на школьных сборах, но ничего не говорилось о том, возвращается ли он домой. Точно так же, как в сюжете было сказано лишь о том, что Бай Тянь является женихом Чжоу Чэна, но не уточнялось, нанесет ли он визит родителям Чжоу.
Иначе Бай Тянь ни за что не стал бы рисковать и отправляться в логово к Чжоу Чэну, зная, что может столкнуться с ним.
Однако что всё это значит? Даже если они оба мужчины, перед тем как заходить, нужно хотя бы постучать, разве нет? К тому же, для всех остальных Бай Тянь по-прежнему числился омегой.
— В чем дело? — Закрыв дверь и отложив пижаму в сторону, Чжоу Чэн подошел к Бай Тяню вплотную, оперся обеими руками о подлокотники его кресла и, наклонившись, тихо спросил: — Я тебя испугал? Я не со зла, просто подумал, что тебе неуважительно самому открывать дверь.
Бай Тянь торопливо затряс головой:
— Ничего страшного.
— Точно ничего? — голос Чжоу Чэна стал еще мягче, а в глазах плескалась неподдельная забота.
Бай Тянь, оказавшись зажатым между подлокотниками кресла, не мог ни отстраниться, ни увернуться, поэтому ему пришлось запрокинуть голову и выдавить из себя смущенную улыбку:
— Правда всё в порядке, но не мог бы ты не подходить так...
...так близко.
— Я помогу тебе искупаться.
— Нет... Постой... — не успел Бай Тянь договорить, как Чжоу Чэн подхватил его на руки и, осторожно усадив в ванну, тут же сам сбросил верхнюю одежда, опустился на корточки рядом и протянул руку к штанам Бай Тяня.
Бай Тянь вцепился в пояс своих брюк и, покраснев до корней волос, запротестовал:
— Я и сам могу помыться.
Однако хозяин рук, вцепившихся в его штаны, проявил непреклонность:
— Ты мой омега, я обязан о тебе заботиться.
Бай Тянь опустил голову, продолжая судорожно сжимать ткань штанов, а его щеки стали еще багровее, обнажив белоснежную и хрупкую шейку. Он выглядел донельзя застенчивым и растерянным, и в первый момент хотел было сказать, что они еще не состоят в таких отношениях.
Но, подумав, решил, что фраза прозвучит излишне двусмысленно и будет выглядеть так, будто он прямо сейчас напрашивается на метку.
Поэтому он отрезал коротким сопротивлением:
— Я справлюсь сам, не нужно этого.
— Ты действительно сможешь?
Терпение Бай Тяня подходило к концу. Его персонаж был наивным, но вовсе не глупым — неужели он даже в ванную сходить не в состоянии? Однако, столкнувшись с тем, кто, судя по всему, тоже являлся трансмигратором, он не хотел показывать никаких изъянов, а потому был вынужден продолжать опущенным головой тихо возражать:
— В школе я всегда моюсь сам.
— Хорошо.
Собеседник наконец разжал пальцы, отрегулировал температуру воды и вышел. А Бай Тянь еще какое-то время сидел в ванной со все еще пылающим лицом, приходя в себя, и лишь убедившись, что Чжоу Чэн не вернется, стянул штаны и принялся мыться. Жар с его лица не до конца спал даже тогда, когда процедура завершилась, Чжоу Чэн вернулся, помог ему одеться и отнес обратно в постель.
Укрыв его одеялом, Чжоу Чэн просидел в комнате Бай Тяня до тех пор, пока тот окончательно не заснул, и лишь после этого ушел в собственную спальню.
Только тогда паривший рядом Интеллектуальный компьютер неторопливо подплыл к нему:
— Теперь можешь спать спокойно: Бай Тянь, судя по всему, вовсе не тот внезапно ворравшийся трансмигратор.
Только что, когда Чжоу Чэн приносил Бай Тяню пижаму в ванную, в помещение незаметно была заброшена миниатюрная камера. Даже после того как Чжоу Чэн подшутил над ним, парень, оставшись в ванной один, не выдал себя ни единым промахом, так что этот визит, скорее всего, просто выпал из записей оригинального сюжета.
Интеллектуальный компьютер озвучил свои соображения.
Чжоу Чэн покачал головой:
— Я пока не уверен.
Компьютер знал, что он никогда не преуменьшает способности противников — это была хорошая привычка, но беспокоился вовсе не о том, справится ли тот с этим трансмигратором. Вздохнув, Иден попытался его вразумить:
— Я знаю, Яньфэй, ты вечно норовишь разобраться, что не так с твоим телом, но на сей раз я все же советую: если этот второстепенный трансмигратор никак не мешает твоему заданию, лучше его лишний раз не трогать.
— Четвертый раз.
Интеллектуальный компьютер озадаченно переспросил:
— Что четвертый раз?
Чжоу Чэн посмотрел на него и бесстрастно произнес:
— Это уже четвертый раз с момента прибытия в этот мир, когда ты просишь меня не вмешиваться в дела второстепенных трансмиграторов.
Компьютер явно замер на секунду, после чего принялся медленно оправдываться:
— Да всё потому, что в прошлом мире ты запал на другого трансмигратора. Я просто боюсь, что из любви к нему ты пойдешь на поводу у чувств и не сможешь поднять руку на второстепенного персонажа.
— Не пойду.
Интеллектуальный компьютер все равно волновался.
Тогда Чжоу Чэн добавил:
— Видо всего один, к тому же тогда я сам решил отступить, и этого более чем достаточно, чтобы доказать: он не настолько важен, чтобы заставлять меня останавливаться. О чем ты вообще переживаешь?
Компьютер слегка вздохнул с облегчением, и в то же время в нем еще сильнее укрепилось принятое изначально решение ни в коем случае не говорить Чжоу Чэну, что этот случайно затесавшийся второстепенный трансмигратор и есть Видо из прошлого мира.
Проведя ночь в доме Чжоу, на следующий день Бай Тянь вернулся домой.
Мать Бая знала, что он ночевал у Чжоу, и промучилась в тревогах почти всю ночь, страшно боясь, что сущность альфы ее сына будет раскрыта. С самого рассвета она ждала его в гостиной, но едва он переступил порог и она не успела еще задать ни единого вопроса, как отчетливо уловила исходивший от него запах чужих феромонов альфы — ее лицо мгновенно переменилось.
Блокаторы, которые принимал Бай Тянь, обладали определенными побочными эффектами: от него не пахло ни феромонами альфы, ни какими-либо другими половыми признаками вообще. Именно поэтому любые чужие феромоны альфы или омеги приставали к нему с поразительной силой, становясь заметнее в разы и ощущаясь почти как его собственный естественный запах.
Почувствовав аромат альфы, мать Бая сперва испугалась, что сын рассекречен, но тут же сообразила, что это вовсе не его собственный запах, и судорожно вцепилась в него с расспросами:
— Чжоу Чэн что-то с тобой сделал?
Бай Тянь покачал головой и вкратце пересказал всё, что произошло в доме Чжоу, предусмотрительно опустив момент с настойчивыми попытками Чжоу Чэна помочь ему искупаться.
Выслушав его, мать Бая наконец выдохнула и усадила сына рядом:
— Ты прав: раз ты альфа, мы не сможем вечно водить семью Чжоу за нос. Давай сначала наладим с ними хорошие отношения — тогда, даже если твоя истинная сущность всплывет наружу, у нас останется путь к отступлению. Но... — она мягко взъерошила волосы Бай Тяня, — никогда не насилуй себя. Если сынок Чжоу попытается причинить тебе вред, можешь смело раскрывать свою истинную личность, плевать на всё. В мамином сердце никакие связи между нашими семьями не сравнятся с тобой.
Бай Тянь послушно кивнул и, подчиняясь движению матери, прижался щекой к ее плечу.
В тот же день после обеда Бай Тянь вернулся в учебное заведение. Не успел он войти в общежитие, как Гу Яньфэй утащил его в сторону и затараторил:
— Бай Тянь, помнишь, ты говорил, что твоя духовная сила вдвое превосходит силу Чжоу Чэна? Значит, ты точно умеешь управлять мека класса D, да?
Мехи во всех известных человечеству звездных системах подразделяются на семь основных классов: A, B, C, D, E, F и Z.
Класс А — это промышленные мехи, массивные и обладающие огромной мощностью, применяемые преимущественно в сельском хозяйстве, производстве и логистике. Класс B предназначен для повседневных нужд, включая государственное и частное патрулирование, а также оборону. Класс D представляет собой наземные боевые единицы; помимо усовершенствованного вооружения, характерного для класса B, особенности конструкции делают мехи классов C и D куда более маневренными. Классы E и F — это боевые космические крейсеры и истребители, которые в мирное время практически не встречаются на глаза.
Что же до класса Z, то он представляет собой усиленные версии машин классов C и D с увеличенными габаритами и расширенным функционалом, пригодные для использования как на земле, так и в воздухе. К их пилотам предъявляются особые требования, и без специального разрешения Федерации им запрещено даже покидать ангар.
По этой причине в учебных заведениях обычно используют виртуальные мехи, а на реальных полигонах задействуют в лучшем случае машины класса C. Если же Чжоу Чэн заводит речь о классе D, значит, речь идет либо о частных боевых единицах, либо о машинах, обслуживающих коммерческие бои в элитных клубах.
Впрочем, ни о каких личных мехах, ни о коммерческих боях в оригинальном сюжете не было ни слова.
У Бай Тяня зародилось нехорошее предчувствие, но он ответил Гу Яньфэю в том же ключе:
— Умею, но разве в школе не используют только класс C?
— Отлично! — Гу Яньфэй пропустил мимо ушей вторую часть фразы и ласково, по-свойски окликнул его: — Сяотянь...
Дурное предчувствие в груди Бай Тяня лишь усилилось.
Гу Яньфэй ухватил его за руку:
— Вообще-то... мне нужна твоя помощь.
— Говори.
— Понимаешь, я тут задолжал денег одному человеку...
Бай Тянь послушно изобразил на лице тревогу:
— Много?
Гу Яньфэй кивнул:
— Очень много, но я не смею признаться дома. Сам знаешь, я поступил в эту академию только благодаря связям семьи, да и успехи у меня так себе. Если отец узнает, что я влез в такие долги на стороне, он меня прибьет.
— Тогда возьми мои. Сколько ты должен, я помогу тебе...
Не успел Бай Тянь договорить, как Гу Яньфэй поспешно перебил его:
— Деньги не нужны!
А вот и кульминация...
Бай Тянь перевел взгляд на Гу Яньфэя. Тот, привыкший панибратствовать, сейчас явно нервничал, теребил собственный рукав и жутко смущался, но все же выложил то, о чем так просил.
— Не мог бы ты заменить меня и отработать целый месяц в коммерческих боях в клубе Фанлин?
Фанлин... Коммерческие бои...
В оригинальном сюжете Чжоу Чэн ради повышения своих боевых навыков перестал довольствоваться школьными тренировками на мехах и устроился подрабатывать бойцом коммерческих мехов в клуб Фанлин.
Теперь же Гу Яньфэй предлагал Бай Тяню занять его место в этих боях — судя по всему, с расчетом столкнуть его нос к носу с Чжоу Чэном, чтобы привлечь к себе внимание последнего. План, надо сказать, не лишенный изъянов, но вполне рабочий. Только вот о том, что Чжоу Чэн подрабатывает во Фанлине, не знали даже члены его семьи, и нынешний Гу Яньфэй никак не мог владеть такой информацией сам — либо он тоже трансмигратор, либо кто-то из трансмиграторов подсказал ему это.
— Бай Тянь?
Бай Тянь вынырнул из раздумий под голос Гу Яньфэя.
— Нельзя? — Гу Яньфэй нахмурил свои волевые брови, из-за чего его чистые, прозрачные глаза выглядели донельзя жалко и умилительно, заставляя любого отказаться от мысли сказать «нет».
Глядя на него, Бай Тянь мысленно усмехнулся: этот парень вовсе не так безнадежен. Он умело использовал природные данные — неудивительно, что в прошлой жизни он умудрялся крутить Чжоу Чэном как хотел, даже не обладая никакими выдающимися талантами.
Подумав об этом, Бай Тянь перед лицом едва ли не плачущего Гу Яньфэя все же кивнул:
— Я помогу тебе.
Ему и самому безумно хотелось узнать, кто же из трансмиграторов решился нанести первый удар.
...
...
(Тяньцзинь)
35. Перерождение никчемного шоу (ABO) <Часть 4>
?Отрепетировав отгулы после занятий, Бай Тянь вместе с Гу Яньфэем отправился в клуб Фанлин, о котором шла речь.
Гу Яньфэй предупредил владельца клуба заранее, поэтому при виде Бай Тяня тот лишь слегка удивился, но ничего не стал расспрашивать и сразу велел проводить парня на тренировочную арену.
Мехи класса D по своим габаритам мало отличались от машин класса C — около пяти метров в высоту. Однако они были значительно маневреннее, что предъявляло более высокие требования к пилотам; для управления некоторыми из таких машин, как и в случае с классом Z, требовался экипаж из двух человек.
Всего в распоряжении Фанлина имелось десять мехов класса D, модифицированных с учетом специализации каждого пилота. Машина, которую временно выделили новичку Бай Тяню, делала упор на высокую подвижность: она была сравнительно небольшой, несла ограниченный запас энергии и уступала по огневой мощи тяжелым моделям, но зато обладала потрясающей скоростью и великолепной прыгучестью, позволявшей мгновенно оказаться за спиной противника...
В целом Бай Тянь остался доволен и изъявил желание испытать мех в деле.
Это было как раз на руку владельцу. Одно дело — слушать россказни Гу Яньфэя, и совсем другое — верить, что этот худенький паренек с проблемными ногами обладает выдающимся талантом к пилотированию.
— Позовите-ка Птицу.
Ради безопасности личных данных бойцов внутри клуба все использовали кодовые имена, а раздевалки и входы на арену располагались в разных секторах, так что даже работавшие годами бок о бок напарники частенько не имели понятия, кто скрывается под маской коллеги.
Птица был кодовым именем Чжоу Чэна во Фанлине. Он пришел сюда относительно недавно, был молод и страдал от нехватки реального боевого опыта, занимая в клубной табели о рангах позиции чуть ниже средних. По мнению владельца, лучше спарринг-партнера для новичка было не сыскать.
Однако в отличие от рассудительного хозяина, Гу Яньфэй не находил себе места от волнения. Не ожидав, что Бай Тянь так быстро сойдется в бою с Чжоу Чэном, он вцепился в руки парня и принялся напутствовать его снова и снова:
— Постарайся изо всех сил, покажи ему, на что ты способен.
Он должен оставить о себе незабываемое впечатление.
Кивнув и пообещав выложиться по полной, Бай Тянь проследовал в раздевалку вслед за сотрудником клуба.
Гу Яньфэй вместе с владельцем устроились на трибуне. Для защиты зрителей от случайных попаданий ее ограждали прочным защитным стеклом, сквозь которое, впрочем, бойцы на арене не могли разглядеть трибуны.
Подождав немного, Гу Яньфэй увидел, как на поле одновременно появились серебристый мех Бай Тяня и красный мех Чжоу Чэна.
……
Бай Тянь управлял мехами класса C лишь несколько раз во время школьных занятий, а его опыт общения с классом D ограничивался тренировочными симуляторами. Оказавшись в настоящей кабине машины класса D, он прежде всего ощутил, что его физическая форма безнадежно отстает. Управление мехом завязано на синхронизацию нервной системы пилота с центральным процессором: команды головного мозга передаются машине и тут же возвращаются в виде обратной связи на все тело. Если физические кондиции подкачали, долго выдерживать подобные нагрузки невозможно.
Поначалу Бай Тянь за счет высокой маневренности меха и базовых навыков рукопашного боя, заложенных в тело оригинал, еще держал паритет с красной машиной, но спустя примерно десять минут силы иссякли. Продолжение боя грозило серьезными перегрузками, при которых усталость органов чувств начала бы искажать суждения мозга, и на приборной панели уже мигал запрос о безопасном катапультировании.
— Что делать? — поинтересовался Хайбао. И вовсе не потому, что не знал ответа — оно с самого начала понимало, что в нынешнем состоянии Бай Тяню не победить Чжоу Чэна, даже если бы у него хватило выносливости. Проиграть не страшно, но проиграть так быстро — как тогда удастся произвести впечатление на Чжоу Чэна?
— Продолжаем бой!
Едва слова сорвались с губ Бай Тяня, как рисунок его защиты изменился. Маневренность класса D позволяла воспроизводить любые человеческие движения; Бай Тянь отбросил академические основы рукопашного боя, которым учили в школе, переключившись на собственный боевой стиль.
Быстро, точно, безжалостно и абсолютно хаотично. От серии его контратак красный мех, судя по всему, растерялся и замер на месте на добрых несколько секунд.
Ухватившись за этот шанс, Бай Тянь мгновенно переместился за спину противника, аккумулируя энергию для пушки, намереваясь нанести решающий удар.
Но именно в этот момент красный мех резко качнулся в сторону, провел короткий прием захвата, перехватил вторую руку мехи Бай Тяня и подсек его опорную ногу. Оглушенный усталостью и шокированный неожиданным маневром, Бай Тянь не успел увернуться, и его опрокинули на землю прежде, чем энергетическая пушка успела завершить зарядку...
Глядя снизу вверх на красный мех на экране дисплея, Бай Тянь узнал тот самый прием — именно этому короткому захвату он сам когда-то обучал Идена в мире зверолюдов. В момент падения с его губ непроизвольно сорвалось имя:
— Иден?
......
Стоило матчу завершиться, как Чжоу Чэн выскочил из кабины пилота, даже не сняв летный костюм и шлем, и бросился к выходу. Интеллектуальный компьютер семенил следом, безуспешно призывая остановиться, пока парня не преградили дорогу охранники клуба:
— Простите, по правилам клуба запрещено проникать в чужие ангары без разрешения второго бойца.
Тут Чжоу Чэн немного пришел в себя. Он уже понял: пилотом серебристого меха только что был Видо. Пусть он понятия не имел, каким ветром того сюда занесло, в груди пылало исступленное желание увидеть его — хотя бы мельком, издалека. Извинившись перед охранниками, он произнес:
— Это моя ошибка, мы старые знакомые. Можно я подожду его здесь?
— Ну... — переглянувшись, стражи порядка ответили: — Сначала нам нужно спросить согласия у него самого.
Чжоу Чэн с пониманием кивнул:
— Я подожду.
В это же время в ангаре Бай Тяня владелец клуба вместе с каким-то незнакомым парнем вытаскивали его из кабины. Сняв шлем и костюм, Бай Тянь выглядел так, будто только что вынырнул из бассейна — с него ручьями лился пот.
Тот, кто помогал ему выбраться, на ходу утирал полотенцем влагу с его кожи и недовольно бросил:
— У тебя же давным-давно закончились все силы, почему ты не выбрал безопасный выход?
Бай Тянь, все еще забитый мыслями об Идене, рассеянно бросил:
— Не дойдя до конца, как узнаешь, проиграешь ли?
Парень на секунду замер, продолжая вытирать его:
— А ты... а ты интересный тип.
Бай Тянь не понимал, что в нем такого интересного, да и соображать сейчас был способен исключительно мозг, большую часть которого занимал образ Идена. У него не осталось сил на размышления, и, с наслаждением принимая чужую заботу, он завернулся в огромное полотенце и с привычным видом протянул руку, приподняв брови под озадаченным взглядом незнакомца:
— Помоги мне, я хочу сперва принять душ.
http://bllate.org/book/22131/2305808
Готово: