Цзи Цзиньжун чувствовал себя немного неловко, но если бы он стал сопротивляться, стало бы ещё неловче.
Дождавшись, пока он твёрдо встанет на землю, а рука Артура с джентльменской учтивостью отстранится от его поясницы, Цзи Цзиньжун мысленно выдохнул.
Артур произнес: — Когда человек голоден, его нрав обычно портится. В его голосе прозвучало чуть наполовину фальшивое, наполовину искреннее огорчение: — Честно говоря, я немного завидую.
Цзи Цзиньжун чувствовал, как его сердечко то замирало, то колотилось, то замирало, то колотилось.
Тук-тук, бум-бум. Тук-тук, бум-бум.
Что, чёрт возьми, этот парень имеет в виду?
Голова Цзи Цзиньжуна точно не была создана для романтики. Иначе до самой смерти он бы не заметил чувств Вэй Тинцзюня к себе. Но после того, как в прошлом мире они с Вэй Тинцзюнем выложили всё друг другу, Цзи Цзиньжун чувствовал, что его проницательность в этих делах давно возросла!
До того как заметить вспышку гнева Артура, Цзи Цзиньжун неизменно полагал, что Артур хочет переманить его на свою сторону. Причиной тому могло быть признание со стороны Старого Дэвида или его собственное превосходное кулинарное мастерство — во всяком случае, дело точно было не в симпатии к нему самому.
Но если бы речь шла лишь о привлечении в свои ряды, это никак не объясняло недавнего гнева Артура. На самом дне глаз Артура Цзи Цзиньжун заметил нечто очень знакомое — нечто похожее на чувство собственности, но не ограничивающееся им одним...
Хотя во время извинений Артура он уже отбросил эту вероятность, после слов Артура о том, что он немного завидует, сердечко Цзи Цзиньжуна снова подскочило к самому горлу.
Чему завидует Артур?
Цзи Цзиньжун поднял голову и посмотрел на Артура.
Он заметил, что глаза Артура снова стали глубокого серо-голубого оттенка.
Глаза Артура были поистине прекрасны и умели меняться от ледяно-голубого до серо-голубого. Неужели это связано с его настроением?
Цзи Цзиньжун невольно задержал на них взгляд на пару секунд.
Следом он заметил, как глаза Артура постепенно преображаются в прекрасный ледяно-голубой цвет.
Цзи Цзиньжун замер от изумления.
Артур был в прекрасном расположении духа.
По крайней мере, в нем всё еще оставалось что-то способное привлечь Цзи Цзиньжуна.
С улыбкой Артур произнес: — У тебя так много друзей, а у меня — только ты один, поэтому я безумно завидую и готов сделать так, чтобы ты больше не смел отходить от меня ни на шаг.
Артур говорил так непринужденно, ничуть не смущаясь собственной бесстыдности. Цзи Цзиньжун остолбенел от услышанного и произнес: — Послушай, это вовсе не способ обращаться с друзьями...
Артур бесстыдно ответил: — Вот как? У меня не так много друзей, откуда мне знать, правильно это или нет. Он глубоко посмотрел на Цзи Цзиньжуна: — Так что тебе придется учить меня чаще.
Цзи Цзиньжун: — ...
Его предчувствие в прошлый раз не обмануло! Он и впрямь сам выкопал яму и прыгнул в неё!
Цзи Цзиньжун проникновенно и убежденно принялся увещевать: — Обращаясь с другом, необходимо уважать его личность. Мы не можем помыкать человеком под предлогом дружбы и тем более мерить чужие поступки по собственной мерке.
Артур ответил: — Ты абсолютно прав. В его глазах мелькнула улыбка: — Я очень проголодался.
Цзи Цзиньжун: — ...
С первого же слова ясно, что этот тип ничегошеньки не усвоил!
Дружить с власть имущими — это смертельно опасно! Пытаешься говорить с ним о деле — он толкует с тобой о чувствах; только настроишься поговорить о чувствах — он заявляет, что пора заняться делом.
Цзи Цзиньжуну оставалось лишь покорно идти готовить ужин для Артура.
*
В то же самое время.
Герцог Уильям свирепствовал в гневе.
В последнее время дела у него шли из рук вон плохо. Во-первых, он приютил перешедшего на его сторону военачальника Армии Свободы.
Затем этот военачальник выдал ему несколько ключевых опорных пунктов Армии Свободы, и герцог отправил людей разгромить их. Разумеется, они встретили яростное сопротивление!
Это вполне естественно: с момента своего внезапного возвышения Армия Свободы существовала уже по меньшей мере десяток лет, и попытаться расшатать её — значит неминуемо поломать себе кости!
В итоге, понеся потери среди боеспособных подчиненных, герцог Уильям наконец взял под свой контроль эти опорные пункты один за другим.
Что до военных результатов — они оказались весьма богатыми.
Не считая двух укрепрайонов, оказавшихся ловушками, имущество и оружие, вычищенные из большинства баз, привели герцога Уильяма в крайнее удовлетворение. По сравнению с аристократами, славящимися своей роскошью, распутством и транжирством, эти презренные рабы-бунтовщики обычно вели себя экономно, урезали расходы и складывали каждую монету!
О, просто прелесть, поистине великолепно.
Единственное, что омрачало радость герцога Уильяма — один из его ценных подчиненных попал в плен, и вместе с ним были захвачены несколько образцов нового оружия. Хотя он не слишком верил в то, что рабская армия способна скопировать их, на душе всё равно было неспокойно. А что если те подчиненные сломаются под пытками рабской армии и выболтают всё, что знали?
Герцог Уильям созвал отряд смертников и отдал приказ: — Любой ценой догнать тех подлецов, которые похитили генерал-майора Ангуса, и придумать способ уничтожить их!
Это «их», очевидно, включало в себя и «генерал-майора Ангуса». Убивать всегда легче, чем спасать, в конце концов, при расправе не нужно сдерживаться!
Смертники внутренне содрогнулись и отрывисто отрапортовали.
Герцог Уильям с улыбкой велел им немедленно выступать.
Лишь мертвецы умеют безупречно хранить секреты.
Что до гибели Ангуса и остальных, то Бог и новая империя непременно запомнят их подвиг. Разве истинный вояка не обязан проливать кровь и жертвовать собой ради великих государственных целей?
Герцог Уильям сд руки белую перчатку, скомкал её в комок, отбросил в сторону и натянул другую пару новых перчаток.
О, до чего же прекрасны, белоснежны и чисты его руки, словно его собственная возвышенная душа.
В этот момент кто-то доложил: — Ваша светлость, мы нашли след Артура Эрика!
Герцог Уильям улыбнулся: — Прекрасно. Мы немедленно дадим этой крысе понять, что прятать голову в панцирь не так-то просто!
*
Мор в полном унынии прибрел к особняку Артура.
Артур как раз ужинал вместе с Цзи Цзиньжуном, причем для трапезы использовались новые ингредиенты, которые Цзи Цзиньжун купил днем. Со многими из них Цзи Цзиньжун столкнулся впервые, а потому выбирал самые надежные и проверенные способы приготовления.
Даже при этом Цзи Цзиньжун умудрился создать несколько «неудачных» блюд. Пока он пробовал их на вкус прямо на кухне, он уже наполовину наелся, так что порция на его собственной тарелке оказалась совсем небольшой, да и ел он довольно медленно.
Увидев, как гармонично Цзи Цзиньжун сидит за столом рядом с Артуром, Мор почувствовал, как его сердечко со звоном раскололось на тысячи осколков.
Как они могли! Он ведь даже никогда не ужинал с Артуром!
Мор был бесконечно, невыносимо опечален.
Вспышка озарения пронзила Цзи Цзиньжуна, и, подняв глаза, он заметил Мора, стоявшего неподалеку с выражением обиды, грусти и глубокой печали на детском личике.
Цзи Цзиньжун: — ...
У него появилось смутное ощущение, будто он совершил нечто предосудительное.
Раньше говорили: двоюродные братья и сестры — пара небесами дана. А двоюродные братья и братья, судя по всему, звучит примерно так же...
Цзи Цзиньжун легко кашлянул.
Артур проследил за взглядом Цзи Цзиньжуна. Заметив Мора, он холодно бросил: — В чем дело?
Взгляд Мора упал на Цзи Цзиньжуна. Так он и знал, что Артур влюбится в этого человека!
Мор был подавлен. Если бы это произошло до сегодняшнего дня, он бы ни за что не смирился и даже пустил бы в ход любые средства, чтобы выдворить Цзи Цзиньжуна из окружения Артура. Но, поняв, что представляет из себя Цзи Цзиньжун, он с горечью осознал, что тот гораздо зрелее и лучше него самого — и куда больше подходит Артуру.
Со слезами на глазах Мор обратился к Цзи Цзиньжуну: — Т-ты должен хорошо заботиться об Артуре! Выпалив это, он громогласно всхлипнул и, не оглядываясь, бросился бежать.
Цзи Цзиньжун: — ...
Кошки-мышки, да кто-нибудь объяснит ему, что вообще произошло!
*
Артур сохранял полное спокойствие и продолжал трапезу.
Цзи Цзиньжун заметил: — Разве ты не должен был побежать за ним и утешить?
Артур молча расправился с последним кусочком ароматного мяса и произнес: — Я знаю о его чувствах ко мне. Его отец погиб у него на глазах, а затем появился я и спас его. То, что он испытывает ко мне, скорее не любовь, а восхищение и перенос — он перенес чувства к отцу на меня.
Цзи Цзиньжун молча слушал. На самом деле ему было абсолютно, совершенно неинтересно разбираться в чувствах между кузенами!
Артур продолжил: — К тому же, даже если бы это была подлинная влюбленность, я бы всё равно не смог её принять. Чувства должны быть взаимными, верно?
Цзи Цзиньжун кивнул.
Артур добавил: — Вот почему я не даю ему ни малейшего повода. Раз уж я заведомо не собираюсь отвечать взаимностью, то нельзя подавать и капли надежды.
Цзи Цзиньжун согласился: — Верно. Прежде он всегда думал, что Артур совершенно не разбирается в сердечных делах, но теперь виделось, что тот видит насквозь абсолютно всё и понимает куда лучше любого другого.
Впрочем, догадаться стоило гораздо раньше.
Разве мог человек, способный так искусно играть на чужих душах и использовать человеческие слабости, оказаться глуп в подобных вопросах.
Цзи Цзиньжун уже собирался попрощаться и уйти, как услышал чей-то голос: — Ваша светлость, с лордом Мором стряслась беда!
Цзи Цзиньжун нахмурился и поднялся на ноги.
Неужели парень не вынес удара и решил наложить на себя руки?
Артур протянул руку, прижал ладонь Цзи Цзиньжуна к столу и знаком велел не суетиться. На ходу выходя наружу вместе с вестником, он потребовал изложить всё подробно.
Оказалось, что расстроенный Мор только что выбежал наружу и нос к носу столкнулся с ожесточенной смертельной схваткой.
В мгновение ока Мора полоснули кинжалом и взяли в заложники.
Человек, захвативший Мора, был облачен в темно-синюю форму и явно принадлежал к армии герцога Уильяма — к тому же он занимал как минимум чин генерал-майора!
Артур и Цзи Цзиньжун поспешили на место происшествия.
Когда Артур прибыл, большинство людей уже валялось поверженными, в то время как на самом нападавшем не было ни единой царапины, и он надежно удерживал Мора в своих объятиях.
Мор смертельно перепугался. Хотя происхождением он не вышел, но с малых лет следовал за Артуром. В Армии Свободы никто и никогда не смел обращаться с ним грубо, каждый почтительно звал его «молодым господином» или «лордом», и ощущения, когда твоя жизнь зажата в чужих руках, он не испытывал уже очень давно.
Заметив подоспевших Артура и Цзи Цзиньжуна, Мор испытал неловкость. Прошлая слабость и робость мгновенно испарились, он выпрямил спину и выпалил: — Артур, не смей ничего ему обещать! Ни в коем случае не поддавайся на угрозы этого ублюдка!
Цзи Цзиньжун: — ...
Хотя он всегда считал Мора невероятно милым, это уже перебор с наивностью. Сам-то он прокричал геройски, а что делать Артуру? Если тот действительно хладнокровно позволит прикончить единственного кровного родственника у себя под носом, Артуру больше незачем оставаться в здешних краях.
Притворяться безобидным пареньком тоже нужно уметь к месту и вовремя!
Мысленно выругавшись, Цзи Цзиньжун заметил бледность на лице Мора и тут же ощутил глубокий стыд за собственное бессердечие. Он перевел взгляд на Артур, желая узнать, как тот поступит.
Артур произнес: — Отпусти его, он слаб здоровьем, потеря слишком большого количества крови ему ни к чему. В теле Мора зияла дыра, из которой вовсю хлестала кровь.
Цзи Цзиньжун: — ...
Неужели простые слова и впрямь возымеют действие?
К его удивлению, этот генерал-майор и в самом деле отпустил Мора, подняв руки вверх.
Мор: — ...............
Мор перевел взгляд с Артура на Цзи Цзиньжун и в конце концов зашагал в сторону последнего. Пройдя еще пару шагов, его ноги подкосились, и он рухнул прямо на Цзи Цзиньжуна. Цзи Цзиньжун опешил, но тут же рефлекторно подхватил Мора на руки, принявшись осматривать рану на животе.
Слава богу, слава богу, жизненно важные органы не задеты.
Цзи Цзиньжун единым движением подхватил Мора на руки и бросил Артуру: — Я сначала унесу его и обработаю рану.
Мор: — ...
Какого чёрта этот хилый с виду тип может носить его на руках как принцессу!
Артур: — ...
Какого чёрта его двоюродный брат, вечно выказывавший к нему такую любовь, завалился в объятия человека, к которому неравнодушен он сам!
Цзи Цзиньжун совершенно не подозревал о бурных чувствах двоюродных братьев, сменяющих друг друга то вверх, то вниз, и, прижимая Мора к груди, помчался прямиком в лазарет доктора Райана.
*
Артур быстро взял себя в руки и перевел взгляд на дерзкого нарушителя.
От этого незваного гостя исходила мощная, густая жажда убийства.
Было очевидно, что этот человек не раз лично марал руки в крови и прошел через множество битв!
Артур спросил: — Имя?
Незваный гость ответил: — Меня зовут Ангус. Сделав паузу, он добавил: — Ангус Харман.
Зрачки Артура сузились. Он был наслышан об этом генерал-майоре Ангусе: поговаривали, будто из-за отталкивающей внешности тот вечно носит маску, поэтому никто и в глаза не видел его истинного лица.
Сейчас Ангус был без маски.
Лицо Ангуса уж точно нельзя было назвать уродливым, а причиной ношения маски являлась, пожалуй... пожалуй, обычная личная причуда.
В конце концов, этот тип не отличался такой уж ослепительной красотой, ради которой стоило скрываться под маской от чужих восторженных взглядов.
Артур поинтересовался: — Какова цель твоего визита?
Ангус ответил предельно прямо: — Я пришел сдаться Армии Свободы.
Артур: — ...
Только что явился — и сразу взял в заложники человека из Армии Свободы, разве так приходят сдаваться?
Судя по всему, Ангус и сам осознал чрезмерность своих действий. Он поспешил пояснить: — Вообще-то я вовсе не собирался брать его в заложники, я хотел его защитить. Обстановка была опасная, если бы я не подхватил его, парня бы попросту пришили. А потом подоспели ваши люди и неверно истолковали мои намерения. Вы же должны понимать: отпусти я его тогда, я бы попросту не дождался вас.
Артур, разумеется, прекрасно понимал закон чрезвычайных обстоятельств.
Он велел всем опустить оружие. Ангус являлся доверенным лицом герцога Уильяма и выдающимся военачальником, и независимо от того, лжив его переход или искренен, он заслуживал полного уважения.
Улица — неподходящее место для подобных разговоров.
Артур препроводил Ангуса в свой кабинет.
Ангус отдавал себе отчет в том, что Артур не сможет сразу проникнуться к нему доверием. На его месте он бы тоже не поверил первому встречному, заявляющему о переходе на его сторону. Однако грязные методы герцога Уильяма вызывали в нем омерзение; прежде мерзости герцога касались лишь посторонних и никогда не поручались ему лично, поэтому Ангус закрывал на это глаза.
Но в этот раз герцог Уильям отправил Ангуса «принимать» ключевые опорные пункты Армии Свободы. Поначалу всё шло поразительно гладко. Но вскоре Ангус почуял неладное. Возвращаться к герцогу Уильяму для разбирательств было уже поздно, и Ангус принял самостоятельное решение: притворившись пленником, внедриться в тыл врага и во всем разобраться.
Кто бы мог подумать, что незадолго до подхода к вражескому логову его поджидали наемники герцога Уильяма.
Ангус не испытывал к герцогу Уильяму особой преданности — ему просто нравилась дарованная тем власть, да и сам сладкий вкус сражений и войн. Раз уж герцог прислал убийц расправиться с ним, с их прежними отношениями было покончено.
Впрочем, никаких глубоких чувств там и не было.
Отбиваясь и отступая шаг за шагом, Ангус вышел к убежищу Артура. Заманив тех наемников в темный переулок, он собирался уничтожить их одним ударом.
Как вдруг туда угодил этот пухлый ягнёнок.
Хотя Ангус и собрался примкнуть к Армии Свободы, он вовсе не планировал превращаться в послушную шелудивую собаку. Захватив маленького ягненка, он, во-первых, действительно оказался в безвыходном положении, а во-вторых, хотел воспользоваться моментом, чтобы продемонстрировать Армии Свободы свою мощь и показать, чего он стоит!
Закончив объяснения, Ангус сказал Артуру: — Лорд Эрик, я принес с собой свою искренность...
Артур улыбнулся: — Мне крайне интересно послушать.
Стороны провели теплую и дружескую беседу.
Покинув кабинет, Артур пребывал в весьма благодушном настроении. Армия Свободы зарождалась поздно и страдала от нехватки снаряжения, а вот армия герцога Уильяма выглядела совсем иначе — в их руках находилось немало новейшего оружия, снаряжения и технологий, и Ангус с чистой совестью выложил всю подноготную герцога Уильяма, прихватив в придачу рецепт средства от эпидемии...
Медицинская ассоциация в основном уже завершила разработку лечебного состава, а с добавлением профилактического рецепта они действительно смогут спать спокойно.
Не теряя бдительности, Артур приказал передать доставленный Ангусом рецепт в Медицинскую ассоциацию с просьбой к фармацевтам срочно изготовить и тщательно изучить его; если всё в порядке, следует немедленно сварить первую партию, чтобы не допустить повторения методов герцога Уильяма, когда то же самое проделали с армией и столицей империи...
Безумцы лишены рассудка.
*
Разобравшись со всеми делами, Артур направился проведать Мора.
Тот уже очнулся и как раз разговаривал с Цзи Цзиньжуном: — Ступай уже назад, мне не нужно, чтобы ты сидел со мной.
Цзи Цзиньжун протянул «а-а» и продолжил листать книгу дальше. Чёрт побери, это же были медицинские записки доктора Райана и его наставника, сплошь исписанные реальными клиническими случаями — в другом месте такую роскошь ни за что не купишь!
Мор: — ...
Да этот тип просто пришел сюда почитать, какая к черту забота!
Мор проворчал: — Я вовсе не нарочно свалился на тебя.
Зная, что Мор чувствует себя одиноким и жаждет поболтать, Цзи Цзиньжун отозвался: — А я и не говорил, будто ты свалился на меня нарочно. Я прекрасно понимаю, почему ты не упал на Артура: ты знал, что у него куча дел, и если бы он сам стал ухаживать за тобой, это помешало бы серьезной работе. Искренне похвалил он: — Ты у нас умный и рассудительный парень.
Услышав последнюю фразу Цзи Цзиньжуна, Мор аж покраснел от злости. Что за тон?! Этот тип ведь даже младше его на несколько лет! Откуда в нем эта манера сюсюкать, как с ребенком!
Мор возмутился: — Сам ты ребенок!
Застенчиво улыбнувшись, Цзи Цзиньжун подтвердил: — Верно, я еще ребенок.
Мор: — ...............
Заметив, что Цзи Цзиньжун вновь с головой ушел в изучение медицинских записей, Мор не удержался от ворчания: — И с чего это Артуру вдруг понравился такой тип, как ты.
Цзи Цзиньжун придержал ладонью страницы книги и произнес: — Ты всё не так понял, у нас с Артуром вовсе не то...
Мор фыркнул: — Кому ты врешь! Артур никогда и никого к себе так близко не подпускал! Артур никогда ни с кем не трапезничал вместе! Артур терпеть не может чужих прикосновений, а сегодня сам взял тебя за руку! И я рухнул на тебя не из-за каких-то там высших соображений, а потому что боялся, будто он меня просто оттолкнет! К концу фразы глаза Мора покраснели, и вид у него сделался донельзя жалким.
Цзи Цзиньжун остолбенел от услышанного.
Артур ненавидит прикосновения?
В этот момент дверь распахнулась, и в комнату вошел Артур.
Окинув взглядом раскрасневшееся от волнения лицо Мора, он бросил: — Отдыхай.
Мор, только что так яростно изливавший душу, вмиг лишился возможности вымолвить хоть слово. Глядя на спокойное, невозмутимое лицо Артура, он многое осознал.
Оказывается, Артур вовсе не был в неведении — он знал всё с самого начала.
К собственному удивлению, Мор обнаружил, что не чувствует той страшной боли, которую воображал.
Его охватило легкое замешательство.
При мысли о том, что «Цзи Цзиньжун и Артур вместе», помимо легкой зависти, он не ощутил раздирающей сердце боли, к которой готовился заранее.
Неужели его чувства к Артуру на самом деле не были любовью?
Мор растерянно кивнул Артуру.
Артур перевел взгляд на Цзи Цзиньжуна.
Цзи Цзиньжун поднялся со стула и вышел следом за Артуром.
*
Слова, выкрикнутые Мором в сердцах, окончательно порвали ту тонкую бумагу, что разделяла их.
Цзи Цзиньжун и сам уже догадывался о многом, а после тирады Мора и вовсе уяснил всё до конца.
http://bllate.org/book/22178/2310796
Готово:
