Цзи Цзиньжун тихо шёл позади Артура.
Артур заговорил:
— Раньше я никогда не думал, что смогу полюбить кого-то.
Цзи Цзиньжун посмотрел на прямую спину Артура.
Артур продолжил:
— До сих пор мне казалось, что у меня нет будущего. Хотя в моих руках находится Армия Свободы, это не моя личная собственность. Напротив, это моя обязанность.
Он обернулся и пристально посмотрел на Цзи Цзиньжуна. В лунном свете черты лица Цзи Цзиньжуна казались очень мягкими и едва заметно сияли. Артур произнёс:
— Как такой человек, как я, может иметь право любить кого-то? Я ничего не могу дать другому человеку и лишь подвергну его опасности, не позволив прожить и полдня в спокойствии.
Цзи Цзиньжун промолчал.
Артур сказал:
— Пока я не встретил тебя. После встречи с тобой я понял, что любовь неподвластна контролю. Ещё до того, как я осознал, какие чувства бурлят в моём сердце, я уже полюбил тебя.
Цзи Цзиньжун: «……»
Цзи Цзиньжун произнёс:
— Мы знакомы меньше половины месяца.
Артур ответил:
— Иногда достаточно всего одного взгляда.
Цзи Цзиньжун сказал:
— У меня есть любимый человек.
Он никогда не давал клятв Вэй Тинцзюню, но за обе свои прошлые жизни по-настоящему признавал лишь одного Вэй Тинцзюня.
Артур возразил:
— Ты расстался с ним очень давно, и, возможно, ты даже не узнал бы его — быть может, сейчас у него уже есть жена и дети, или он даже погиб от вражеского меча.
Цзи Цзиньжун смог лишь ответить:
— Прости.
Цвет глаз Артура постепенно стал пепельным. Он произнёс:
— Я понял.
Его тон был искренним:
— Я никогда не стану тебя принуждать.
Цзи Цзиньжун вздохнул с облегчением.
*
На следующий день Цзи Цзиньжун так и не смог отправиться вместе с доктором Райаном и остальными в лагерь беженцев.
Потому что он был занят переездом.
Если говорить точнее — переселением в другой дом.
Управляющий, судя по всему, получил указания от Артура, поэтому для них подготовили отдельный небольшой дворик, комнат в котором хватало на каждого из трёх человек. Наверное, опасаясь, что он откажется, управляющий пояснил:
— А-Цзи, сейчас ты фактически главный повар, а главномуповару полагается жить в таком месте.
Цзи Цзиньжун не стал отвергать это доброе предложение, ведь жить так, как раньше, действительно было неудобно. Сам он ещё кое-как мог потерпеть, но Каролин — девочка! Он изначально планировал получить жалованье за первый же месяц и найти место, чтобы съехать.
Каролин и Старый Роберт ничего не знали об отношениях Цзи Цзиньжуна и Артура и воспринимали это лишь как привилегию, положенную Цзи Цзиньжуну за официальный переход на сторону Артура.
Раз уж он стал штатным сотрудником, то и стандарты жилья вполне могли улучшиться!
Цзи Цзиньжун не стал вдаваться с ними в долгие объяснения.
Если бы Старый Роберт узнал, что Артур положил глаз на его маленького господина, то, пожалуй, тут же схватил бы его и увлёк за собой.
Цзи Цзиньжун, конечно, тоже хотел уйти, но куда они могли податься в это смутное время?
Не стоит забывать, что он всё ещё оставался «императором на пять дней». Пусть он пробыл на троне всего пять дней и не успел насладиться никакими императорскими привилегиями, участь человека, которого поймают, вряд ли окажется завидной.
Либо смерть, либо участь хуже смерти.
К тому же, хотя Артур выражался очень благородно, мужским словам верить нельзя категорически. Кто знает, стоило бы ему только заикнуться об уходе, как Артур тут же нашёл бы повод взять его под стражу.
Тогда он действительно превратился бы в рыбу и мясо на чуткой разделочной доске, оставшись лишь на милость палача!
Тяжело приходится!
Закончив переезд и помогая Каролин с генеральной уборкой, Цзи Цзиньжун отправился на кухню, чтобы продолжить эксперименты с приготовлением новых ингредиентов.
Настроение было не самым лучшим, и ему слегка хотелось добавить в порцию Артура немного порошка коптиса китайского...
Коптис и всё прочее отлично очищают от жара и сырости, выводят огонь и нейтрализуют яды — пользы от него огромная масса, а эффект просто великолепный.
Цзи Цзиньжун обладал достаточной силой воли, поэтому в конце концов так и не претворил свой замысел в жизнь. Как бы то ни было, пока Артур не нарушил своего слова, он оставался вполне хорошим лидером и прекрасным управляющим. Его аппетит — это не просто чей-то каприз: если он начнёт плохо есть, скверно спать и утратит душевные силы, а люди герцога Уильяма в этот самый момент пойдут в атаку, то они вполне могут пострадать вместе с ним...
Чтобы не быть убитым тем безумным герцогом, лучше всё-таки исправно готовить для Артура.
*
Цзи Цзиньжун больше не ходил обедать вместе с Артуром.
Он полностью разделял подход Артура: раз не можешь дать ответа, не стоит давать человеку и малейшей надежды.
Однако посланный с обедом человек вернулся очень быстро и доложил Цзи Цзиньжуну:
— Господин сказал, что у него нет аппетита.
Цзи Цзиньжун: «……»
Какого чёрта?!
Поразмыслив так и эдак, Цзи Цзиньжун всё же подхватил обед и отправился искать Артура. Пусть даже романтические отношения у них не клеятся, нельзя же морить себя голодом, верно? Нельзя же вести себя так инфантильно и устраивать подобные истерики!
Когда Цзи Цзиньжун постучал в дверь кабинета, там как раз находился генерал-майор Ангус, перешедший на сторону Армии Свободы.
Столкнувшись лицом к лицу, генерал-майор замер, и Цзи Цзиньжун тоже остолбенел.
Этот генерал-майор казался до боли знакомым!
Да это же виконт Корен!
Обычный виконт, разумеется, не мог надолго запечатлеться в памяти Ангуса. На его счету было несколько графов, отправленных на тот свет, так стоило ли упоминать какого-то виконта? Ангус запомнил Цзи Цзиньжуна лишь потому, что этот самый «виконт Корен» был марионеточным императором, которого выставили вперёд в качестве козла отпущения!
Ангус был первым, кто ворвался в Крепость Хэло. Увидев учинённую там бойню, Ангус утратил всякое желание продолжать массовую резню, поэтому, заметив бежавших из императорского города господина и слугу, преследовать их он не стал.
Всего лишь марионетка, не способная поднять бурю.
Разумеется, Ангус руководствовался вовсе не мягкосердечием. На самом деле к тому моменту он уже питал некоторое недовольство герцогом Уильямом, и намеренный отпуск императорской четы совершил лишь для того, чтобы подпортить герцогу кровь.
Если бы «великое дело» герцога Уильяма шло гладко во всём, зачем бы ему вообще понадобились такие люди, как они?
В конце концов, следующими умерли бы они сами.
Кто бы мог подумать, что спасённый им император окажется среди бойцов Армии Свободы!
Ангус восхищённо произнёс:
— А у вашего превосходительства изощрённые методы!
Сердце Артура пропустило удар.
Он осознал, что у Цзи Цзиньжуна есть тайна, и Ангус прекрасно знает, в чём она заключается.
Артур ничего не ответил, лишь молча глядя на Цзи Цзиньжуна.
Цзи Цзиньжун хранил молчание и тоже не произнёс ни единого слова. Что станет делать Артур, узнав его истинное лицо? Не воспользуется ли этим как предлогом, чтобы вполне законно заключить его под стражу? И дело вовсе не в пессимизме Цзи Цзиньжуна — просто он слишком часто видел подобное.
Боль под видом любви, порабощение во имя любви — всего этого он повидал с избытком.
Артур никогда не отличался мягкосердечностью: станет ли он проявлять снисхождение к «императору», который скрыл своё происхождение и проник в Армию Свободы, лишь из-за мимолётной «любви», родившейся за несколько дней? Окажись на его месте сам Цзи Цзиньжун, он бы тоже не дрогнул.
Цзи Цзиньжун тихо стоял на прежнем месте.
Глаза Артура постепенно приобретали серо-голубой оттенок.
Ангус наконец сообразил, что атмосфера затянулась странным молчанием. Неужели Артур и впрямь не знал, кто такой Цзи Цзиньжун? Сам Артур Эрик, которого все превозносили до небес, пригрел у себя человека с сомнительным прошлым? Должно быть, разум Артура Эрика чем-то затмило!
Ангус произнёс:
— Кажется, навыки маскировки Вашего Величества поистине великолепны, раз вам удалось обвести вокруг пальца самого лорда Эрика.
Подчинение лидера рабов (Часть XI)
Мёртвая, мёртвая, гробовая тишина.
До сих пор Цзи Цзиньжун считал Артура лишь человеком с большими амбициями. К тому же все вокруг обращались к нему исключительно «ваше превосходительство» и лишь Мор звал его по имени — Артур. Поэтому, услышав это имя впервые, Цзи Цзиньжун поспешил сделать вывод, что Артур — один из военачальников Армии Свободы.
Услышав, как Ангус произнёс титул лорд Эрик, Цзи Цзиньжун в тот же миг осознал истинную личность Артура. Как он мог забыть, что близкие люди обращаются друг к другу по личным именам, а не по фамилиям?
Полное имя Артура должно было звучать как Артур Эрик! И это был именно тот «лидер Эрик», встретиться с которым он так рассчитывал с помощью самого Артура...
В глазах Цзи Цзиньжуна застыло полнейшее замешательство. Он всегда верил, что при встрече с лидером Эриком или герцогом Уильямом непременно сумеет узнать, является ли тот Вэй Тинцзюнем. Но в этот самый момент Артур Эрик стоял прямо перед ним, а он оказался абсолютно не в силах различить правду. Цзи Цзиньжун неизменно считал, что вовсе не создан для роли «возлюбленного».
Как поступит Артур, когда узнает о его происхождении?
Цзи Цзиньжун наконец взял себя в руки. Он тихо смотрел на Артура, ожидая, пока тот заговорит.
Артур наконец обрёл голос:
— Ангус, ступай.
Ангус подчинился приказу. Выйдя из кабинета, он лишь тогда позволил себе перевести дыхание. Только что аура Артура была настолько жуткой, что казалось, будто всю комнату сковало ледяным холодом. Раньше он думал, что разница в силе между ним и Артуром не так уж велика, но в этот миг отчётливо понял, насколько чудовищной мощью тот обладает.
Произнося фразу про изощрённые методы лорда, Ангус полагал, что Артур намерен взять императора под жёсткий контроль, чтобы в дальнейшем подчинить себе остальные группировки и полностью объединить армию рабов с аристократами — кто бы знал, что он всё понял в корне неверно!
Ангус вспомнил вчерашнюю встречу с Артуром: тогда Цзи Цзиньжун неотступно следовал за ним, и со стороны они казались людьми весьма близкими друг другу. Разве мог такой человек, как Артур Эрик, вообще испытывать какие-то чувства к кому-либо?
Подобная глупость...
Ангус бросил взгляд на дверь кабинета Артура и зашагал прочь широким шагом. Впрочем, вчерашний пушистый барашек казался неплох собой и явно водил знакомство с самим Артуром Эриком, так что стоило бы зайти извиниться перед ним, заодно немного поддразнив этого паренька. В конце концов, на ощупь он был весьма приятен, с невероятно тонкой талией и упругими ягодицами...
Однообразная и пресная жизнь нуждалась хоть в каком-то разнообразии!
*
В кабинете Артур и Цзи Цзиньжун молча смотрели друг на друга.
Спустя долгое время Артур наконец нарушил молчание:
— Ваше Величество Корен, вы поистине умеете меня удивлять.
Цзи Цзиньжун не стал уклоняться от ответа:
— Вы тоже немало удивили меня, лорд Эрик.
Артур сжал кулаки. Действительно, за всё это время у него было множество возможностей раскрыть Цзи Цзиньжуну свою истинную личность. Однако, стремясь сблизиться с ним и не желая выдавать местонахождение Эрика, он так и не признался.
Если подумать, Цзи Цзиньжун имел точно такое же право скрывать правду. Пока он жаждал выжить, он не стал бы болтать о своём происхождении налево и направо — тем более что Цзи Цзиньжун пробыл на троне всего пять дней и едва не погиб от рук мятежников, с чего бы ему испытывать привязанность к такому титулу?
У каждого из них были веские причины скрывать себя. В конце концов, они ещё не успели проникнуть в сердца друг друга и обрести абсолютное доверие.
Артур внезапно вспомнил об одной детали.
Раз уж Цзи Цзиньжун носит вовсе не фамилию Роберт, то откуда тогда взялись Каролин со Старым Робертом? Неужели они действительно приходятся ему дедушкой и младшей сестрой? При мысли о той близости, с какой Цзи Цзиньжун держался рядом с Каролин, в груди Артура вспыхнуло яростное пламя. Он поднялся с места и в упор посмотрел в немигающие глаза Цзи Цзиньжуна:
— Кейл Роберт ведь не твоя сестра, верно?
Кейл Роберт было псевдонимом, которым пользовалась Каролин.
Цзи Цзиньжун не ожидал, что разговор свернёт в эту сторону. Не сразу сообразив, в чём дело, он на секунду замер, а затем ответил:
— Нет.
Артур резко схватил Цзи Цзиньжуна за запястье.
Цзи Цзиньжую показалось, будто место, к которому прикоснулась чужая рука, объято пламенем. Его сердце заколотилось с бешеной силой, вызвав странное, смутное чувство вины:
— З-зачем ты вдруг спрашиваешь об этом?
Вместо ответа Артур задал встречный вопрос:
— Кем она тебе приходится?
Стоило ему вспомнить, как Цзи Цзиньжун и Каролин скакали верхом на одной лошади, как они делили на двоих одну комнату и сколь много было между ними близких жестов, как внутри всё закипало от желания уничтожить ту девчонку.
Цзи Цзиньжун откровенно растерялся.
Что это значит? Разве их беседа не должна была крутиться вокруг его «высокого происхождения»? Почему Артур вместо этого заводит разговор о каких-то второстепенных вещах?
Неужели его отношения с Каролин имеют столь колоссальное значение!
Цзи Цзиньжун произнёс:
— Каролин — дочь дедушки Роберта. Дедушка Роберт был моим старым слугой, и он вырастил меня. Когда люди герцога Уильяма захватили Крепость Хэло, дедушка Роберт и Каролин помогли мне бежать. Всё это время я был без сознания, и на протяжении всего пути они защищали меня.
Его голос звучал серьёзно:
— Когда я очнулся, то решил раз и навсегда считать их своими самыми близкими людьми.
В такую эпоху даже кровные родственники запросто предавали и изгоняли друг друга. Слуга, способный преданно защищать своего господина на всём пути побега, был редчайшим исключением в этом жестоком мире.
Вспомнив об этом, Цзи Цзиньжун выпрямил спину. Да, у него всё ещё оставались двое близких людей, и он не мог сидеть сложа руки. За многие вещи в этой жизни приходилось бороться самостоятельно!
Цзи Цзиньжун сказал:
— Если ты ненавидишь моё происхождение или мою ложь, мне нечего возразить. Я не выбирал, кем родиться, а скрывался лишь потому, что хотел выжить — выжить, чтобы исполнить то, ради чего я пришёл в этот мир.
Артур протянул руку, сжал затылок Цзи Цзиньжуна и заставил того запрокинуть голову, заглядывая прямо в глаза.
Цзи Цзиньжун чувствовал, как в этих тёмно-синих глазах зарождается настоящий шторм.
Артур произнёс:
— Например, чтобы отыскать твоего так называемого любимого человека?
Цзи Цзиньжун слегка закусил губу и высвободил запястье из хватки Артура.
Но Артур тут же с силой притянул его к себе, заключая в объятия.
Цзи Цзиньжун выдохнул:
— Артур!
Руки Артура, подобные несокрушимой крепостной стене, накрепко заперли его в кольце:
— Тебе всего шестнадцать, и вы расстались много лет назад. Выходит, когда вы познакомились, вам не было и десяти. Неужели чувства, зародившиеся в столь юном возрасте, могут быть настолько глубокими? — Неужели настолько, чтобы ты смел называть его своим «возлюбленным»?
Артур чувствовал, как ревность грызёт его изнутри. Он ревновал к этому доктору Райану, ревновал к Каролин и ещё сильнее ненавидел того «возлюбленного», который целиком завладел сердцем Цзи Цзиньжуна.
Цзи Цзиньжун ответил:
— Ты ведь сам говорил: порой достаточно всего одного взгляда.
Артур почувствовал горечь. Юноша, которого он полюбил, был до безумия умён и всякий раз возвращал ему его же собственные слова. Да, порой хватает одного взгляда, но тот человек, в котором он безоговорочно признал свою судьбу, выбрал вовсе не его.
Даже зная, что перед ним Артур Эрик, даже понимая, что в его власти вершить его судьбу и лишать жизни, юноша, которого он полюбил, оставался непреклонен в верности своему избраннику.
Артур разжал объятия:
— Ты ведь не испытываешь ко мне отвращения, верно? Если бы не тот человек, полюбил бы ты меня?
Цзи Цзиньжун замолчал. Об этом он никогда раньше не задумывался. Способен ли он вообще кого-то полюбить? По правде говоря, Цзи Цзиньжуну было легко проникнуться симпатией к людям: ему нравилась чужая жизнерадостность, нравился чей-то пыл, элегантность или острый ум...
Раньше он любил каждого, кто попадался на его пути, ведь для него было огромным, невероятным счастьем, когда кто-то заглядывал к нему в больничную палату. Пусть ему, возможно, было не суждено увидеть мир за стенами больницы, но даже слушая чужие восторженные рассказы, он уже чувствовал себя счастливым.
Для него каждый человек был прекрасен. Пусть у каждого находились свои недостатки, пусть они порой забывали о данной ему, прикованному к постели человеку, клятве — людей, которых ему доводилось встречать на жизненном пути, было так мало, что каждый казался бесценным сокровищем.
А затем у него появился шанс начать новую жизнь. Только вот мир вокруг оказался совсем не Великой Чжоу, а чередой чуждых эпох.
Он всё так же дорожил теми, кого встречал, и по-прежнему испытывал симпатию ко многим.
Но был ли он способен по-настоящему полюбить кого-то?
Прежде Вэй Тинцзюнь не придавал этому никакого значения.
Вэй Тинцзюнь всегда говорил, что само их воссоединение — уже величайшая милость небес.
Но теперь, когда Вэй Тинцзюнь абсолютно ничего не помнит, сможет ли он, полагаясь лишь на собственные силы, отыскать и узнать его?
Цзи Цзиньжун произнёс:
— Я не знаю.
Артур заметил тоску, мелькнувшую во взгляде юноши. Точно такое же выражение лица было у Цзи Цзиньжуна и в прошлый раз, когда зашла речь о «том человеке». Самообвинение, тревога, боль...
Артур сказал:
— Тогда оставайся в Армии Свободы. Пока я руковожу ею, с твоей головы не упадет ни единого волоса.
Он опустился на одно колено, взял руку Цзи Цзиньжуна и легко коснулся губами тыльной стороны его ладони:
— Клянусь честью Артура Эрика: тот, кто посмеет причинить тебе вред, сможет сделать это лишь перешагнув через мой труп.
Сердце Цзи Цзиньжуна слегка затрепетало. Эта сцена показалась ему до боли знакомой — настолько, что сердце забилось вдвое быстрее. Пусть волосы были другого цвета, глаза — иными, а нос, губы и уши принадлежали совершенно другому человеку, в этот момент Артур медленно сливался с множеством туманных силуэтов, хранившихся в памяти.
Вэй Тинцзюнь говорил, что пока он сам против, у самих «небес» нет способа разлучить их. Ведь в каждом из миров он клялся собственной душой хранить верность лишь одному человеку — когда чья-то вера поднимается выше пределов, доступных вмешательству главного процессора, тот абсолютно бессилен что-либо сделать!
Стоило Артуру произнести клятву, как в голове Цзи Цзиньжуна всплыло бесчисленное множество картин. Под сенью снежных гор, у подножий вулканов, посреди океанов и густых лесов, в глубинах пустынь, среди бескрайнего звёздного неба и на полях сражений, где гремели взрывы — в каких бы суровых условиях они ни оказывались, всегда возникала эта прямая, непоколебимая фигура.
Этот человек снова и снова приносил клятву ценой собственной жизни оставаться верным лишь одному-единственному человеку и никогда не сдаваться в ожидании дня их встречи...
В конце концов все эти разрозненные силуэты слились в единый образ —
Тогда, когда он сам ещё ничего не ведал, тот в одиночку прошёл сквозь миры ради их воссоединения...
Пусть он всё забыл, пусть стёрлась даже затаённая в сердце боль, но стоило им встретиться вновь, как он без колебаний преподнёс ему самую чистую верность и любовь.
Цзи Цзиньжун крепко-крепко обнял Артура.
— Камушек, —
произнёс он тихо.
Подчинение лидера рабов (Часть XII)
Услышав, как Цзи Цзиньжун назвал его «Камушком», Артур почувствовал в груди странный трепет. Это прозвище показалось ему донельзя знакомым, словно оно уже давным-давно вплавилось в самую глубь его души.
Камушек?
Если бы Артур не был абсолютно уверен, что никто и никогда прежде так его не звал, он бы непременно откликнулся.
Артур сжал руку Цзи Цзиньжуна:
— Он тоже клялся тебе в верности подобным образом?
Цзи Цзиньжун тихонько улыбнулся.
Он раскинул руки, заключая Артура в объятия.
Он узнал его. Не по лицу, не по нраву — по самой душе.
Душа не умеет лгать.
Тело Артура напряглось.
Внезапная близость Цзи Цзиньжуна заставила его почувствовать себя так, будто он бредит наяву.
Этот сон был настолько реальным и настолько прекрасным, что ему не хотелось просыпаться.
Но пробуждение было неизбежно.
Артур хотел обнять Цзи Цзиньжуна в ответ, но не удержался от вопроса:
— Его зовут «Камушек»?
Пусть он и полюбил этого юношу, ему вовсе не улыбалось становиться чьей-то заменой.
Он хотел, чтобы любимый юноша полюбил его по-настоящему, а не видел в нём лишь отражение кого-то другого — если бы всё обстояло именно так, он предпочёл бы не получать ничего вовсе.
Цзи Цзиньжун отчетливо чувствовал внутреннюю борьбу Артура.
Окажись он на месте Артура, то тоже не смог бы принять подобное с ходу, ведь память о прошлом была стерта без следа — остались лишь крохи чистых инстинктов.
http://bllate.org/book/22178/2310797
Готово:
