Готовый перевод Rebirth System [Quick Transmigration] / Система золотого тела: Быстрые переходы: Глава 24

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

В голосе звучали нотки мольбы и горечи.

— Еще полбеды, если бы не тот Цзи Е, стоило заговорить о нем, как все пошло наперекосяк, во всем виноват только он. Ци Юэ изначально жили прекрасно, но из-за него всех втянули в эту грязь! — Ду Чэнь злился и в стороне отпускал едкие, саркастичные замечания.

Чжоу Нань не стал разводить церемонии и с размаху врезал Ду Чэню прямо в переносицу.

— Заткнись! Не думай, что я не знаю, кто тогда слил в сеть внутренние фотографии. Ты просто испугался, что А Е придет и займет твое место, трус чертов!

— Тьфу! — Ду Чэнь потер пылающее переносицу, оскалил зубы и сплюнул сгусток крови: Чжоу Нань вложил в удар всю силу.

— Назвал меня трусом?! — Ду Чэнь с ухмылкой дернул уголком рта, и в его голосе зазвучал колкий сарказм. — А ты, блять, сильно лучше? Не думай, что я не знаю, что ты, сука, влюблен в Цзи Е, от этого аж тошно. Строишь из себя верного брата, желающего исполнить какое-то предсмертное желание, а на самом деле просто прячешь свои грязные мыслишки!

Сидевшая рядом Сюй Цзе была по-настоящему напугана. С тех пор как она взялась за руководство Ци Юэ, с ней такое приключалось впервые.

Когда Ду Чэнь сорвал с него маску, Чжоу Нань вспомнил, сколько Цзи Е осталось провести в больнице, и в его душе вспыхнула ярость.

— Заткнись, блять! — выругался он и, бросившись вперед, вцепился в Ду Чэня, завязывая драку.

— Сяо Нань! Ах! — завопила Сюй Цзе, пытаясь заставить их остановиться, но этот хаос явно вышел из-под ее контроля.

Сюй Лин шагнул вперед, пытаясь разнять драчунов, но ослепленным гневом Чжоу Наня и Ду Чэня это уже не волновало: вещи в комнате летели вверх тормашками под громкий треск, а оба парня, вцепившись друг в друга, катались по полу.

Чжоу Нань всё же был куда более уличным парнем: проведя несколько лет в барах, он неплохо умел драться, к тому же сказывалось преимущество в росте, и вскоре он прижал Ду Чэня к полу. Взгорюшие глаза Чжоу Наня налились кровью:

— Ты всё еще пасть разеваешь? Заткнись, мать твою!

Хотя лицо поверженного Ду Чэня уже покрылось синяками, а из разбитого угла рта сочилась кровь, он продолжал бормотать:

— Да, я завидую! С какого хрена вы, стоило вам только появиться, сразу стали центром группы? Я пахал как проклятый целых десять лет тренировок, проходя через ад, а в итоге остался лишь на подпевках! С какого хрена?!

— Прекратите драться! — Сюй Цзе рыдала в стороне, захлебываясь слезами. Она закрыла лицо руками, не в силах смотреть, как двое парней, которых она растила своими руками как младших братьев, бьются едва ли не насмерть. Она всегда так сильно полагалась на Ду Чэня, но никак не ожидала, что в сердце этого взрослого парня таится столько обиды — это была её недоработка.

— Брат Нань! Брат Чэнь! — раздался вдруг у входа хриплый голос.

Чжоу Нань наконец остановил занесенную, уже нывшую руку и повернул голову. Ду Чэнь тоже с облегчением выдохнул, задрав голову и глядя на сияющего юношу в дверях.

Цзи Е стоял с мягкой улыбкой на лице, а из-за его спины лился яркий солнечный свет.

Некоторые люди рождаются с собственным светом.

Поначалу Чжэн Чжи поддерживал Цзи Е, но, заметив, что Сюй Цзе в стороне плачет так горько, что едва не задыхается, он тут же бросился к ней и забожливо обнял.

Хотя лицо Цзи Е было бледным, он шаг за шагом направлялся к ним.

Чжоу Нань все еще сидел верхом на Ду Чэне, застыв в позе для удара. Он лишь тупо таращился на приближающегося Цзи Е.

Цзи Е крепко взял его за руку, и холод, исходивший от его ладони, мгновенно заставил парня успокоиться. Цзи Е прикусил губу, покачал головой и произнес:

— Брат Нань, прошу тебя, не надо ради меня драться, хорошо? Тот брат Нань, которого я знаю, — это тот самый парень из бара, что всю ночь играл со мной на гитаре. Давай сделаем вид, что ничего не было, и ты больше не будешь драться, ладно?

В Цзи Е словно таилась какая-то магическая сила, и Чжоу Нань послушно позволил увести себя в сторону. Однако Цзи Е явно не собирался на этом останавливаться — он протянул руку лежавшему на полу Ду Чэню.

Это были бледные, с нездоровой синевой на ногтях руки, тонкие, с отчетливо выступающими суставами. Когда такая ладонь оказывается перед тобой, кажется, будто в ней зажат сам солнечный свет.

Коснувшись этой руки, Ду Чэнь, кажется, впервые понял, почему кто-то вроде Чжоу Наня смог влюбиться в Цзи Е.

В нем действительно жила удивительная способность в один миг успокоить твое сердце, заставить безумствовать и сходить по нему с ума! Рядом с ним, пожалуй, исчезала сама возможность завидовать.

В душе Ду Чэня поднялась волна самоуничижения, но в то же время затеплилась и капля облегчения: бог все-таки справедлив, раз даже столь совершенному человеку суждено так рано отправиться на небеса. И хотя он понимал, насколько грязными и скверными были эти мысли, Ду Чэнь не мог их остановить — к счастью, Цзи Е скоро умрет.

Он даже не смел вообразить, что случись Цзи Е прожить еще лет десять, в шоу-бизнесе просто не нашлось бы никого, кто смог бы с ним сравниться. Соперники всегда знают друг друга лучше всех, и в этом отношении Ду Чэнь, как ни задыхался от зависти, был вынужден признать: Цзи Е превосходил его во всем, по крайней мере, в музыке.

Хотя в комнате царил полный разгром, стоило Цзи Е тихо опуститься на бирюзовый диван, как Сюй Цзе наконец вздохнула с облегчением, ощутив внезапное умиротворение и покой.

— Сестрица Сюй, брат Чжэн, прошу прощения за доставленные хлопоты. — Цзи Е глубоко поклонился. Он знал, что ту аудиозапись Чжуан Хуа в конце концов все равно слил через кого-то, и не без его собственного вклада: Чжуан Хуа потерял рассудок из-за тайного побега Майка, но отчасти причиной был и он сам. Это стало той искрой, что пустила репутацию Ци Юэ по наклонной, и теперь Сюй Цзе с Чжэн Чжи только и делали, что суетились целыми днями, пытаясь спасти положение.

К тому же его внезапный приступ лишил Сюй Цзе возможности контролировать общественное мнение, оставив после себя неразгребаемый хаос. В ситуации, когда всё зашло так далеко и приняло столь скверный оборот, извинения перед Чжэн Чжи и Сюй Цзе были неизбежны.

— Брат Чэнь, мне очень жаль, что мое появление доставило тебе столько проблем. На самом деле я хочу сказать, что тебе не о чем беспокоиться: твоя целевая аудитория совсем не похожа на нашу, вернее... людей, которые любят тебя, бесчисленно много, и никто не сможет отнять их у тебя. Пожилая женщина с раком в соседней палате от тебя просто без ума. Она просила раздобыть твой автограф и говорила, что ты очень похож на ее внука, только тот совсем о ней не заботится. Нынешние подростки редко бывают такими послушными, как ты.

Ду Чэнь остолбенел. Он знал, что его основная аудитория состоит в основном из пожилых людей, но никак не ожидал, что обладает подобным влиянием. Он всегда думал, что упорно поет не только ради преданности тому, что любит, но и из тщеславия — в надежде добиться успеха и славы, стать яркой и сияющей звездой. Он просто не верил, что кто-то, чья жизнь уже подходит к концу, помнит о нем.

— Ты ведь не знал, правда? Бабушка даже переписала все свое имущество на благотворительный фонд Красного Креста от твоего имени и основала фонд имени тебя, который ежегодно спонсирует около десятка бросивших школу детей. Ты очень крутой, так что не вздумай себя недооценивать, — продолжал Цзи Е, одаривая его теплой улыбкой.

— Ну а ты, брат Лин, даже не попытался остановить брата Наня. Если бы вы так и дальше лупили друг друга, потеряли бы не только Ци Юэ, но и разбитые сердца тысяч юных поклонниц, — пошутил Цзи Е, подмигнув Чжоу Наню.

Чжоу Нань не смог удержать серьезное выражение лица и прыснул со смеху:

— А Е, тебе уже лучше? Разве можно так быстро выписываться из больницы, с тобой всё в порядке?

Чжоу Нань задал вопрос, который волновал всех.

— Расслабьтесь, всё хорошо, — бойко отрапортовал Цзи Е, но тут же был возвращен в реальность Чжэн Чжи, стоявшим рядом с Сюй Цзе.

— Ах ты паршивец, у тебя еще хватает наглости говорить такое! С чего это врачи разрешили тебе выписку? Сам же позвонил мне и заставил тайком вытащить тебя!

В упреках Чжэн Чжи звучало столько же раздражения, сколько и сердечной боли.

— И с какого перепугу ты притащил Сяо Е обратно?! Он же еще не поправился! Чем ты вообще думал?! — взвизгнула Сюй Цзе, которая минуту назад еще горько рыдала. Забыв обо всем на свете, она набросилась на Чжэн Чжи с кулаками. Тот, хоть и пытался поначалу ее удержать, теперь был вынужден отбиваться, при этом с тревогой косясь на нее — не ударилась ли где, — и с криками спасаться бегством, ведь разъяренная женщина-демон била не щадя сил.

Сюй Цзе злилась на себя, злилась на то, что парни устроили драку, но выплеснуть гнев было некуда, кроме как сделать из Чжэн Чжи грушу для битья.

— Ой, сестрица Сюй, сестрица Сюй! — Цзи Е шагнул вперед, пытаясь их разнять. Стоило стихнуть одному беспорядку, как тут же начался другой, за ними просто невозможно поспевать. Однако Сюй Лин удержал его за плечо и покачал головой: он знал, что его старшая сестра таким образом выпускает пар. И хотя зятю приходилось несладко, после такой разрядки на душе у сестры станет намного легче.

И верно, эта сцена продолжалась ровно три минуты, пока Сюй Цзе не выбилась из сил и не рухнула обессиленная на диван. В комнате вновь воцарилась странная тишина.

— Сестрица Сюй, я знаю, что вы желали мне добра, но я сам понимаю, чего хочу, — первым нарушил молчание Цзи Е.

— Сяо Е, сестрица понимает, но сейчас ситуация совсем не такая, какой ты ее себе представляешь. В этом кругу стоит случиться малейшей чепухе, как ее тут же под увеличительным стеклом раздуют до размеров арбуза. И без того полно беспочвенных слухов, а тут еще и правда всплыла наружу, — Сюй Цзе места себе не находила от отчаяния. На этот раз дело не ограничивалось простой пресс-конференцией или парой хвалебных статей, заказанных у ботофермы.

— Сестрица Сюй, А Хуа — мой очень близкий друг, у нас просто возникло недопонимание... Я не хочу терять еще одного друга, когда придет мое время. У меня и так мало друзей, — Цзи Е сцепил руки в замок, сидя на диване. — К тому же я верю, что у сестрицы Сюй хватит способностей все уладить. И хотя я знаю, насколько коварным и темным бывает этот мир, я продолжаю идти вперед именно потому, что верю в каждого из вас.

— Ах ты сорванец, только и умеешь, что вешать мне медали на грудь, — Сюй Цзе невольно улыбнулась на эту искреннюю лесть, и в ее лице вновь промелькнули живые краски.

— Вовсе не медали, я правда считаю, что сестрица Сюй невероятная! — Цзи Е улыбнулся, изображая восхищение, и заодно толкнул локтем стоявшего рядом Сюй Лина: — Брат Лин, ведь правда?

— Конечно, еще бы, чья она сестра, — тут же подхватил Сюй Лин, но, задрав нос, продолжал хвастаться собственным родством.

— Сестрица Сюй и моя сестра тоже, это ведь все признают! — поспешил вставить Цзи Е, и атмосфера в комнате мгновенно потеплела.

— Ах вы оба паразита! — хоть Сюй Цзе и ругалась, но все видели, сколько нежности было в ее голосе.

— Так что, сестрица Сюй, давайте никто никого не бросать, ладно? — видя, что на лице Сюй Цзе по-прежнему играет улыбка, Цзи Е решил ковать железо пока горячо. — Я и так уже в таком состоянии, а вы всё еще не хотите сдаться. А Хуа просто помутился рассудом и совершил ошибку, давайте простим его на этот раз, а? Я так хочу увидеть, как мы все впятером стоим на сцене и поем вместе.

Сюй Цзе замерла, в ее сердце шевельнулось сочувствие. Чжуан Хуа был еще одним ребенком, которого она когда-то отобрала сама, и его характер ей был хорошо знаком. Случись такое происшествие, она даже не попыталась поддержать парня, а сразу списала со счетов, решив от него отказаться. Наверное, проведя столько времени в этом бизнесе, ее сердце постепенно ожесточилось, заставив забыть о первоначальных стремлениях. С этими мыслями Сюй Цзе подняла глаза на Сюй Лина.

Сюй Лин ответил ей теплом улыбки:

— Сестра, делай то, чего просит твое сердце, а я всегда буду твоей надежной опорой.

— Хорошо! Тогда мы устроим грандиозный, небывалый концерт! — наконец приняла решение Сюй Цзе.

Цзи Е отыскал Чжуан Хуа в подвале бара Номер Семь. Тот сидел в одиночестве за стойкой бармена — на самом любимом месте Майка — и пил. Его короткие серебристые волосы снова были перекрашены в черный цвет, а сам он выглядел заметно осунувшимся.

Цзи Е подошел, постучал пальцем по стойке:

— Эй, стакан йогурта.

Чжуан Хуа поднял голову, в его глазах плескалось опьянение:

— Ты пришел.

Они по-прежнему оставались хорошими друзьями, словно и не было тех недавних бурь, оставляя все прошлые обиды безмолвными.

— А Хуа, пошли со мной, — попивая йогурт, Цзи Е окинул взглядом пустой подвал: у этого бара появился новый хозяин, и помещение готовилось к ремонту.

— Да, это место наконец-то больше не удержать, — Чжуан Хуа провел рукой по шейкеру, которым Майк пользовался бесчисленное количество раз, и горько усмехнулся с ностальгией в голосе. — Знаешь? Это был единственный уголок, где я мог отыскать его следы. Но скоро у бара сменится владелец, и у меня больше не останется причин лгать себе, что он еще не ушел.

— А Хуа, я же говорил тебе: возможно, Майк и питал симпатию ко мне, но любил он тебя, — Цзи Е неспешно подошел к пульту звукорежиссера и включил мягкую мелодию.

— Е, не надо меня обманывать. Я знаю. Я всегда был лишь твоей заменой, — Чжуан Хуа запрокинул голову и сделал еще один глоток.

— Ты ведь знаешь, что у бара Номер Семь сменился хозяин? — Цзи Е оставил попытки убеждать напрямую: для того, кто потерял веру в любовь, любые слова звучат пустой тратой времени, лучше всего говорят факты. — Видел нового владельца?

Чжуан Хуа покачал головой: этот новый хозяин вел себя крайне загадочно, сколько он ни пытался его разыскать, даже лица не смог увидеть.

— Так вот этот хозяин, он и близко, и далеко одновременно, — Цзи Е беспечно покрутил ручки на пульте. — Бар теперь называется Чжочжоу Цихуа, это название придумал сам Майк.

Чжуан Хуа опешил, но, помолчав пару секунд, снова приложился к бутылке:

— Это что, прощальный подарок? Я знал лишь, что его происхождение покрыто тайной, и понятия не имел, чем занимаются его родственники. Не ожидал, что он приударил за толстосумом — получить в подарок целы бар при расставании неплохой куш.

Слушая насмешки Чжуан Хуа над самим собой, Цзи Е нашел это донельзя забавным: когда человек глупеет, его мозги и впрямь перестают соображать.

— А Хуа, это обручальный подарок от меня тебе! Нравится? — Цзи Е сменил фоновую музыку на свадебный марш, и тут же раздался голос Майка.

Чжуан Хуа замер в полном оцепенении, а бутылка выскользнула из его онемевших пальцев и со звоном разбилась о пол.

— Не знаю, вернешься ли ты сюда после всех своих забот, но я все же хочу оставить хоть что-то, — голос Майка звучал прекрасно, мягко, струясь подобно чистой воде. — Поверь, любая разлука — лишь шаг к новой встрече. Я вернусь, ты будешь ждать меня?

— Буду, — сам того не замечая, ответил Чжуан Хуа, хотя и знал, что тот его не услышит.

— Даже если не станешь ждать, не страшно — я всё равно приду и отберу тебя силой! — последовало властное заявление Майка. — Ты вечно такой осторожный, не веришь, что я мог в тебя влюбиться. Я же говорил тебе давным-давно: такой человек, как я, если не любит, то и пальцем о палец не ударит ради кого-то, так что обязательно поверь мне — я люблю тебя безумно, всем сердцем.

— Я знаю, знаю... просто не могу в это поверить. Ты такой замечательный, а я... — бормотал себе под нос Чжуан Хуа, и по его щекам покатились слезы.

— Это наш маленький дом, так что как бы ты ни был занят, береги его, — признания Майка не прекращались. Возможно, он с самого начала знал, что однажды ему придется уйти без предупреждения, и, опасаясь, что характер Чжуан Хуа заставит того накручивать себя, оставил эти записи напоследок. — Мне так нравилось смотреть, как ты сияешь на сцене. Не отпирайся, в те минуты ты улыбался прекраснее всего. И я полюбил именно такого тебя. Так что хотя бы ради меня — как бы ни было тяжело, иди до конца. Я хочу смотреть на тебя издалека.

— Хорошо, хорошо... Я буду держаться, буду хорошо петь, чтобы ты видел, — Чжуан Хуа уткнулся лицом в стол и горько заплакал.

— Е — наш друг, он действительно очень обаятельный человек. Только смотри, не влюбись в него, а то я огорчусь, — Майк упомянул даже Цзи Е. — Поначалу я думал, что мы станем соперниками в любви, но позже понял, как же трудно постичь это чувство — любовь. Впрочем, даже если бы всё повторилось сначала, я бы все равно полюбил тебя.

— Жди меня. Моя юность, полная света. — Даже говоря о любви, Майк умудрялся звучать до того слащаво и трогательно.

— Ну что, теперь ты мне веришь? — Цзи Е выключил музыку, и голос Майка стих. — А Хуа, я помог тебе провести столько выступлений, теперь твоя очередь возвращать должок. Давай дадим совместный концерт, а? Споем для Майка, споем для бесчисленных людей в этом мире, которые любят Ци Юэ.

— Да! — Чжуан Хуа бросился вперед, уткнувшись лицом в грудь Цзи Е, и, горько рыдая, сдавленно зашептал: — Прости... прости меня...Глава 32. Вампирское шоу

В гримерке за сценой царила суета — все куда-то бежали, торопились.

Цзи Е сидел неподвижно: ему меньше всего требовалось хлопот. Волосы не нуждались в укладке, на лицо нанесли лишь легкие штрихи, подчеркивающие контуры — его кожа была настолько белой, а черты лица настолько выразительными, что любой лишний макияж стал бы излишеством. И пока остальные в мыле готовились к выходу на сцену, он расслабленно слушал музыку в наушниках.

Казалось, всё вернулось во времена отборочных Звездного света лунного света, и он вновь остался тем отгороженным от внешнего мира юношей, что спустился на землю подобно эльфу.

Этот концерт Ци Юэ стал возможен благодаря тому, что сестрица Сюй задействовала все свои многолетние связи, но бо́льшую часть средств внес сам Цзи Е. Все были потрясены столь невероятной щедростью, и лишь позже узнали, что родители Цзи Е погибли, и это были все его накопления за столько лет.

Узнав правду, команда притихла, и репетиции пошли с еще большим усердием.

Цзи Е же казался совершенно невозмутимым. Он по-прежнему привычно писал песни за полночь, повсюду таскал с собой свое единственное пальто, в кармане которого лежал древний плеер, не расставался со старой деревянной гитарой и по-прежнему с высоты своего авторитета отчитывал Чжоу Наня за ошибки. Только на этот раз никто не препирался с ним в ответ: все смотрели на него с нежностью, а отвернувшись, утирали слезы, не находя слов.

Концерт назвали по имени Цзи Е — Юэцзи.

Площадкой выбрали самый большой стадион в городе, способный вместить более семидесяти тысяч зрителей, причем вход сделали абсолютно бесплатным: любой мог пройти, купив лишь букет китайских розанов. А уж сколько стоил этот букет — хоть один юань, хоть десять тысяч — вырученные деньги собирались передать в полном объеме детям из горных районов на западе страны. Ради такого дела Сюй Цзе даже специально пригласила нотариусов засвидетельствовать это.

Однако репутация Ци Юэ катилась по наклонной. Если раньше билеты раскупались за час после старта продаж, то в этот раз бесплатные билеты так и не разобрали до конца. Большинство пришедших составляли черные хейтеры, в сети даже запустили акцию по продаже тухлых яиц, и желающих приобрести их оказалось больше, чем покупателей роз. Но Цзи Е лишь смеялся, говоря, что ничего страшного: в день концерта они просто будут раздавать цветы у входа и приглашать каждого прохожего послушать их песни.

Цзи Е оглянулся: слева от него сидел Чжуан Хуа, справа — Чжоу Нань. Оба закрыли глаза, позволяя стилистам колдовать над волосами. В зеркале профили их лиц казались источающими сияние, в то время как его собственный бледный лик был совершенно лишен красок. Ему вдруг жутко захотелось примерить бутафорские вампирские клыки — может, тогда кто-нибудь и поверил бы, что он и впрямь вампир.

Вспомнив о вампирах, он неожиданно вспомнил и о том человеке.

В груди у Цзи Е вдруг защемило от тяжести. Улыбнувшись, он бросил пару слов стоявшей рядом ассистентке. Девушка-помощник, глядя на улыбающегося кумира, едва не лишилась чувств и, толком не расслышав, что именно он сказал, просто машинально закивала.

Цзи Е выскользнул из толпы в переполненной гримерке и прямиком направился в уборную.

В тесной кабинке туалета Цзи Е согнулся над раковиной. Перед глазами всё поплыло в сумерках, и то удушливое чувство вновь нахлынуло волной. На самом деле он давно уже выполнил первые два задания, но Система утверждала, что покинуть этот мир он все еще не сможет — он знал, дело определенно было в крови того человека.

http://bllate.org/book/22179/2310974

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Вы не можете прочитать
«Глава 25»

Приобретите главу за 5 RC

Вы не можете прочитать Rebirth System [Quick Transmigration] / Система золотого тела: Быстрые переходы / Глава 25

Для покупки авторизуйтесь или зарегистрируйтесь

100 гл. на все книги · 350 RC Главы открывают любые книги этого автора. Не сгорают. Новая покупка прибавляет главы.
Инструменты
Настройки

Готово:

100.00% КП = 1.0

Скачать как .txt файл
Скачать как .fb2 файл
Скачать как .docx файл
Скачать как .pdf файл
Ссылка на эту страницу
Оглавление перевода
Интерфейс перевода