Ци Ле схватился за волосы, до глубины души проклиная свою способность пить.
Однако случившееся уже произошло, и как бы Ци Ле ни терзался, продолжать раскисать — значит лишь портить себе настроение.
Поэтому Ци Ле решил просто выспаться!
Перед тем как лечь, он еще раз взглянул на аватарку Инь Шицзяня в WeChat.
— У тебя появился кто-то другой, значит, я больше не твой малыш.
Произнеся это, Ци Ле выключил телефон, сунул его под подушку и успокоил себя: — Высплюсь — и всё пройдет... — Проснувшись, он забудет обо всех неприятностях.
Появился еще один соперник в любви
Вечер.
Инь Шицзянь вернулся домой пораньше. В квартире стояла абсолютная тишина, а в спальне постель была не застелена.
Посмотрев записи с камер наблюдения, он обнаружил, что Ци Ле ушел в панике. Вспомнив встревоженный голос юноши по телефону, Инь Шицзянь почувствовал, как у него в груди сжалось сердце.
Он схватился за телефон и попытался дозвониться до Ци Ле, но механический женский голос неизменно повторял, что вызываемый абонент отключен.
Инь Шицзянь еще раз просмотрел видео с камер в замедленной съемке. На кадрах Ци: Ле выбежал из комнаты и сразу направился к выходу, прихрамывая, с совершенно странным выражением лица.
Телефон по-прежнему не отвечал, и Инь Шицзянь, недолго думая, взял ключи и вышел из дома.
С учетом пробок дорога до дома Ци Ле заняла целый час.
Инь Шицзянь поднял голову: окна квартиры Ци Ле были темными.
Поднявшись наверх с ключом, который он когда-то стянул у собственного сына, Инь Шицзянь несколько раз нажал на звонок, но в ответ не дождался ни звука.
— Прости.
Хотя вламываться в чужое жилье было неправильно, невозможность связаться с Ци Ле заставляла Инь Шицзяня волноваться еще сильнее.
В квартире Ци Ле царила кромешная тьма.
Нащупав на стене выключатель, Инь Шицзянь зажег свет.
В прихожей валялась обувь Ци Ле, на полу в гостиной — одежда, в которой тот ходил накануне.
Значит, он дома. Инь Шицзянь невольно с облегчением выдохнул.
Дверь в спальню Ци Ле была приоткрыта, внутри тоже темнота.
Смягчив шаг, Инь Шицзянь бесшумно вошел в комнату.
Стоило включить свет, как он увидел на кровати свернувшийся комочек.
В такую жару кондиционер не включить, да еще и с головой укрыться одеялом — так и заболеть недолго. Инь Шицзянь беспомощно покачал головой и на цыпочках стянул одеяло.
Перед ним лежал крошечный несмышленыш, свернувшийся калачиком. Волосы намокли от пота, щеки раскраснелись, а с губ сорвался какой-то невнятный стон во сне.
Инь Шицзянь тихонько присел на край кровати и слегка похлопал Ци Ле по щеке: — Малыш, просыпайся.
— Мгм... — потревоженный во сне, Ци Ле нахмурился и перевернулся на другой бок.
— Малыш, вставай поешь...
Инь Шицзянь не успел договорить, как Ци Ле вцепился в его руку и пробормотал сквозь сон: — Я больше не твой малыш...
С этими словами он крепко обнял руку Инь Шицзяня.
— Ты мне больше не нужен...
Инь Шицзянь замер. Что-то в глубине его души дрогнуло, на привычно холодном и суровом лице промелькнула нежность, и он не удержался от того, чтобы погладить раскрасневшуюся щеку Ци Ле.
Ци Ле быстро проснулся от таких домогательств.
Раскрыв глаза, он какое-то время тупо смотрел перед собой, соображая, где находится.
— Малыш, проснулся? — Инь Шицзянь помахал рукой у него перед глазами.
Ци Ле похлопал ресницами: — Наверное, я сплю. — С чего бы Инь Шицзяню оказаться у него дома? Наверняка он еще не протрезвел.
С этими мыслями он снова закрыл глаза.
Инь Шицзянь без лишних слов подхватил его и прижал к груди: — Тебе не снится. Потрогай меня, я настоящий.
Ци Ле: — ...
Пару секунд в комнате царила тишина, а затем Ци Ле окончательно пришел в себя. Он испуганно выпрыгнул из объятий мужчины, из-за чего у него тут же заныла и без того болевшие поясница.
— Ой... Какого черта ты делаешь у меня дома?
Ци Ле схватился за поясницу, скорчив гримасу.
Инь Шицзянь притянул его обратно, проигнорировав сопротивление, и властно прижал к себе: — Я волновался за тебя. Почему у тебя такое горячее тело?
После этих слов Ци Ле и сам почувствовал, что с его организмом что-то не так. Всё тело ломило от слабости, а в голове шумело.
— Ты горишь. — Убедившись, что температура зашкаливает, Инь Шицзянь мысленно отругал себя за то, что прошлой ночью не побеспокоился о предосторожности. — Переодевайся, я везу тебя в больницу.
— Не хочу, — Ци Ле оттолкнул его руку. — Никуда я не поеду...
— Послушай, ты заболел. — Инь Шицзянь убрал со лба мокрую челку и поцеловал его в лоб, уговаривая, как капризного ребенка: — Будь хорошим мальчиком, когда болеют, надо показываться врачу.
Ци Ле тупо уставился на него: — Не буду...
Инь Шицзянь усадил его к себе на колени и продолжил ласково уговаривать.
— Малыш, ты расстроен?
— ...
— Болеть — это очень тяжело, а если не поехать в больницу, станет еще хуже.
То ли из-за слабости в теле, то ли по какой-то другой причине, но сейчас защита Ци Ле дала трещину. Слушая мягкий шепот этого старого хрыча, он вдруг отчаянно захол капризничать.
— Я не поеду в больницу... — глухо произнес Ци Ле, позволяя большой руке Инь Шицзяня мягко поглаживать себя по спине.
— Тогда дома есть лекарства? — Инь Шицзянь снова поцеловал его в лоб. — Давай выпьем жаропонижающее, м?
— И есть не хочу.
Ци Ле сам прижался к Инь Шицзяню, жадно вдыхая знакомый мужской запах. — Меня подобрали на улице... — В его голосе отчетливо слышалась обида.
В глазах Инь Шицзяня на мгновение мелькнуло изумление, но он тут же сообразил, что юноша снова ничего не помнит из вчерашней ночи, и невольно тихонько усмехнулся.
Ци Ле решил, что тот над ним смеется, и со злости двинул его в плечо, взъерошившись подобно коту.
— Не смей смеяться! — Ему подкинули такую свинью, а этот старый хрыч еще и веселится?!
Ци Ле был смертельно обижен и расстроен.
— Прошлой ночью я подобрал малыша, который умолял подарить ему ребенка. — Инь Шицзянь перехватил его запястье, улыбаясь глазами.
— А? Чего...
Ци Ле не сразу сообразил, о чем речь, и нахмурился в раздумьях.
Инь Шицзянь от души позабавился его реакцией и положил руку на его плоский живот: — В прошлую ночь я так старался, у тебя тут не завелся мой малыш?
— ...
Ци Ле уставился на его руку, в голове всё еще стоял туман.
Инь Шицзянь поглаживал его животик, притворяясь расстроенным: — Ой, неужели малыш ничего не помнит?
— ...Бесстыдник! — Тут Ци Ле наконец сопоставил факты. Выходит, он весь день изводил себя страхами, а тем самым вчерашним незнакомцем оказался сам Инь Шицзянь!
— Значит, слова о том, что малыш вчера признавался мне в любви и хотел родить мне ребенка, теперь ничего не значат?
— Я такого не говорил!
Лицо Ци Ле залилось краской — отчасти от стыда, отчасти от гнева. Он попытался оттолкнуть мужчину.
Куда там! Силы у него и в лучшие времена были меньше, чем у Инь Шицзяня, а уж сейчас, во время болезни, их не осталось вовсе. Его по-прежнему держали в крепких объятиях.
— У меня есть видеодоказательства. Неужели ты опять ничего не помнишь о прошлой ночи? — Инь Шицзянь улыбался с видом законченного негодяя. — Я записал всё, что малыш говорил вчера.
Выходит, он снова натворил какой-то чуши?!
Ци Ле помрачнел: — Почему это был ты?! У тебя же есть возлюбленный, зачем ты притащил меня домой? Не то чтобы ты действительно меня любишь.
— Что с тобой, малыш? — Инь Шицзянь заметил, что Ци Ле ведет себя как-то странно.
— У тебя есть пара, но ты все равно пускаешься во все тяжкие! Тебе весело издеваться над людьми? — Ци Ле больше не мог сдерживать эмоции, обида захлестнула его с головой. — Раз тебе на меня плевать, так и продолжай игнорировать! Какого черта приперся ко мне домой изображать заботу?!
Человек перед ним потерял контроль над эмоциями. В отличие от вчерашнего пьяного состояния, сейчас Ци Ле изливал накопившуюся боль.
Сердце Инь Шицзяня пронзила острая боль. — Прости. Больше я не буду тебя игнорировать.
— Больше не нужно.
Ци Ле помрачнел, но слезные железы его не слушались: из уголка глаза сорвалась и покатилась капля.
Стоило ему заплакать, как Инь Шицзянь заволновался еще сильнее. Он поспешно прижал юношу к груди и принялся мягко успокаивать.
Однако на этот раз Ци Ле остался глух к утешениям. Как бы Инь Шицзянь ни уговаривал его, он сохранял упрямый вид и упорно отказывался идти на контакт.
Долгое время в комнате раздавался лишь голос Инь Шицзяня, пока, наконец, вокруг не воцарилась полная тишина.
Ци Ле заставил себя взять себя в руки и упорно не смотрел на Инь Шицзяня.
— Ци Ле, я очень давно одинок, — тихо вздохнул Инь Шицзянь. — Можно сказать, что кроме тебя в моем сердце никто никогда не жил.
Ци Ле по-прежнему хранил молчание.
Инь Шицзянь бережно взял его лицо в ладони и беспомощно вздохнул.
— Что мне сделать, чтобы ты поверил мне?
Сердце Ци Ле сжалось от боли, и он указал на дверь: — Уходи.
Он знал, что сейчас ведет себя капризно и неразумно, но переступить через себя не мог.
Инь Шицзянь тяжело вздохнул и послушно вышел.
Слушая, как шаги мужчины удаляются, а затем за входной дверью раздается глухой звук закрывающегося замка, Ци Ле смахнул с лица слезы и обессиленно опустился на пол.
Его желудок, не получавший никакой еды с самого вчерашнего дня, подал голос протеста, но аппетита не было вовсе.
Взяв телефон, он набрал номер второго брата.
— Второго брата... я расстался.
...
Инь Шицзянь вовсе не ушел. Он спустился в кулинарию, купил ужин и вернулся, но сколько бы ни звонил в дверь, находившийся внутри человек не открыл. Если бы не доносившиеся из квартиры едва слышные шорохи, он бы решил, что пока он покупал еду, Ци Ле сбежал через окно.
А Ци Ле тем временем наводил порядок в вещах: каждый раз, когда у него на душе скребли кошки, он принимался за уборку, чтобы отвлечься.
Ци Шэн все еще висел на линии. Услышав шум на том конце провода, он нахмурился: — Расстался так расстался, чего устраивать такое представление?
— Второй брат, мне плохо... — Ци Ле запихнул в стиральную машину одежду. — Он меня утешал, но от этого почему-то еще больнее.
— Чего ты такой капризный? — с явным презрением отозвался Ци Шэн. — Раз он тебя утешал, сбросили бы одежду — и дело с концом.
— ...Как у тебя хватает ума думать о таком дерьме? — Ци Ле зло выдохнул. Он и сам понимал, что ведет себя капризно, но его бесило то, что Инь Шицзянь обращался с ним как с глупым мальчишкой, водя за нос.
— Нет таких проблем, которые нельзя было бы решить хорошим сексом. Если осталась — значит, надо повторить дважды, — рассудительно заявил Ци Шэн. — Короче, лишь бы не этот Инь Шицзянь, а с кем угодно сойдешься.
— Именно с ним.
— ... — Помолчав пару секунд, Ци Шэн взбеленился: — Ци Ле, я приказываю тебе выбросить эту дурь из головы!
— А давай я заставлю тебя выбросить из головы Хо Чэня? — в долгу остался Ци Ле. От подобных вещей нельзя избавиться просто по щелчку пальцев.
Подобно тому, как он сам долгое время думал, что вовсе не любит Инь Шицзяня, а в итоге творил всякую чушь — сейчас-то он понимал, что это была банальная ревность.
Серьми не повелеваешь по заказу: она приходит бесшумно, но оставляет в душе шрамы и заставляет страдать.
Ци Шэн, разумеется, прекрасно понимал это на собственном опыте, поэтому умолк.
Кто первым бросил трубку, они оба не заметили. Ци Ле безвольно растекся по дивану, прекрасно осознавая, что Инь Шицзянь ждет за дверью, но ему безумно хотелось побыть капризным.
Время шло. К десяти часам вечера Ци Ле приоткрыл дверь и обнаружил на коврике два пакета с едой и прикрепленной к ним записке:
Обязательно поешь. Я жду.
Лжец, человек уже ушел, чего тут ждать.
Ци Ле подобрал еду и занес в квартиру. Сначала он хотел выбросить ее в мусорку, но потом рука дрогнула. В конце концов, он принялся понемногу отщипывать от угощения. Покончив с едой, он покривил душой: — Я ем не потому, что это купил он, просто я чертовски проголодался.
После больничного Ци Ле вернулся к работе в офисе. За истекшую неделю Инь Шицзянь пару раз пытался дозвониться, но он неизменно сбрасывал вызовы.
Раз уж Инь Шицзянь продержал его в игноре целую неделю, то и он отплатит той же монетой.
Однако сюрпризом стало то, что Тан До уволился, а новый директор оказался человеком суровым, ледяным и немногословным.
Из-за этого на Ци Ле навалился колоссальный объем работы. Вдобавок он намеренно избегал Инь Шицзяня, так что за целый месяц они не перемолвились ни единым словом.
Он уже думал, что так и продержится до конца стажировки, но компания внезапно объявила о корпоративной поездке. В списки попали даже такие новички, проработавшие всего месяц, как Ци Ле.
— Можно я не поеду? — тихонько уточнил он.
— Не поедешь? Ну тогда всю твою работу скинем на тебя, ладно? — улыбнулся тимлид.
Ци Ле: — ...
В конце концов Ци Ле пришлось отправиться в путь вместе со всем коллективом.
Когда они расселись по автобусам, оказалось, что рядом с местом Ци Ле уже устроился какой-то парень. Расспросив старших коллег по отделу, он выяснил, что тот тоже стажер, но из другого департамента.
— Ты Ци Ле?
Стоило ему сесть, как парень задал вопрос.
Ци Ле кивнул, мысленно задаваясь вопросом, когда это он успел прославиться на всю компанию.
— Ты крут. — Словно прочитав его мысли, парень улыбнулся.
Ци Ле нахмурился: в тоне собеседника не чувствовалось ни капли дружелюбия, скорее — скрытая насмешка.
И точно: следом парень выдал фразу, от которой у Ци Ле мгновенно переменилось лицо.
Как пережить соседство в одной комнате
— Младший сын профессора Ци, а также... э-э-э — на лице парня играла улыбка, но в глазах не было и следа веселья. — ...половинка господина Инь.
Это не был вопрос — прозвучало утверждение.
Ци Ле от природы вел себя неброско: даже во времена Инь Юя никто толком не знал о его родственных связях с семейством Ци, а этот парень с ходу выдал индицирующие сведения о его отце.
Непростой тип. Устроившись поудобнее, Ци Ле холодно и равнодушно усмехнулся: — Какого именно господина Инь вы имеете в виду? Без понятия, с чего бы мне вдруг перестать быть одиноким.
Парень усмехнулся: — Братец Ле — человек умный, давай без обиняков.
Слушая фамильярное обращение, Ци Ле слегка поморщился. У него с детства была аллергия на людей, которые с первой встречи лезли с панибратством.
— Меня зовут Вэнь Вэнь, — заметив его неприязнь, пояснил тот. — Я бедный студент, которому помогает господин Инь, ничего такого.
— Бедный студент?
Окинув Вэнь Вэня взглядом, Ци Ле невольно усмехнулся.
С ног до головы в брендовых шмотках, осведомлен о его принадлежности к клану Ци и в курсе даже относительно скромного образа жизни его отца... Поверить в то, что перед ним бедный студент, мог разве что круглый идиот.
Заметив недоверие во взгляде Ци Ле, Вэнь Вэнь слегка смутился и с виноватым видом проговорил: — На самом деле всё это мне купил господин Инь, мне было неудобно отказываться.
Одежда, купленная Инь Шицзянем? Ци Ле дернул веком. Как предприниматель, спонсирующий нуждающихся студентов, Инь Шицзянь поступал благородно; покупать подопечным вещи и подарки в целом тоже было в порядке вещей.
Но Ци Ле совершенно не понимал, какова цель этого парня — вываливать ему всё это.
— Господин Инь очень добр ко мне: он оплачивал мою учебу с начальной школы до самого университета, поэтому я ему безумно благодарен. — Вэнь Вэнь обладал миловидной внешностью, чистым голосом, говорил неторопливо и выглядел предельно послушным.
Однако Ци Ле думал совсем иначе.
В каждом слове Вэнь Вэня сквозила враждебность — то ли показательное хвастовство, то ли завуалированная издевка.
Подняв глаза, Ци Ле бесстрастно бросил: — Какое мне до этого дело? — С этими словами он достал наушники, воткнул в уши и продемонстрировал полное отсутствие желания продолжать разговор.
Очевидно, Вэнь Вэнь не ожидал подобной реакции: на долю секунды в его глазах промелькнуло замешательство, но оно тут же исчезло, сменившись вежливой улыбкой.
— Братец Ле, вообще-то в компании все знают про твои отношения с господином Инь. — Вэнь Вэнь склонил голову набок и с улыбкой добавил: — И то, что господин Инь к тебе неравнодушен, мне тоже известно.
Ци Ле сохранял непроницаемое выражение лица, даже не удостоив того взглядом.
— Тебе нет смысла скрывать... — Вэнь Вэнь попытался продолжить, но Ци Ле резко повернулся к нему: — И что в итоге? Что ты хочешь этим сказать?
Интуиция и способность разбираться в людях у Ци Ле всегда работали безупречно.
— Мы ведь видимся впервые, верно? — Ци Ле скрестил руки на груди, откинувшись на спинку сиденья. — У меня с Инь Шицзянем нет никаких отношений, так к чему ты мне всё это рассказываешь?
— Братец Ле, ты не так меня понял, — нашелся Вэнь Вэнь. — Господин Инь так добр ко мне, я просто хочу отблагодарить его, но в офисе я почти не имею возможности с ним видеться.
Ци Ле по-прежнему хмурился, в его глазах читалось недоверие.
— И как твое желание отблагодарить его связано с тем, что ты вываливаешь мне всё это? — в душе Ци Ле поднялась волна беспричинного раздражения.
Лицо Вэнь Вэня приняло виноватое выражение: — Братец Ле, правда, ты меня не так понял, у меня не было задней мысли.
Притворяется. Как же искусно он притворяется.
Ци Ле усмехнулся: — Как знаешь.
Стоило ему закончить фразу, как Вэнь Вэнь резко вскочил.
— Братец Ле, прости меня!
Голос прозвучал достаточно громко, чтобы сидящие в автобусе коллеги обратили внимание: со всех сторон на них устремились любопытные взгляды.
Ци Ле замер, не понимая, с чего вдруг тот вздумал извиняться.
Опустив голову, Вэнь Вэнь забормотал: — Братец Ле, господин Инь просто помогает мне из-за тяжелого материального положения моей семьи, между нами ничего нет!
После этих слов все взоры окончательно приковались к Ци Ле, а кое-кто из коллег даже присвистнул, предвкушая шоу.
Ци Ле остолбенел.
Разве он вообще хоть что-то сказал?!
А Вэнь Вэнь продолжал стоять с поникшей головой, демонстрируя максимальную искренность: — Братец Ле, прости...
— Ты кто такой? — не дожидаясь ответа Ци Ле, подал голос сидевший через проход директор Цзян. — Ты вообще из нашего отдела?
Вэнь Вэнь поспешно зачастил: — Директор Цзян, я из соседнего отдела, меня зовут Вэнь Вэнь, а в нашем автобусе свободных мест не осталось...
Директор Цзян слегка кивнул и с каменным лицом перевел взгляд на Ци Ле: — Ты. Поменяйся со мной местами.
Ци Ле растерянно моргнул: — Почему? — Спросив это, он тут же мысленно отвесил себе затрещину: директор Цзян явно пытался его выручить.
Директор Цзян нахмурился: — Солнце слепит.
Кто-то на задних рядах прыснул со смеху. Ци Ле едва не подхватил смех, но, поймав на себе тяжелый взгляд директора, мгновенно напустил на себя серьезный вид, послушно подхватил рюкзак и поменялся с мужчиной местами.
Вэнь Вэнь растерянно захлопал ресницами: — Директор Цзян, я...
— Есть возражения? — с непроницаемым лицом отрезал директор Цзян и уселся на место Ци Ле, наглухо заблокировав Вэнь Вэня у окна.
Аура у мужчины была мощной, да и комплекция внушительная. Разумеется, у Вэнь Вэня пропало всякое желание спорить, и он тихо забился в угол своего кресла.
Ци Ле бросил взгляд в ту сторону: Вэнь Вэнь сверлил его глазами, полными открытого презрения и вызова — от недавней жалкой сцены с извинениями не осталось и следа.
Ци Ле изумленно приподнял брови, а затем ответил парню такой же вызывающей усмешкой.
Вэнь Вэнь вздрогнул, и его взгляд мгновенно заледенел.
Интересно девки пляшут, подумал про себя Ци Ле. Раз уж в этой поездке участвует и Инь Шицзянь, не начнет ли Вэнь Вэнь откровенно пакостить?
Как оказалось, интуиция Ци Ле вновь не подвела.
Корпоратив компании проходил на побережье. Дорога прошла спокойно: избавленный от общества Вэнь Вэня, Ци Ле непринужденно болтал и играл с остальными ребятами.
Единственными двумя не вписывающимися в общую компанию пассажирами оставались директор Цзян и Вэнь Вэнь: один сохранял каменное выражение лица, другой — напряженное, и за всю дорогу они не обмолвились ни словом.
Стоило автобусу прибыть на место и Ци Ле ступить на землю, как чья-то сильная рука резко дернула его в сторону.
Потеряв равновесие, он едва не рухнул носом вниз.
Не успел он разглядеть обидчика, как сверху раздался знакомый голос:
— Почему ты так похудел?
Это был Инь Шицзянь.
Целый месяц Ци Ле намеренно избегал его, и теперь, столкнувшись нос к носу, неловко замялся, поспешно выдергивая руку.
Вэнь Вэнь как раз выходил из автобуса. Увидев Инь Шицзяня, он на секунду замер, после чего на его лице расцвела улыбка.
— Господин Инь.
Вэнь Вэнь направился прямо к нему, однако взгляд мужчины был прикован исключительно к Ци Ле.
http://bllate.org/book/22315/2336628
Готово:
