×
⚠️ Внимание! Если вы оплатили через Payoneer, получили на почту второе уведомление о доставке средств по инвойсу, но баланс на сайте не пополнился — пожалуйста, напишите мне в ЛС. Сейчас уведомления об успешном поступлении средств до нас не доходят.
💳 Написать мне в ЛС ↗
Важно: обращайтесь после получения именно второго письма — о доставке средств, а не первого подтверждения оплаты.

Готовый перевод Apocalypse Cash Power Survival Log / Постапокалипсис по карману: Деньги решают всё: Глава 24

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Чжоу Линьюэ наконец пришла в себя от этого необычайно серьезного тона. Она потерела глаза, пытаясь сфокусировать взгляд, и в полумраке увидела, что Чэнь Синчжоу сидит к ней вполоборота, а ее глаза, особенно яркие и чистые даже в темноте, немигающе смотрят на нее.

— Что случилось, что случилось, Синчжоу? — в голосе Чжоу Линьюэ еще слышались сонная хрипотца и нотка беспокойства. — Ты… переживаешь из-за завтрашнего дня? Или где-то болит?

Она инстинктивно протянула руку, чтобы дотронуться до лба Чэнь Синчжоу.

Однако Чэнь Синчжоу мягко перехватила ее протянутую руку. Эта мягкая и нежная рука теперь оказалась полностью окутана прохладной ладонью Чэнь Синчжоу с легкими мозолями, и обе они слегка вздрогнули.

— Не из-за завтрашнего, — голос Чэнь Синчжоу понизился, обретя тяжеловесность, словно пробивающийся сквозь время и пространство. — Линьюэ, посмотри на меня.

Ее другая рука шагом нащупала тумбочку и с щелчком включила настольную лампа.

Мягкий свет мгновенно заполнил пространство у изголовья, окутав их обеих.

Чжоу Линьюэ зажмурилась от внезапного света, а затем приспособилась. Она увидела лицо Чэнь Синчжоу на расстоянии вытянутой руки; в ее всегда спокойных и пронзительных темно-черных глазах сейчас бушевали сложные эмоции, каких она никогда прежде не видела: глубокая боль, густая, нерастворимая привязанность и почти отчаянная решимость.

— Синчжоу? — сердце Чжоу Линьюэ тревожно сжалось, остатки сна окончательно рассеялись, и ее охватило невыразимое чувство беспокойства.

— Линьюэ, — Чэнь Синчжоу крепче сжала ее руку, костяшки пальцев побелели от усилия, словно она черпала в этом силы и одновременно пыталась удержать ее крепче-накрепко. Ее голос тек медленно и четко: — Некоторые слова я хранила в сердце… очень и очень долго. Так долго, что это преодолело жизнь и смерть.

— Жизнь и смерть? — озадаченно повторила Чжоу Линьюэ, и тревога в ее груди стала еще сильнее.

— Жизнь и смерть, — взгляд Чэнь Синчжоу, казалось, пронзил сидящую перед ней Чжоу Линьюэ и вернулся к той выжженной, залитой кровью земле. — Линьюэ, знаешь? С тех пор, как я встретила тебя в прошлой жизни, и до самого нашего расставания в наводнении. Не знаю, было ли это чудом или чем-то еще, но мы снова вместе вернулись на несколько лет назад…

Чжоу Линьюэ все еще не понимала, к чему клонит Чэнь Синчжоу, чувствуя лишь, что та сейчас немного взволнована и сжимает ее руку так сильно, что даже становится больно.

— В прошлой жизни, — каждое слово Чэнь Синчжоу падало в тишину ночи тяжелым камнем, — не было никакого перерождения, никакой заблаговременной подготовки. Перемены погоды, крах порядка. Мы встретились вновь в руинах… выживали из последних сил, прожили долго, но… прожили очень тяжело, в полном отчаянии.

Она закрыла глаза, словно не выдерживая этого груза на несколько секунд, а когда открыла их снова, на дне ее глаз залегла бездонная боль: — Каждый день мы отчаянно боролись за следующий кусочек еды, за следующую каплю чистой воды. Каждый день мог стать последним. Холод, голод и людские сердца, страшнее любых монстров… Линьюэ, ты помнишь? В самые холодные дни ты, чтобы сберечь для меня половину лепешки, замерзшей до каменного состояния, сама упала в обморок от голода в снегу… В заброшенной больнице города Си ты горела от высокой температуры, твое тело пылало, сознание затуманилось, но ты мертвой хваткой вцеплялась в полу моей одежды и снова и снова шептала: Синчжоу, не бросай меня… И еще… еще тот раз, когда ты специально устроила шум и убежала, чтобы отвлечь толпу мародеров…

Дыхание Чжоу Линьюэ внезапно оборвалось, краски схлынули с лица в свете лампы, оставляя ее бледной. Те смутные, похожие на обломки кошмаров образы под низкий рассказ Чэнь Синчжоу хлынули с новой силой, поднимая со дна памяти все то, что она так старательно пыталась забыть.

Она никогда не смела вспоминать те дни конца света, когда ей приходилось переносить столько боли и мучений ради выживания.

— Хватит… — дрожащим голосом прервала она, ее тело начало неконтролируемо бить мелкой дрожью, и слезы хлынули из глаз неудержимым потоком, вмиг размывая всё перед взором.

— Нет, — она отпустила руку Чжоу Линьюэ, обхватила обеими ладонями ее заплаканное лицо и заставила смотреть себе в глаза. В этом взгляде горело такое пламя, что оно почти обжигало. — Линьюэ, посмотри на меня! В таком аду, в таком отчаянии… меня заставляло снова и снова подниматься из луж крови вовсе не какое-то абстрактное стремление выжить!

Ее голос сорвался, в нем проступила невиданная доселе хрупкость и предельно острая, всепоглощающая нежность: — Это были твои сияющие глаза всякий раз, когда ты протягивала мне последний кусок еды! Это было то крошечное тепло твоего тела, когда ты, дрожа от холода, непременно прижималась ко мне, чтобы согреться! Это была твоя хрупкая, но упрямая спина, когда ты, смертельно боясь, неизменно заслоняла меня собой! Линьюэ… я…

Голос Чэнь Синчжоу окончательно застрял в горле, мощный эмоциональный удар лишил ее возможности дышать. Она пристально смотрела в глаза Чжоу Линьюэ, вымоченные в слезах, словно расколотый христалл, и слово за словом, изо всех сил выплекивала то, что копилось в ее сердце две жизни:

— Я любила тебя еще в прошлой жизни! Очень-очень сильно! Так сильно… что не смела и не могла сказать об этом! Потому что за сегодняшним днем могло не последовать завтрашнего, потому что… я боялась стать для тебя обузой, боялась, что моя любовь превратится в твое бремя, боялась, что не смогу дать никаких обещаний и сделаю тебе только больнее!

Горячие слезы наконец прорвали ледяную оболочку Чэнь Синчжоу, скатились по ее напряженным щекам и упали на тыльную сторону ладони Чжоу Линьюэ, обжигая так, что та судорожно вздохнула.

— Но теперь всё иначе! — в голосе Чэнь Синчжоу звучали ликование человека, спасшегося после катастрофы, и почти благоговейная мольба. — Небеса дали нам шанс начать всё сначала! Линьюэ, на этот раз я хочу ухватиться за него! Я хочу стоять рядом с тобой с открытым сердцем — и как партнер, и как боевой товарищ, и как любимый человек!

Она бережно держала заплаканное лицо Чжоу Линьюэ, прижавшись лбом к ее лбу, и их горячие слезы смешались воедино.

— Линьюэ, дай мне шанс, хорошо? — ее голос стал тише, наполненный беспрецедентной нежностью и робкой надеждой. — Дай мне шанс заботиться о тебе и защищать тебя всю жизнь. Обещаю, в этой жизни ты больше не познаешь ни капли боли, ни крохи голода! Я откормлю тебя, сделаю круглой и румяной, чтобы ты каждый день улыбалась, чтобы тебе больше никогда не пришлось бояться и оглядываться назад — проверять, здесь ли я… Я буду рядом! Всегда, всегда буду рядом с тобой!

С этими словами Чэнь Синчжоу слегка отстранилась, словно исчерпав все свои силы. Ее взгляд по-прежнему был прикован к Чжоу Линьюэ, в нем читалась отчаянная решимость и напряженное ожидание приговора.

Чжоу Линьюэ уже вовсю рыдала. Эта страстная, опаляющая исповедь Чэнь Синчжоу, полная крови и слез, обрушилась на нее сокрушительным девятым валом. Шок, радость, некоторое неверие — ведь она думала, что Синчжоу просто видит в ней соратницу по битве… В конце концов все эти чувства затопила мощная волна запоздалой горести и всепоглощающей обиды, копившейся две жизни.

— У-у… Чэнь Синчжоу, ты сволочь! — она внезапно сорвалась на крик, и ее надрывный упрек сквозь слезы резал слух. — В прошлой жизни… в прошлой жизни ты любила меня? Так почему же ты молчала! Почему не сказала! Ты хоть знаешь, я… я…

Она захлебнулась рыданиями. Смутные чувства, зародившиеся в отчаянии прошлой жизни и точно так же глубоко запрятанные ею в сердце без права на озвучивание, сейчас разрослись дикой травой, переплетясь с нынешней обидой и страхом.

— Ты знаешь, как сильно я… я испугалась, когда ты так долго не возвращалась… Я думала… я думала, ты… — она плакала навзрыд, колотя слабыми кулачками по плечу Чэнь Синчжоу без всякой системы, и удары эти казались не сильнее щекотки. — Я думала, ты бросила меня! Совсем как… как раньше, когда ты уходила на поиски припасов и долго-долго не возвращалась… У-у… почему ты только сейчас вернулась… почему только сейчас рассказала мне…

Ее слезы катились градом, срываясь крупными каплями и пропитывая ткань на груди Чэнь Синчжоу.

Глядя на рыдающую в ее объятиях Чжоу Линьюэ, похожую на заблудившегося ребенка, и слушая ее обиженные, исполненные зависимости упреки, Чэнь Синчжоу чувствовала, будто чья-то невидимая рука сжала ее сердце до боли. Вся тревога и неуверенность растворились в огромной волне жалости и нежности.

— Прости… Линьюэ, прости… — она крепко прижала Чжоу Линьюэ к себе, зажав в объятиях так сильно, как только могла, уткнувшись подбородком в ее мягкую макушку. Низким, хриплым голосом она повторяла снова и снова: — Это я во всем виновата, это я такая глупая, такая трусливая… И в прошлой жизни, и в этой… Заставила тебя столько ждать, напугала тебя… Прости меня…

Она мягко гладила по вздрагивающей от слез спине Чжоу Линьюэ, чувствуя каждую нотку обиды и привязанности этого мягкого тела в своих руках, и царившая в ее душе неопределенность наконец улеглась. Она чуть ослабла объятия и опустила взгляд на раскрасневшиеся от слез опухшие глаза и личико, покрытое дорожками слез.

Затем, сквозь пелену слез Чжоу Линьюэ, Чэнь Синчжоу подняла правую руку ладонью вверх — пустую. В следующее мгновение, без всякого предупреждения, на ее ладони из ниоткуда возникла маленькая темно-синяя бархатная коробочка и тихонько легла туда.

Всхлипывания Чжоу Линьюэ мгновенно оборвались. Она широко раскрыла мокрые глаза и с неверием уставилась на предмет, появившийся из воздуха.

Дрожащими пальцами Чэнь Синчжоу открыла бархатную крышечку.

В мягком свете на черной бархатной подложке покоилось тонкое, гладкое золотое кольцо 18 карат без единого узора и камня. Простое и хрупкое, оно тем не менее источало изнутри ровное, непоколебимое металлическое сияние — сдержанное, но вечное.

— Линьюэ, — голос Чэнь Синчжоу звучал с невиданной прежде торжественностью и едва уловимым напряжением. Она достала крошечное золотое кольцо, ее кончики пальцев побелели от усилия. — Ты… согласна стать моей девушкой? В этой жизни, в следующей, независимо от конца света и от того, где мы окажемся, — будем ли мы вместе, навсегда?

Она вглядывалась в глаза Чжоу Линьюэ, ожидая ответа, а ее сердце безумно колотилось в груди, словно норовя разорвать путы.

Взгляд Чжоу Линьюэ переметнулся с кольца на лицо Чэнь Синчжоу, полное напряжения и глубокой любви. Слезы вновь хлынули из глаз, но на этот раз в них не было ни обиды, ни страха — лишь колоссальное, ослепительное чувство обретенного счастья и полноты бытия, с которым она уже не могла совладать.

— Дурочка… — с густой гнусавостью протянула она, ругая ее сквозь слезы, но в голосе сквозило бесконечное кокетство. Вместо прямого ответа она с показной горделивостью и детской обидой решительно протянула Чэнь Синчжоу свою левую руку — изящную, белую, все еще влажную от слез. Ее пальцы слегка подогнулись, ладонь была обращена вверх, а безымянный палец чуть приподнялся.

— Чего… чего застыла! — поторопила она сквозь слезы, ее щеки раскраснелись, точно спелые яблоки, а взгляд горел неземным светом, в котором ясно читались требование и нетерпение. — Давай… быстрее! У меня уже рука устала!

Этот ответ, красноречивее любых слов, мгновенно расслабил натянутые струны души Чэнь Синчжоу. Необъятная радость нахлынула на нее теплой волной. Она глубоко вздохнула и с предельной аккуратностью, почти благоговейно подцепила гладкое золотое кольцо.

От волнения ее пальцы слегка подрагивали, но со второй попытки она уверенно надела тонкое кольцо на основание безымянного пальца левой руки Чжоу Линьюэ.

Размер подошел идеально. Ровное золото безупречно обвило изящный палец и в мягком свете заиграло нежным, вечным блеском, словно наконец прозвучавший в тишине безмолвный обет.

Глядя на прохладное, тяжеловесное обещание на своем пальце, Чжоу Линьюэ расплакалась еще сильнее, но уголки ее губ помимо воли взметнулись вверх. Одновременно плача и улыбаясь, она походила на ребенка, получившего заветную сладость. Она резко бросилась в объятия Чэнь Синчжоу, крепко обхватила ее за талию и глубоко уткнулась заплаканным лицом в ее ключицы, жадно вдыхая родной, успокаивающий запах.

— У-у… Чэнь Синчжоу… если ты еще хоть раз… посмеешь меня бросить… посмеешь что-то утаить… я… я тебя до смерти искусаю… — бессвязно угрожала она глухим голосом, в котором сквозило капризное баловство переживших катастрофу людей и абсолютное, слепое доверие.

— Больше не буду, никогда больше не буду, — Чэнь Синчжоу крепко прижимала ее к себе, легко поглаживая подбородком по макушке. Ее низкий, мягкий голос источал беспредельную заботу и утешение: — В этой жизни, в следующей, из века в век — я всегда буду с тобой, откормлю тебя такой круглой и сытой, что от меня никуда не убежишь… Тише, не плачь больше…

Она мягко похлопывала Чжоу Линьюэ по спине, успокаивая ее, как самое драгоценное сокровище, пока бурные рыдания постепенно не сменились тихими всхлипываниями, а затем — ровным, глубоким дыханием. Колоссальная эмоциональная растрата и обретенный покой позволили нервам Чжоу Линьюэ окончательно расслабиться, и в теплых объятиях Чэнь Синчжоу она погрузилась в глубокий сон. На ее ресницах еще блестели невысохшие слезы, но на губах застыла сладкая, умиротворенная улыбка.

Чэнь Синчжоу опустила голову, глядя на мирное лицо спящей в ее руках девушки, а затем перевела взгляд на золотое кольцо на ее безымянном пальце, которое отчетливо сияло в полумраке. Она сильнее сомкнула руки, прижимая Чжоу Линьюэ еще ближе к себе, и в этот момент искренне поверила во все те слова из сериалов и книг: обнимая любимого человека, чувствуешь, будто держишь в руках целый мир.

http://bllate.org/book/22447/2359211

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Вы не можете прочитать
«Глава 25»

Приобретите главу за 5 RC

Вы не можете прочитать Apocalypse Cash Power Survival Log / Постапокалипсис по карману: Деньги решают всё / Глава 25

Для покупки авторизуйтесь или зарегистрируйтесь

100 гл. на все книги · 350 RC Главы открывают любые книги этого автора. Не сгорают. Новая покупка прибавляет главы.
Инструменты
Настройки

Готово:

100.00% КП = 1.0

Скачать как .txt файл
Скачать как .fb2 файл
Скачать как .docx файл
Скачать как .pdf файл
Ссылка на эту страницу
Оглавление перевода
Интерфейс перевода