Сун Хуайцы посмотрел на вытирающую слёзы Чэнь Жомин, кончиками пальцев погладил гладкую ткань пакета для бенто и произнес:
— Жомин, я не люблю лишние взгляды.
Посмотрим, годен ли ты вообще на что-нибудь.
Чэнь Жомин бросил мимолетный взгляд на верхнюю часть шкафа для хранения документов, где мигал красный огонек умной камеры видеонаблюдения.
Эта камера не относилась к системе охраны в диспетчерской, и права на просмотр были только у Сун Хуайцы и Лань Сюаньцина.
Чэнь Жомин непринужденно подошел ближе и под предлогом выбросить салфетку толкнул локтем шкаф. Корпус качнулся, и закрепленная наверху камера поддалась и накренилась назад, после чего Чэнь Жомин ловко выдернул шнур питания.
Сун Хуайцы опустил взгляд и легко усмехнулся.
Неплохо.
Он отдал первое поручение:
— Жомин, мне нужен человек или целая команда, способные добывать для меня информацию. Из разряда личной и конфиденциальной.
Сун Хуайцы всегда доверял тем, кого приближал к себе.
А работа, которую выполнял Чэнь Жомин, как раз была связана со сбором информации. Он ориентировался в рыночных тенденциях этой эпохи лучше самого Сун Хуайцы, прекрасно знал новости о тех или иных людях и компаниях, умел проводить расследования и обладал широким кругом знакомств.
Имея такого помощника, Сун Хуайцы чувствовал себя в полном спокойствии.
Немного подумав, Чэнь Жомин сказал:
— Директор Сун, у меня есть знакомый, который держит детективное агентство. Частное, из тех, чьи дела покрыты тайной, и связаться с ними без нужных каналов невозможно. Он собирает информацию очень точно и быстро, мастерски ведет слежку и наводит справки. К тому же он невероятно педантичен, обладает развитым контрразведывательным мышлением, делает всё чисто и не оставляет никаких зацепок или улик. Обычно со всеми сложными вопросами я обращаюсь именно к нему.
Сун Хуайцы задумчиво прищурился и спросил:
— А язык у него за зубами держится? Включая вопросы, касающиеся заказчиков и их личной жизни.
Чэнь Жомин кивнул и ответил:
— У них есть соглашение о неразглашении. Хотя частные расследования — вещь скользкая, и за них легко могут прищучить, у них свои надежные источники и методы работы. В вопросах скорости и конфиденциальности на него можно положиться.
Сун Хуайцы посмотрел на него и вдруг с легкой насмешкой произнес:
— Судя по тому, что ты говоришь, в этом детективном агентстве у тебя есть связи. Признавайся, наводил про меня справки через него?
Услышав это, Чэнь Жомин принялся яростно мотать головой и поспешил оправдаться:
— Ни в коем случае, директор Сун! Это было бы неуважением к вам, я бы ни за что так не поступил.
Глядя прямо в глаза Сун Хуайцы, он с серьезным выражением лица добавил:
— Раньше я действительно сомневался и блуждал в потёмках, но теперь я буду верить вам безоговорочно. Я верю в то, что вы делаете, и верю, что вы стоите того, чтобы я отдавался этому делу полностью.
Ох, небеса. Что тут сказать?
Сказать, что он доверчив? Или что им так легко манипулировать?
Да и ладно.
Сун Хуайцы тоже улыбнулся, глядя на него, и произнес:
— Свяжись со своим знакомым и скажи, что хочешь навести обо мне справки. Мне нужно узнать всё о моем прошлом, семейных узах и личных связях.
Чэнь Жомин слегка удивился, но тут же сообразил в чем дело и спросил:
— Это из-за того вашего родственника?
Сун Хуайцы кивнул.
Чэнь Жомин всё понял.
Директор Сун и правда очень переживает из-за своей семьи.
Он ответил:
— Я понял.
— Быстро. Самое позднее — к полузатра послезавтра я хочу увидеть результат. Отрепортируешь о расходах, а теперь свободен.
Видя, как Чэнь Жомин кивнул и удалился, Сун Хуайцы неторопливо поднялся на ноги, воткнул на место шнур умной камеры, аккуратно выровнил ее и пробормотал себе под нос:
— Ну надо же какая растяпа, прямо глаз да глаз за ним нужен.
Ловя на себе самые разные взгляды сотрудников отдела маркетинга, Чэнь Жомин вернулся за свое рабочее место и даже краем глаза не посмотрел на пустое кресло по соседству.
Он достал телефон и написал контакту, записанному как А-Вэнь:
111
Собеседник тут же прислал прайс-лист и сообщение:
Ого, крупный клиент! Какая честь для меня на этот раз?
Даже через экран телефона можно было расслышать его льстивый тон.
Чэнь Жомин переслал ему фотографию, которую сохранил совсем недавно, и написал:
Мне нужна информация о Сун Хуайцы, включая всю его сеть контактов.
В это время дома у Чжоу Ювэня, который сидел в унынии и жевал сухой хлеб, оживился телефон — замаячил заказ. Он тут же швырнул кусок хлеба на стол и, с предвкушением ожидая вестей от Чэнь Жомина, уставился в экран, но получил вот такое сообщение.
На его лице промелькнуло презрение, и он ответил:
Не в обиду будь сказано, братец, но у тебя навязчивая идея! Ты что, решил заделаться тайным родственником?
Не дожидаясь объяснений от Чэнь Жомина, Чжоу Ювэнь застучал пальцами по экрану и отправил новое сообщение:
Брось это дело, брат не хочет потом носить тебе передачки в тюрьму (смайлик, вытирающий слезы).
Чэнь Жомин с трудом подавил желание заехать кулаком прямо в экран и ответил:
Даже если я стану внебрачным сыном, это в тысячу раз лучше, чем твоя грязная привычка копаться в чужом белье. Если кто-то решит засудить тебя за нарушение авторских прав на изображение или что-то в этом роде, смотри, как бы самого без штанов не оставили.
У Чжоу Ювэня не вовремя заурчало в животе, и он тут же продал свою гордость за деньги:
Твой кудол — местный в городе А? Местные расследования стоят две тысячи, а за иногородних придется оплачивать мне билеты на самолет и проезд.
У Чэнь Жомина зачесались кулаки, и он злобно ответил:
Сдохни уже с голодухи.
После чего сделал скриншот переписки, отправил его Сун Хуайцы и написал:
Директор Сун, можно перевести задаток заранее.
Сун Хуайцы обратил внимание на то, как записан контакт в WeChat, и на их непринужденную манеру общения. Не раздумывая ни секунды, он перевел две тысячи двести юаней и добавил:
Доверяй своим людям. Пусть твой знакомый нормально поест, не мори его голодом.
О-о-о-ой, да директор Сун просто ангел!
Чэнь Жомин принял перевод, отправил гифку с песиком, несущим в зубах розу, и не преминул напомнить:
Директор Сун, пожалуйста, не забудьте забрать деньги сверху.
Сун Хуайцы беспрекословно принял перевод и в ответ прислал мультяшную картинку с сине-белой акулой и надписью «Спасибо».
Чэнь Жомин молча закрыл глаза, отодвинул телефон подальше и зажал рот рукой, беззвучно визжа от восторга.
Какая прелесть!!!!
Динь-дон.
Чэнь Жомин снова взглянул на экран: это Чжоу Ювэнь прислал сообщение:
Эй, ты где? Сделка в силе или как?
Чжоу Ювэнь молча подошел к мусорному ведру и выудил обратно выброшенный хлеб.
Прости, хлебушек, это я тут только что выпендривался.
Он уже собирался отправить кусок в рот, как Чэнь Жомин прислал ему перевод.
Две тысячи!! Да еще и сверху двести накинули!!
А следом прилетело сообщение:
Не сдохни с голодухи, чтоб работу сделать. Завтра же мне нужна информация.
Чжоу Ювэнь тут же со злостью швырнул хлеб обратно в ведро.
Твою мать, это же даже собаки не станут есть!
Счастливый донельзя, Чжоу Ювэнь принял деньги, тут же скинул стандартное соглашение о неразглашении и впридачу отправил голосовое сообщение, предварительно зажав нос.
Чэнь Жомин посмотрел на полоску аудиозаписи, молча убавил громкость и нажал воспроизведение.
Из динамика донесся жеманный голосок, изобилующий кокетливыми интонациями:
Спасибочки тебе, братик~
Чэнь Жомин почувствовал, как по всему телу побежали мурашки, и поскорее подписал соглашение о неразглашении.
Хорошо еще, что переговоры вел он, иначе директора Сун от тошнотворного голоса Чжоу Ювэня просто вывернуло бы наизнанку.
Внимательно перечитав договор, Чжоу Ювэнь решил отработать деньги по совести. Сначала он с наслаждением заказал себе огромную порцию жареной курицы с колой и только после этого открыл ноутбук.
Сперва он вбил в поиск общие сведения о Сун Хуайцы — ничего особенного, всё крутилось вокруг того, как тот развивал компанию и как упорно трудился. Чэнь Жомин так часто повторял это у него над ухом, что он уже мог бы рассказывать это наизусть.
Закрыв вкладку, он вставил в системный блок флешку. Пальцы застучали по клавиатуре, и на экране открылся какой-то закрытый сайт, созданный самым искушенным хакером из их детективного агентства.
Внутри хранились досье на всех, кого они когда-либо проверяли: в записях значились не только сами объекты слежки, но и все их родственники с друзьями, изученные вдоль и поперек.
Там же копировалась и сохранялась большая часть новостей рыночного масштаба, касающихся тех или иных персон — от серьезных уголовных дел до самых мелких уличных сплетен.
Чжоу Ювэнь начал просеивать через эту базу всю информацию, имеющую отношение к Сун Хуайцы.
В тишине комнаты раздавался лишь сухой и частый стук клавиш.
Тем временем в кабинете.
Сун Хуайцы достал из пакета термос-супницу и стоило ему открыть крышку, как оттуда поплыл аппетитный аромат.
Заглянув внутрь, Сун Хуайцы убедился, что это действительно вчерашний наваристый и сладковатый суп.
Заботу тетушки Ду всегда легко разгадать: она напоминала излишне озабоченную, бесконечно хлопочущую мать.
Она с невероятным вниманием подмечала, какое блюдо Сун Хуайцы съел с большим аппетитом, сколько ложек супа выпил, а к чему почти не притронулся — то, что оставалось нетронутым, больше никогда не появлялось на обеденном столе, зато приглянувшиеся ему супы и кушанья неизменно ждали его на следующий день.
Впервые за долгое время у Сун Хуайцы возникло мимолетное чувство привязанности и доверия к тому особняку.
Выжженная степь в глубине его души постепенно оживала.
Достав ложку и палочки для еды, он зачерпнул суп и отправил в рот.
Тук. Тук-тук.
Сун Хуайцы поднял голову.
Кому пришло в голову явиться сюда в такое время?
— Войдите.
Дверь кабинета отворилась, и Сун Хуайцы увидел Лань Сюаньцина. Тот зашел, заложив руки за спину, и попутно прикрыл за собой дверь.
Сун Хуайцы тут же насторожился, но на лице его сохранилась прежняя улыбка, в то время как в мыслях он уже лихорадочно просчитывал, как выгоднее всего контратаковать, если придется защищаться.
Лань Сюаньцин приближался. Сун Хуайцы сохранял невозмутимость, наблюдая, как тот вдруг протянул руку, подхватил со стола термос-супницу, переставил ее в сторону, а затем положил на стол то, что держал в другой руке.
Глядя на пестрые картонные коробки в пакете, Сун Хуайцы слегка склонил голову набок.
Это еще что такое? Снова муссовый торт?
Заметив, что он смотрит на него с настороженным любопытством, словно подозрительный и в то же время любопытный кот, Лань Сюаньцин невольно улыбнулся.
Стараясь сдержать рвущуюся наружу улыбку, он протянул руку, развязал пакет и открыл одну из коробок — внутри лежала десятидюймовая манговая пицца.
В воздух взметнулся густой молочный аромат вперемешку со сладостью спелых фруктов.
Кажется… выглядит неплохо?
Лань Сюаньцин открыл остальные коробки: в них обнаружились фрукты, картофельные дольки, гамбургеры — всё это была еда, которую Сун Хуайцы почти не доводилось пробовать.
Подняв взгляд на Лань Сюаньцина, Сун Хуайцы поинтересовался:
— Секретарь Лань, что это значит?
Какой-то новый изящный способ отравить начальство?
Лань Сюаньцин в ответ задал встречный вопрос:
— Босс, я могу присесть?
Сун Хуайцы ничего не ответил, и Лань Сюаньцину пришлось пояснить:
— Пришел пообедать вместе с боссом, просто заказал лишнего.
Сун Хуайцы никак не мог раскусить истинные намерения Лань Сюаньцина.
С чего бы это?
Насколько он помнил, пересекались они с этим секретарем крайне редко. С какой стати тот вдруг решил разделить с ним трапезу?
Что он замышляет? Кто за ним стоит?
Какова его цель? Неужели в нем самом еще осталось что-то, чем можно поживиться?
Хм, вообще-то да.
У него по-прежнему оставалась эта компания, Сун Хуайцы.
Похоже, расследование в отношении самого Лань Сюаньцина пора переносить в разряд первоочередных задач. Оставалось надеяться, что братец этого Чэнь Жомина действительно надежен.
Черт, как же ему всё-таки не нравилась эта пассивная роль.
Тут Сун Хуайцы снова услышал голос Лань Сюаньцина:
— Босс, так я могу присесть?
Сун Хуайцы улыбнулся:
— Нет.
Радость в глазах Лань Сюаньцина угасла.
Ничего страшного, бесстыдства ему не занимать.
И Лань Сюаньцин заявил:
— Тогда я постою.
Сун Хуайцы растерялся, Сун Хуайцы был потрясен.
Что вообще происходит с этим человеком?
Разве его слова прозвучали недостаточно ясно?
Лань Сюаньцина что, умом обделили?
Сун Хуайцы уже протянул руку к термосу, намереваясь отхлебнуть супу и заглушить это немое изумление, как Лань Сюаньцин опередил его: он отодвинул супницу еще дальше, вытащил из его пальцев ложку и бросил ее прямо в суп.
Сун Хуайцы: ?
Заметив очередной выразительный взгляд Сун Хуайцы, Лань Сюаньцин позволил остаткам недовольства испариться и произнес:
— Босс, одним супом сыт не будешь.
Он вскрыл упаковку с одноразовыми перчатками, протянул одну пару Сун Хуайцы и сказал:
— Босс, наденьте перчатки, попробуйте, это очень вкусно.
Сун Хуайцы молча глубоко вздохнул.
Ладно. Давай посмотрим, какую игру ты затеял.
Взяв перчатки, он аккуратно натянул их на руки и, подняв глаза, с удивлением обнаружил, что Лань Сюаньцин тоже вовсю натягивает перчатки.
Увидев, что начальник смотрит на него, Лань Сюаньцин взял кусочек пиццы и протянул его Сун Хуайцы.
Увидев эту лепешку с тянущейся желтоватой субстанцией, Сун Хуайцы поморщился от отвращения и даже не подумал протягивать руку.
Лань Сюаньцин тут же решил развить успех и поднес кусок пиццы прямо к губам Сун Хуайцы, но тот слегка толкнул носок туфли о пол, и кресло директора отъехало назад.
Что этот наглец себе позволяет! Какое бессорменное поведение!
Вспомнив парочки, открыто обнимающиеся и тискающиеся посреди улицы, Сун Хуайцы подумал: возможно, в этой эпохе так принято.
Но принимать подобные излишне близкие жесты Сун Хуайцы был категорически не готов. Кормить друг друга с рук — разве это не прерогатива исключительно возлюбленных?
Подавив раздражение, Сун Хуайцы холодно произнес:
— Не утруждай себя, ешь сам.
Лань Сюаньцин слегка опечалился.
Черт, чуть-чуть не хватило.
С сожалением убрав руку, Лань Сюаньцин откусил кусок пиццы.
Наблюдая за тем, как тот проглатывает эту тянущуюся непонятную лепешку, Сун Хуайцы испытал крайне противоречивые чувства.
До чего же мерзкое зрелище.
У него даже аппетит пропал.
Сун Хуайцы молча перевел взгляд на коробку с фруктами, как вдруг длинные пальцы Лань Сюаньцина пододвинули коробку ближе, предварительно воткнув в сочные кусочки пару бамбуковых шпажек.
Не желая больше смотреть на этого человека, Сун Хуайцы вытащил одну шпажку и отправил в рот насаженный на нее помидор черри.
Ну, так себе.
http://bllate.org/book/22454/2360864
Готово: