Сообщение улетело, словно кануло в воду.
Несколько минут тишины показались Цзян Ли целым веком.
В её голове пронеслись бесчисленные мысли: неужели он рассердился? Неужели решил, что у неё плохой тон?
Или… ему просто всё равно?
Едва она уже почти не могла сдержаться и хотела отправить ещё что-нибудь, телефон наконец тихо завибрировал.
Y: [Угу. Ложись спать пораньше, не засиживайся.]
Это ощущение — будто бьёшь кулаком по вате — испугало её ещё сильнее. Она просто заблокировала экран, швырнула телефон на кровать и натянула одеяло на голову.
— Что он ответил? — шёпотом спросила Линь Сяосяо.
— …Сказал ложиться спать пораньше, — приглушённо донеслось из-под одеяла.
— И всё?
— И всё.
Линь Сяосяо тоже замолчала. Такая реакция была слишком ненормальной.
Этой ночью Цзян Ли спала крайне беспокойно, во сне ей виделись всякие странные вещи.
То Му Юйбай усмехался, разглядывая её уродливо отфотошопленную физиономию, то протягивал ей гигантский счёт, то нежно приговаривал: «Малышка, ложись спать пораньше».
Вдруг фон превратился в огромную сеть, она отчаянно барахталась, но сеть затягивалась всё туже, и сбежать было невозможно.
На следующий день Цзян Ли проснулась с тёмными кругами под глазами, и первым делом полезла за телефоном.
Никаких новых сообщений.
Му Юйбай не стал писать «Доброе утро», как в предыдущие дни, и не спросил, чем она собирается заняться сегодня.
На сердце у неё слегка отлегло, но тут же сменилось ещё более глубоким трепетом.
Неужели он собирает доказательства, чтобы подать на меня в суд?
Или ему наконец стало скучно?
Весь день она ходила как на иголках. На лекциях витала в облаках, а на подработке чуть не перепутала заказ.
От каждого звука телефона её сердце замирало, но это была не «Y».
Ближе к вечеру телефон наконец загорелся.
Y: [Как прошёл твой день?]
Цзян Ли долго смотрела на эти слова, колеблясь. Нельзя отвечать слишком тепло — так все прежние усилия пойдут прахом.
И совсем игнорировать нельзя, вдруг он заподозрит неладное или предпримет что-то более радикальное…
Она сжала зубы и ответила двумя иероглифами:
Пчёлка: [Нормально.]
Сухо, для галочки.
Отправив сообщение, она тут же добавила ещё одно, пытаясь оправдать свою холодность:
Пчёлка: [Немного занята…]
На этот раз Му Юйбай ответил очень быстро.
Y: [Чем занята?]
Цзян Ли напряглась. Ее пальцы застучали по экрану, на ходу выдумывая причину:
Пчёлка: [Доделываю домашку.]
Y: [Угу. Не переутомляйся.]
И снова эта вялая забота. Цзян Ли немного подождала, но собеседник больше ничего не прислал.
Её сердце по-прежнему висело в воздухе. Ощущения были как на канате над пропастью, каждый шаг отдавался страхом.
На третий день, на четвёртый… Цзян Ли продолжала свою стратегию холодного игнора.
Му Юйбай время от времени присылал сообщения — иногда простое «Поела?», иногда «Похолодало, одевайся теплее».
Ответы Цзян Ли были предельно краткими: «Поела». «Угу». «Поняла».
Ни единого лишнего слова, никаких вводных частиц и смайликов.
Сто тысяч юаней на счету жгли ей душу, не давая покоя. Ей хотелось как можно скорее вернуть деньги.
А Му Юйбай с другой стороны экрана, глядя на всё более короткие и отстранённые ответы в диалоге, не выказал на лице никакого удивления — напротив, его игривый интерес стал только сильнее.
— Ого, а твоя маленькая лгунья случайно не… играет в недотрогу?
Шэнь Цюэ, зажав зубы зубами соломинку от чая с молоком, подсел ближе, заглянул в экран телефона Му Юйбая и усмехнулся.
— Приёмчик-то довольно старый. Сначала безумно вымогать внимание, чтобы завязать общение, а потом резко остыть, создавая контраст и разжигая любопытство со стремлением завоевать.
— Классический приём пикапа, молодой мастер Му, неужели ты и правда клюнул?
Му Юйбай пропустил его слова мимо ушей, заблокировал экран и взял лежавшую рядом куртку.
— Куда это? — тут же поинтересовался Шэнь Цюэ.
— В Институт искусств, — лаконично бросил Му Юйбай.
— Снова? Да сколько раз ты на этой неделе туда ездишь?
Шэнь Цюэ вытаращил глаза.
— Ваш компьютерный факультет и Институт искусств разделяет полкампуса, с каких пор ты стал так интересоваться живописью и скульптурой?
Му Юйбай ничего не ответил и просто направился к выходу.
Шэнь Цюэ взъерошил волосы и обречённо поплёлся следом.
Ему ведь тоже ужасно хотелось посмотреть, как же на самом деле выглядит эта «маленькая лгунья», которая умудрилась так очаровать… нет, заставить Му Юйбая вести себя столь противоестественно.
Хотя Шэнь Цюэ и видел ту ошеломляющую, безумную арт-фотографию, он ни за что бы не поверил, что в жизни она выглядит так же.
Му Юйбай велел водителю остановиться на перекрёстке неподалёку от Института художественного дизайна.
— Твою мать, ты и вправду приехал в засаду?
Шэнь Цюэ уставился на то, как Му Юйбай опустил стекло, и бездумным взглядом окинул проходящих мимо студентов, особенно задерживаясь на ключицах девушек, потеряв дар речи от такого зрелища.
— Братец, ты людей ищешь или наложниц выбираешь? Ещё и пялишься исключительно на шеи? Какую ты там метку выискиваешь? Следы от засосов, что ли?
Му Юйбай бросил на него равнодушный взгляд:
— Заткнись.
— А вот и не заткнусь!
Чем дальше, тем больше Шэнь Цюэ входил во вкус.
— Говорю тебе, Му Юйбай, ты часом не свихнулся?
— Из-за какой-то девчонки, с которой познакомился в интернете пару дней назад, которая выглядит… хм, своеобразно и при этом изо всех сил выманивает у тебя деньги, ты готов поселиться стражем у ворот Института искусств А-университета!
— Знаешь, что болтают у нас на компьютерном факультете? Говорят, у тебя, молодого мастера Му, в последнее время резко изменился вкус и потянуло на абстрактное искусство!
— Мне просто любопытно. — Му Юйбай отвёл взгляд.
Расписание, выданное помощником, показывало, что на этой неделе у искусствоведов пар было мало, особенно во второй половине дня — сплошные окна.
И где же она может быть? В библиотеке? Или в общежитии?
— Любопытно? По-моему, ты одержим.
Шэнь Цюэ закатил глаза и, проследив за его взглядом, тоже посмотрел наружу — девушек-студенток на улице и впрямь хватало, все молодые и красивые.
— Какую именно примету ты выискиваешь? Скажи мне, я помогу посмотреть, их тут вон сколько ходит, неужели сам всех разглядишь?
— Не нужно, — наотрез отказался Му Юйбай.
Он хотел найти её сам.
Какой она окажется в реальной жизни — та самая маленькая лгунья, которая под маской жадности скрывалась в виртуальных сетях за убогой актёрской игрой?
Зажатой или жизнерадостной?
Будет ли она прятать глаза от стыда, что обманула его, или вообще понятия не имеет, кто он такой?
Это чувство — распутывать загадку и шаг за шагом приближаться к правде — впервые за долгое время вызывало у него лёгкое удовольствие.
По сравнению с прямолинейными интригами в деловом мире, такое неловкое, неуклюжее сближение казалось куда более увлекательным.
— Ладно-ладно, раз не нужно, так не нужно.
Шэнь Цюэ сдался, уставившись на разноцветных красавиц за окном машины и продолжая бормотать под нос:
— По мне, так тебе просто скучно жить, вот и развлекаешься. Но предупреждаю: играешь с огнём, так и обжечься недолго.
— С такими знакомствами из интернета никогда не знаешь, на кого нарвёшься, а вдруг она…
Он не успел договорить, как его взгляд зацепился за девушку, выходившую из дверей учебного корпуса искусств с несколькими толстыми книгами в руках.
На ней был простой белый свитер и джинсы, стройная, но ладная фигура, высокий конский хвост, светлая кожа, а в мягких линиях профиля сквозило что-то очаровательное.
Она слегка опустила голову, будто о чём-то задумавшись, и совсем не замечала взглядов из машины неподалёку.
— Ого! Брат Юй… глянь-ка, какая красавица!
— Одета простенько, а фигура просто отпад! С каких это пор в Институте искусств водятся такие красотки… неужели первокурсница?
— Брат Юй, кажется, я встретил свою богиню…
Му Юйбай перевёл взгляд туда, куда указывал Шэнь Цюэ, но успел заметить лишь удаляющуюся спину.
Он снова откинулся на спинку сиденья, а в глубине его глаз мелькнуло разочарование.
Не обращая внимания на Шэнь Цюэ, Му Юйбай бросил водителю:
— К западным воротам.
Машина плавно тронулась с места.
Му Юйбай ещё раз взглянул на телефон: диалог заканчивался на отправленном им во второй половине дня сообщении На улице холодно, не забудь утеплиться, на что «маленькая лгунья» ответила коротко: Поняла.
Его пальцы легко постучали по экрану, а взгляд потемнел.
Маленькая лгунья, спектакль в сети больше не удаётся вести, решила спрятаться?
Ничего страшного.
Мы никуда не спешим.
http://bllate.org/book/22715/2406488
Готово:
