Готовый перевод Sick Beauty Master Holds a Cliché Transmigration Script / Больной красавец-наставник с мелодраматичным сценарием: Глава 10

До того, как он успел опомниться, Шэнь Инмянь уже отделил крошечный огонек и, щелкнув пальцами, отправил его прямо на кончик волос ученика.

— А-а! — парень подскочил на месте, отчаянно хлопая себя по голове, пытаясь сбить пламя.

Цзин Лань замер в изумлении.

— Не суетись, — Шэнь Инмянь чуть отстранился и невозмутимо сел на место. — Сейчас я вас кое-чему еще научу.

Он негромко произнес заклинание, и из его ладони вырвался водяной столп. С тихим свистом он устремился к прыгающему по комнате ученику, окутал его волосы тонкой струей, и огонь мгновенно погас.

Парень, словно получив помилование, судорожно ощупал свои волосы. Убедившись, что они целы и на них не осталось даже следа от огня, он густо покраснел.

— Орден Ланфэн принял вас не для того, чтобы вы издевались друг над другом. Мы совершенствуемся, чтобы защищать себя и тех, кто нам дорог, а не для того, чтобы чинить беспредел. Особенно между братьями по ордену — сплоченность превыше всего.

Шэнь Инмянь обвел взглядом зал.

— Наш орден — первый среди четырех великих школ, и мы не потерпим притеснения слабых. Использовать низкие приемы для издевательств — удел слабаков.

Его слова попали точно в цель. Тот ученик понуро вернулся на свое место, а остальные, кто в тот день обижал Цзин Ланя, опустили головы.

Добившись своего, Шэнь Инмянь не стал больше заострять внимание на этом инциденте. Он прошелся по рядам, проверяя, как ученики осваивают простейшие заклинания.

— Эти техники кажутся простыми, но во время ночных патрулей они могут сослужить добрую службу. Например, если вы окажетесь заперты в пещере… — он остановился возле того самого мальчишки, которого только что проучил, и с кончика его пальца сорвался огонек.

Ученик робко взглянул на наставника, сглотнул и, наконец, несмело поднял руку. В следующую секунду на его пальце тоже заплясало пламя.

Глаза мальчика засияли:

— Спасибо, бессмертный наставник!

Шэнь Инмянь продолжил:

— Если вы окажетесь в пещере, огонь станет незаменим, верно?

— Да, да! — поспешно закивал ученик.

— Огонь не только разгоняет тьму и согревает, но и позволяет приготовить еду…

Шэнь Инмянь шел дальше, обошел весь зал и вернулся к своему ученику. Заметив, что Цзин Лань снова опустил голову, он нахмурился. Это была плохая привычка.

Присев рядом с Цзин Ланем, он сложил пальцы и слегка щелкнул.

Цзин Лань вскинул голову, чувствуя, как на лицо брызнули прохладные капли воды. Он растерянно провел рукой по лицу, но ничего не обнаружил. Однако в этот раз он заметил кое-что важное: Шэнь Инмянь улыбался.

После занятий к ним подошел Сун Цинъюй, чтобы уточнить некоторые детали техники. Шэнь Инмянь терпеливо отвечал, а Цзин Лань стоял рядом, словно провинившийся школьник, — наставник не разрешил ему уйти раньше.

Когда Сун Цинъюй ушел, Шэнь Инмянь, собирая вещи, небрежно бросил:

— Ты злишься, что я поделился огнем с тем учеником?

Цзин Лань посмотрел на него. Он действительно не любил того парня, но только из-за того, что тот растоптал его нефритовую подвеску, а не из-за поступка наставника. Сейчас все его мысли занимало лишь то, как Шэнь Инмянь только что потрепал Сун Цинъюя по голове.

— М? — переспросил Шэнь Инмянь.

Цзин Лань машинально покачал головой.

— Тогда почему ты снова не в духе? — Шэнь Инмянь смотрел на него с легким недоумением. Говорят, женское сердце — что морская пучина, но и мысли этого ребенка были не менее загадочны.

Цзин Лань нахмурился и резко перевел тему:

— Вы можете научить меня этому?

Шэнь Инмянь давно привык, что мальчик никогда не отвечает прямо. Он немного помолчал.

В голове отчаянно зазвучал голос Системы:

— Он хочет совершенствоваться! Хозяин, помоги ему пробудить духовный корень!

Система была в панике: ее подопечный занимал последнее место в рейтинге очков на космической станции.

Шэнь Инмянь посмотрел на ребенка:

— Почему ты хочешь учиться? Чтобы защитить себя? Или чтобы отомстить тем, кто тебя обижал?

Цзин Лань поджал губы и снова начал опускать голову, но его подбородок коснулся прохладный палец, заставляя поднять взгляд. Он утонул в улыбающихся глазах наставника.

— Почему ты так любишь смотреть в пол? — Шэнь Инмянь игриво поскреб его по подбородку и с удовольствием отметил, как мальчик широко распахнул глаза. — Желание дать сдачи обидчикам — это нормально. Почему ты боишься об этом сказать?

Даже если в будущем Цзин Лань убьет его, Шэнь Инмянь не считал это ошибкой — каждый должен отвечать за свои поступки.

Пойманный с поличным, Цзин Лань хотел было снова опустить голову, но, увидев тонкие пальцы наставника, замер. Он чуть приподнял подбородок и впервые прямо посмотрел в глаза Шэнь Инмяню:

— Я просто хочу, чтобы меня больше не обижали.

— Хорошо. Тогда…

Цзин Лань затаил дыхание, ожидая продолжения.

В фиолетовых глазах Шэнь Инмяня промелькнула искра веселья:

— Сначала назови меня наставником, чтобы я услышал?

В тот день Шэнь Инмянь так и не дождался от мальчика заветного обращения.

Получив задание, он потратил 200 очков, чтобы купить для Цзин Ланя пилюли для очищения духовных корней. Теперь оставалось лишь ждать. Эти дни он проводил в своих покоях, восстанавливая нефритовую подвеску.

Настал последний, самый важный день. Для восстановления разбитого нефрита требовалось огромное количество чистой духовной энергии. Шэнь Инмянь предупредил Цзин Ланя, что уходит по делам, и заперся в комнате.

— Хозяин, зачем ты его обманул? — спросила Система.

Шэнь Инмянь положил на стол почти восстановленный нефрит и ответил:

— Я же сказал, что ухожу искать мастера. К тому же он еще не открыл свои способности и не почувствует, есть кто-то в доме или нет. Ты сама говорила, что нельзя нарушать характер персонажа. У Шэнь Инмяня нет причин помогать ему с починкой украшения.

— Но мне кажется, ребенок тебя любит. Можно было бы ускорить прогресс, чтобы завоевать его доверие.

— Любит? — Шэнь Инмянь не поверил. Если бы любил, разве он не назвал бы его наставником?

Он не стал больше спорить и принялся вливать духовную энергию в микротрещины нефрита. Сначала все шло гладко — тело, в котором он находился, обладало мощным запасом сил, — но вскоре он почувствовал неладное. Энергия начала возвращаться назад, словно внутри подвески была другая сила, сопротивляющаяся ему.

— Беда! В нефрите остатки чьей-то души! Сила загадочная и немалая. Хозяин, будешь продолжать?

Шэнь Инмянь стиснул зубы:

— Это задание, выданное вами. Разве можно остановиться на полпути?

— Если остановишься, снимут очки, но если продолжишь — можешь навредить своему телу. Хоть я и обещала, что ты не умрешь во время миссии, боль будет вполне реальной. Страдать-то придется тебе!

Шэнь Инмянь решил, что пути назад нет. Если он остановится, все усилия пойдут прахом, а нефрит рассыплется в пыль. Узнав от Системы о происхождении этого артефакта, он тем более не мог отступить.

Шэнь Инмянь сосредоточился и направил в подвеску непрерывный поток энергии.

На границе ордена Ланфэн задрожал защитный барьер. Патрульные бросились в павильон Линсюй докладывать главе.

Прежде чем Шэнь Инмянь успел истощиться, дверь в его покои с грохотом разлетелась в щепки под ударом меча.

Шэнь Инмянь не обратил на это внимания, влил последний импульс энергии и сделал финальный штрих.

— Шэнь Инмянь! — взревел Линь Сянсун. Его меч дрожал в руках, он был в ярости.

Шэнь Инмянь, опираясь на стол, смотрел на безупречный нефрит. Его вуаль упала на пол. Он тяжело дышал и медленно, очень медленно улыбнулся.

Он схватил Линь Сянсуна за руку и прошептал:

— Починил… Отдай это Цзин Ланю. Только не говори… не говори, что это я.

— Инмянь, ты сошел с ума? Что ты творишь? — Линь Сянсун подхватил его, не смея применить силу.

— Старший брат…

— Ты… — у Линь Сянсуна застряли в горле слова упрека.

— Спасибо, брат, — Шэнь Инмянь, казалось, потратил последние силы и потерял сознание.

У Линь Сянсуна на лбу вздулась вена. Он нащупал пульс на запястье Шэнь Инмяня, резко обернулся и бросил ледяной взгляд в сторону двери:

— Кто здесь?!

Цзин Лань, который до этого прилежно учился писать, стоял на пороге. Он с тревогой смотрел на происходящее и, увидев Шэнь Инмяня, тут же бросился в комнату.

Линь Сянсун, подавляя гнев, уложил Шэнь Инмяня на кровать и начал передавать ему свою энергию. Цзин Лань замер, не зная, что делать.

Вчера Шэнь Инмянь сказал, что уходит, и велел ему заниматься самому. Утром Цзин Лань увидел, что двери покоев закрыты, и решил, что наставник ушел. Как же все обернулось так?

Цзин Лань смотрел на человека, который еще вчера учил его писать, а теперь лежал на кровати бледнее, чем в прошлый раз, когда использовал Небесное Око. Мальчик был в смятении.

Неизвестно, сколько прошло времени. Линь Сянсун покачал головой и отправил передающее сообщение:

— Срочно в павильон Чуйюй.

В комнате воцарилась тишина, нарушаемая лишь тяжелыми вздохами Линь Сянсуна и его тихими проклятиями.

Цзин Лань тихо спросил:

— Что с ним?

Линь Сянсун, словно только сейчас заметив присутствие мальчика, протянул ему подвеску:

— Возьми.

Цзин Лань оцепенело принял нефрит, который выглядел как новый.

В этот момент послышались шаги — пришел главный лекарь ордена Ланфэн. У Бай И, от которого разило спиртным, вошел в комнату, громко икнул и, пошатываясь, направился к кровати.

— Поторапливайся, — бросил Линь Сянсун.

— Чего спешить? Все равно не помрет, — пробормотал лекарь.

Линь Сянсун хлопнул его по плечу:

— Хватит болтать о смерти, не к добру это.

У Бай И лениво подошел к кровати, цокнул языком:

— Совсем себя не бережет. По-моему, смерть уже дышит ему в затылок.

Цзин Лань неосознанно нахмурился и сжал кулаки.

— Может, ему стоило всю жизнь провести в затворе на утесе, — добавил лекарь.

Линь Сянсун нетерпеливо подтолкнул его:

— Довольно, осмотри его скорее.

— Ладно, — У Бай И на мгновение посерьезнел и закрыл глаза.

Вскоре он открыл их — взгляд был ясным, никакой хмельной дымки. Он покачал головой.

— Даже ты не можешь помочь? — Линь Сянсун сделал шаг вперед.

У Бай И невесть откуда достал бутыль с вином, отпил глоток и блаженно вздохнул.

— Говори уже, есть способ или нет? Что нужно? — Линь Сянсун был на грани.

— Тц-тц, хорошо быть младшим братом. Ради него старший готов даже луну с неба достать. Завидую.

— Ты что несешь? — Линь Сянсун был в ярости и едва не пустил в ход ноги. — Если нет способа, проваливай пить свое вино, я сам что-нибудь придумаю.

— Ладно-ладно, — У Бай И выудил откуда-то еще одну бутылку, разжал челюсти Шэнь Инмяня и влил в него немного вина, а затем запихнул в рот красную пилюлю.

— И это все? — спросил Линь Сянсун.

— А что ты хотел? Даже десять божественных лекарей не справились бы, а я и подавно, — У Бай И зевнул. — Скоро очнется, остальное обсудим через пару дней. Дай мне время подготовиться.

Когда У Бай И ушел, Линь Сянсун снова тяжело вздохнул. Он взглянул на Цзин Ланя и, потирая виски, сказал:

— Твой наставник пострадал из-за этой подвески. Сегодня ночью побудь здесь, присмотри за ним. Если что-то случится, передай мне сообщение.

Он протянул Цзин Ланю передающий талисман:

— Знаешь, как пользоваться?

Цзин Лань стоял неподвижно, сжимая в ладони холодный нефрит.

http://bllate.org/book/22794/2418211