Се Чэньюй чувствовал, что с тех пор, как он познакомился с этим неисправимым романтиком, его позорное прошлое начинает расти в геометрической прогрессии, причем всегда абсолютно внезапно.
Он подавил бушующее в теле возбуждение и вышел из лифта. На сердце у него скребли кошки, но он упрямо пытался сохранить лицо:
— У тебя голова кружится, это слуховые галлюцинации.
Сун Янь ответил:
— Если у меня слуховые галлюцинации, то почему ты сказал «я не говорил»?
Се Чэньюй удивился:
— Разве я только что что-то говорил? Наверное, это фраза тебе тоже послышалась.
Сун Янь был поражен до глубины души:
— Се Чэньюй…
Се Чэньюй перебил его, ласково и заботливо:
— Разве у тебя не кружится голова? Поменьше болтай, умница.
Видя, как этот отличник убегает от реальности и отчаянно цепляется за остатки гордости, Сун Янь не удержался и усмехнулся.
Когда ему было плохо, настроение неизменно испортилось бы, он никогда не отличался терпением и не любил общаться с людьми, но на этот раз его редкая улыбка даже помогла немного облегчить головокружение.
Се Чэньюй посмотрел на него.
Сун Янь сейчас не был таким послушным и тихим, как обычно. Плохое самочувствие заставляло его болезненно хмуриться, и от всего его облика веяло какой-то колючей неприступностью. Но стоило ему улыбнуться, как эта колючесть мгновенно сменилась дерзостью, и он вдруг стал таким ярким и живым, что от него невозможно было отвести глаз.
Се Чэньюй резким движением осознал, что, кажется, вышел из роли опекуна. Сердце у него ёкнуло, и он поспешно, не подавая виду, отвел взгляд.
Но было уже поздно.
Воспользовавшись тем, что он отвлекся, феромоны в его теле вырвались из-под контроля и тут же принялись бушевать.
К счастью, они уже вошли в палату. Се Чэньюй усадил Сун Яня на кровать и, сославшись на необходимость принести воды, тут же умчался, едва-едва сохранив последние крохи достоинства.
Сун Яню было не до того, и он не заметил странностей в поведении мужа. Прислонившись к изголовью кровати, он закрыл глаза и стал ждать, пока пройдет головокружение.
Се Чэньюй вернулся только через двадцать минут. Сделав в НИИ укол подавителя, он вновь обрел присущие ему сдержанность и солидность, а заодно придумал оправдание своему исчезновению:
— Я раздобыл немного фруктов, положил на стол.
Сун Янь не открыл глаз и лишь скупо выдал:
— Угу.
Се Чэньюй с некоторым удивлением посмотрел на его равнодушный вид:
— Всё еще плохо?
Сун Янь машинально хотел велеть ему замолчать, но по сравнению с началом головокружение все же отступило. Вспомнив про свой созданный образ, он фыркнул, отвернулся и продолжил игнорировать мужа.
Се Чэньюй благоразумно решил больше не докучать ему, открыл коммуникатор и принялся просматривать новости и тренды.
В этот раз они приехали днем. За окном простиралось ясное небо, легкий ветерок колыхал тюлевые занавески, и в палате воцарилась тишина.
Полежав еще полчаса, Сун Янь наконец пришел в себя. Он открыл глаза, взял со стола стакан и сделал глоток воды.
Се Чэньюй выключил коммуникатор и взглянул на него:
— Ну как?
Сун Янь ответил:
— Гораздо лучше.
Почувствовав, что они уже могут отправляться в путь, он только собрался встать с кровати, как в дверь постучали.
Се Чэньюй обернулся и разрешил войти. Дверь отворилась, и в палату зашел миловидный Омега, судя по всему, еще совсем юный.
Сун Янь удивился:
— И ты здесь?
Он коротко представил гостя Се Чэньюю:
— Мой товарищ по несчастью, Доу Минмин.
Се Чэньюй всё понял.
Во всей Звездной Федерации насчитывалось всего 12 пациентов с таким диагнозом, как у Сун Яня, и этот парень, судя по всему, был одним из них.
За те годы, что они регулярно приезжали в НИИ на лечение и обследования, они со многими успели познакомиться.
С улыбкой он поздоровался:
— Привет.
Доу Минмин в ответ бросил «привет», подошел, присел на край кровати и посмотрел на Сун Яня. Уголки его глаз постепенно покраснели.
Сердечко Сун Яня слегка ёкнуло.
Из всех пациентов он ближе всего общался именно с Доу Минмином, потому что они были ровесниками, да и их родные планеты находились недалеко друг от друга. Как-то раз во время летних каникул Доу Минмин даже приезжал к нему в провинцию.
Это был самый настоящий романтик до мозга костей: он с головой бросался в каждые новые отношения, а когда они заканчивались, переживал это так, будто умирал. Из-за столь яркого характера в самый первый момент, когда Сун Янь придумывал себе образ, именно Доу Минмин всплыл у него в голове первым.
Судя по его виду, он явно снова столкнулся с сердечными проблемами.
Сун Янь вовремя переключил внимание друга:
— Это мой муж, я писал тебе о нем в сообщении.
Доу Минмин тихо произнес:
— Угу.
Вообще-то Доу Минмин собирался на свадьбу Сун Яня, но как раз тогда у него начались финальные экзамены, и Сун Янь отговорил его ехать. Так что сейчас он впервые видел законного супруга воочию.
С покрасневшими глазами он посмотрел на Се Чэньюя:
— Ты должен хорошо к нему относиться, а не то я… я тебе этого не прощу.
Се Чэньюй с улыбкой кивнул в ответ, про себя подумав: неужели эта болезнь так сильно влияет на эмоции, или просто магниты тянут людей друг к другу? Этот пациент выглядит точь-в-точь как его собственный романтик…
Не успел он додумать эту мысль, как Доу Минмин снова перевел взгляд на Сун Яня и со слезами в голосе произнес:
— Он со мной расстался.
Сун Янь слушал эту фразу еще с третьего класса средней школы. От первоначального раздражения и нетерпения он уже давно перешел к полному привыканию.
Зная, что без вопросов будет только хуже, он обреченно вздохнул:
— Из-за чего на этот раз?
Лицо Доу Минмина мгновенно исказилось от боли.
Се Чэньюй: «……»
И правда, до чего же похожи.
Доу Минмин всхлипнул:
— В этот раз всё должно было пройти так хо-хорошо! Я рассказал ему о своей болезни, после чего он потащил меня сдавать тест на совместимость… оказалось всего двадцать три процента! А потом он про-просто перестал со мной общаться!
В его голосе звучало полное отчаяние:
— Подумаешь, в будущем в железах появятся феромоны другого Альфы! Неужели из-за того, что я лечусь, в его глазах я стал гряз-грязным?!
Краем глаза заметив на лице Се Чэньюя выражение крайнего изумления, Сун Янь понял, что нельзя позволять этому романтику продолжать говорить дальше.
Если тот продолжит, Се Чэньюй заметит, что даже некоторые реплики у них совпадают.
Однако состояние романтизма обычно с трудом поддавалось прерыванию, поэтому Сун Янь решил присоединиться к другу, и уголки его собственных глаз мгновенно покраснели:
— Именно! Это просто возмутительно!
Доу Минмин, уже вовсю рыдавший, от неожиданности поперхнулся воздухом и чуть не задохнулся.
Сун Янь с сочувствием прижал его к груди, погладил по спине и бросил Се Чэньюю:
— Выйди, нам нужно пообщаться.
http://bllate.org/book/22830/2424206
Готово: