Слова «жить и умереть вместе», слетевшие с губ этого мальчишки так легко, ударили мне в уши, словно раскат грома.
Я стиснул зубы так, что, казалось, они вот-вот раскрошатся, но на лице продолжал держать натянутую улыбку — до смерти боялся, что его «Зеркальные зрачки», спрятанные за темными очками, разглядят хоть малейший изъян в моем спокойствии. Черт, эта привязка определенно не односторонняя! Черт возьми, его чутье острее, чем у ищейки!
— Господин, вы шутите, — сухо ответил я, поспешно переводя тему на гроб. — Так что насчет гроба… вы довольны? А насчет оплаты…
— Оплата, разумеется, будет в полном объеме. — Цэнь Уцзю продолжал держать руку на злополучном, мерно вздымающемся гробу, словно поглаживая живое существо. — Но, господин Шэнь, раз уж мы теперь связаны узами жизни и смерти, нам стоит соблюсти кое-какие формальности.
Сердце у меня ухнуло вниз. Началось.
Разумеется, следом прозвучало:
— Давайте сверим наши даты рождения. Нужно же узнать, суждено ли нам быть вместе, или же… нас связали узы проклятого брака.
В его тоне сквозило такое любопытство, что у меня по спине пробежал холодок.
Перед глазами всплыла панель Системы: Уровень близости: 0/100 и обратный отсчет: 3:06:40. Они давили на горло, словно два лезвия. Я понимал: это «сверка дат» — первый шаг к тому самому чертову «призрачному браку», и отвертеться не выйдет.
— Хорошо, — я постарался придать голосу беспечности. — Господин, продиктуйте свои данные, я отнесу их Лю Баньсяню на углу улицы, пусть сверит?
Я надеялся, что, подключив стороннего человека, смогу как-то схитрить. Но юноша лишь едва заметно покачал головой, достал из-за пазухи две заранее заготовленные красные бумажки и протянул их мне.
— Не стоит беспокоить посторонних. Наш союз обычным людям не под силу рассчитать. В лавке есть кисть и тушь? Напишем наши даты, воскурим благовония и объявим Небесам.
Я взял бумагу, ладони предательски вспотели. Этот слепец подготовился слишком основательно, не оставив мне ни единого пути к отступлению.
Я проводил его в передний зал, отыскал запыленные принадлежности для письма и воткнул три палочки благовоний в курильницу. Струйки дыма потянулись вверх, делая атмосферу еще более чертовски жуткой.
— Прошу, господин Шэнь, — юноша подтолкнул ко мне красную бумагу. Его очки, скрывающие взгляд, были направлены прямо на меня — возражения не принимались.
Я сжал кисть, рука онемела. Моя дата рождения? Откуда, черт возьми, мне знать дату рождения того, чье тело я занял — Шэнь Яньхуэя? Система не удосужилась выдать инструкцию!
Пока я в панике обливался холодным потом, в голове внезапно кольнуло, и вереница цифр, небесных стволов и земных ветвей сама собой всплыла в сознании. Черт, Система принудительно загрузила данные!
Я поспешно принялся выводить иероглифы. Пока писал, украдкой бросил взгляд на бумагу Цэнь Уцзю, размышляя: если даты окажутся несовместимыми, этот призрачный брак, может, и сорвется!
Закончив, мы обменялись листками.
Я взглянул на его дату — и внутри все похолодело. Сплошной инь! Это же дата рождения мертвеца?! От нее исходила пугающая злая энергия! Рядом с моей датой, которую подсунула Система и которая прямо-таки пыхала избытком ян (наверняка выдуманная), это был не просто конфликт — это было полное уничтожение. В обычных обстоятельствах мастер, сверяющий браки, просто перевернул бы стол и выгнал нас взашей!
Идеальное сочетание! Разумеется, идеальное для того, чтобы сжить друг друга со свету!
Я едва не рассмеялся — сама судьба мне помогла! Посмотрим, как теперь состоится этот ваш призрачный брак!
— Господин, тут… — я изобразил сомнение и положил обе бумажки рядом на стол. — Даты… кажется, совсем не сходятся. Полный конфликт энергий, дурное предзнаменование! Может, отменим этот брак…
Однако уголки губ юноши дрогнули в странной улыбке. Он протянул бледный палец и слегка коснулся бумаги:
— Дурное? Система говорит, что это брак высшего порядка.
Едва он договорил —
Вжух!
Три палочки благовоний в курильнице вспыхнули ярче, их кончики опасно покраснели, а дым пошел ровным столбом вверх!
Красные бумажки с датами самопроизвольно загорелись! Но они не превращались в пепел — их охватило странное, отливающее металлическим блеском сине-черное пламя!
В пляшущих языках огня иероглифы, которые только что конфликтовали друг с другом, начали искажаться и деформироваться, словно невидимая рука насильно переписывала их!
Через несколько секунд пламя погасло.
Бумаги остались целы, но даты на них полностью изменились! Теперь это был безупречный союз, гармония инь и ян — такой расклад, глядя на который, любой мастер воскликнул бы: Союз, созданный на Небесах!
Да вы издеваетесь?!
У меня глаза полезли на лоб! Это же прямое мошенничество! Насильственное изменение судьбы?! Система, у тебя вообще есть хоть капля стыда?!
[Системное уведомление: Сверка дат завершена. Вердикт: Брак высшего порядка. Предварительные условия для призрачного брака выполнены.]
Холодный голос Системы разбил последние остатки моих надежд.
— Видите? — Цэнь Уцзю усмехнулся и убрал палец. — Система одобряет.
Одобряет она, мать твою! — мысленно взревел я, с трудом удерживая маску на лице.
Все кончено. Силой ничего не добьешься, права доступа у Системы запредельные, она буквально переписывает реальность! Этот путь закрыт.
— Раз даты сошлись, — юноша не спеша спрятал ставшие удачными бумажки, — следующий шаг — обмен подарками. Свадебные дары… я пришлю их позже. Господин Шэнь, готовьте ответные дары.
Он поднялся, опираясь на бамбуковую трость, словно завершил сущую мелочь:
— День свадьбы назначаем через три дня. Новый год, праздник в концессиях, хороший день.
Снова три дня! Срок, идеально совпадающий с тем проклятым обратным отсчетом!
Я проводил этого вестника беды и, вернувшись в дом, уставился на остатки странного сине-черного дыма. Плюхнувшись на стул, я почувствовал, как внутри все холодеет.
Расторгнуть помолвку? Это сложнее, чем достать звезду с неба! Система сама влезла в игру и беспредельничает — как с такой играть?
Нужно сделать так, чтобы брак не состоялся! Или хотя бы потянуть время!
«Брак высшего порядка», установленный Системой, практически не имеет изъянов.
Черт, раз нельзя идти напролом, придется действовать исподтишка!
Даты Система может подправить, а что насчет других этапов? Сверка дат — только начало, впереди еще «обмен дарами», «выбор даты», «встреча невесты» — куча всякой мороки! Не верю, что Система сможет проконтролировать каждый шаг без единой ошибки!
В голове мелькнула мысль: подменить бумажки с датами!
Система насильно изменила результат на бумаге, но те две первоначальные, что я писал сам? Цэнь Уцзю забрал их, но разве не они считаются «оригинальным доказательством»? Если я смогу украсть их, исправить или просто уничтожить…
Даже если Система снова все исправит, я хотя бы создам неразбериху! Выиграю немного времени!
А еще предсказание о «благоприятном дне»! В концессии полно храмов и даосских обителей, неужели Система контролирует каждое предсказание? Я проберусь туда заранее и подменю их! На день самого страшного несчастья!
Сказано — сделано!
Сперва нужно выяснить, где Цэнь Уцзю хранит те две красные бумажки. Этот парень появляется и исчезает как призрак, я даже не знаю, где он живет.
Я вдруг вспомнил его зловещую бамбуковую трость и то, как он каждый раз точно находит мою лавку… С этой тростью явно что-то не так!
Я немедленно сосредоточился, пытаясь уловить то самое проклятое состояние привязки.
[Статус объекта привязки: жизненные показатели неизвестны (блокировка Зеркальными зрачками), уровень энергии высокий, эмоциональный фон: стабилен, местоположение: в районе авеню Жоффр, Французская концессия… помехи сигнала… точно определить невозможно…]
Авеню Жоффр? Там много иностранцев и многоквартирных домов. Но зона поиска все равно слишком обширна.
Стоп… помехи сигнала? Невозможно точно определить?
Это из-за «Зеркальных зрачков»? Похоже, эта привязка — не всемогущий GPS, ее можно заблокировать или создать помехи!
Тогда… что если он использует трость? Трость связана с его аурой, можно ли отследить его через нее?
Я перевел внимание на задний двор — на ту самую зеленую бамбуковую трость, которую я бросил в углу после того, как обтесал из нее дерево.
Я подошел и осторожно коснулся ее.
Ледяная. Мертвая.
Я попытался воззвать к той самой ничтожной «связи», возникшей после привязки, и влил в трость капельку своей воли.
Вжух…
Трость едва заметно завибрировала!
Тут же в мозгу промелькнуло смутное, размытое видение: узкая винтовая деревянная лестница… старая дверь с медным замком… в щели двери будто виднеются половинки лиц бумажных кукол… в воздухе — слабый запах плесени и благовоний…
Видение исчезло, голова раскололась от боли, будто я перенапрягся.
Но этого было достаточно!
На авеню Жоффр действительно есть старые доходные дома, и таких винтовых лестниц там немного! Старый замок… бумажные куклы… что это, черт возьми, за место?
Неважно! Сначала нужно проверить!
Я прихватил кое-какие инструменты, закрыл лавку и рванул на авеню Жоффр.
Добравшись туда, я принялся обшаривать старые дома. Пробродил почти час, и когда уже готов был сдаться, за одним из заброшенных зданий, с которого уже осыпалась штукатурка, я увидел скрытую в тени ржавую винтовую лестницу!
Наверху была одинокая маленькая дверца, а на ней… висел старый медный замок!
Под дверью, кажется, и правда виднелся кусочек… цветной бумаги?
Сердце заколотилось — это оно!
Оглядевшись, я на цыпочках поднялся по лестнице. Она жалобно скрипела, заставляя меня нервничать.
Подойдя к двери, я заглянул в щель — внутри было темно, но края цветной бумаги стали видны отчетливее. Действительно, бумажные куклы! И оттуда едва уловимо пахло благовониями!
Он что, правда живет в такой дыре?
Я толкнул дверь — ни с места. Заперто намертво.
Что делать? Вскрыть замок? Слишком шумно.
Я уставился на медный замок и вдруг вспомнил, что в ящике с инструментами старика Сюя был пузырек со средством для размягчения старого металла. Говорили, семейный рецепт, специально для неподатливых гробовых гвоздей.
Я метнулся обратно, схватил пузырек с едким запахом и примчался назад.
Смочив тонкую проволоку в составе, я аккуратно капнул в замочную скважину. Подождал несколько минут, вставил отмычку и, затаив дыхание, начал ковырять…
Щелк.
Раздался едва слышный звук, замок поддался!
В диком восторге я приоткрыл дверь.
В нос ударил густой запах плесени, смешанный с благовониями — я поморщился.
В комнате не было света, в сумерках едва можно было что-то разобрать. Место крошечное, похоже на чердак, завалено всякой всячиной — но не мебелью, а бумажными поделками: куклы, золотые горы, кареты, паланкины… Они выглядели пугающе реалистично в полумраке.
В самом дальнем углу стоял маленький алтарь. Идолов не было — только старая табличка из черного дерева, перед ней — небольшая курильница, в которой догорали три палочки благовоний.
А те две красные бумажки с нашими датами рождения лежали прямо перед табличкой!
Нашел!
Сердце выпрыгивало из груди. Я на цыпочках двинулся вперед, боясь что-то потревожить. Проходя мимо бумажных фигур, мне казалось, что их нарисованные глаза следят за каждым моим движением.
Подойдя к алтарю, я протянул руку, чтобы схватить бумажки.
В тот самый момент, когда мои пальцы почти коснулись бумаги —
Табличка из черного дерева на алтаре без всякой причины с грохотом упала!
А следом, из тени за алтарем, раздался тихий-тихий смешок, похожий на шелест бумаги.
— Хи-хи…
У меня волосы на голове зашевелились!
В этой комнате есть кто-то еще?!
http://bllate.org/book/23422/2522859
Готово:
