Камень, который Саяка подарила Цзыиню, был не более чем обломочком, случайно найденным ею на берегу моря. Из-за того, что она не привезла Цзыиню никакого подарка, она подобрала эту каменюку и заявила, будто купила её специально для него.
Однако Цзыинь никогда в жизни не получал подарков. Особенно учитывая, что носил и пользовался он в основном тем, что донашивали за собой несколько старших братьев и сестёр. Тот единственный камушек, принадлежавший лично ему, с той поры стал его заветным сокровищем.
Цзыинь не любил тренировки, особенно утренние пробежки, которые начинались около четырёх часов. К счастью, он спал в комнате Ци, и порой они вдвоём баловали его поблажками — позволяли встать попозже или вовсе пропускать бег.
На третий год тренировок Цзыиня в школу набрали двоих детей примерно его возраста: Лу Юньчэ и Го Куми. Детей разного возраста тренировали по отдельности, обычно формируя группы по три-пять человек. Цзыинь очень быстро попал в один отряд с Юньчэ и Куми. Хайшэн больше не позволил Цзыиню продолжать жить вместе с Ци и Акикагэ, выделив им трёхместную комнату, так что теперь они жили втроём.
Прошло два года.
— Что это? — во время перерыва между тренировками какая-то девочка подошла к Цзыиню.
— Мама подарила, — ответил он, сидя на скамейке и сжимая в руке камень.
— Дай посмотреть. — Девочка протянула руку, пытаясь забрать его.
— Нельзя, это моё. — Цзыинь торопливо сжал кулак крепче.
— Ты знаешь, кто я такая? И смеешь мне не показывать? — Девочка свысока посмотрела на Цзыиня.
— Эй, кем бы ты ни была, здесь секция младших воспитанников, чего ты припёрлась сюда из старшей? — Куми не выносила, когда кто-то обирал Цзыиня, и тут же подбежала.
— Ой, так ты и есть Го Куми! Да как ты смеешь так со мной разговаривать? Похоже, вы, малышня, и впрямь ничего не понимаете, — на лице девочки застыла насмешка.
— Я знаю, кто ты, Нито Мао. Твоя семья богата и влиятельна, уступая лишь Клану И. Ну и что с того, барышня? Это место, где тренируют телохранителей, неужели ты и со своими хозяевами станешь так разговаривать? — Куми, конечно же, знала, кто перед ней, просто ни в грот её не ставила.
— Ты что несёшь? Думаешь, наш дом Нито падёт так же, как ваш дом Го? Говорю тебе: это другие меня защищают, и никому на свете не удастся заставить меня защищать кого-то ещё! — Мао протянула руку, пытаясь вырвать вещь у Цзыиня.
— Не отнимай, это моё! — Цзыинь отчаянно пытался защитить камень.
— Мао, ты же просто издеваешься над людьми, отпусти! — Куми попыталась разжать пальцы Мао.
— Госпожа Мао, помочь? — к ним подошли несколько парней из старшего отряда.
— Утащите эту девчонку! — Несколько юношей беспрекословно уволокли Куми.
— Куми! — глядя на то, как здоровенные парни утаскивают подругу, Цзыинь немного растерялся.
— Верни! — в тот самый миг, пока Цзыинь замер от растерянности, Мао выхватила у него вещь.
— И из-за этого я думала бог знает что? Какой-то обломок булыжника? И ты трясся над ним как над сокровищем? — Мао вертела камень в руках, разглядывая его.
— Отдай! — бросился вперёд Цзыинь, пытаясь вернуть своё.
— Этому хламу не место в столь престижной школе, чтобы засорять её мусором! — Мао взмахнула рукой и швырнула камень подальше.
— А! — Цзыинь со злости толкнул Мао.
— Ты смеешь меня толкать?! А ну идите сюда, побейте его! — вскипела Мао, её лицо покраснело от гнева, и она позвала парней, которые только что уволокли Куми.
Несколько парней бросились вперёд и принялись избивать Цзыиня. Цзыинь и подоспевшая Куми попытались дать отпор, но силы были явно неравны. Когда Юньчэ выбежал из комнаты и увидел, что двоих его товарищей обижают, он, разумеется, не стал стоять в стороне и смотреть на избиение. Втроём против пятерых они умудрились свести дело к шаткой ничьей.
— Вы чем тут занимаетесь? — время отдыха закончилось, и несколько наставников, выйдя наружу, обнаружили сцепившуюся толпу.
— Мы тут тренируемся друг с другом, — заявила Мао. Отец Мао делал пожертвования Емэну, поэтому никто не смел ей перечить.
— Тренируетесь, говорите? И кто победил? — спросил наставник, ответственный за отряд Мао.
— Конечно, мы! Нас пятеро, как мы могли проиграть троиим? — с высокомерием произнесла Мао.
— Вы правда тренировались? Куми, говори! — Акикагэ отлично знал, что Цзыинь не из тех, кто любит драться стенка на стенку или устраивать спарринги. К тому же, судя по лицу Цзыиня... это было совсем не похоже на тренировку.
— Мао отобрала у Цзыиня камень и выбросила его! — Куми не собиралась спускать Мао её выходки.
— Ничего подобного! Он сам мне его подарил, а я выбросила, потому что он слишком грязный! — тут же нашлась с оправданиями Мао.
— Цзыинь, это правда? — Акикагэ посмотрел на мальчика.
— Она сама отобрала! И выбросила! — Цзыинь никогда в жизни не испытывал такого унижения. То был его заветный талисман, а Мао мало того что швырнула его куда подальше, так ещё и побила его самого.
— Эй, Тиба Цзыинь, как ты смеешь врать?! Не боишься, что я заставлю отца исключить тебя?! — в ярости завопила Мао.
— В чём дело? Госпожа Нито, кто вас обидел, кого исключить? — Хайшэн подошёл вместе с И Минляном.
— Директор! — почтительно хором произвели все присутствующие.
— Да вот он! Этот Тиба Цзыинь сунул мне свой паршивый камень, а когда я его выбросила, полез в драку и теперь врёт учителям, будто я у него отобрала! — она ткнула пальцем в Цзыиня.
— Ничего подобного! Ты сама у меня его отобрала! Мама подарила его мне, а с тобой мы даже незнакомы, с чего бы мне тебе что-то дарить?! — закричал в ответ Цзыинь.
— Мама подарила? Помилуйте, на морском берегу этих булыжников полно, нечего тут прибедняться! — Мао, чувствуя за спиной защиту директора, болтала что на ум придёт.
— Цзин, отведи своих учеников обратно. Акикагэ, отведи их в кабинет директора, — Хайшэн прекрасно понимал, в чём тут дело. Он достал телефон, позвонил людям и попросил помочь отыскать камень.
— Братец Хайшэн, я... — войдя в кабинет директора и собираясь заговорить, Цзыинь тут же осёкся, остановленный Хайшэном.
— Не переживай, я попросил твоего братца Ци помочь тебе на поиски. Присядьте пока, — Хайшэн усадил Цзыиня и остальных детей.
— Это И Минлян, господин И. Он хочет найти телохранителя для своего младшего сына, И Тодзюна. Поскольку вы все примерно одного возраста, я порекомендовал его вам. Если вы не возражаете, господин И оформит все бумаги, и вы сможете отправиться на работу за пределы школы, — Хайшэн представил им И Минляна.
— На работу? Цзыиню ведь всего восемь, разве он подходит? — Акикагэ прекрасно знал, что Клан И огромен, там платят кучу денег, но и опасностей гораздо больше — не проходит и нескольких месяцев, как им снова приходится искать новых телохранителей.
— Моему сыну Тодзюну в этом году исполняется одиннадцать. Ребята из старшего отряда уже перешагнули рубеж в пятнадцать лет, они не могут учиться вместе в школе. Я знаю, что самому младшему здесь восемь, а старшему едва исполнилось десять, но они — лучшие кандидаты, — И Минлян окинул взглядом троих детей.
— Господин И, давайте так: позвольте мне побеседовать с детьми, и если всё в порядке, я как можно скорей отправлю их к вам, — Хайшэн понимал, о чём беспокоится Акикагэ.
— Хорошо. — И Минлян кивнул и направился к выходу.
— Тебя зовут Цзыинь? — наклонившись к сидевшему с краешку мальчику, спросил он.
— Меня зовут Тиба Цзыинь, — кивнул тот.
— Рад знакомству. Надеюсь, ты будешь хорошо служить нашей семье. — Он похлопал Цзыиня по голове и вышел.
— Хайшэн, ты же прекрасно знаешь, в каком состоянии здоровье у Цзыиня! Если отправить его туда, что будет, если что-то случится? — едва закрылась дверь, Акикагэ бросился к директору с вопросами.
— О здоровье Цзыиня я уже сообщил господину И, он сказал, что это не проблема. К тому же, не факт, что Цзыинь проработает там долго. Через несколько лет И Тодзюну понадобятся телохранители его возраста или постарше, и тогда их всех отправят обратно. Чего ты так переживаешь? — Хайшэн отнёсся к этому легкомысленно.
— Что? Ты даже о здоровье Цзыиня ему рассказал? А ты спросил самого Цзыиня, хочет ли он?! — Акикагэ прожил с Цзыинем уже пять лет. Цзыинь звал их своими братьями, был их младшеньким, и Акикагэ не мог просто так смотреть, как тот идёт на верную смерть.
— Братец Акикагэ, всё в порядке, — Цзыинь подошел и дёрнул его за рукав.
— Но... — Акикагэ обернулся к мальчику.
— Братец Хайшэн, если я отправлюсь телохранителем в этот Клан И, я буду зарабатывать много денег? — с умильным выражением лица подбежал он к Хайшэну.
— Цзыинь, нельзя же ради денег так рисковать жизнью! — Акикагэ поспешил оттащить его обратно.
— Но если я заработаю побольше денег, когда я вернусь домой, мама не будет смотреть на меня косо, — надул губки Цзыинь. Без хорошего заработка родители наверняка даже не взглянут на него нормально.
— Если тебе не хватает денег, мы с братцем Ци тебе дадим! Никуда ты не пойдёшь! — в ярости запротестовал Акикагэ, преграждая путь.
— В чём дело? Ещё снаружи было слышно, как Акикагэ орёт, — вернулся Ци, весь измазанный землёй.
— Братец Ци, камень нашёлся? — Цзыинь бросился к нему, совершенно не заботясь о том, что тот грязный.
— Найти-то нашёлся, но треснул с одного боку. Прости, — он виновато протянул камень.
— Ничего страшного, главное, что нашёлся! Спасибо, братец Ци! — радостно прижав к себе камень, обрадовался Цзыинь.
— Да что тут происходит-то? — Ци посмотрел на огорчённого Акикагэ и безмятежного Хайшэна.
— Господин И Минлян пришёл искать телохранителей для сына и отобрал этих троих ребят. Акикагэ не хочет отпускать Цзыиня, — вздохнул Хайшэн.
— И Минлян? Да у этого парня в доме уже несколько телохранителей покалечилось! Разве Цзыинь справится? — реакция Ци была точь-в-точь как у Акикагэ.
— Зато он платит щедро. Даже если телохранитель получит увечье, выплаты идут пожизненно. Не вижу никаких проблем в том, чтобы отправить туда Цзыиня, — Хайшэн заботился о том, чтобы Цзыинь смог заработать побольше.
— Братец Ци, братец Акикагэ, я знаю, что вы хотите как лучше, но там платят больше, чем здесь. Я дам денег родителям, у меня останутся карманные расходы, и я смогу потихоньку вернуть вам всё, что занимал эти годы, — Цзыинь понимал, как трудно зарабатывать деньги. За последние пять лет они покупали ему одежду, предметы обихода и сладости — они относились к нему лучше, чем собственные родственники.
— Нам не нужны твои деньги! Ты зовёшь нас братьями, значит, мы семья, и я не разрешаю тебе идти! — Акикагэ не хотел отпускать Цзыиня.
— Твой братец Акикагэ прав, нам не нужно, чтобы ты что-то возвращал. Останешься здесь, потом останешься работать преподавателем. Пусть платят не столько, сколько в Клане И, зато здесь безопасно, — Ци тоже не желал отпускать его.
— Хватит спорить. Идти или нет, пусть Цзыинь решает сам, — Хайшэн пригрозил обоим пальцем и предоставил право выбора самому мальчику.
Цзыинь перевёл взгляд с Акикагэ и Ци, которые отчаянно мотали головами, на Хайшэна.
— Братец Хайшэн, а если я пойду, насколько больше станет моя ежемесячная зарплата по сравнению с нынешней? — вопрос заработка волновал Цзыиня сильнее всего.
— Господин И сказал, что в субботу и воскресенье, когда в школе нет занятий, вы будете по очереди возвращаться на тренировки, так что школа продолжит выплачивать вам жалование обычных учеников. Иными словами, вы будете получать две зарплаты сразу, — Хайшэн знал, что Цзыиню нужны деньги, и двойной оклад должен был стать весомым стимулом.
— Тогда я иду! — Цзыинь, естественно, загорелся этим предложением.
— Цзыинь, нельзя же из-за одних денег... да сколько тебе лет вообще?! Ты хоть понимаешь, с чем столкнёшься? — Ци развернул мальчика к себе лицом. Ну до чего же упрямый ребёнок!
— Но братец Ци, мне правда нужны деньги! Каждый раз, когда я возвращаюсь домой, родители спрашивают, когда же я наконец найду себе господина. Я не могу вечно сидеть у вас на шее, я должен идти! — Цзыинь знал, что они переживают за него, но ему действительно были нужны деньги.
— Даже если ты можешь погибнуть? — спросил Акикагэ.
— Разве братец Ци не учил меня в самом первом пункте правил для телохранителей, что нужно быть живым щитом для хозяина и при необходимости пожертвовать собой ради него? — с абсолютно серьёзным видом посмотрел на них Цзыинь.
— Цзыинь прав. В нашей школе телохранителей готовят не учителей, а людей, способных защитить других. Хозяин платит деньги, а телохранитель должен сделать всё возможное, чтобы его защитить. Не у всех наших учеников благополучные семьи, которым всё равно, работать телохранителем или нет. Таким, как Цзыинь и Куми, нужны деньги. Мы не имеем права задерживать их из страха, что они пострадают — мы должны позволить им самим выбирать свой путь, — Хайшэн вздоххнул. Ему тоже было жалко отправлять Цзыиня на риск, но этот заработок стоил того.
— Значит, что бы мы ни говорили, всё бесполезно? — Акикагэ посмотрел на Цзыиня с выражением «ну пустите меня» на лице, чувствуя, что больше не в силах сопротивляться.
— Спасибо, братец Акикагэ, братец Ци! — поняв, что больше никто не станет его останавливать, Цзыинь бросился обнимать обоих.
Что же до Куми и Юньчэ, те, разумеется, тоже дали согласие. На следующий день все трое собрали вещи, и Хайшэн лично отвёз их в дом И Минляна.
http://bllate.org/book/23483/2531229
Готово:
