Готовый перевод After Rebirth, He Was Kept by the Film Emperor / После перерождения он оказался под крылом кинозвезды: Глава 017. С ним надо по-хорошему

Голос Шэн Цзюэчжи был низким и приятным. Он просто спокойно смотрел на Ли Фэя и ничего больше не сказал.

Но глубокий, бесстрастный взгляд, упавший на Ли Фэя, почему-то заставил того почувствовать холод по спине.

В этот миг Ли Фэй внезапно понял невысказанный смысл.

Какие бы планы Шэн Цзюэчжи ни строил насчёт Ши Синчи,

это уже не то, во что Ли Фэй способен вмешаться или что может контролировать.

Посторонние мало общались с Шэн Цзюэчжи и считали его просто холодным, отстранённым человеком, который не любит суеты и ко всему относится почти по-буддийски.

Но только Ли Фэй знал: в самой глубине Шэн Цзюэчжи был настоящим безумцем.

Если он что-то решил, никто не мог и мечтать заставить его передумать.

А ради достижения цели он способен не считаться с последствиями.

— Ты с ума сошёл?!

Ли Фэй тихо втянул воздух, на лбу уже выступил холодный пот.

— Ты…

Он не собирался слишком глубоко вмешиваться в личную жизнь Шэн Цзюэчжи.

Но Шэн Цзюэчжи был популярным молодым актёром и прославленным императором экрана.

Пока он оставался в этой индустрии, ему было не суждено делать всё, что вздумается.

Как он там будет общаться с Ши Синчи за закрытыми дверями — Ли Фэй не мог контролировать и не хотел.

Но хотя бы на публике надо сохранять видимость и не демонстрировать свой интерес к Ши Синчи настолько откровенно.

Иначе…

при нынешней атмосфере во внутренней индустрии развлечений

любой похожий слух мог нанести карьере Шэн Цзюэчжи разрушительный удар.

— Даже если ты не думаешь о себе, подумай хотя бы о Ши Синчи!

Ли Фэй вдруг вздрогнул: в эту секунду он наконец нашёл разумный способ обуздать Шэн Цзюэчжи.

— У тебя деньги есть. Даже уйдёшь из индустрии — всё равно будешь жить как богатый человек. А Ши Синчи другой. Ты обязан подумать о его карьере!

По смыслу оставалось только сказать прямо: нельзя публично объявлять об отношениях, потому что это ударит по Ши Синчи.

Хотя между этими двумя пока ещё ничего не было и всё исходило только от Шэн Цзюэчжи,

слова Ли Фэя явно попали точно в цель.

Шэн Цзюэчжи нахмурился и не стал возражать.

А когда снова посмотрел на Ши Синчи, то действительно немного умерил жар в глазах.

Ли Фэй вытер пот со лба и тихо выдохнул.

Жаль, расслабился он слишком рано.

— Значит, всё-таки нужно варить лягушку на медленном огне.

Шэн Цзюэчжи задумчиво пробормотал себе под нос.

— Постепенно влиять, незаметно приучать, пока не примет. Раскрутка пары и правда лучший способ.

Ли Фэй: «…»

Вот это да!

У Ли Фэя перехватило дыхание, и он едва не грохнулся в обморок.

Теперь он наконец понял, почему после появления видео с Шэн Цзюэчжи и Ши Синчи тот не только запретил ему вмешиваться, но ещё и сам специально сделал репост.

Да он ещё тогда уже начал планировать раскрутку их пары!

Он настолько давно положил глаз на Ши Синчи и уже тогда строил план «варить лягушку на медленном огне»!

Вот же мерзавец. Какой расчётливый!

Ли Фэй потерял дар речи и молча перевёл взгляд на Ши Синчи, который неподалёку серьёзно отрабатывал цветок меча.

Какое-то время он даже не знал, на кого злиться: на Ши Синчи — такого лиса-искусителя, что увёл душу Шэн Цзюэчжи,

или пожалеть Ши Синчи, которого выбрал целью настолько опытный и расчётливый хищник.

Ши Синчи наконец довёл движения до нужного уровня, получил похвалу постановщика и право на короткий перерыв.

Едва он опустил меч, как сразу почувствовал на спине чей-то взгляд.

Он резко обернулся и встретился глазами с Ли Фэем.

И успел заметить не спрятанное вовремя сочувствие в его взгляде.

Сочувствие?

Ши Синчи потряс головой. Наверное, слишком много двигался, не хватало кислорода — вот и померещилось.

Ли Фэй как раз со вздохом подумал о жизни, а потом повернулся и обнаружил, что живой человек рядом будто растворился в воздухе.

Он растерянно оглянулся, нашёл Шэн Цзюэчжи — и на лбу сразу будто проступили чёрные полосы.

Только что предупредил его вести себя сдержаннее и уже решил, что мерзавец понял.

А тот тут же взял воду и побежал к Ши Синчи ухаживать!

Хотя такое происходило уже не впервые, Ши Синчи всё равно было трудно привыкнуть к неожиданной теплоте Шэн Цзюэчжи.

Тот протянул ему бутылку «Фэйцюань».

Наверняка воду принесли специально для Шэн Цзюэчжи. Бутылка была ещё запечатана.

— Спасибо, учитель Шэн.

Но Ши Синчи вежливо отказался.

— Не надо. У меня в последнее время внутренний жар, я приготовил охлаждающий чай.

Сказав это, он, будто опасаясь, что Шэн Цзюэчжи не поверит, быстро подошёл к углу, достал из своей сумки термос.

Шэн Цзюэчжи ничего больше не сказал, спокойно открутил крышку предложенной бутылки и сам сделал глоток.

Снаружи он выглядел совершенно невозмутимо, а внутри мысленно одобрил осторожность Ши Синчи.

Значит, его настороженность к окружающим действительно не была иллюзией Шэн Цзюэчжи.

Кто знает, что тому пришлось пережить раньше.

Но уж лучше постоянно быть настороже, чем по-глупому доверять каждому встречному.

Особенно в таком хаотичном мире шоу-бизнеса.

И особенно с настолько заметной внешностью, как у Ши Синчи. Осторожность в отношении людей с нечистыми намерениями никогда не повредит.

Единственное, что раздражало Шэн Цзюэчжи,

— Ши Синчи, похоже, записал и его в категорию «посторонних с дурными намерениями, от которых надо защищаться».

Хотя, конечно, кое-какие намерения насчёт Ши Синчи у него действительно были…

Повернувшись к Шэн Цзюэчжи спиной, Ши Синчи открыл термос, сделал пару глотков, и взгляд его потемнел.

Он вовсе не хотел быть неблагодарным и демонстративно отказываться даже от воды, которую лично предложил старший коллега.

Просто однажды он уже слишком дорого поплатился именно за такую беспечность.

Перед смертью он выпил воду, в которую что-то подмешали, и только поэтому нападавший почти добился своего.

Ши Синчи отчаянно сопротивлялся и не дал ему закончить начатое, но в итоге сорвался с высоты и погиб.

У Шэн Цзюэчжи вроде не было причин вредить ему, однако у Ши Синчи уже появилась психологическая тень на всё, что ему давали другие.

Если человек не заслуживал особого доверия, Ши Синчи, вероятно, больше никогда не станет легко принимать от него еду или напитки.

Шэн Цзюэчжи и Ши Синчи весь день тренировались в зале, а камера в углу весь день исправно снимала.

Несколько раз Ши Синчи бросал на неё задумчивые взгляды.

Когда тренировка закончилась, оператор первым собрал камеру и ушёл.

Ши Синчи проводил его взглядом, а потом повернулся к Шэн Цзюэчжи, который вытирал пот.

— Учитель Шэн.

Ши Синчи остановился на безопасном расстоянии и вежливо обратился к нему.

— Я хотел кое-что спросить, если удобно.

— Мм?

Шэн Цзюэчжи перестал вытираться и развернулся к нему лицом.

— Спрашивай.

— Эти рекламные материалы, которые режиссёр Чжан внезапно решил снимать… это как-то связано с вами, учитель Шэн?

На первый взгляд Ши Синчи будто спрашивал только о самой съёмке.

Но Шэн Цзюэчжи был достаточно умён и сразу услышал настоящий смысл.

Ши Синчи спрашивал, не он ли стоит за всей этой внезапной затеей режиссёра Чжана.

— Да.

Шэн Цзюэчжи даже не стал раздумывать и совершенно спокойно признал.

— Съёмочная группа хочет раскручивать сериал закулисными материалами. Я подумал, что с тобой это подходит лучше всего.

Ши Синчи на миг задержал дыхание. Он не ожидал, что Шэн Цзюэчжи действительно признается.

— Тебе это не нравится?

Шэн Цзюэчжи задумался.

— Не любишь такой способ пиара? Прости. Я заранее не спросил твоего мнения. Это моя ошибка.

http://bllate.org/book/23609/2638554