Готовый перевод Transmigrated to the Cultivation World: Farming with the Left Hand, Cooking with the Right / В мире культивации: одной рукой выращиваю, другой готовлю: Глава 007. Чжэндэ-тан

Второй дядя поспешил вмешаться и сгладить обстановку.

— Деньги мы, конечно, вернём. Просто сейчас у нас на руках туго.

Лу Сычжэ понял: в ближайшее время серебра они действительно не найдут.

По характеру он был простым человеком, не любил хлопот и не хотел бесконечно спорить с этими родственниками.

Тут заговорила молчавшая всё это время вторая тётя.

— А что, если отдать Сычжэ тот дом в северном пригороде? И на этом окончательно рассчитаться.

После этих слов выражения лиц у всех стали разными.

У семьи Лу действительно был ещё один дом на севере от города. Но стоял он довольно далеко от столицы, поэтому ради удобства семья всё время жила в старом доме.

Тот дом оставили бабушка с дедушкой Лу Сычжэ. Некоторое время назад третья тётя уже положила на него глаз и хотела забрать себе целиком.

Вторую тётю это давно раздражало. Их ветвь семьи и так постоянно терпела убытки из-за третьей. А теперь, после того как сына третьего дяди выбрали для культивации, те вообще задрали нос так, словно готовы были растоптать остальных.

Вторая тётя тогда затаила обиду: раз уж дом не достанется ей, то и третьей ветви она его не отдаст.

К тому же в своё время родители Лу Сычжэ действительно помогли ей. Если бы не их лекарственные травы, она могла бы тогда умереть от болезни.

Поэтому сейчас ей было проще отдать дом Лу Сычжэ. Всё равно на него в своё время тратился старший брат. Она не была такой мелочной, как третья ветвь.

Третья тётя тут же подскочила.

— С какой стати?!

Она уже планировала продать дом и вернуть долг своим родителям. За такую усадьбу можно было получить не меньше двух-трёх сотен лянов серебра.

Лу Сычжэ не ожидал, что у семьи есть ещё один дом. Его нынешняя комнатушка вместе с двором занимала чуть больше тридцати квадратных метров и казалась ужасно тесной.

Если он собирался и дальше торговать, место побольше действительно пригодилось бы.

Вторая тётя явно говорила в его пользу, и Лу Сычжэ благодарно на неё посмотрел.

Затем перевёл взгляд на второго дядю.

Тот, похоже, тоже вспомнил о доме. Туда уже очень давно никто не ездил.

Не обращая внимания на возмущение жены младшего брата, он повернулся к третьему дяде.

— Третий, как думаешь, так подойдёт?

Третий дядя колебался. Дом отдавать было жалко. Но если довести Лу Сычжэ до крайности, сын и правда мог лишиться возможности культивировать — тогда все годы усилий окажутся напрасными.

Первым требованием на пути культивации считалась добродетель.

Человека с запятнанной нравственностью бессмертные ни за что не брали в ученики.

Подумав, третий дядя стиснул зубы и согласился.

— Хорошо.

Трое в комнате уже пришли к согласию, и протесты третьей тёти ничего изменить не могли.

Она взбесилась и уже собиралась устроить громкий скандал, но третий дядя ударил её по щеке.

— Глупая женщина! Хочешь погубить будущее сына?

После этого третья тётя наконец замолчала.

Второй дядя сказал:

— Документ на дом хранится у меня. Сейчас принесу. Потом нам ещё придётся сходить в Чжэндэ-тан.

Дом в северном пригороде все эти годы числился на бабушке Лу Сычжэ. Хотя старушка давно умерла, имя в документах так и не поменяли.

Поэтому Лу Сычжэ отправился вместе со вторым дядей.

Тот вернулся к себе и после долгих поисков на самом дне сундука нашёл потрёпанный документ на владение.

Из-за времени некоторые иероглифы на бумаге уже читались с трудом.

Лу Сычжэ подумал, что древний мир всё-таки неудобен. Бумаги, которыми много лет не пользуются, легко портятся. Разве это не может привести к потерям?

А ещё — что за место такое Чжэндэ-тан?

Подойдя к нему, Лу Сычжэ увидел довольно внушительный комплекс: поднятые вверх карнизы, синяя черепица, строгая и симметричная планировка.

Края крыш высоко изгибались, будто тянулись к небу. Синяя черепица поблёскивала, а сама архитектура была выстроена ровно и торжественно, создавая ощущение строгого порядка.

Прямо в центре у ворот стояла реалистичная статуя существа, похожего на тигра. Она выглядела настолько величественно и сурово, что от одного взгляда становилось не по себе.

Это был Биань — легендарное существо, умеющее различать правду и ложь и выносить беспристрастный суд.

Так вот оно что. Чжэндэ-тан здесь заменял присутственное место и суд.

Лу Сычжэ и второй дядя получили по жёлтой табличке.

— Сегодня людей немного. Думаю, за полчаса управимся, — сказал второй дядя.

Только теперь Лу Сычжэ понял: чтобы официально переписать дом на него, нужно пройти через Чжэндэ-тан.

Хотя в очереди стояло много людей, все говорили тихо, будто боялись что-то потревожить.

У входа только двое раздавали номерные таблички. Лу Сычжэ заметил, что у некоторых цвет совпадал с его, а у других был иным.

Все спокойно стояли в порядке очереди, и не было ни одного человека, который пытался бы пролезть вперёд.

Лу Сычжэ про себя удивился. Дисциплина здесь оказалась неожиданно высокой.

Когда до него оставался всего один человек,

из задней части очереди вдруг кто-то бросился вперёд.

Человек выглядел очень спешащим.

— Пропустите, пропустите!

Растолкав нескольких людей, он встал прямо перед Лу Сычжэ.

Он влез без очереди.

— Вы только что встали передо мной без очереди, — сказал Лу Сычжэ.

Тот будто не услышал. Лу Сычжэ пришлось повторить громче.

Человек наконец повернулся.

— Ну что ты за мелочный? У меня срочное дело. Что случится, если я один раз пройду вперёд?

Лу Сычжэ от возмущения даже рассмеялся. Сам нарушил порядок, а теперь ещё выставляет виноватым другого.

В этот момент из зала донёсся голос:

— Следующий.

Нарушитель тут же торопливо пошёл внутрь.

Но едва он попытался переступить порог, как будто столкнулся с невидимым барьером. Его отбросило назад, и он рухнул больше чем в десяти метрах от двери.

Лу Сычжэ широко распахнул глаза.

А вокруг уже зашептались:

— Деревенщина. В Чжэндэ-тане ещё очередь нарушать вздумал.

— Он вообще понимает, что это за место? Здесь подобной наглости не терпят.

— Теперь три дня ему даже номерную табличку не выдадут.

Ничего себе. Место не только само наказывало нарушителей, но ещё и каким-то образом понимало, влез ли человек без очереди.

Подавив удивление, Лу Сычжэ вместе со вторым дядей вошёл в главный зал.

И внутри всё оказалось совсем не таким, как он представлял.

Огромные книжные стеллажи поднимались так высоко, что вершины терялись из виду. Они стояли словно настоящие горы книг, а полки были плотно заполнены томами.

Ниже ровными рядами стояли сотни деревянных столов и стульев. За каждым сидел сосредоточенный человек с кистью, тушью, бумагой и тушечницей: кто-то быстро писал, кто-то задумчиво размышлял, кто-то что-то аккуратно чертил. Каждый был погружён в собственную работу.

Всё вместе выглядело необычайно грандиозно, словно перед глазами развернулась огромная живая картина.

Лу Сычжэ и второго дядю направили к одному из столов.

Человек за ним выслушал, зачем они пришли,

слегка кивнул и взял документ на дом.

После нескольких изменений бумага словно ожила и поднялась в воздух.

Затем сама разделилась на две части.

Человек снова протянул одну Лу Сычжэ.

— Поставьте здесь отпечаток пальца. После этого дом будет вашим.

Лу Сычжэ сделал, как сказали.

Служащий за столом легко подбросил второй экземпляр. Бумага сама полетела к книжным стеллажам и в конце концов исчезла внутри одной из книг.

Другую копию велели сохранить Лу Сычжэ.

На этом передача дома считалась завершённой.

Лу Сычжэ недоверчиво моргнул. Мир культивации и правда был гораздо технологичнее, чем он ожидал.

Когда они вышли из Чжэндэ-тана, второй дядя передал ему ключи.

Лу Сычжэ заметно оживился. Теперь он тоже был владельцем недвижимости.

http://bllate.org/book/23656/2726922