За ночь земляная духовка неплохо сохранила температуру. Стоило Цзи Лану наклониться к нижнему отверстию для подкладки дров, как в лицо ударил поток жара.
Зола внутри тоже была очень горячей, к тому же её оказалось многовато. Ли понемногу выгребала часть железной лопатой.
— Сяо Лан, вы с Е можете подвесить мясо из горшков. Я немного выгребу золу, и можно будет начинать сушить.
Цзи Лан тут же согласился и с крючками, которые сделал вчера для мяса, отправился искать Е.
Е уже снял крышки с горшков и всё проверил. Мясо сохранилось хорошо, по сравнению со вчерашним вечером никакого особенно сильного постороннего запаха не появилось.
Они вдвоём принялись развешивать мясо. Крючки Цзи Лан сделал из велосипедных спиц, согнув их в вытянутую букву S: одним концом цепляли мясо, другим — деревянную перекладину. Поскольку в земляной духовке мясо нельзя было располагать слишком близко к верхнему отверстию, на каждой спице он сделал всего по одному крючку. Изгибы на концах — для дерева сверху и мяса снизу — были большими, а прямой участок между ними длинным. Так мясо, во-первых, не соскользнёт, а во-вторых, окажется глубже внутри духовки.
Работали они быстро. Вскоре мясо из обоих горшков было развешано. Они нашли две крепкие палки, развесили на них мясные полоски, оставляя между ними небольшие промежутки, а затем уложили палки поперёк верхнего отверстия земляной духовки. Внутри и без того стоял сильный жар, а раскалённая зола продолжала отдавать тепло, поэтому дров больше не добавляли, а нижнее топочное отверстие закрыли, чтобы жар не уходил наружу.
Закончив, Цзи Лан смахнул со лба выступивший от жары пот.
— Теперь остаётся только ждать. Даже не знаю, получится ли.
— Обязательно получится. При такой температуре мясо не сгорит дочерна, — сказала Ли.
Всё-таки в племени Таоли она много лет обжигала изделия и довольно хорошо чувствовала температуру. Когда только что закрывали топочное отверстие, она поднесла руку чуть ближе, чтобы проверить жар: температура была гораздо ниже, чем при обжиге таоли. Слишком близко Ли всё равно не полезла — обжечься было проще простого.
Теперь оставалось дождаться вечера и посмотреть на результат.
Цзи Лан нервничал и решил вообще не торчать рядом: чем больше смотрел, тем сильнее нетерпелось.
Как раз можно было проверить, что там с его ведром.
Клеевой сок, который сох уже день и две ночи, на ощупь всё ещё не просох до конца и оставался слегка липким. Подошедшая следом Ли тоже потрогала его.
— Похоже, почти готово. Сяо Лан, теперь можешь поставить ведро на солнце. Когда клеевой сок окончательно высохнет, всё будет в порядке.
Цзи Лан кивнул и отнёс ведро на место, куда не падала тень от деревьев.
Вообще-то он ещё вчера утром хотел сразу выставить его сушиться на солнце, но Цин Цзю остановил его и сказал, что сначала клеевой сок должен сам схватиться и затвердеть, а уже потом его можно сушить. Иначе соединение получится непрочным и вскоре придётся заделывать заново.
Цзи Лан понятия не имел, на какой теории это основано, но раз так подсказывал опыт местных, стоило прислушаться — меньше лишних ошибок совершишь.
Клеевой сок ещё не высох, поэтому проверить, протекает ли деревянное ведро, пока было нельзя. Под соседним деревом Фэн и У как раз учились действовать вместе на охоте, а Сяо Мань и Чуань сидели рядом и смотрели.
Дядя Линь изображал добычу, а Фэн и У должны были взять его в кольцо.
Двое мальчишек встали спереди и сзади и медленно двигались вокруг стоявшего в центре дяди Линя, не сводя с него настороженных глаз. Несмотря на плохое здоровье, Линь сейчас двигался совсем не медленно.
Он сделал обманный выпад вперёд. Стоявший перед ним Фэн нервно дёрнулся, а У сзади остался совершенно неподвижен.
Потом последовало ещё несколько движений — то настоящих, то ложных. Линь был словно человек, дразнящий котят: два маленьких «котёнка» уже взмокли от пота, но так и не сумели его поймать.
— Ладно, на сегодня хватит.
Линь и сам не решался долго двигаться. Стоило перегрузить организм, и потом весь день не было сил ни на что, да ещё и чувствовал себя ужасно.
Он поспешно сел и сделал несколько глотков воды.
Двое младших тоже выбились из сил и тут же схватили лежавшие рядом бутылки, жадно отпивая воду.
Когда они немного отдышались, дядя Линь начал разбирать их ошибки.
— Фэн, ты быстро двигаешься и быстро реагируешь. Иногда твои действия и мысли бывают совершенно неожиданными. На охоте в дикой местности это и хорошо, и плохо. Тебе нужна слаженная работа с товарищами. Если они не успеют понять, что ты задумал, тебе придётся сражаться одному, а это опасно. И ещё: во время противостояния или засады не надо всё время думать, как первым нанести удар. В большинстве случаев тот, кто двинется первым — будь то человек или добыча, — наоборот, окажется в невыгодном положении. Противник сразу отреагирует на твоё движение и сможет ответить. А ты, раз начал первым, неизбежно отвлечёшь часть внимания и уже не сможешь целиком сосредоточиться на противнике.
Произнеся длинную речь, Линь снова почувствовал жажду, отпил воды и повернулся к У.
— У внимательный и очень спокойный. Для засад это подходит отлично: терпения и выдержки у тебя больше, чем у большинства животных. Но с другой стороны, такой способ действий истощает и тебя самого. Я не говорю, что это плохо. Просто на охоте чаще приходится действовать по обстоятельствам, а не цепляться за один и тот же способ. Вы оба поняли?
Фэн и У, вроде бы поняв, а вроде бы и нет, кивнули. Линь махнул рукой.
— Ничего. Постепенно разберётесь. Когда несколько раз сами сходите за добычей, поймёте.
Цзи Лан слушал со стороны и искренне восхищался. Дядя Линь действительно насквозь видел характеры обоих детей, а замечания попадали прямо в точку.
Ужас какой. Не зря он столько лет был тренером в племени Таоли.
У детей энергии всегда хоть отбавляй. Уставший дядя Линь уже не выдержал и ушёл отдыхать в палатку, а Фэн с У всё ещё повторяли только что выученные движения.
— Нет, Фэн, стоять надо не так, — поправил У его стойку вполоборота.
— Я знаю. Просто мне кажется, если встать вот так, потом быстрее побежишь, меньше времени уйдёт на старт, — ответил Фэн и начал показывать У.
У попробовал несколько раз — и действительно будто бы стало немного быстрее.
Цзи Лан только диву давался. Он вообще никакой разницы не видел.
Последние дни все были заняты по горло, и он ни разу не выводил Сяо Маня погулять. Вспомнив вчерашнее состояние ребёнка, Цзи Лан решил, что ему, похоже, немного не хватает чувства безопасности, да и просто хочется куда-нибудь выбраться.
Раньше, и в старом жилище, и в дороге, Сяо Маня особенно не ограничивали. А здесь всё было незнакомым, поэтому ребёнку в основном разрешали находиться лишь там, где взрослые могли его видеть. Фэн и У хотя бы иногда ходили на сбор или за водой, а Сяо Мань вообще никуда не выбирался.
Цзи Лан решил сводить его к озеру. Заодно семенных коробочек лотоса, которые можно есть, должно было стать больше. Те, что они сорвали в прошлый раз, они с Цин Цзю уже съели, и ребёнок даже не успел попробовать.
Если брать Сяо Маня, то У и Фэна, конечно, тоже нельзя было оставлять.
— Эй, вы трое, идите сюда, — позвал Цзи Лан ребят, всё ещё повторявших движения.
Сяо Мань затопал к нему первым. На самом деле он давно заметил Цзи Лана, просто боялся, что тот занят, и не хотел мешать.
— Что такое, Лан?
Фэн и У тоже подошли.
— Брат Лан.
— Не хотите сходить к озеру поиграть? Заодно искупаемся. Последние дни всё время возимся в земле, так и не было случая нормально помыться, — спросил Цзи Лан.
— Хотим, хотим! — хором согласились они.
— Тогда собирайтесь, идём!
Собирать, впрочем, почти ничего и не требовалось — только взять с собой маленькие сменные вещи. С самого начала пути из старого жилища Цзи Лан успел сделать одежду только Цин Цзю и Сяо Маню. Позже, уже в дороге, переделал вещи для нескольких детей. Из взрослых по комплекции к нему были близки лишь Лань и Е, и им он дал по две смены одежды. Для остальных пока не успел ничего сделать.
Ли и другие, занимавшиеся сушкой зелени, услышали, что Цзи Лан собирается вести детей к озеру купаться, и без колебаний решили пойти вместе.
В итоге наружу отправилась целая толпа.
Цзи Лан шёл впереди, держа за руку возбуждённого прогулкой Сяо Маня, который без умолку болтал.
Лефэн уверенно носился рядом. Когда ходили за водой, этот непоседа всегда увязывался следом, поэтому, увидев направление, в котором двинулись Цзи Лан и остальные, сразу понял, куда они идут. Он даже периодически забегал вперёд, останавливался и нарочито ждал их, поскуливая и будто бы возмущаясь, что они так медленно плетутся.
У и Фэн шли следом, каждый с маленькой корзиной за спиной. Дальше — Ли, Лань с Чуанем на руках и Е. Дядя Линь чувствовал себя плохо и остался отдыхать в палатке.
В самом конце шла Са Ши. Её послали охранять эту компанию из стариков, женщин и детей, потому что отпускать их одних было неспокойно.
Са Ши тоже радовалась, что сегодня не надо копать землю. Она шла позади и разговаривала с аму и невесткой.
— Каждый день земля, земля, земля. Копаю столько, что сама уже как будто стала земляным человеком. И руки с плечами так ноют, — пожаловалась Са Ши, постукивая по затёкшему плечу.
Раньше она каждый день охотилась и такого не чувствовала, а тут всего несколько дней копала — и плечи уже начали болеть.
— Дойдём до озера — аму тебе разомнёт. Уже почти закончили. Утром я смотрела: вы совсем близко к той глубине, о которой говорил Сяо Лан, — сказала Ли на ходу.
— Это всё брат Го и брат Цин. Оба будто с ума сошли: копают так, словно жизни не жалко. Говорят, чем раньше закончим, тем раньше все переберёмся внутрь и будет безопаснее. А где мы сейчас живём, вроде тоже никакой особой опасности нет, — пробормотала Са Ши.
— Они думают правильно. Посмотри на нас: маленькие — маленькие, старые — старые. Постоянно жить под открытым небом действительно небезопасно. Если нас заметит крупный зверь или стадо каких-нибудь опасных животных, беды не миновать, — ответила Ли.
Она прожила больше Са Ши и хорошо понимала, о чём думают оба сына.
Са Ши надула губы.
— Да понимаю я. Просто сказала.
Ли прекрасно знала характер дочери.
— Вот ты всё такая же порывистая. А что делать будешь, когда появится детёныш?
— Ой, аму, чего ты об этом заговорила? Я же ещё не беременна. А когда появится малыш — ну и появится, всё будет как обычно, — беспечно ответила Са Ши.
Она не верила, что с их с Си Ши способностями они не смогут вырастить одного ребёнка.
— Растить ребёнка не так уж просто, — сказала Ли.
Увидев, что младшая дочь всё равно не слушает, она покачала головой. Её собственное здоровье пока было неплохим, до рождения ребёнка у Са Ши она наверняка доживёт, так что потом просто будет больше помогать.
Са Ши с детства растили почти как мальчишку. К тому же благословение Горного бога проявилось у неё именно в силе, поэтому она постоянно ходила на охоту вместе с толпой взрослых мужчин. Женственности в ней почти не было. Если бы не явно женское лицо и слишком заметные признаки на груди, Цзи Лан вполне мог бы принять её за мужчину.
За разговорами они быстро дошли до озера. Цзи Лан и Е остались с детьми у самого берега, где было мелко, и начали купаться там.
Женщины с Чуанем на руках ушли мыться дальше, за заросли лотосов.
Фэн и Е умели плавать — оба классическим собачьим стилем.
Лефэн первым рванул в воду и принялся там барахтаться. Глядя на него, Цзи Лан молча подумал: хорошо, что сегодня они пришли не за водой, иначе Лефэн снова получил бы взбучку. Этот тип помнил только еду, а наказания забывал мгновенно.
Фэн и Е немного размялись у берега и тоже вошли в воду.
— Фэн, сорви мне несколько семенных коробочек лотоса! — крикнул Цзи Лан уже поплывшему вслед за Лефэном мальчику.
Фэн остановился и склонил голову набок.
— А что такое семенная коробочка?
— Ну, рядом с цветами лотоса растёт такая штука, круглая, как маленькая тарелочка, а сверху на ней много маленьких кружочков, — изо всех сил описывал Цзи Лан своим небогатым словарём.
Фэн понял.
— А, знаю! Подожди, я тебе много нарву!
И тут же быстро поплыл дальше.
— Несколько хватит, не надо много! — крикнул ему вслед Цзи Лан.
Неизвестно, услышал ли этот парень.
У плавать не умел, поэтому вместе с Сяо Манем послушно остался на совсем мелком месте. Они нашли большой камень, сели на него и начали плескать водой на тело.
— Лан, иди скорее! Вода прохладная, так приятно! — позвал Сяо Мань.
Цзи Лан достал из сумки мыло и шампунь и сел рядом.
Он намочил Сяо Маню волосы сзади. Сейчас уже стояла настоящая жара. Даже здесь, под большими деревьями, куда не попадало солнце, было тепло, так что можно было не бояться, что ребёнок простудится от холодной воды.
Сяо Мань очень любил, когда Цзи Лан мыл ему голову. Пахучая штука давала в волосах забавную пену. Ребёнок сидел, играл с пузырьками, а большие ладони Цзи Лана мягко раз за разом промывали ему волосы.
Вскоре после рождения Сяо Маня его аму нашла нового партнёра. Ин Цзю разыскал снаружи плоды мяньго, приносил их домой, разваривал в кашицу и понемногу кормил малыша. Но мяньго было трудно найти и попадалось оно нечасто. Большую часть времени Сяо Мань ел растёртую в пюре дикую зелень, смешанную с небольшим количеством мясного бульона. Питания не хватало, здоровье у ребёнка с самого начала было слабым. И хотя уже больше полугода его кормили хорошо и досыта, волосы всё ещё оставались тонкими и мягкими, а концы заметно желтели.
Каждый раз, когда Цзи Лан мыл ему голову, он про себя решал, что обязательно будет кормить ребёнка чем-нибудь получше.
Но как бы хорошо он ни ел, желудок у малыша был маленький, да и усваивал организм только столько, сколько мог. Можно было сказать лишь, что теперь всё стало лучше, чем раньше, но до того вида, который представлял себе Цзи Лан, оставалось ещё очень далеко.
Смыв пену с головы Сяо Маня, он дал ему кусок мыла.
— Сяо Мань, сам сможешь намылиться?
Сяо Мань уверенно взял мыло и принялся тереть им живот.
— Смогу. Лан, ты каждый раз спрашиваешь.
Ладно. Похоже, это он слишком переживал.
Цзи Лан повернулся.
— Сяо У, тебе голову помыть?
Обычно У всё, что мог сделать сам, делал сам и никогда не утруждал других. Даже Ли уже давно не помогала ему купаться. Не потому, что никто не хотел, а потому, что он считал себя уже маленьким мужчиной: раз способен сделать что-то сам, незачем беспокоить других. Но сейчас — возможно, потому что только что видел, как радовался Сяо Мань, а может, просто впервые захотел немного полениться — он словно сам не понимая зачем кивнул.
Цзи Лан даже слегка удивился, что тот согласился, и самодовольно заявил:
— Отмою тебя до блеска.
Сяо Мань рядом тут же наставительно сказал:
— У, сиди тихо и не двигайся. Лан моет голову очень приятно, но если будешь вертеться, пена попадёт в глаза и будет очень больно.
И правда: дети лучше всего запоминают то, на чём сами однажды обожглись.
Это случилось ещё в старом жилище. Тогда Цзи Лан сам грел воду, смешивал её с холодной и купал детей.
Сяо Мань сидел в тёплой воде, а Цзи Лан так приятно намыливал ему голову, что ребёнок начал клевать носом.
Но прислониться было не к чему. Он вдруг завалился набок и встряхнул головой так, что пена попала прямо в глаза.
Жжение мгновенно его разбудило.
Глаза промывали несколько раз, но болели они потом ещё полдня.
Волосы У были полной противоположностью волосам Сяо Маня: густые, плотные, крепкие у корней. Сразу было видно, что в раннем детстве за ним хорошо ухаживали, хотя и сейчас он был ещё совсем маленьким.
Фэн как раз вернулся с семенными коробочками и, увидев, что Цзи Лан моет голову У, тут же закричал:
— Брат Лан! Я тоже хочу голову помыть!
Он выбежал из воды, прижимая к себе огромную охапку — там были и семенные коробочки, и цветы лотоса.
Лефэн за ним не последовал: в воде он играл с Е.
С тех пор как в прошлый раз на реке Лефэн ловил для Цзи Лана рыбу и случайно хлестнул его по лицу хвостом, при любом купании пёс держался от него подальше. Видимо, боялся снова нечаянно рассердить Цзи Лана и получить овощи вместо нормальной еды.
Цзи Лан поспешно смыл пену с волос У, вышел на берег, взял сухое полотенце и вытер волосы ему и Сяо Маню.
Фэн всё это время ходил следом с жалобным видом. С его большими глазами и мокрыми природными кудряшками, прилипшими к лицу, Цзи Лану было очень легко на мгновение забыть о его неугомонном характере и обмануться милой внешностью.
Цзи Лан потёр лоб.
— Потом помою. Сначала давайте поедим семена лотоса. Я вам в прошлый раз принёс, но по дороге случайно всё съел.
Внимание Фэна тут же переключилось. Он не знал, как едят эти семенные коробочки. Неужели они настолько вкусные, что брат Лан умудрился случайно съесть всё сам?
Цзи Лан ловко очистил семена из одной коробочки и раздал детям.
— Смотрите. Вот так снимаете зелёную кожицу, разламываете семя, достаёте сердцевину и выбрасываете. Сердцевина горькая, а оставшуюся белую часть можно есть.
У всех ребят руки работали хорошо, и они тут же принялись чистить семена. Вкус был чуть сладким, со своей особой свежестью — дети мгновенно влюбились.
— Ух ты, как вкусно! Я каждый день прихожу сюда за водой и даже не знал, что это можно есть. Сколько вкусного пропустил! — сокрушался Фэн, не прекращая чистить семена.
Очень скоро всё, что им раздали, исчезло. Дети уставились на Цзи Лана выжидающими глазами. Логика у них была простая: Фэн сорвал всё по просьбе Цзи Лана, значит, всё это принадлежит Цзи Лану. Он может поделиться, но сами они брать или просить не должны.
Цзи Лан взял лежавшую рядом охапку семенных коробочек и раздал каждому ещё по две.
— На, чистите сами. Только много не ешьте. Если переесть, живот раздует, будет очень неприятно.
Он чувствовал себя старой нянькой, которая присматривает сразу за целой компанией детей и не перестаёт о них переживать.
Когда они спускались обратно, каждый нёс в руках большую охапку семенных коробочек лотоса.
Если высушить их дома, семена можно будет не только есть как лакомство, но и варить с кашей или супом — тоже очень ароматно.
До палаток ещё оставалось некоторое расстояние, когда Цзи Лан уже почувствовал запах жареного мяса — характерный поджаристый аромат, смешанный с запахом приправ.
У него даже слюнки потекли. Сушёное мясо, сушёное мясо… вкусное сушёное мясо. Хоть бы всё получилось.
Хотя снаружи земляную духовку обмазали слоем чёрной земли для теплоизоляции, стоило подойти к ней, и всё равно чувствовался мощный жар. Казалось, от него даже воздух вокруг слегка искажался.
Цзи Лан и Е вместе приподняли одну перекладину и посмотрели. Поверхность мясных полосок уже подсохла и схватилась, но при нажатии было понятно, что внутри мясо всё ещё мягкое. Кроме самого нижнего края, нигде больше оно не подгорело.
Похоже, чтобы высушить всё полностью, понадобится как минимум два дня.
От места, где копали яодуны, до палаток было три-пять минут ходьбы. Этот участок они в своё время выбрали в том числе из соображений безопасности. До воды отсюда было далековато, зато несколько больших деревьев давали тень. Впереди лежал расчищенный ими участок, а ниже сразу начинался очень крутой обрыв. Обычно животные по нему не поднимались. Даже если какой-нибудь опасный зверь сумеет выбраться снизу, спрятаться ему будет негде. Поэтому на ночь достаточно было назначать одного человека на караул.
Сегодня дежурил Цин Цзю. Из-за ночного караула он вернулся на полдня раньше остальных и уже успел несколько часов поспать, чтобы ночью сохранять бодрость и внимательность.
Как ни крути, все они были людьми из плоти и крови. Благословение Горного бога благословением, но без нормального отдыха тело всё равно не будет в хорошем состоянии.
Стояла жара, однако костёр всё равно приходилось поддерживать: свежую золу нужно было горячей переносить в земляную духовку.
Запах жареного мяса был замечательный и постоянно витал вокруг. Но именно потому, что пахло так хорошо, Цин Цзю тревожился: аромат мог разнестись очень далеко, и кто-нибудь мог прийти на запах.
Когда они только разбили здесь лагерь, он с аму находил травы для отпугивающего порошка и рассыпал его вокруг. Но по сравнению с мясным ароматом тот запах явно был слабее как приманка.
Стоило стемнеть, все разошлись по палаткам отдыхать. Работать здесь в полной темноте было нереально.
Сяо Мань сидел в палатке рядом с Лефэном и выковыривал семена лотоса, а Цзи Лан рылся в соседней палатке. Дел было столько, что он совсем забыл о восстановлении одежды. Тянуть больше было нельзя: людей больше десятка, а одежду нужно приготовить и на лето, и на осень, и на зиму. Следовало поскорее восстановить побольше вещей, а потом попросить Лань и Е переделать их по размеру каждому.
Порывшись немного, он неожиданно нашёл массажное эфирное масло, которое раньше засунул на самое дно велосипедной сумки. Его смешал дедушка по матери. Дед говорил, что если использовать это масло вместе с определёнными массажными приёмами, оно улучшает кровообращение и снимает мышечную усталость. Цзи Лан вспомнил, как днём по пути к озеру Са Ши жаловалась на боль в руках и плечах от копки яодунов. Наверняка Цин Цзю и Го Ци чувствовали себя не лучше.
Цзи Лан решил сегодня сначала испытать масло на Цин Цзю. Если действительно поможет, можно восстановить ещё несколько бутылочек и раздать остальным.
— Сяо Мань, ложись пораньше. Семена доковыряешь завтра. Посмотри, у тебя уже пальцы покраснели.
Ребёнок даже с фонариком продолжал выковыривать семена из коробочек — настолько ему понравилось это занятие.
— Хорошо, — послушно ответил Сяо Мань.
Он сложил очищенные семена в свой мешочек с сокровищами, а недочищенные коробочки засунул в карман палатки. Лан сказал, что то, что раздали им, теперь принадлежит каждому лично и распоряжаться этим надо самому: можно съесть, а можно высушить и сохранить. Сяо Мань решил немного съесть, а остальное высушить и оставить до холодного сезона.
Пока ребёнок, задрав попу, убирал за собой беспорядок, Цзи Лан хлопнул по крупу Лефэна, который наполовину залез в палатку.
— Давай наружу. Ещё комаров сюда напустишь.
Лефэн выходить не хотел. Ему хотелось остаться в палатке, и он жалобно заскулил, откровенно капризничая.
Цзи Лан подбородком указал наружу.
— Точно не выйдешь? Потом получишь — меня не вини.
Лефэн повернул голову. У костра сидел Цин Цзю. В руках у него была длинная бамбуковая палка толщиной примерно с детскую руку. Он размеренно похлопывал ею по ладони и пристально смотрел в их сторону.
У-у… Лефэн тут же вскочил, поджал хвост и убежал под дальнее дерево. Потом демонстративно лёг к ним спиной.
Молча выражая протест: вы все плохие люди, обижаете такого милого пёсика.
Цзи Лан со смехом покачал головой. Настоящий артист.
Было жарко, поэтому Сяо Мань уже не укрывался одеялом. Цзи Лан нашёл ему свою тонкую куртку и слегка прикрыл ею вместо маленького одеяла. Ребёнок сегодня набегался, нагулялся и был совершенно доволен, поэтому быстро уснул.
Цзи Лан осторожно провёл пальцами по его щеке. Наконец-то появилась мягкость и немного мяса. Совсем не то, что раньше, когда под ладонью ощущались одни кости.
Убедившись, что ребёнок крепко заснул, Цзи Лан взял масло и вышел наружу.
Цин Цзю веточкой шевелил несколько картофелин, зарытых в горячую золу. Это был его ночной перекус.
Увидев Цзи Лана с маленькой бутылочкой в руке, он привычным движением притянул его к себе и уложил на грудь.
— Чего не спишь, зачем вышел? Соскучился по мне?
Его руки при этом уже неспокойно заскользили по телу Цзи Лана.
Цзи Лан закатил глаза, потом подумал, что это как-то нехорошо. Казалось, он каждый день не мог удержаться и закатывал глаза на этого человека. Не хватало ещё превратить это в привычку.
Поэтому вместо этого безжалостно ткнул обнимающего локтем и поднял бутылочку масла.
— Быстро отпусти. Я нашёл массажное масло. Дай тебя разомну.
Цин Цзю помог ему выпрямиться, но сначала усадил к себе на бедро и только потом спросил:
— Что такое массаж?
Сидя у него на бедре лицом к лицу, Цзи Лан положил руки Цин Цзю на плечи и начал понемногу надавливать на крепкие мышцы.
— Вот это. Масло специально приготовил мой дедушка. Оно снимает мышечную боль и усталость. Днём, когда мы шли к озеру, Са Ши сказала, что из-за копки у неё болят руки. Вот я и подумал, что у тебя, наверное, примерно то же самое.
Цзи Лан нажимал на несколько мест на плечах Цин Цзю, где обычно скапливалось напряжение и появлялась боль.
— Тут ломит? Больно?
Мягкие, куда более нежные, чем его собственные мышцы, руки мяли и поглаживали Цин Цзю, и ему казалось, что кожа вот-вот загорится вместе с сердцем. Где уж тут понять, ломит у него что-нибудь или нет.
Хотя одно место и правда тянуло, ломило и ныло одновременно.
По выражению его лица Цзи Лан сразу понял: этот человек опять наверняка набил голову всякой непристойной ерундой.
Он лишился дара речи.
У них даже нормальной пещеры ещё не было. До такой степени раскрепощённым, чтобы в дикой глуши заниматься этим прямо в палатке, Цзи Лан точно не был.
Он нащупал расположенную чуть выше подмышки точку Цзяньчжэнь и сильно надавил.
— Цс-с! — Цин Цзю на этот раз действительно почувствовал боль.
Почему каждый раз обязательно надо вот так его приложить?
Цзи Лану было всё равно, о чём тот думает. Он налил немного масла на ладони, растёр до тепла и начал массаж с точек Цзяньчжэнь по обеим сторонам, двигаясь снизу вверх и от внешней стороны к центру.
http://bllate.org/book/23803/2732362
Готово:
