Дверь комнаты Цзян Ваньчжоу и Сун Чэня со скрипом открылась. Фу Юй, вся в красном, с насмешливой улыбкой вошла внутрь.
— Идёмте. Хозяйка павильона зовёт.
Цзян Ваньчжоу поддержал Сун Чэня и повёл его к двери.
Проходя мимо Фу Юй, он машинально покосился на неё, словно всё ещё сердился за то, что она заперла их у подземной реки.
Фу Юй соблазнительно улыбнулась.
— Сестрица, конечно, красивая, но если ещё раз посмеешь смотреть на меня таким взглядом, я выколю тебе глаза.
С этими словами она изобразила пальцами, как вырывает глаза.
Цзян Ваньчжоу закатил глаза и быстро вышел.
Их привели в изящный небольшой двор. На столе уже стояли вино и множество блюд.
Хозяйка павильона в светло-фиолетовом платье сидела под деревом османтуса. Светлая ткань при дневном свете делала её кожу ещё белее.
— Хозяйка павильона, люди приведены.
Фу Юй поклонилась и встала за её спиной.
Цзян Ваньчжоу сделал шаг вперёд и поклонился.
— Приветствую хозяйку павильона. Я ученик школы Цинъюань Цзян Ваньчжоу. Мы без приглашения вторглись в павильон Хунсю. Прошу хозяйку павильона простить нас.
С этими словами он дёрнул Сун Чэня за край одежды и бросил ему взгляд, будто говорил: разумный человек не спорит, когда положение невыгодно; лучше быть повежливее.
Сун Чэнь тихо кашлянул и тоже вежливо поклонился.
— Хозяйка павильона. Я Сун Чэнь из усадьбы Юэцзян. Пришёл сюда по делу меча Чангуй.
Цзян Ваньчжоу прикрыл лицо рукой, явно не зная, что сказать. Про себя подумал: «Второй молодой господин Сун, обязательно сейчас быть настолько прямолинейным? Ты только что выпустил преступника, которого они держали здесь много лет!»
К его удивлению, хозяйка павильона Цинь Шиши не рассердилась, однако и отвечать на вопрос не стала.
Вместо этого она мягко улыбнулась, переводя взгляд с одного на другого.
— Садитесь.
Стол ломился от блюд, рядом стояло превосходное вино Сянцюань, а в лёгком ветре разносился аромат только что распустившегося османтуса.
Цзян Ваньчжоу невольно сглотнул и усадил Сун Чэня напротив хозяйки павильона.
— Попробуйте вино Сянцюань, — мягко сказала она.
Они осушили чаши с прозрачным вином. Служанка рядом спокойно снова наполнила их.
На лице Цзян Ваньчжоу появилось выражение наслаждения.
— Вино мягкое, но не приторное. Сначала во рту прохладное, а проглотишь — становится тёплым и ароматным. Отличное вино.
Вспомнив вчерашнее, он виновато сказал:
— Старшая, какие у вас планы насчёт Инь Аотяня? Беду натворили мы. Хотя сил поймать его у нас не хватает, если вам нужна помощь — можете смело поручить нам любое дело.
Изначально они прибыли, чтобы предъявить павильону Хунсю претензии, но ещё при первой встрече вчера Цзян Ваньчжоу почувствовал к Цинь Шиши странную близость. Он всегда был таким: понравился ему человек — сразу становился другом, без лишних правил. И сейчас он почему-то испытывал к Цинь Шиши необъяснимое доверие.
— Эх… — тихо вздохнула Цинь Шиши. — Инь Аотянь ещё двадцать лет назад впал в безумие. Его мастерство уже достигло высочайшего уровня. Теперь Нань Чангуй мёртв, и, боюсь, больше никто не сможет его усмирить.
— Даже вы ему не соперница? Но вчера ночью он увидел вас и сразу убежал, — удивлённо распахнул глаза Цзян Ваньчжоу.
Цинь Шиши покачала головой.
— Он двадцать лет провёл в заточении, тяжело ранен и ещё не восстановил силу, поэтому пока меня опасается. Но на самом деле одной мне его не одолеть.
— Тогда совсем нет выхода?
— Позже поговорим. Сначала ешьте.
Хозяйка павильона прервала его.
Её взгляд снова прошёлся между двумя молодыми людьми, словно она пыталась увидеть в них кого-то другого.
Спустя некоторое время она посмотрела на Цзян Ваньчжоу.
— Так ты и есть ученик Цзян Муфэна?
Рука Цзян Ваньчжоу, тянувшаяся за едой, остановилась.
— Вы знаете моего учителя?
Хозяйка павильона промолчала, внимательно разглядывая его.
— Когда ты улыбаешься, глаза изгибаются полумесяцами, такие ясные, чистые и красивые. Очень похожи на мои в молодости.
Её голос был мягким, словно вода, и всё же в нём ощущалась дистанция.
Внезапно получив похвалу, Цзян Ваньчжоу смущённо улыбнулся. И наконец понял, почему Цинь Шиши с самого начала казалась ему близкой: если присмотреться, их глаза действительно были очень похожи.
— Как поживает твой учитель? — с улыбкой спросила Цинь Шиши.
— Учитель в порядке. — Цзян Ваньчжоу помедлил. — Старшая, вы с ним давние знакомые?
Хозяйка павильона явно не хотела отвечать и перевела взгляд на Сун Чэня.
— Ты сын Сун Хуэйчжи?
Сун Чэнь кивнул.
— Да, это мой отец.
В её взгляде тут же появилось заметное отвращение.
— Такой лицемер, как Сун Хуэйчжи, смог породить сына с такой достойной внешностью.
Сун Чэнь слегка нахмурился, поднялся и с гневом в голосе сказал:
— Я не знаю, какая вражда между хозяйкой павильона и моим отцом, но прошу быть осторожнее в словах.
— Ха. Всё ещё преданный пёс.
Сун Чэнь не мог снести такое унижение. Его брови нахмурились ещё сильнее, а меч «Холодный Иней» начал дрожать.
— Сун Чэнь.
Цзян Ваньчжоу прижал его руку и покачал головой.
— Фу Юй, всё-таки убей его, — холодно приказала Цинь Шиши. Её голос и взгляд теперь были ледяными, от прежнего доброго выражения не осталось и следа.
Услышав приказ, Фу Юй выхватила алый длинный кнут и ударила Сун Чэня. Каждый выпад был жестоким, каждый — смертельным.
Они тут же сошлись в бою прямо во дворе.
Хозяйка павильона одной рукой подпёрла подбородок, другой подняла чашу вина и осушила её, с явным интересом наблюдая за представлением.
Цзян Ваньчжоу занервничал, поклонился хозяйке павильона, сложив руки.
— Прошу старшую быть великодушной. Какая бы обида ни была между старшим поколением, Сун Чэнь ни в чём не виноват.
Хозяйка павильона с любопытством подняла глаза на Цзян Ваньчжоу, затем посмотрела на Сун Чэня.
— Кто он тебе?
— Близкий друг и родственная душа.
— А-ха-ха-ха-ха! Ты называешь его родственной душой? Другом?
Глядя на её невероятное выражение и странный смех, Цзян Ваньчжоу удивился.
Но раздумывать было некогда: Сун Чэнь постепенно проигрывал, и Цзян Ваньчжоу пришлось вмешаться.
— Отойди, — приказала хозяйка павильона Фу Юй.
Во дворе снова стало тихо.
— Продолжайте есть. Фу Юй, позже приведи его ко мне.
Говоря это, она бросила взгляд на Цзян Ваньчжоу, после чего развернулась и собиралась уйти.
— Не нужно. Где меч Чангуй? Куда вы его спрятали? — холодно спросил Сун Чэнь.
Цзян Ваньчжоу покосился на него, мечтая заткнуть ему рот. «Братец, тебе обязательно именно сейчас нарываться на смерть?»
— Меч Чангуй? — Цинь Шиши повысила голос, словно услышала что-то непонятное. Затем продолжила: — Да, я действительно посылала Фу Юй забрать меч Чангуй. Но меч, который она получила, был поддельным. Даже не знаю: настоящий меч вообще нашли или Сун Хуэйчжи снова затеял какую-то интригу?
— После того как меч Чангуй доставили в усадьбу Юэцзян, отец, я и главы четырёх великих родов лично осмотрели его. Он точно не был подделкой, — уверенно ответил Сун Чэнь.
Хозяйка павильона задумалась.
— Тогда странно. Меч Чангуй признаёт хозяина. Снять печать может только кровный родственник. Для любого другого он просто кусок металла. Кто стал бы его красть?
— Только кровный родственник? Но разве Нань Чангуй не пропал много лет назад? У него ещё осталась родня? — озадаченно спросил Цзян Ваньчжоу.
— Он не пропал. Он умер. Умер больше десяти лет назад, — сказала Цинь Шиши, и в её глазах появилась холодная печаль.
Она вздохнула.
— В любом случае меча Чангуй здесь нет. Верите вы или нет — ваше дело. Но я всё же советую не тратить время на меня.
С этими словами она взмахнула рукавом и ушла.
Сун Чэнь несколько мгновений смотрел ей вслед. Судя по выражению её лица, меча Чангуй в павильоне Хунсю действительно, похоже, не было.
Он одним движением убрал меч и собрался уходить, так и не притронувшись к роскошным блюдам.
— Сун Чэнь, ты уже уходишь? — Цзян Ваньчжоу схватил его за руку.
— Угу.
— Тогда я…
На лице Цзян Ваньчжоу появилось затруднение, и он выдавил неловкую улыбку.
Сун Чэнь, конечно, понял его мысли.
— Я подожду тебя в гостинице.
— Хорошо! — тут же с улыбкой согласился Цзян Ваньчжоу.
После трапезы Фу Юй повела Цзян Ваньчжоу к хозяйке павильона. По дороге он всё время посматривал на лицо Фу Юй.
Та решила, что его привлекла её красота, и не обращала особого внимания.
Наконец Цзян Ваньчжоу не выдержал.
— Сестрица Фу Юй, хочу спросить об одном человеке.
— Спрашивай.
— Ты знаешь девушку по имени Юнь Нянь? Она тоже из вашего павильона Хунсю.
— Юнь Нянь? В павильоне Хунсю никогда не было девушки с таким именем, — без раздумий ответила Фу Юй.
Такого человека нет? Тогда кто же была Юнь Нянь из павильона Хунсю, участвовавшая в турнире испытаний?
— Сестрица Фу Юй, подумай ещё. Может быть, у вас она носила другое имя.
Цзян Ваньчжоу поднял руку к переносице.
— Примерно такого роста, худая, немного смуглая, выглядит неплохо, но до сестрицы Фу Юй ей далеко.
Фу Юй мягко рассмеялась, подумала и покачала головой.
— Нет. Посмотри на мой рост: я примерно тебе до подбородка, верно? Все девушки в павильоне Хунсю примерно такие. Хозяйка говорит, именно такой рост больше нравится мужчинам.
С этими словами она соблазнительно улыбнулась Цзян Ваньчжоу.
— О? Даже такие требования есть.
……
За разговором они быстро дошли до родового храма. Фу Юй довела его до двери и ушла.
Кроме хозяйки павильона, сюда никогда никого не впускали.
Цзян Ваньчжоу толкнул дверь и вошёл. Хозяйка павильона стояла прямо перед поминальными табличками, её спина казалась одинокой.
Подойдя ближе, Цзян Ваньчжоу увидел: на алтаре плотно стояли сотни табличек. А в самом центре первого ряда находилась поминальная табличка Нань Чангуя.
Он удивлённо посмотрел на Цинь Шиши, не понимая, зачем она его сюда привела.
Заметив его недоумение, хозяйка павильона слегка улыбнулась и повернула одну из свечей на алтаре.
Под поминальным столом открылся тайный проход.
— Иди за мной.
http://bllate.org/book/23998/2921425
Готово:
