Ноги командира Зеленых Стражей были куда быстрее лошадиных, вот только с закованными в кандалы руками и ногами особо не разбежишься.
Сопровождающие, что прислуживали им в пути, давно разбежались, напуганные недавним покушением. Теперь рядом с Ци Цзинсином оставались лишь Ци Сы и Цин Кюй. Бедняга Цин Кюй, чье мастерство владения мечом было столь велико, был вынужден стать кучером. В этот момент он должен был немедленно доставить молодого господина в Культ Разрушающей Луны, но его сердце терзалось тревогой за Ци Сы, бегущего позади кареты, и он не смел ехать слишком быстро.
Весенние цветы были в полном цвету, солнце светило ласково. Ци Сы, спотыкаясь, едва поспевал за повозкой. Хотя лошади шли неспешно, кандалы на ногах сильно мешали, а из глубины кареты на него был устремлен пристальный взгляд.
Без использования мастерства легкости передвижения это превращалось в настоящее мучение. Не прошло и часа такой беготни, как лоб Ци Сы покрылся испариной, а в горле пересохло.
Чтобы помучить его еще сильнее, Ци Цзинсин не стал выбирать главную дорогу. Мало того, что путь был ухабистым, так еще и по прибытии к подножию Горы Фулин он во что бы то ни стало решил остановиться на ночлег в придорожной гостинице.
Никто не мог переубедить своенравного молодого господина Ци, и Цин Кюй был вынужден свернуть к городку.
Молодой господин Культа Разрушающей Луны всегда любил пустить пыль в глаза, поэтому его карета была воплощением роскоши: инкрустированная золотом и нефритом, она тут же стала центром всеобщего внимания, как только въехала на улицу. Люди поспешно расступались, с любопытством и удивлением разглядывая мужчину, прикованного к задней части экипажа.
То был невероятно красивый мужчина. На вид он казался не таким уж молодым, но лицо его было прекраснее женского. От долгого физического напряжения кожа его побледнела, лоб увлажнился от пота, а небрежно распахнутые зеленые одежды вместе с неясными следами на щеках и губах придавали ему облик, полный болезненной, надломленной красоты.
Вид его возбуждал самые смелые фантазии.
Кто-то начал перешептываться, гадая, кто же эти гости. Карета была роскошной, лошади — породистыми, сразу видно — богатый дом.
Официант, едва завидев сверкающий на солнце экипаж, сам просиял. Он хлопнул себя по рукавам и подобострастно подбежал навстречу:
— Ой, почтенные гости! Проходите скорее, милости просим! Вы откушать желаете или остановиться на ночлег? У нас и блюда, и вино, и комнаты — всё первосортное! Слышали про Культ Разрушающей Луны? Он здесь совсем недалеко, многие уважаемые люди оттуда — защитники, главы залов — любят у нас обедать. Вы, господа, определенно заглянули по адресу…
Зеваки вокруг переглянулись и поспешно разошлись в разные стороны, даже уличные торговцы притихли.
Какой-то мужчина, грубый и крепкий, не успел договорить, как внезапно вздрогнул. По спине пробежал холодок, словно за ним наблюдал кто-то ужасный.
— Ц-ц-ц, небось, какая-нибудь дорогая игрушка из кареты. У богачей свои причуды, верно? Гляньте на эту мордашку — ночью эдак схватишь за мягкий зад, одно удовольствие… — прошептал он, сглатывая слюну, и испуганно огляделся. Вокруг никого не было. Странно, неужели привиделось?
Мужчина сплюнул, нахмурился и, покинув толпу, сделал всего несколько шагов, как вдруг ни с того ни с сего с грохотом рухнул лицом в землю. Когда он поднялся, его лицо было в крови, а изо рта вылетели два зуба.
На земле лежала красивая небесно-голубая бусина. Он не посмел её поднять, а, прихрамывая, бросился наутек, словно за ним гнались черти.
Ци Сы облизал пересохшие губы и спрятал в рукаве скрытое оружие, которое так и не успел пустить в ход.
Ци Цзинсин слегка изогнул губы в усмешке: не зря их тренировал Ци Сы, действуют быстро.
Молодой господин Ци, опасаясь, что его приезд будет недостаточно эффектным, выбрал самую большую и роскошную гостиницу в городке.
Когда он выходил из кареты, мимо промелькнуло несколько теней.
— Комнату, — двумя словами Ци Цзинсин прервал болтовню официанта. Сделав шаг внутрь гостиницы, он остановился и, обернувшись к карете, бросил: — Иди сюда.
Официант решил, что в карете остался еще кто-то важный, и с нетерпением ждал. Однако из-за экипажа показался весьма жалкий на вид человек.
Он слегка опустил голову, но большой черный крест на его лице был слишком приметен, как и цепи на руках и ногах.
— Это… — официант с любопытством перевел взгляд на Ци Сы.
Ци Цзинсин, насмешливо щурясь, некоторое время смотрел на него, а затем произнес:
— Домашний слуга, который не знал своего места и сбежал. Я искал его много лет, прежде чем нашел. Пришлось приковать цепями, чтобы, проснувшись утром, снова не обнаружить его пропажу.
Официант выдавил кривую улыбку, подумав про себя: ну и затеи у богатых семей!
Он смахнул пыль с плеча своим полотенцем и крикнул в сторону зала:
— Три дорогих гостя! Лучшие комнаты… — затем он повернулся к господину. — Почтенный, сколько комнат прикажете?
— Лучшую комнату, одну.
— Будет сделано, лучшая комната, одна… — официант подозрительно посмотрел на Цин Кюя, чье лицо выражало готовность убивать. — А этот господин?..
Ци Цзинсин изобразил добродушную улыбку:
— Он будет спать на балке.
Официант остолбенел. Хозяин развлекается с красавчиком, а на балке сидит охранник? Он был шокирован, в очередной раз убедившись, что у богатых свои странности.
Он тряхнул головой, отгоняя лишние мысли, и уже собирался проводить их, но Ци Цзинсин снова заговорил:
— Еще одна просьба, нужно кое-что найти. В вашей гостинице есть клетка?
— Клетка? О… думаю, найдется. Какой величины изволите? Я сейчас же поищу.
— Небольшую, чтобы запереть человека, — взгляд Ци Цзинсина по-прежнему был прикован к Ци Сы.
— Запереть человека? — переспросил официант.
— Именно. Того, кто не слушается и любит сбегать.
На этот раз даже Ци Сы не выдержал и поднял голову. Случайно встретившись взглядом с глубокими, полными насмешки глазами Ци Цзинсина, он вспомнил многое из того, о чем не хотелось бы вспоминать. Он чуть растерянно моргнул и снова опустил голову.
Ци Цзинсин добродушно переспросил:
— Что, не найти?
— Нет… дело не в этом… просто…
— Просто что?
Официант заикаясь ответил:
— Разве это прилично?
Такого красавца — и в клетку, а не в постель? Господин, у вас что, с этим проблемы?
Цин Кюй наконец не сдержался. Он практически вырос на руках у Ци Сы, как он мог смотреть на подобные унижения своего командира!
Его кадык дернулся, он уже собирался заговорить, когда до его слуха долетел мысленный голос Ци Сы:
— Смеешь!
Всего одно слово — и Цин Кюй не посмел ослушаться. Он отвел взгляд, покраснев от гнева, и больше не смотрел на Ци Сы.
Эта сцена не укрылась от глаз Ци Цзинсина. После того как его уровень культивации был разрушен, он перестал вникать в дела Культа Разрушающей Луны, и многие в секте перестали его уважать. Впрочем, он не чувствовал себя оскорбленным. Напротив, он усмехнулся, нахмурился и изобразил муку на лице:
— Официант, вы не понимаете. Этот мой слуга очень любит сбегать, и у него много помощников. Если не запереть его в клетку, боюсь, в один миг его и след простынет.
Тот, кто работает в такой большой гостинице, всегда знает, как вести себя с людьми. Официант понял, что слова Ци Цзинсина имели двойной смысл, и, быстро смекнув, что эти люди — не простые смертные, поспешно закивал:
— Понял, господин! Сейчас же пойду поищу клетку!
Солнце садилось, теплая дневная дымка рассеялась, принеся прохладу. На крыше гостиницы несколько Зеленых Стражей, поспешивших сюда после получения сигнала, чтобы охранять молодого господина, изначально планировали спуститься и доложить обо всем командиру, но сейчас, притихнув, они лишь вжались в черепицу, храня молчание.
http://bllate.org/book/24074/2768973
Готово:
