После вечерних занятий Цзин Цзи продолжил объяснять Хэ Шицюе так и не законченное упражнение на заполнение пропусков.
По пути домой Хэ Шицюе спросил:
— А ты сам-то домашку сделал?
Цзин Цзи выловил из бумажной чашки кусочек картофеля, прожевал его и лишь слегка покачал головой.
— Почему не сделал? Ты ведь такой умный, — удивился Хэ Шицюе.
Пакет с блином в его руке нервно покачивался, выдавая изумление хозяина.
— Лень, — Цзин Цзи снова отправил кусочек картошки в рот.
— А-а, — Хэ Шицюе понимающе кивнул. — Ну ладно.
Добравшись до третьего этажа, они разошлись по домам.
Стоило Хэ Шицюе открыть дверь, как в нос ударил едкий запах табака, а из глубины квартиры на него хлынуло облако сизого дыма.
За спиной послышался звук закрывающейся двери, и он с облегчением подумал, что Цзин Цзи этого не заметил. Почему-то на душе стало спокойнее.
Он распахнул дверь настежь и подождал, пока дым выветрится, прежде чем войти и закрыться.
Гостиная была завалена пустыми пивными бутылками, на журнальном столике громоздились контейнеры из-под еды на вынос и пепельница, до краев наполненная окурками. Хэ Шицюе оставил портфель в спальне и принялся не спеша прибираться.
Он собирал бутылки и аккуратно складывал их в ящик в углу. За ящик пустой тары давали рубль двадцать, но Хэ Шицюе копил их в основном потому, что хозяин продуктового магазина просил возвращать бутылки.
Хэ Я одинаково пристрастно относилась и к алкоголю, и к курению: пиво приносила домой ящиками, сигареты — блоками. Хэ Шицюе приходилось тратить немало времени на уборку каждый день.
Он вытряхнул окурки из пепельницы в пакет с мусором. Честно говоря, в пепельнице всегда были два типа окурков: одни заполняли левую сторону, другие — правую. Хэ Шицюе находил это забавным — надо же так заморачиваться с курением.
Закончив с уборкой, он вынес пакет к мусорным бакам у подъезда.
Вернувшись, он принял душ, кое-как растер волосы полотенцем и, убедившись, что с них не капает, оставил их в покое.
Сев за письменный стол, он взял ручку и блин — пора было садиться за уроки. Лао Фан задал написать рецензию на книгу — дело муторное, времени в обрез, а сдать нужно было уже к утреннему занятию.
Хэ Шицюе потратил немало времени, чтобы выбрать статью для рецензии. Бегло просмотрел текст и взялся за дело. Как и с оценками, с пониманием прочитанного у него было туго: вглядываясь в строки, он никак не мог уловить, что именно хотел донести автор. Его рецензии получались сухими и косноязычными, словно их писал ребенок, только научившийся выводить буквы — никакой глубины.
Примерно через час работа была закончена.
Собираясь убрать всё со стола, он бросил взгляд на пакет с блином. Хэ Шицюе откусил лишь пару раз. И не потому, что блин был невкусным — совсем наоборот, он был отличным, Цзин Цзи тогда еще попросил мастера добавить все возможные начинки. Просто Хэ Шицюе сам по себе не любил подобные вещи. Казалось, к такой еде, если это не полноценный прием пищи, у него с рождения не было интереса.
Хэ Шицюе задумчиво уставился на пакет, спустя время тяжело вздохнул, достал новую тетрадь и вывел на обложке: Цзин Цзи.
Эх, как же уродливо, совсем не сравнить с почерком Цзин Цзи. Хэ Шицюе слегка завидовал другу: и красив, и пишет прекрасно, и в учебе успешен. А он сам…
Написав имя, Хэ Шицюе снова потратил время на поиск статьи и принялся писать еще одну рецензию.
Тем временем Цзин Цзи, вернувшись домой, сразу отправился в ванную. Смыв с себя городскую пыль, он не спеша сел на кровать и нанес на лицо уходовые средства. После он залпом выпил больше половины стакана воды, причесался и, включив фен на самую низкую мощность, принялся медленно сушить волосы. Когда они были почти сухими, он нанес на них масло для волос и досушил до конца.
Закончив с этим, Цзин Цзи надел очки в золотой оправе и вернулся к монтажу своего видео.
Это был проект, на который он потратил больше всего сил. Раньше он монтировал видео спустя рукава: достаточно было передать общую суть, и порядок. Но в этот раз всё было иначе. Идея была настолько уникальной, что ему не хотелось делать работу кое-как.
Цзин Цзи смотрел ролик, раз за разом доводя детали до совершенства, периодически поправляя сползающие очки. Наконец, когда он в очередной раз подтолкнул оправу к переносице, его руки не вернулись к клавиатуре — он нажал мышкой кнопку экспорта.
В три часа ночи видео появилось на сайте.
Название: Заходи, это именно то, что ты хотел увидеть.
Первыми видео посмотрели немногочисленные полуночники, фанаты Цзин Цзи, посыпались редкие комментарии.
— Пришел посмотреть, насколько это видео наглое.
— Надеюсь, ты правда знаешь, что я хочу увидеть.
Этот комментарий был выделен желтым, и следом за ним посыпалось множество желтых вопросительных знаков.
Вскоре пошли другие отзывы: Да как он вообще это провернул?!
Это было видео в ритм музыки, с классическим динамичным треком. Начало было мягким, на экране Цзин Цзи осторожно поджидал и устранял противников. Затем темп музыки нарастал, и видео превращалось в череду виртуозных приемов, которыми он отправлял врагов в полет.
Ритм становился всё мощнее, и содержание сменилось сценами, где уже самого Цзин Цзи эффектно отправляли в полет.
Музыкальное напряжение росло, действия на экране становились всё интенсивнее. Одно за другим, мастерство Цзин Цзи приводило зрителей в восторг.
И в тот самый момент, когда все были на пике эмоций, персонаж упал, раздался звуковой эффект разбивающегося яйца, и видео резко оборвалось.В бегущей строке комментариев посыпались бесчисленные знаки вопроса.
Спустя пару секунд появился значок с призывом поставить лайк, подписаться и добавить в избранное от Цзин Цзи — на этом видео закончилось.
Буквально через несколько минут появилось с десяток комментариев:
— Спасибо, я получил свою дозу кайфа.
— Концовка зачетная.
— Кхм.
— Это, блин, то, что я хотел увидеть???
— Каким был козлом, таким и остался.
Зрители ругались, но всё же послушно оформляли автору заветные лайки и подписки.
Цзин Цзи участвовал в мероприятии, видео получило поддержку от платформы, и вскоре его рекомендовали на главной странице.
Появилось еще больше невероятных комментариев и отзывов.
Впрочем, Цзин Цзи обо всем этом не знал: выложив видео на мал... сайте, он со спокойной совестью отправился спать.
Совершенно не заботясь о сердцах зрителей, раненных его творением.
На следующий день Цзин Цзи снова проспал аж до второй половины дня.
Закончив видео, он расслабился и напрочь забыл, что на следующий день нужно идти на занятия. Разумеется, будильник он не завел и даже перевел телефон в беззвучный режим, чтобы как следует выспаться.
Только проснувшись, Цзин Цзи какое-то время тупо соображал. Уставившись на пробивающийся сквозь щель в занавесках тусклый свет, он лишь спустя добрую половину дня вспомнил, что, кажется, прогулял учебу.
В телефоне разрывалось от количества сообщений и пропущенных вызовов от Хэ Шицюе.
Цзин Цзи открыл мессенджер: Хэ Шицюе прислал несколько десятков сообщений, и все состояли из одних вопросов.
Даже за те несколько десятков секунд, пока Цзин Цзи читал сообщения, от него прилетело еще четыре или пять знаков вопроса.
Цзин Цзи утомило это забрасывание вопросами, и он ответил лишь одной точкой, не желая говорить ни слова больше.
Этот прогул был не похож на первый.
Тогда он еще испытывал некое потрясение, а сейчас на лице не дрогнул ни один мускул.
Прогулял и прогулял, Цзин Цзи не видел в этом ничего особенного.
Он еще немного повалялся в постели, поковырялся в телефоне и только потом встал.
Не спеша приведя себя в порядок, Цзин Цзи направился в школу, а по пути зашел перекусить миской лапши.
Он добрался до школы как раз к начацу перемены и воспользовался этим моментом, чтобы проскользнуть на свое место.
Стоило ему сесть, как Хэ Шицюе тут же поддвинулся к нему и спросил: — Ты почему сегодня опять не пришел?
Вообще-то он планировал пойти в школу вместе с Цзин Цзи, но в итоге стучал — дверь не открыли, звонил — не ответил, сообщения — не посмотрел.
Хэ Шицюе ничего не оставалось, как отправиться на занятия в одиночестве.
Оба парня не заметили, как сидевший на передней парте Чжан Тянь чуть-чуть откинулся назад.
— А, проспал, — бесстрастно ответил Цзин Цзи.
— Ничего страшного, сегодня повезло, Лао Фан всё это время заседал на совещании и не знал, что тебя не было, — миролюбиво произвел Хэ Шицюе.
Цзин Цзи бросил на Хэ Шицюе мимолетный взгляд, ничего не ответил и продолжил уткнуться в телефон.
Только тут Хэ Шицюе заметил, что у Цзин Цзи какое-то странное настроение. Впрочем, он одновременно счел это и непонятным, и вполне нормальным.
У Цзин Цзи от природы был слегка странноватый характер, он часто срывал на нем злость безо всякой видимой причины.
Так что ничего удивительного.
— Что с тобой? — поинтересовался Хэ Шицюе.
Цзин Цзи проигнорировал его.
Хэ Шицюе с нагловатым видом толкнул Цзин Цзи локтем в локоть и спросил: — Ты злишься? Из-за чего?
От этого прикосновения Цзин Цзи напрягся всем телом. Недовольно глядя на Хэ Шицюе, он процедил: — Тронь меня еще раз — и я сверну тебе руку.
Сидевший впереди Чжан Тянь аж вздрогнул, лихорадочно соображая: крышка, ну просто крышка, этот хрупкий Хэ Шицюе вряд ли выдержит тумаки от Цзин Цзи.
Мне сначала побежать к учителю? Или всё же сначала к учителю?
Чжан Тянь даже мысленно приготовился дать деру, как только завяжется драка.
Услышав слова Цзин Цзи, Хэ Шицюе каким-то чудом умудрился улыбнуться, легонько ткнул его в ответ и произнес: — Ты же сам говорил, что не будешь меня бить.
Сидевший впереди Чжан Тянь закрыл глаза.
Этот Хэ Шицюе мало того что не заткнулся, так еще и задирает Цзин Цзи! Неужели он не видит, что с Цзин Цзи лучше не связываться?
Если тебя отоварят, реветь будешь долго.
Цзин Цзи сжал кулаки, в его глазах мгновенно мелькнула темная вспышка — верный предвестник того, что он выходит из себя.
И тем не менее этот маленький дурачок перед ним ничегошеньки не замечал.
— Хочешь проверить? — холодно усмехнулся Цзин Цзи.
— Я тебе верю, — склонив голову набок, ответил Хэ Шицюе.
Глядя на то, как этот глупышка смотрит на него совершенно беззащитно, а в глазах нет и тени страха — лишь одно сплошное доверие, —
Цзин Цзи вдруг вспомнил тот день, когда этот малыш-дурачок хотел ухватить его за одежду, но трусливо отдернул руку назад.
Я не буду тебя бить, — пронеслись в голове Цзин Цзи его собственные слова.
Хлюп.
Будто ушатом холодной воды окатило — Цзин Цзи мгновенно остыл.
Ладно уж, этот дурачок даже от простого тычка ревет потом часами, а он больше всего на свете не выносит, когда кто-то плачет.
Усмирив желание пустить в ход кулаки, Цзин Цзи разжал пальцы, тяжело вздохнул и посмотрел на Хэ Шицюе взглядом, полным сострадания к убогим: — Ну ты и дебил. Тебе что ни скажи — всему веришь?
— Ты сказал — я и поверил, — с железобетонной уверенностью заявил Хэ Шицюе. — Хоть характер у тебя и странноватый, но человек ты, по-моему, неплохой.
Кулаки зачесались. Руки буквально окаменели.
Цзин Цзи издал холодный смешок и не стал продолжать этот разговор.
— Кстати, ты так и не сказал, почему злишься, — возобновил прерванную тему Хэ Шицюе.
И то верно: из-за чего же?
Сидевший впереди и подслушивающий Чжан Тянь внезапно вспомнил, что вообще-то изначально собирался подслушать именно это, и с недоумением зафиксировал, как их беседа вильнула совсем в другую сторону.
Цзин Цзи окончательно потерял всякое желание препираться с Хэ Шицюе. Что он мог ему сказать?
Заявить: я бешусь из-за того, что ты присылал мне в сообщениях одни смайлики, слишком уж задирал нос?
Выскажи он такое — и тогдашним дебилом окажется он сам.
— Ладно-ладно, проехали, ничего страшного. Не злись, расслабься, — принялся утешать его Хэ Шицюе.
Слушая явный тон, с каким успокаивают капризных детей, Цзин Цзи подумал про себя:
Ладно, пожалуй, проще тебя прикончить.
http://bllate.org/book/24288/2822254
Готово:
