Приехали!
Припарковавшись, Чу Юй достал телефон и с бесстрастным выражением лица напечатал эти два слова. Вспомнив их редкие встречи с Ши Цзинем, он добавил еще одну строчку и нажал кнопку отправки.
Ши Цзинь стоял посреди пустой гардеробной. Там висела лишь простая повседневная одежда, совершенно не подходящая для сегодняшнего мероприятия.
Последние полмесяца он только и делал, что занимался культивацией, совершенно забыв обновить гардероб, и тут кстати пришло сообщение от кое-кого.
Чу Юй: Приехал.
Чу Юй: Спускайся быстрее, краситься запрещено.
Раз уж возникли трудности, грех было не обратиться к своему спонсору. Ши Цзинь без малейшего смущения отправил два сообщения.
Ши Цзинь: Сейчас буду~
Ши Цзинь: Что же делать, у меня нет подходящей одежды?
Телефон тут же выдал новое сообщение.
Чу Юй: Спускайся, я всё устрою.
Получив удовлетворительный ответ, Ши Цзинь направился к выходу. Попутно он вспомнил их прошлую встречу и подумал, что дофаминовый макияж и наряды прежнего владельца тела, судя по всему, оставили у его золотой жилы глубокую психологическую травму.
Впрочем, ему вовсе не улыбалось поддерживать чужой образ. К тому же система спала, так что хватило бы и простой видимости.
Как раз наступал вечер. Ши Цзинь неторопливо вышел из территории жилого комплекса, шагая против лучей заходящего солнца. Прямая осанка, элегантные манеры, а сам он словно светился изнутри — вылитый благородный молодой господин со страниц книги.
Даже сидевший в машине Чу Юй невольно залюбовался им, бросив на парня несколько долгих взглядов.
Покрутив в пальцах зажигалку и вспомнив, кого именно он ждет, Чу Юй снова покосился на эту сияющую фигуру.
Он всегда считал себя человеком решительным и никогда не жалел о содеянном, но сейчас вдруг подумал, что его тогдашнее спонтанное решение взять кого-то на содержание было поступком опрометчивым и глупым.
Впрочем, в этом районе жили сплошь богачи и знатные персоны, а судя по манерам, происхождение у этого парня явно было неплохим.
Да, этот щедрый покровитель совершенно не узнал в парне своего новоиспеченного фаворита.
Ши Цзинь же не колеблясь ни секунды направился прямо к самой дорогой спортивной машине, открыл дверцу и забрался внутрь.
Его движения были плавными, а в каждом жесте сквозила неизъяснимая, решительная уверенность.
Чу Юй остолбенел. Внутри него бушевало удивление, но он постарался сохранить голос как можно более ровным, хотя в нем все же проскользнуло недоверие:
— Ши Цзинь?
Если бы этот парень действительно не уселся в его машину, Чу Юй ни за что бы в это не поверил!
Ши Цзинь повернулся к нему. Ему было лень что-то объяснять, и он лишь вопросительно приподнял бровь: чего тебе?
Пришедший в себя Чу Юй смотрел на него привычно холодным, но сейчас искаженным от изумления лицом.
Неужели это тот самый Ши Цзинь, который слова сказать не мог, чтобы не топнуть ножкой?
Неужели это тот самый женоподобный парень, чьи мысли и глаза были насквозь пропитаны презренным металлом?
Если говорить точнее, неужели это тот самый Ши Цзинь, которого он видел чуть больше полмесяца назад?
Если бы Ши Цзинь появлялся на людях в таком виде, то, пожалуй, эти потраченные деньги стоили того?
Чу Юй снова не удержался и бросил взгляд на сидевшее рядом лицо, которое можно было назвать исключительно красивым. Прошло всего полмесяца, а этот парень будто заново родился. Вспомнив возраст юноши, Чу Юй с недоумением подумал: неужели это и есть то самое пресловутое преображение в годы взросления?
— Что такое?
Заметив взгляд Чу Юя, Ши Цзинь повернул голову.
Приятный, подобный звону холодного родника голос качнулся у самого уха Чу Юя, заставляя того в очередной раз усомниться: он точно не ошибся человеком?
Внешность можно облагородить, но разве может характер человека измениться до неузнаваемости всего за полмесяца?
Да и голос стал звучать совсем иначе…
[Внимание, пожалуйста, поддерживайте образ. Шкала разрушения характера: 15%.]
Система очнулась от спячки. Поглядев на столь высокий показатель разрушения характера в голосовом оповещении, она почувствовала, что даже ее безмозглая голова начала раскалываться от боли.
[Хозяин, что ты творишь? Пожалуйста, следи за поддержанием образа перед главным героем!]
Ши Цзинь холодно усмехнулся про себя. Поистине, эта паршивая система проявляла такую активность только в подобных случаях. Энергия почти на исходе, а она все равно вылезла из спячки, чтобы сделать ему выговор.
Вернувшись к реальности, Ши Цзинь заметил, что Чу Юй все еще не скрыл своего недоверия. Прежний владелец характера был существом изнеженным, с какой стати ему вести себя так холодно со своим спонсором? Неудивительно, что шкала разрушения взлетела выше 10%.
Стоило помнить, что установленный системой предел разрушения характера не должен был превышать 25%.
Поразмыслив пару секунд, Ши Цзинь мгновенно преобразился. Широко улыбнувшись, он сжал кулачок и, нацелившись на руку Чу Юя, наигранно принялся его колотить:
— Ой, противный~ Ну что ты так уставился на меня? Как тебе, потрясен моим новым модным холодным стилем?
От этих слов и жестов вся аура юноши вмиг развеялась без следа. Высокомерие и благородство исчезли, словно утренний туман, заставляя усомниться, не померещилось ли всё это секунду назад.
И действительно, Чу Юй не вынес этого жеманного тона и манер. Прежние сомнения испарились, и он с удивительной ловкостью увернулся от этих ненастоящих кулачков.
Лицо Чу Юя вновь стало непроницаемым. С чего это ему вообще показалось, что в Ши Цзине, одетом в простой спортивный костюм, есть что-то благородное и недоступное?
Наверное, всё из-за страха ударить в грязь лицом перед компашкой приятелей, вот у него галлюцинации и начались.
Успокоив бурю в душе, Чу Юй привычным движением завел спорткар.
Ши Цзинь почувствовал лишь резкий толчок в спину, как машина стремительно сорвалась с места. Пейзаж за окном замелькал с бешеной скоростью, превращая поездку на спорткаре в настоящую гонку.
[Текущий показатель разрушения характера снизился до 9%.]
Услышав голосовое оповещение системы, Ши Цзинь, только что блестяще отыгравший свою роль, остался совершенно равнодушен. Почувствовав, что система снова погрузилась в спячку, он мысленно поставил еще одну галочку в длинном списке ее прегрешений.
Прекрасно, новая роль, новое испытание — еще один день, когда приходится измываться над самим собой…
Сребристый спорткар с плавными линиями кузова и сияющим покрытием стремительно мчался вперед. Совершив подряд несколько рискованных обгонов, Чу Юй лишь задним умом сообразил, что на пассажирском сидении кто-то есть.
Сбавив скорость, Чу Юй с легким беспокойством повернул голову: из-за его безумной езды никто из дружков сроду не садился к нему в машину — они не просто визжали от страха, некоторых даже укачивало.
Как раз подвернулся красный свет светофора. Крепко сжав руль одной рукой, Чу Юй подчинился странному порыву и повернулся.
Ши Цзинь держал в руках флакончик с лаком для ногтей и с абсолютно невинным видом смотрел на то, как главный герой с бесстрастным лицом отворачивается обратно. Чего это он?
Чу Юй молча сжал руль посильнее. И с чего он только переживал за эту плаксу!
Какой еще холодный стиль? Да какой человек со холодным стилем станет возиться с лаком для ногтей?Ши Цзинь слегка покачал флакончик с лаком для ногтей, словно эта блестящая вещица пробудила в нем жгучий интерес, после чего Чу Юй боковым зрение заметил, как Ши Цзинь открутил крышечку.
Красный свет светофора погас, и машина сорвалась с места, словно выпущенная из катапульты!
Вау!
Не будь необходимости поддерживать этот проклятый образ, Ши Цзинь сам невольно бы похвалил главного героя — как захватывающе, он ведь тоже обожает гонки!
Показатель разрушения образа снизился до 3%.
Скорость постепенно выровнялась, и наконец Чу Юй, с мрачным выражением лица, не выдержал и предупредил:
— Если ты сейчас намажешься этой дрянью, то потом, даже если придется содрать ногти с пальцев, заставишь меня все дочиста оттереть.
Чу Юй никоим образом не собирался мириться с тем, чтобы у его так называемого парня на руках красовался подобный вырвиглазный маникюр.
Особенно учитывая, что цвет этого лака был розовым!
Вспомнив вызывающий у него мурашки по коже тон, которым Ши Цзинь изъяснялся, Чу Юй добавил напыщенно и строго:
— И постарайся поменьше открывать рот на встрече.
Ши Цзинь ничуть не удивился и легко согласился, а вспомнив череду позорных выходок оригинального владельца тела в первоначальном сюжете, с сочувствием покосился на пока еще ни о чем не догадывающегося Чу Юя.
Будучи одним из главных соперников-любовников в оригинальном романе, а также белой луной главного героя-уке, Чу Юй, разумеется, никак не мог воспылать чувствами к Ши Цзиню — пушечному мясу, которого он сам же и содержал.
Поэтому на предстоящей вечеринке оригинал по неосторожности «напьется», после чего начнет вытворять невообразимые глупости.
К тому же он случайно проболтается, что на самом деле Чу Юй лично платит за то, чтобы содержать его в роли своего маленького любимчика. Хотя всем и так было прекрасно понятно, стоило вынести это на свет божий, как репутация неизбежно оказывалась подмоченной.
В итоге тема о том, что молодой господин Чу раскошелился на вульгарного фаворита, еще очень долго оставалась излюбленной шуткой в высшем обществе.После этой нелепой вечеринки не только все в этом кругу узнали, что Ши Цзинь — всего лишь ничтожная вещица, недостойная появляться в приличном обществе, но и впоследствии его постоянно выставляли напоказ, сравнивая с благородным и добрым главным героем-шоу.
Нашлись даже те, кто втайне устроил тотализатор, гадая, когда же Чу Юй бросит Ши Цзиня.
Вспомнив об этом, Ши Цзинь невольно холодно усмехнулся: сейчас система растеряла большую часть энергии, даже задания приходится передавать с помощью голосового помощника, а ограничения для него стали почти незаметными, так что вскоре он как следует «отыграет» положенное по сюжету.
Невпопад вертя в руках какую-то вещицу, Ши Цзинь наконец засунул флакончик с блестящим лаком для ногтей обратно в карман. Скользнув взглядом по сидевшему рядом и сосредоточенно ведению машины мужчине, он не удержался и снова бросил взгляд на его красивый профиль и безупречную линию подбородка.
В душе он подумал, что внешность Чу Юя и впрямь невероятно хороша, немудрено, что главный герой-шоу так убивался по этой первой любви.
Выйдя из машины, Ши Цзинь сразу понял, что это вовсе не торговый центр, а частный клуб.
Словно заметив его замешательство, Чу Юй пояснил:
— Здесь ближе.
Всю дорогу персонал был чрезвычайно услужлив, и Ши Цзинь следовал по пятам за Чу Юем, выглядя так, будто его испугал весь этот грандиозный приём.
Заметив неуверенность Ши Цзиня, Чу Юй не стал оборачиваться, но всё же немного замедлил шаг, опасаясь, что тот отстанет.
Ши Цзинь удивлённо взглянул на мужчину и подумал, что Чу Юй не зря носит звание благородного юноши, воспитанного в влиятельном клане: и сейчас, и когда они ехали в машине, если он того хотел, то заставлял чувствовать идущее из самых глубин души превосходное воспитание.Правда, рост Чу Юя был немал, да и шагал он широким шагом; даже замедлив ход, он всё равно шёл быстрее, чем Ши Цзинь успевал за ним, но обоим было всё равно.
Чу Юй лишь следил за тем, чтобы Ши Цзинь не отставал, а остальное его не волновало и не интересовало. По характеру он был настоящим избалованным господином. За последние годы, занявшись делами, он, конечно, немного усмирил свой властный нрав, но в душе оставался всё тем же диктатором — короче говоря, воспитание у него имелось, но весьма условное.
Ши Цзинь же и вовсе не обращал на это внимания. Он опустил голову, продолжая играть роль жалкого сиротки, однако при внимательном наблюдении можно было заметить, что шагал он неторопливо и размеренно, сбиваясь с ритма ничуть не меньше положенного.
Хотя здешняя одежда действительно стоила целое состояние, доступное далеко не каждому, он ведь не был прежним хозяином тела, чтобы терять дар речи от подобного отношения.
В романе прежний владелец потратил огромные деньги на дорогой костюм, вырядившись пестрой бабочкой, из-за чего при первом же появлении стал посмешищем для всех вокруг.
Но сейчас система была занята своими проблемами и совершенно не замечала, что Ши Цзинь вовсе не собирается следовать сюжету.
Инструмент для сюжета вышел из под контроля — интересно, во что теперь превратится история?
Здравствуйте, дорогой, какая у вас прелестная внешность! Редко случается, чтобы молодой господин Чу кого-то ко мне привёл, я уж точно обслужу вас по высшему разряду.
Тони перед ними выглядел очень модно — и причёска, и наряд кричали о трендах. Ши Цзинь приподнял бровь и вежливо ответил: — Здравствуйте, приятно познакомиться.
И добавил с лёгкой шутливой ноткой: — Похоже, кроме меня, создавать образ здесь больше некому?
Мягкий, вкрадчивый голос вызвал у Тони бурный восторг: — Ой, какой вы милый!
Давайте я вас подкрашу! У вас такая потрясающая кожа, вам очень пойдёт макияж, а что касается причёски...
Прежде чем у Тони успел разыграться профессиональный зуд, Чу Юй решительно прервал его: — Достаточно просто переодеться, больше ничего не нужно!
В конце концов, после долгих споров и упорного отстаивания своей точки зрения со стороны Тони, Чу Юй согласился на предложение слегка взъерошить волосы. Ши Цзинь сидел перед зеркалом для макияжа: слушая восторженные комплименты мастера Тони по поводу своей кожи и ощущая странные прикосновения к голове, он чувствовал, что это невероятно убаюкивает.
Затем Чу Юй отверг предложенный Тони ярко-красный костюм, и стилист с сожалением убрал руки.
Пока Тони перевёл взгляд на розовый костюм, Чу Юй выбрал для Ши Цзиня комплект чуть более живого оттенка — небесно-голубой повседневный костюм.
Поскольку случай не предполагал официальности, галстук надевать было необязательно, поэтому под низ подобрали белую футболку с круглым вырезом. В этом наряде наигранная мягкость и жеманность Ши Цзиня чудесным образом трансформировались в солнечную жизнерадостность, сквозь которую проступало неуловимое благородство — он выглядел точь-в-точь как избалованный младший господин из богатой семьи.
Даже повидавший немало разнообразных красавиц Тони на мгновение замер от восхищения.
Чу Юй тоже удовлетворенно кивнул: одежда и впрямь красит человека. Пока Ши Цзинь молчал, этот наряд выглядел весьма внушительно.
[Показатель разрушения характера: 7%]
Ощущение непрерывно растущего показателя разрушения характера заставило систему, чья энергия всё ещё продолжала утекать, вновь попытаться очнуться.
Ши Цзинь:...
Эх, как же это хлопотно. Будет лучше, если до начала представления система так и не проснётся.
http://bllate.org/book/24611/2892161
Готово:
