Готовый перевод The Protagonist Always Wants a Harem [Quick Transmigration] / Всегда найдется герой, мечтающий о гареме: Глава 3

Похоже, согласился на предложение перепрыгнуть через класс. Впрочем...

— Тунтянь, ты случаем не продавец фальшивых лекарств?

Тунтянь прикинулся мертвым и никак не отреагировал на него.

Е Чжичжоу в весьма благодушном настроении спрятал пилюлю и стал ждать конца урока.

На перемене он постучал в дверь кабинета классного руководителя, а получив разрешение войти, толкнул дверь и одарил классрука сияющей улыбкой во все тридцать два зуба:

— Учитель, мои опекуны требуют, чтобы я перевелся на класс выше. Скажите, пожалуйста, какие для этого нужны документы?

Ручка классного руководителя, проверяющего тетради, чуть не соскользнула.

Группа компаний «Юньюань», кабинет на верхнем этаже.

Юнь Кэ с суровым выражением лица открыл браузер на компьютере и вбил в поисковую строку ключевые слова: «резкая смена характера», «ребенок, который был интровертом, внезапно стал капризным», «семнадцатилетний юноша», — после чего нажал Enter.

Результаты поиска выскочили мгновенно. Пропустив горы медицинской рекламы, он остановил свой выбор на ответе к вопросу на каком-то форуме.

Повелитель Драконов Сюаньюань: Ой, автор, не переживайте вы так, ваш сын просто вошел в подростковый период бунтарства, ничего страшного. Если ребенок не слушается, значит, у него спина чешется — пару раз ремнем отходите, и все пройдет.

Пару раз ремнем... — Юнь Кэ яростно нахмурился и закрыл вкладку.

Успешно справившись с классным руководителем с помощью нескольких сборников тестовых заданий с идеальными ответами, Е Чжичжоу радостно вернулся домой. Улыбнувшись вышедшему навстречу дворецкому Фу, он спросил:

— А где брат Юнь? Я хочу рассказать ему хорошую новость.

Улыбка Е Чжичжоу передалась и дворецкому Фу, который тоже расплылся в улыбке и, забирая школьный портфель, ответил:

— Звонил помощник господина и сказал, что в компании срочное совещание, поэтому сегодня господин вернется позже.

— Почему у него вечно какие-то дела под самый ужин? — нахмурился Е Чжичжоу. Заметив, как из столовой появляется Бай Ли с большим термосом в руках, он почувствовал, как радар заданий мгновенно забил тревогу, и спросил: — Сестра Лили, зачем это ты с термосом?

Бай Ли, казалось, совершенно забыла о вчерашней неприятной сцене между ними, и мягко ответила:

— Я переживаю, что старший брат Юнь слишком занят на совещании и забудет поесть, поэтому хочу отвезти ему еду. Ужин дома уже готов, Сяо Ян, поешь сначала сам, не жди старшего брата Юнь.

Стоит признать, героиня полностью оправдывает статус «нежной и заботливой» — обо всем-то она подумает! Только вот с чего это вдруг у нее такой хозяин положения?

Е Чжичжоу мысленно приподнял брови, но на лице заиграла улыбка. Сделав шаг вперед, он участливо произнес:

— Сестра Лили, ты ведь всего пару дней как из больницы, тебе сейчас нужен полный покой, как же ты можешь утруждать себя и ехать кормить брата Юнь? Лучше я съезжу, мне как раз нужно кое о чем поговорить с ним.

С этими словами, не обращая внимания на реакцию героини, он просто выхватил термос прямо из ее рук, развернулся и побежал к выходу, на ходу крикнув:

— Дядя Ли, подавай снова машину, мы едем отвозить ужин брату Юнь!

— Ой, Сяо Ян, не нужно, я... — Бай Ли воочию наблюдала, как он пулей выкатился за ворота, оставив после себя лишь облачко пыли.

— Маленький господин вырос, теперь понимает, как заботиться о господине, это так замечательно, — со счастливым вздохом произнес дворецкий Фу, а во взгляде, устремленном на Бай Ли, читалась глубокая благодарность. — Все-таки Сяо Ли умеет подход найти, раньше маленький господин был слишком замкнутым. Спасибо тебе за те беседы, что ты провела с ним на днях, теперь наш маленький господин выглядит таким жизнерадостным и полным энергии.

— Нет... это мой долг, вы зря смущаете меня, дворецкий Фу, — с ожесточенной гримасой натянула улыбку Бай Ли. Сцепив руки в замок, она сжала их так сильно, что ногти едва не впились в ладони: — Сяо Ян и вправду теперь куда веселее... и слов у него стало больше...

Машина остановилась у входа в компанию. Е Чжичжоу отпустил водителя, с термосом в руках воспользовался привилегиями «высокопоставленного родственника», чтобы подняться на лифте, предназначенном исключительно для президента, и шмыгнул в просторный и аккуратный кабинет Юнь Кэ.

Это был первый визит первоначального владельца тела в компанию Юнь Кэ — впрочем, для самого Е Чжичжоу тоже первый. Вопреки холодному и властному образу, который Юнь Кэ демонстрировал окружающим, его кабинет выглядел очень уютно, излучая тепло домашнего очага.

Он поставил термос на журнальный столик в гостевой зоне, с любопытством огляделся, а затем, сочтя это скучным, вернулся на диван и притянул к себе заботливо приготовленный героиней термос.

Три блюда и один суп: два мясных, одно овощное, фрукты на десерт и небольшой чайничек светлого, прозрачного цветочного чая.

А героиня неплохо подготовилась... Погодите-ка, цветочный чай? Она до сих пор не оставила идею напоить его цветочным чаем?

Он цокнул языком, поднял стеклянный чайничек, выбрал самую большую чашку и вылил туда все содержимое. Поднеся чашку к носу, он принюхался, затем сделал маленький глоток и распробовал вкус.

Аромат легкий, вкус слегка горьковатый, но сменяющийся сладковатым послевкусием. Когда пьешь, в голове появляется ощущение легкой расслабленности, словно все твое тело окутывает мягкое облачко, и даже духовная сила невольно начинает увядать...

Стой!

Он мгновенно вынырнул из состояния блаженства и закинул в рот полученную днем от Системы нефритовую пилюлю свежести. Растворившись во рту, пилюля превратилась в прохладную струйку воздуха, которая устремилась прямо в голову. В следующее мгновение затуманенный мозг мгновенно прояснился, а духовная сила обрела былую бодрость.

Нахмурившись, он опустил чашку, а в его взгляде читалась глубокая тревога.

С этим чаем что-то не так.

Юнь Кэ толкнул дверь и, заметив, как тот с мрачным видом разглядывает чашку чая, слегка нахмурился:

— Ты чем тут занимаешься?

Тот медленно поднял глаза, губы его шевельнулись, извергнув два слова:

— Проверяю на яд.

— Пфф, — следовавший за Юнь Кэ помощник не удержался и прыснул со смеху.

5. Любовь властного зятя к тебе

Наконец-то Юнь Кэ понял, каково это — растить взбалмошного трудного ребенка. Он взмахом руки отпустил помощника, бросил взгляд на уже открытый термос на журнальном столике, подошел и сел на диван. Протянув руку к стоявшей перед ним чашке, он спросил:

— Проголодался?

— Не трогай, — поспешно остановил его Е Чжичжоу и отодвинул чашку подальше, пояснив: — Я из нее уже пил.

— Это моя чашка.

Е Чжичжоу замер, но тут же расслабился и бессовестно заявил:

— Теперь она моя.

И правда, начался период подросткового бунтарства.

Юнь Кэ пристально вгляделся в него с головы до ног — от крошечного водяного знака на одежде до завязанных не на тот бант шнурков на кроссовках, словно пытаясь разглядеть сквозь оболочку тела уже сменившуюся душу.

Под этим пронзительным взглядом Е Чжичжоу снова напрягся и поспешно сменил тему:

— В этой чашке цветочный чай. Его в термос положила сестра Лили. Я только что сделал глоток и понял, что с ним что-то не так.

Юнь Кэ действительно переключил внимание, слегка подался вперед, принюхался к чаю и спросил:

— Что не так?

— Точно не скажу, но чай определенно с подвохом. Как только я его выпил, мои мысли тут же расслабились, и появилось какое-то невесомое, затуманенное состояние... Брат Юнь, почему мне кажется, что это чертовски похоже на описанную в новостях реакцию после приема наркотиков? — изобразив колебания и беспокойство, он намеренно сгустил краски.

Выражение лица Юнь Кэ мгновенно изменилось. Поставив чашку, он поднялся, рывком поднял его с дивана и зашагал к выходу.

Е Чжичжоу чуть не упал от такого резкого движения и, поспешно восстанавливая равновесие, спросил:

— Брат Юнь, куда мы? Я же еще не все про чай рассказал!

— В больницу, а чаем я велю заняться специалистам.

Юнь Кэ чуть замедлил шаг, подстраиваясь под его темп, а открыв дверь, приказал подоспевшему помощнику отправить весь обед и цветочный чай из кабинета на экспертизу, после чего решительно вошел в лифт.

В больнице пришлось побегать по кабинетам, и результаты анализов оказались на руках только к половине одиннадцатого.

Выйдя из больницы, Е Чжичжоу был голоден настолько, что едва дышал. Прислонившись к дверце машины и глядя на не прекращавшего хмуриться Юнь Кэ, он обессиленно попытался успокоить его:

— Брат Юнь, не нервничай ты так, врач же сказал, что все в порядке. Я сделал всего один глоток, да и вообще, возможно, мне просто показалось, и с чаем все было нормально... (А если что-то и было не так, то нефритовая пилюля свежести уже со всем справилась).

— Нет, это моя недоработка, — Юнь Кэ завел двигатель, его лицо оставалось мрачным. — Бай Ли появилась внезапно, и ее прошлое до сих пор не удалось выяснить, мне не следовало огульно приводить ее в дом.

Он изначально хотел лишь проверить, получится ли с помощью этой случайно подвернувшейся женщины с темным прошлым выудить на свет какую-нибудь рыбу, но никак не ожидал, что едва не навредит Ду Яну.

Е Чжичжоу удивился еще больше:

— Брат Юнь, ты что, проверяешь сестру Лили?

— Она появилась из ниоткуда, причем ее сбил именно мой водитель, а очнувшись после больницы, она потеряла память — слишком много подозрительного.

Припарковав машину у магазина каш, Юнь Кэ повернулся к нему, чтобы расстегнуть ремень безопасности:

— Ладно, не бери в голову. До тех пор, пока не будут готовы результаты экспертизы, держись от Бай Ли подальше.

Так это Бай Ли сбил водитель Юнь Кэ? И после этого Юнь Кэ все это время вел за ней слежку? Е Чжичжоу вытаращил глаза от растерянности. Все это было совсем не похоже на то, о чем говорилось в досье: мол, «Юнь Кэ проникся жалостью к потерявшей память героине и забрал ее к себе окружить заботой»! С каких пор идиотский романтический сериал превратился в шпионский детектив? Что за чертовщина?

[Энергия Системы на исходе, в данных могли возникнуть пробелы, направление сюжета определяется фактическим развитием событий.]

Е Чжичжоу: «...» Система, тут дело не в пробелах, тут зияет огромная дырища!

Когда они, наконец, поужинали и вернулись домой, было уже половине двенадцатого ночи. Героиня все еще не спала и в полуночной прохладе поздней осени поджидала их в гостиной в тонком полупрозрачном белом пеньюаре.

Разве ей не холодно?.. — мысленно фыркнул Е Чжичжоу. Ради завоевания Юнь Кэ героиня шла на любые жертвы.

— Старший брат Юнь, ты вернулся, — Бай Ли шагнула навстречу, легко поправляя длинные волосы, с выражением идеальной заботы и капелькой наигранной сонливости в голосе: — Почему так поздно? Если бы я знала, то сама бы отвезла еду, но Сяо Ян зачем-то отобрал термос, вот и задержался до такого часа...

Узнав, что Юнь Кэ не питает к героине никаких особых чувств и даже подозревает ее, Е Чжичжоу потерял всякое желание притворяться с ней дружелюбным. Сделав шаг вперед, он заслонил собой Юнь Кэ и бесцеремонно заявил:

— Сестра Лили, ты садовник, твоя прямая обязанность — ухаживать за цветами и травой в саду. Развозить еду — это работа дяди Ли. Тебе не кажется, что ты лезешь не в свое дело?Бай Ли услышала это, бросила на него взгляд и даже слегка улыбнулась, словно он был капризным маленьким ребенком. Еще мягче она произнесла: Все мы живем под одной крышей, а значит — одна семья, и помогать друг другу само собой разумеется. Сяо Ян, так рассуждать с твоей стороны чересчур бессердечно. К тому же, дядя Ли во второй половине дня занят — ему еще встречать тебя после школы. Я освобожусь пораньше и помогу всем, никакой тут нет серьезности, как ты говоришь. С этими словами она, словно смутившись, чуть повернула голову, являя взору свой прекрасный профиль, а на щеках постепенно проступил едва заметный румянец: Да и носить еду Юнь-гэ я вызвалась сама. Мать Ван изначально не собиралась собирать контейнер, говоря, что если задерживается, Юнь-гэ обычно ест вне дома... но я все равно не могу не переживать...

Носить еду действительно не нужно. Юнь-кей полностью проигнорировал смущенно-робкий вид главной героини, ответив еще более холодным голосом и ледяным тоном: Если не сидится на месте, отправляйся в старый особняк семьи Ду в районе Фужун заведовать оранжереей. И еще: впредь не расхаживай по дому в непотребном виде — это дурно влияет на детей.

Румянец на лице Бай Ли схлынул, сменившись бледностью. Она подняла глаза на Юнь Кэ, не веря собственным ушам, и в них заблестели слезы: Юнь-гэ, ты... ты что же, хочешь прогнать меня?

Всего лишь смена должности. И еще, попрошу мисс Бай впредь следить за тем, как ко мне обращаешься, чтобы посторонние не питали ложных иллюзий. Сказав это, он больше не взглянул на нее, взял Е Чжичжоу за руку и повернулся, чтобы подняться наверх.

В тот самый момент, когда Юнь Кэ произнес эти слова, один из маленьких флажков над головой главной героини внезапно вспыхнул, и его вращение замедлилось.

Что происходит? Е Чжичжоу вытаращил глаза, вглядываясь в этот флажок снова и снова, и принялся безуспешно звать Систему в своей голове.

[Поздравляю Хозяина системы: вероятность взаимной любви между Юнь Кэ и главной героиней снизилась до 50%. Когда она упадет до 0%, флаг души исчезнет. Просьба к Хозяину продолжать в том же духе.]

Это поистине... неожиданная радость.

Е Чжичжоу не удержался и расплылся в улыбке.

Верни голову на место, не смотри на всякую грязь. Юнь Кэ неизвестно когда остановился, протянул руку и щелкнул его по лбу, а его вечно отстраненный взгляд наполнился теплом: Возвращайся в комнату и ложись спать пораньше. Завтра выходной, я разрешаю тебе поваляться подольше.

Тот, кто вечно казался холодным и суровым, вдруг проявил нежность, и эта разрушительная сила... Главное — обладатель всего этого еще и чертовски хорош собой. Е Чжичжоу бессовестно покраснел и совсем забыл про маленькие флажки над головой главной героини, выпалив с дуру: Юнь-гэ, а я красиво играю на губной гармошке?

Юнь Кэ перевел взгляд с румянца на его щеках на прекрасные глаза, в которых будто прятались звезды, не удержался и потер пальцы, зажатые в кулаки по бокам. Сердце его смягчилось, но он все же честно ответил: Некрасиво. Не майся дурью почем зря, ложись спать вовремя.

Умеет же человек вести диалог! Просто мастер!

Е Чжичжоу вытянул руку из его хватки, яростно зыркнул на него и тяжелой поступью зашагал в свою комнату.

Бай Ли, добежавшая до поворота лестницы, постепенно замедлила шаг. Она подняла голову на высокую фигуру, стоявшую лицом к комнате Ду Яна, качнулась всем телом и опустилась на колени прямо на пол.

Всякая грязь... Юнь-гэ именно так к ней относится?

Как такое возможно... Она закрыла лицо руками, и в ее глазах наконец проступила неподдельная боль. Ведь еще два дня назад все было хорошо, Юнь-гэ был с ней так мягок! Этот проклятый толстяк панически боялся Юнь-гэ, и ему требовалось ее утешение, чтобы хоть как-то заговорить с Юнь Кэ — за что Юнь-гэ даже похвалил ее за добрый нрав... И вот прошло всего два дня!

Почему все так? Юнь-гэ такой замечательный... Точно, Юнь-гэ такой замечательный, значит, во всем виноват этот толстяк!

Она постепенно перестала плакать, ее лицо помрачнело, а зубы впились в нижнюю губу так сильно, что едва не дошло до крови.

Все начало меняться лишь после того, как этот толстяк полез к Юнь-гэ! Не иначе как он плетет интриги за спиной! Неужели он испугался, что они с Юнь-гэ будут вместе и тогда его, жалкого приживалку, выгонят отсюда?

Мерзко, подло, ничтожно!

Нет, нельзя просто так сидеть сложа руки.

Опираясь на перила, она поднялась на ноги, и ее лицо исказила зловещая гримаса. Обязательно нужно найти способ выставить этого проклятого толстяка вон. Стоит только избавиться от него, как Юнь-гэ перестанет ее в чем-либо подозревать... Только прогнать его...

Затаив дыхание, Е Чжичжоу доиграл вечернюю мелодию на губной гармошке, забрался под одеяло и проспал до самого утра.

В восемь часов утра старый садовник особняка семьи Ду, дядя Чжун, приехал к поместью Юнь на машине и увез Бай Ли, нацепившую на лицо прежнюю маску кротости.

Е Чжичжоу уплетал баоцзы, щурясь глядя им вслед, и мысленно общался с Системой: Тунтянь, на чем вообще основаны расчеты вероятности любви между Юнь Кэ и героиней? Дай хоть какую-то подсказку.

[Система уже предоставила все необходимые данные.]

Твои данные потрескались и зияют дырами во всех местах, на них слишком легко подорваться. Пожалуй, не надо.

[Прошу доверять Системе.]

Он безо всякой изящности запихал в рот оставшийся баоцзы и невнятно бормонул: Постараюсь.Хотя так оно и было, после завтрака он всё же достал предоставленные Системой данные и тщательно перетряхнул сюжет с самого начала. Отбросив всё, что могло ввести в заблуждение, он обвёл ключевые узлы, двигающие вперед развитие чувств между Юнь Кэ и главной героиней, и, подперев подбородок рукой, принялся за анализ.

Судя по материалам, если бы не он — этакий мутировавший бабочка-эффект, — первые ростки чувств между главной героиней и Юнь Кэ должны были пробиться в больнице, вторые — после того, как героиня покорит его своими цветочными чаями, а затем шёл бы накопительный эффект в череде повседневных мелочей, пока в тот момент, когда героиня не пожертвует ради Юнь Кэ жизнью, не грянул бы грандиозный взрыв... Но судя по вчерашним событиям, у Юнь Кэ к главной героине не было никаких личных чувств, так что первое зачаточное зарождение в больнице полностью отпадало... К тому же в данных упоминалось, что при первом зарождении чувств героиня испытывала к Юнь Кэ лишь благодарность и восхищение, но на деле её виды на Юнь Кэ были написаны чуть ли не на лице...

Неужели сюжет начал рушиться ещё до того, как он, эта маленькая бабочка, сюда прибыл? Да ну... Он подёргал уголком рта, мысленно вспоминая, как Юнь Кэ и главная героиня общались эти пару дней. По мере того как воспоминания восстанавливались, он и впрямь уловил некую проблему...

Хотя Система временами и не отличалась надежностью, общая траектория сюжета, выданная ею, судя по всему, была верной. Значит, первое зачаточное зарождение в больнице, о котором говорилось в материалах, всё-таки произошло, просто из-за нехватки энергии в описании возникла некоторая погрешность. И если сопоставить это с тем, как Юнь Кэ и главная героиня общались последние дни, погрешность заключалась в глубине чувств героини к Юнь Кэ... Получается, под этим первым зарождением чувств следует понимать одностороннее зарождение чувств главной героини к Юнь Кэ? Затем, проникшись симпатией к Юнь Кэ и попав в Поместье Юнь, она окружила его исключительной заботой. Обнаружив, что Юнь Кэ страдает бессонницей, она тщательно заварила для него целебный цветочный чай, после чего, благодаря этому чаю, Юнь Кэ постепенно проникся к героине симпатией, что и привело ко второму зарождению чувств... Выходит, первые два раза ростки чувств пробивались исключительно с одной стороны!

Теперь сюжет складывался воедино!

Е Чжичжоу закрыл светящийся экран и глубоко вздохнул.

Тунтянь, ну ты и мастер подстраивать свиньи западни... Зато сюжет наконец-то выстроился в стройную цепочку.

Теперь цветочный план покорения от главной героини пошел прахом, да вдобавок вызвал подозрения и настороженность со стороны Юнь Кэ, так что второе зарождение чувств можно просто списать со счетов. Раз уж у Юнь Кэ к главной героине не возникло даже симпатии, а возможно, появилась и капля отвращения, вероятность взаимной влюбленности была безжалостно урезана наполовину. Что же до оставшихся пятидесяти процентов... Главную героиню уже выставили из Поместья Юнь, возможности зарабатывать очки симпатии в повседневной рутине исчезли, так что в сухом остатке оставалось лишь... Его взгляд быстро проскользнул мимо большей части деталей совместной жизни в материалах и остановился на причине, по которой прежний хозяин тела превратился в пушечное мясо, — автокатастрофе.

Он прищурился и легко постучал пальцами по подлокотнику дивана.

С учетом того, что характер у Юнь Кэ холодный, но не совсем уж бессердечный, спасение жизни и впрямь обладает огромной убойной силой. Но теперь-то прежнего хозяина заменил он, и устраивать подстроенную автокатастрофу, чтобы навредить главной героине, уже невозможно. Откуда же тогда главная героиня сможет спасти главного героя? Раз уж не осталось шанса пожертвовать ради него жизнью, то почему всё еще существовали те оставшиеся пятьдесят процентов?

Неужели... независимо от того, планировал что-то прежний хозяин или нет, главный герой в конце концов всё равно попадет в автокатастрофу?

Он прекратил постукивать по подлокотнику и медленно нахмурился.

Если это действительно так, то написанное в данных о том, будто прежний хозяин подстроил аварию во вред главной героине, — весьма вероятно, очередная огромная брешь в системе! Получив воспоминания прежнего владельца тела, он уже тогда начал в этом сомневаться: с его-то трусливым и мягкотелым характером откуда у него вообще взялась бы смелость провоцировать автокатастрофу?

Вдобавок ко вчерашней чашке чая с сомнительным составом...

Боже правый, неужели он только что раскопал нечто невероятное...

Юнь Кэ, вдоволь выспавшись, с весьма свежим и довольным видом спустился сверху. Заметив, что тот сидит на диване и витает в облаках, он нахмурился:

— Сяо Ян, почему ты не читаешь книги?

Е Чжичжоу повернул к нему голову. Он скользнул взглядом от прядей волос, упавших на лоб, до изящных длинных пальцев, от широких плеч до прямых длинных ног, мысленно позавидовав и пожелав всего наилучшего, а столкнувшись с его отстраненным взглядом, на секунду растерялся... Оказывается, у Юнь Кэ глаза янтарного цвета, и они такие красивые... И ресницы на удивление длинные...

— Сяо Ян? — Юнь Кэ подошел ближе и легко щелкнул его по лбу, после чего озадаченно окинул взглядом с ног до головы и нахмурился. — Кажется, ты немного похудел. Плохо питался эти два дня?

Е Чжичжоу пришел в себя, изо всех сил стараясь выбросить из головы мимолетное ощущение тепла от прикосновения ко лбу. Питая к нему легкое, едва заметное сочувствие, он подался вперед, ухватил его за руку, запрокинул голову и искренне произнес:

— Брат Юнь, я обещаю, что отныне буду каждый день играть тебе на губной гармошке.

Клянусь сделать так, чтобы ты больше никогда не страдал бессонницей и встретил грядущую автокатастрофу с самым бодрым духом...

— Что это ты вдруг начал нести глупости? — Юнь Кэ не стал выдергивать руку из его хватки. Напротив, ему было приятно от столь естественной близости, и он в хорошем расположении духа присел рядом. — Так старательно пытаешься мне угодить — неужели о чем-то просишь?

http://bllate.org/book/24738/2919781