Готовый перевод Saving My Beloved Today / Спасти того, кто станет тьмой: Вторая попытка: Глава 4

Завуч с покорным видом кивнув, вывел из полицейского участка несколько понурых сорванцов, после чего тут же сорвался:

– Классным руководителям как следует провести воспитательную беседу, всем объявить выговор, а в понедельник на линейке ждите публичного порицания перед всей школой! Уже в выпускном классе, а всё за ум не возьмётесь. С таким разгильдяйским отношением как вы вообще собираетесь сдавать экзамены? Такие люди, как вы, в будущем станут раковой опухолью общества!

Син Цин шёл следом за ними, и от последней фразы его сердце словно резануло острой иглой, а внутри внезапно закипела ярость:

– Уважаемый учитель, так говорить тоже нельзя.

В конце концов, Цин Ибай в будущем должен стать народным милиционером.

Завуч заметил Син Цина и, решив, что тот чей-то родитель, немного смягчился в лице и мягче спросил:

– Вы кто?

Син Цин указал на Цин Ибая:

– Я его старший брат. Когда они дрались, я тоже там был. Те одноклассники первично затеяли ссору, так что мой младший брат по логике вещей пострадавшая сторона. Почему же выговором наказывают даже его?

Завуч опешил, видимо, не ожидая, что у парня внезапно объявится старший брат, и растерянно пробормотал:

– Но ведь он пустил в ход кулаки.

Син Цин возразил:

– Разве вы хотели, чтобы он стоял и терпел побои, не давая сдачи? Он же не дурак.

Пф!

Цин Ибай совершенно не пожелал проявить уважение и развязно усмехнулся.

Син Цин зыркнул на него, призывая не балаганить.

Цин Ибай отвёл взгляд от Син Цина, засунул руки в карманы брюк и стоял с надменным видом, смахивая на бессмертного, который вот-вот вознесется в небеса.

Завучу доводилось повидать немало родителей, но, заметив, что Син Цин совсем молодым и больше смахивает на младшего брата Цин Ибая, он быстро взял себя в руки и по привычке чуть задрал подбородок:

– Этот... родитель, вы, возможно, не в курсе, но ученик Цин Ибай вечно доставляет учителям головную боль.

– Но это не повод выписывать ему выговор. Мухи отдельно, котлеты отдельно. Как вы наказывали его за прошлые проступки раньше, меня не касается, но сейчас я в упор не понимаю, почему пострадавший тоже должен нести наказание? – Син Цин расправил плечи и задрал подбородок ещё выше.

Один из участников драки взвизгнул:

– С чего это он пострадавший? Да он первый начал!

Син Цин холодно посмотрел на него:

– Время, место, ход событий и причины конфликта зафиксированы в полицейском участке предельно чётко. Не сходить ли нам к дядям-полицейским, чтобы они нас рассудили?

Зачинщик драки уперся шеей и в упор уставился на Син Цина, но не осмелился вымолвить ни слова.

Син Цин отвёл взгляд. Такие полуподростки по большей части боялись сильных и тушевались перед напором. Стоило ему проявить жёсткость, как собеседник тут же сдулся.

Теперь предстояло решить, как отменить этот выговор для Цин Ибая.

Если в личном деле останется взыскание, это вполне может помешать Цин Ибаю поступить в полицейское училище. Он понятия не имел, как тот разрулил эту ситуацию в прошлой жизни, но сейчас сидеть сложа руки и просто наблюдать он не собирался.

Завуч раздражённо махнул рукой, велев остальным классным руководителям забрать своих учеников, и вскоре на площадке остались лишь Син Цин с компанией.

– Вы старший брат Цин Ибая? – к ним подорола женщина лет тридцати с лишним. Судя по глубоким вертикальным морщинам между бровей, она имела привычку постоянно хмуриться. Син Цин предположил, что она и есть классный руководитель Цин Ибая. – Раньше я никогда не слышала, чтобы у Цин Ибая был брат.

Закончив говорить, она перевела взгляд на Цин Ибая. Тот скользнул по ней равнодушным взглядом и отвернулся, глядя куда-то вдаль, словно всё происходящее не имело к нему никакого отношения.

– Дальний двоюродный брат. Обычно мы нечасто общаемся, но в этом году я приехал на учёбу в город А и, узнав, что он учится в городе Б, мы стали видеться чаще, – пояснил Син Цин.

Про себя же он восхищался собственным мастерством: ну до чего же хорош! Врёт всё глаже и глаже.

Женщина кивнула и только хотела что-то сказать, как Син Цин перебил её:

– Так что наш Ибай... он... эм?

Завуч поспешил заверить:

– Не переживайте, по возвращении мы во всём как следует разберёмся.

Син Цин вовсе не собирался позволять водить себя за нос:

– Завуч, что за слова? Если школа не сможет нормально разобраться, мы можем обратиться в полицию, выйдет то же самое, а результат, пожалуй, окажется даже справедливее.

С этими словами Син Цин потащил Цин Ибая обратно к участку:

– Всё равно тут идти всего пару шагов.

Лицо завуча слегка посмурнело. Приметив молодость Син Цина, он счёл того податливым человеком, никак не ожидая нарваться на крепкий орешек.

Он бросил выразительный взгляд на классную руководительницу Цин Ибая, и та, блеснув глазами, произнесла:

– Родитель ученика Цин, раз уж Цин Ибай действительно пострадавшая сторона, а на носу экзамены, объявлять ему выговор и впрямь неуместно. Школа искренне переживает за выпускников, так что давайте на этом и закроем вопрос, вас устраивает?

Син Цин именно этого и добивался. Пока он был занят разговором с классной руководительницей, его взгляд случайно столкнулся с глазами Цин Ибая. Тот смотрел на него с абсолютно бесстрастным лицом, а заметив, что Син Цин смотрит в ответ, даже демонстративно отвернулся.

У Син Цина аж зубы заныли: с чего это он раньше не замечал, что Цин Ибай такой невыносимый тип? Человек тут за него распинается, а у того вид, будто его хата с краю.

В конце концов дело благополучно разрешилось. Син Цин с дежурной любезностью обменялся парой фраз с учителями, и компания стала собираться расходиться.

Вдруг вспомнив кое-что, Син Цин сделал пару шагов вперёд, сравнялся с учительницей и вежливо улыбнулся:

– Вы классный руководитель Ибая? Могу я взять ваши контакты? Если у Ибая что-то случится, вам будет проще со мной связаться.

Учительницу звали Янь Яньянь, она носила фамилию Ян.

Когда они ушли, Цин Ибай ленивой походкой приблизился к нему. Син Цин посмотрел на него, и оба на мгновение замерли друг напротив друга в немом молчании.

Перед другими Син Цин умел пустить пыль в глаза, но перед Цин Ибаем он неизменно пасовал.

– Я... – только начал было Син Цин, как Цин Ибай резко рванул вперёд и, схватив его за горло, с размаху впечатал спиной в стену.

Син Цин: «???» Что за чёрт?!

Спину обжёг резкий удар, дыхание мгновенно перехватило. От страха Син Цин оцепенел, во все глаза глядя на Цин Ибая, и на уровне рефлексов попытался разжать пальцы, впившиеся в его шею.Цин Ибай, этот проклятый сорванец, обладал невероятной, просто поразительной силой. Син Цин изо всех сил попытался разжать его пальцы, но рука даже не дрогнула.

Лицо Цин Ибая переменилось мгновенно: напускное легкомыслие исчезло, а в глазах застыло жестокое и ледяное выражение.

– Кто ты? Какова твоя цель? Зачем ты подбираешься ко мне?

Как старшеклассник мог сделать такое лицо? Син Цин даже не успел толком удивиться, потому что почувствовал, что начинает задыхаться. С трудом выдавив из себя несколько слов, он прохрипел:

– Я… меня зовут Син Цин… отпусти… меня…

Цин Ибай помолчал несколько секунд и внезапно разжал руку.

Син Цин шумно зашелся кашлем, осел на землю со слабыми ногами, а на глазах от боли выступили слезы.

Цин Ибай толкнул его носок ботинка:

– Говори.

– Мой отец… был полицейским, который раньше вел дело твоего отца. Я узнал от него о тебе, узнал, что ты учишься в городе Б… вот и захотел прийти взглянуть на тебя.

Ощущение человека, вырвавшегося из лап смерти, лишило Син Циня всяких сил, и он говорил едва слышно, а его руки непрерывно дрожали.

Стоило услышать слово «отец», как лицо Цин Ибая резко изменилось. Казалось, он снова готов был наброситься на Син Циня, но, заметив на чужой шее четкий красный след, кадык парня судорожно дернулся. Он сжал кулаки, а затем разжал их, словно сдерживая себя.

Ухватив Син Циня за подбородок, он заставил его смотреть прямо себе в глаза и чеканно произвел:

– Среди полицейских, ведешь дело того человека, не было никого по фамилии Син.

Зрачки Син Циня сузились. Он солгал на ходу, первое, что пришло в голову, но никак не ожидал, что Цин Ибай окажется настолько проницательным. Холодный пот покатился по лбу.

– Я ношу фамилию матери.

Сказав это, Син Цин почувствовал одновременно обиду и горечь. Цин Ибай никогда раньше так на него не смотрел.

С таким ледяным, подозрительным взглядом.

Он сам того не заметив, надул губы, глаза заблестели от влаги, а кончик носа покраснел, отчего он выглядел довольно жалко.

Цин Ибай на мгновение замер, затем раздраженно поднялся на ноги. Не говоря ни слова о том, верит он или нет, он бросил Син Циня и зашагал в другую сторону.

Син Цин пролежал на земле несколько минут, не в силах пошевелиться. Медленно достав телефон – пальцы все еще дрожали, – он после долгих мучений наконец оформил билет на автобус обратно до учебного заведения.

Он возвращается! Чертов Цин Ибай!

Горло нестерпимо саднило. Всхлипывая, Син Цин заглянул по дороге в аптеку за лекарствами.

Продавщица, заметив его потрепанный вид, словно его только что избили или надругались, с участием спросила, не нужна ли ему помощь.

– Не нужно, – хрипло выдавил Син Цин.

Поймав такси, он отправился на вокзал. Настроение было хуже некуда, поэтому он даже не знал, что после его ухода Цин Ибай в спешке вернулся обратно. Не найдя парня, он отбросил купленные лекарства и выругался:

– Черт!

Син Цин добрался до общежития уже поздно ночью. К счастью, сосед по комнате оказался завзятым полуночником и еще не ложился.

Увидев его в таком виде, Ши Тао испуганно воскликнул:

– Ты… ты чего это?

Син Цин молчал.

Заметив его покрасневшие глаза, Ши Тао дрожащим голосом предположил:

– Неужели твой младший брат заболел раком?

– …… – потерял дар речи Син Цин.

Он покачал головой, и из его груди вырвался совершенно неразборчивый хрип:

– Что ты за чепуху несешь?

Обратив внимание на хриплый голос и багровые следы на шее Син Циня, Ши Тао завопил:

– Цин-эр, через что ты вообще прошел?!

Син Цин был вынужден слегка приукрасить историю с уличной дракой и выдать ее Ши Тао.

Изначально он собирался проведать младшего брата, но никак не ожидал, что тот ввяжется в драку. Син Цин не смог оставаться в стороне и бросился на помощь.

– Вот так все и вышло, – махнул рукой Син Цин.

Ши Тао поинтересовался:

– Болит? Лекарства пил?

– Болит, – ответил Син Цин. – Даже слюну глотать больно. Лекарство только что принял.

Ши Тао цыкнул языком:

– Вот же кто-то исподтишка бьет.

Чувствуя себя физически и морально истощенным, Син Цин не хотел больше разговаривать.кое-как умывшись, он забрался на кровать отдыхать.

В поезде он хорошенько все обдумал. Любой на месте Цин Ибая заподозрил бы неладное, если бы к нему внезапно привязался какой-то неизвестно откуда взявшийся фальшивый родственник и начал беспричинно проявлять заботу.

Хотя на душе все еще скребли кошки, при мысли о том, что Цин Ибай сотворил в прошлой жизни, Син Цин чуть сильнее сжал в кулаке край одеяла. Он ни за что не позволит Цин Ибаю снова наступить на те же грабли.

Повернувшись на другой бок, он нечаянно задел больную шею:

– Кхе-кхе!

Все-таки жутко болит, подумал Син Цин.

Вот же сволочь этот Цин Ибай!

Син Цин решил, что ни завтра, ни послезавтра он к нему не пойдет – только на выходных.

На следующий день Син Цин вместе со своим опухшим и покрасневшим горлом отправился на занятия.

Благодаря своей внешности Син Цин пользовался большой популярностью на курсе. Несколько девушек, заметив его состояние, с тревогой и любопытством подбежали расспросить, что случилось.

Син Цин не мог говорить, поэтому роль его пресс-секретаря взял на себя сидевший рядом Ши Тао. Он в красках и с невероятными подробностями описывал героические подвиги Син Циня в драке, каждый раз приукрашивая рассказ новыми деталями, словно сам стоял в первом ряду зрителей.

Син Цин сохранял загадочную улыбку и молчал, оставляя всю славу себе.

После лекции Син Цин заглянул в библиотеку и притащил оттуда целую стоку книг. Ши Тао, окинув взглядом заваленный учебниками стол – Криминальная психология, Психология подростковой преступности, Как предотвратить подростковую преступность, – ошеломленно произнес:

– Цин-эр, не в обиду будь сказано, но ты свою Системную анатомию уже дочитал? Гистологию и эмбриологию выучил?

Син Цин посмотрел на него той самой загадочной улыбкой. Он не стал раскрывать Ши Тао правду вовсе не потому, что хотел задеть его гордость – он ведь проработал столько лет, разве ему нужны учебники?

Ши Тао от этого взгляда аж затылок зачесался:

– Ладно-ладно, раз хочется – читай, только на экзамене не завали сессию. Кстати, скажи мне, на какую специализацию ты хочешь пойти?

На их факультете был общий набор на клиническое направление, а конкретную специализацию выбирали только на втором курсе: клиническая медицина, медицинская визуализация, медицинская лабораторная диагностика или медицинские технологии.

Син Цин ответил, даже не задумываясь:

– Клиническая медицина.

В прошлой жизни он изучал именно клиническую медицину, искренне любил эту работу и не собирался ничего менять в этой жизни.

http://bllate.org/book/25015/2958448