Готовый перевод The Prince of Tennis: I'm Super Strong When I Play and Sleep / Принц тенниса: Сплю на корте — выигрываю турниры: Глава 15

Мукахи стоял на линии подачи. Пусть его тело всё ещё было измождённо, взгляд горел ярким пламенем.

Он глубоко вздохнул и, собрав последние крупицы сил, выполнил вполне сносную подачу.

Камио Акира, словно проигравшийся до нитки азартный игрок, пошёл на финальный рывок и яростно отбил мяч в сторону Цзиро!

– Хах, а ты не нарываешься?

Наблюдая за летящим по прямой мячом, Цзиро подумал про себя: «Самое время как следует покрасоваться. Активировать «Область Предельного Прорыва»! Встречай бурю!».

Цзиро пришёл в движение.

На этот раз его действия лишились прежней лени и небрежности, в них появилась острота, возвещающая о конце!

Шаги мгновенно переплелись, фигура оставила за собой плавный шлейф остаточного изображения, и он словно в результате телепортации появился в точке приземления мяча!

Его корпус слегка развернулся, замах рукой получился невероятно широким, а вся мощь тела единым потоком устремилась в правую руку с ракеткой!

– Всё кончено.

Раздался спокойный, лишённый всяких эмоций голос, но в нём сквозило величие правителя, царствующего над миром.

Бах! — огласил воздух глухой удар, способный, казалось, всколыхнуть само пространство!

Мяч превратился в золотой луч, разрывающий воздух!

С такой невероятной скоростью, что за ним тянулся чёткий зримый след!

Обладая неукротимым, сокрушающим всё на своём пути жутким натиском!

Он летел вовсе не под какими-то изощрёнными углами — вложив чистейшую, самую властную силу, мяч напрямую понёсся в центральную линию между Камио Акирой и Ибу Синдзи!

Это было подавление абсолютной мощью!

Неоспоримое заявление короля!

Камио Акира и Ибу Синдзи лишь ощутили, как перед глазами мелькнула золотая вспышка, а на них пахнуло ураганным потоком воздуха!

Они машинально взмахнули ракетками, но в тот миг, когда струны коснулись мяча, от него хлынула непреодолимая, чудовищная сила!

Хлёст! Хлёст!

Два резких звука раздались почти одновременно!

Ракетки из рук Камио Акиры и Ибу Синдзи от этой бурной мощи выбило прямо из пальцев!

Вращаясь, они взмыли высоко в воздух! А тот золотой мяч уже оставил глубокую вмятину в заградительной сетке позади них и продолжал бешено вращаться, издавая недовольное жужжание.

Мёртвая тишина!

Абсолютная тишина воцарилась на корте!

Все были полностью потрясены этим ошеломляющим ударом!

Они даже забыли, как дышать!

Судья тоже казался ошеломлённым в течение нескольких секунд, прежде чем громко объявить дрожащим голосом:

– С... Сет окончен! Счёт 5:7! Победили Мукахи Ёто и Акутагава Цзиро из Академии Хётэй!

Звуки голоса словно расколдовали запечатанную магию.

В следующую секунду половина корта Хётэй взорвалась оглушительными, уходящими в небеса восторженными криками!

– Хётэй! Хётэй! Хётэй!

– Победитель — Хётэй! Триумфаторы — Цзиро и Ёто!

Волна звуков, подобно цунами, сметала всё на своём пути!

Акутагава Цзиро тихо стоял у сетки, небрежно закинув ракетку на плечо.

– Хах, моменты для показухи преследуют меня по пятам. Хвалите меня, хвалите, хвалите меня от всей души! Ха-ха-ха-ха.

Бросая взгляд исподлобья на Иноуэ Мамору из Теннисного Мэгазина и Инуи Садахару, стоявших у кромки корта, Цзиро невольно упивался внутренним ликованием.

Солнечный свет падал на его мягкие пушистые каштановые кудри, размываясь мягким ореолом.

Он легко зевнул, и острый, владыка мира сего блеск в его глазах незаметно исчез, вновь скрывшись под пеленой сонливости.

Словно тот демонический магнат, который только что подавил всех на корте и нанёс потрясающий удар, был лишь всеобщей галлюцинацией.

Лениво развернувшись, он направился к своему рыжеволосому напарнику, который устал настолько, что едва держался на ногах, но при этом сиял самой лучезарной улыбкой.

Солнце вытянуло их тени: одна неторопливая и расслабленная, другая изнурённая, но гордая. Вместе они воплощали образ победителей.

А позади них стояли поверженные соперники с выбитыми из рук ракетками, застывшие на месте, и совершенно сбитая с толку, погруженная в сильнейший шок арена.

Капитан Фудоминэ, Татибана Киппей, стоял на прежнем месте, долгое время храня молчание.

Он смотрел на Акутагаву Цзиро, который снова превратился в спящего кота, а затем перевёл взгляд на глубокую вмятину в заградительной сетке и в конце концов смог лишь тяжело вздохнуть, медленно прикрыв глаза.

Он знал, что совершил огромную ошибку.

Клыки Хётэй оказались куда острее, чем они себе представляли, и куда более... скрытными.

Стоило этому спящему льву открыть глаза, как наступало владычество над миром.

Глава 23: Сошествие божества и первые проблески мастерства

Остатки закатного солнца покрыли шумную площадку турнира Токийского округа тёплым золотистым напылением, а воздух был пропитан запахом пота, пластика и послевкусием ожесточённого противостояния.

– Саори, сняла? Успела снять?

У кромки корта опытный журналист из Теннисного Мэгазина Иноуэ Мамору пристально следил за площадкой, а его голос от волнения слегка повысился.

Его взгляд был прикован к фигуре, только что завершившей парный матч номер один — в одиночку против двоих, но одержавшая победу с такой лёгкостью.

Сиба Саори, работавшая фотографом неподалёку, быстро проверила экран камеры и, убедившись, что ключевые кадры пойманы, шумно выдохнула. На её лице читалось глубочайшее изумление:

– Сняла, Иноуэ-семпай! На этот раз всё запечатлено идеально! Настоящее сошествие божества, один против двух! Этот Акутагава Цзиро и впрямь невероятно силён!

Иноуэ Мамору подхватил мысль:

– Да, впечатляет. Но...

Он сделал паузу, и его тон стал задумчивым.

– Судя по той силе, что он продемонстрировал только что, особенно по его безупречному контролю над кручёными мячами, в этой встрече он наверняка не выложился и наполовину.

– И хотя в последнем розыгрыше завершать дело силой было несколько неожиданно, если судить по матчу в целом, Акутагава Цзиро без сомнений является игроком национального уровня с выдающейся техникой!

– Национального уровня?! — Сиба Саори не удержалась, прикрыла рот рукой и тихонько ахнула. Снова взглянув на высокого парня на поле, который сладко зевал с сонным выражением лица, она смотрела на него уже совсем иначе.

Пока журналисты горячо дискутировали, неподалёку в кустах скрывалась ещё одна фигура: укрытая листвой, она водила кончиком пера по блокноту с бешеной скоростью, издавая шуршащие звуки.

Инуи Садахару, маньяк сбора данных из Сэйсюна, жадно фиксировал всё происходящее на его глазах.

– Какая потрясающая информация...

Стёкла очков Инуи отражали холодный белый свет, он бормотал себе под нос, переводя взгляд с легко победившего Акутагавы Цзиро на стоявшего рядом Мукахи Ёто, который из-за преодоления предела выглядел несколько истощенным, но всё ещё невероятно возбуждённым.

– Если в финале придётся встретиться с Хётэй, положение Сэйсюна станет опасным... Нужно срочно доложить капитану Тэдзуке и тренеру Рюдзаки.

Он глубоко вздохнул, снова пригнулся к земле, затаившись в кустах словно терпеливый гриб, в ожидании сокровищницы данных будущих матчей.

Атмосфера во время послематчевого рукопожатия была натянутой.

Камио Акира и Ибу Синдзи из Фудоминэ крепко сжимали зубы, а пот вперемешку с досадой скатывался по их вискам.

Они выложились без остатка, применили даже свои гордости — комбинацию Звукового удара и Мгновенного паралича, но всё равно не смогли поколебать соперника, который казался вечно сонным.

Акутагава Цзиро посмотрел на полыхающее в глазах обоих пламя неутолимой досады и неожиданно даже для себя заговорил хрипловатым, ленивым голосом:

– Будущее за вами.

Оставив эти многозначительные слова, он больше не задерживался, развернулся и двинулся кажущейся небрежной, но на деле удивительно ровной походкой к выходу на сторону Хётэй, оставив двух охваченных тенью поражения парней с яростно сжатыми кулаками.

– Простите, капитан!

Камио и Синдзи опустили головы и тяжелой поступью подошли к Татибана Киппею, их голоса были полны невыразимого чувства вины.

Согласно тщательно разработанной Фудоминэ тактике, они ставили на исход первых трёх матчей, планируя сокрушить Хётэй со счетом три-ноль в мгновение ока.

Однако реальность оказалась жестокой: оба парных матча были проиграны один за другим, и даже если капитан Татибана смог бы совершить чудо в одиночке номер три, в последующих одиночных встречах против глубокого состава Хётэй шансы на победу стремились к нулю.

Поход на турнире Токийского округа, казалось, обрывался именно здесь.

При мыслях о пролитом поте и ожиданиях товарищей зубы Камио заскрежетали, а в душе яростно взвыло разочарование: «Черт возьми! Мы же так старались!»

– Поднимите головы! — низкий и властный голос Татибана Киппея раздался внезапно, словно удар молнии, расколовший хаос и самобичевание в их головах.

Парни рефлексивно подчинились приказу, подняли тяжёлые головы и встретились взглядом с суровым, словно утёс, взором капитана.

Взгляд Татибаны скользнул по их лицам, переполненным виной и досадой, и он медленно заговорил ровным, сильным голосом:

– В этом поражении виноват я. Это я не собрал достаточно полной информации и грубо недооценил такой фактор, как Акутагава Цзиро.

В его тоне звучал непререкаемый вес.

– Этот Акутагава Цзиро обладает подлинной силой национального уровня. Даже в период своего расцвета я бы не смог гарантировать против него победу. Так что незачем себя винить.

Он посмотрел на них, а затем чуть смягчил тон, сделав его ещё более твёрдым:

– Запомните это горькое чувство и превратите его в силу для реванша при нашей следующей встрече. У нас ещё есть шанс пройти утешительный турнир, начнём всё сначала. Разве Фудоминэ, дойдя до сегодняшнего дня, не падала и не поднималась точно так же?

– Утешительный турнир...

При этих словах отчаянная серость в глазах Камио и Синдзи наконец сменилась искоркой надежды, на смену которой пришёл вновь разгоревшийся боевой дух — решимость взять реванш пылала ярким пламенем.

Татибана Киппей удовлетворённо кивнул, взял лежавшую на скамейке ракетку и спокойно произёл:

– Идите отдохните. Дальше моя очередь.

Его взгляд переметнулся к судейской вышке в ожидании призыва на корт.

У кромки корта Татибана Цюй Ан сочувственно смотрела на поникших Камио и Синдзи и мягко утешала их:

– Вы двое... с вами всё в порядке?

В то же время её взгляд сам собой скользнул в сторону Хётэй, останавливаясь на зевающем парне, и крошечный внутренний вулкан в её груди начал взрываться:

– Этот негодный лжец! Притворялся таким увальнем, а сам оказался настолько сильным! Обязательно задам ему хорошую трепку, когда мы встретимся снова! Мерзавец!

– Хлоп, хлоп, хлоп.

Раздались звонкие и ритмичные аплодисменты.

У выхода из зоны игроков Хётэй Атобе Кэйго во главе остальных основных игроков команды встречал их так, будто они были триумфаторами, вернувшимися с победой.

На его губах играла фирменная роскошная улыбка, когда он смотрел на поддерживающих друг друга Мукахи Ёто и Акутагаву Цзиро.

– Вы отлично потрудились, парни.

В голосе Атобе сквозила редкая похвала.

– Атобе!

Пусть тело изнывало от усталости, глаза Мукахи горели поразительным огнем. Уставившись на капитана, бывшего для них опорой, и на надежных товарищей, он возбужденно выкрикнул:

– В этом году мы вместе завоюем национальное золото!

Атобе Кэйго встретил горящий взгляд Ёто, не сдерживая присущую королю уверенность и твёрдость:

– Ахм, разумеется!

Цзиро лишь лениво усмехнулся, бережно усадив выбившегося из сил Ёто на скамейку в зоне отдыха, и сунул ему в руку бутылку с изотоником.

Закончив с этим, он повернулся, заложил руки за голову и обратился к Атобе в своём излюбленном тоне, от которого создавалось впечатление, что он вот-вот заснет:

– Ха-а... Капиталисты, выжимающие все соки из труда. Задача выполнена, Ёто вернул себе первоначальный вкус к игре в теннис. Дальше путь он должен пройти сам, в паре с Оситари.

Он преувеличенно вздохнул и потёр глаза:

– Ох, тяжёлое же испытание... До смерти устал.

Произнеся это, он неспешно собрался уходить.

– Куда собрался?

Атобе приподнял бровь, глядя на его вид, предвещающий побег.

Цзиро не останавливаясь и не оборачиваясь бросил через плечо:

– Куплю газировки, восполню запасы энергии. Иначе ты меня содержать будешь, великий Атобе?

Этот совершенно несуразный ответ заставил роскошного и невозмутимого господина Атобе на мгновение зависнуть в растерянности — он даже лишился слов. Пока тот сообразил, соня уже растворился среди уходящих зрителей.

– Хах...

Проводив взглядом удаляющегося Цзиро, Атобе издал неоднозначный смешок и перевёл взгляд на Ёто, сидевшего на скамейке.

– Этот парень временами бывает на удивление надежным, правда ведь, Ёто?

Мукахи Ёто сделал жадный глоток напитка, энергично кивнул, а на его уставшем лице засияла искренняя благодарность:

– Ага! Спасибо тебе, Цзиро!

Взглянув в ту же сторону, он мысленно добавил: «Следующий матч — одиночки номер три между Академией Хётэй и Фудоминэ! Просим игроков выйти на корт!»

Голос судьи вновь прокатился над стадионом, разрушая короткое затишье и возвещая о начале новой битвы.

– Иди, Сисидо Рё.

Атобе сбросил улыбку, устремив взгляд на сокомандника с длинным хвостом волос, чей тон был спокойным, но нёс безоговорочное доверие.

– Понял, Атобе.

Сисидо Рё размял запястья, остро взглянул на Татибану Киппея, уверенно шедшего навстречу с противоположной стороны, и гордо задрал подбородок.

– Закончу всё за 20 минут!

Схватив ракетку, он широким шагом ступил на корт.

Глава 24: Вердикт короля и философия лодыря

Шаги Сисидо Рё, ступившего на корт, были пропитаны гордостью и уверенностью, свойственными только игрокам основного состава Хётэй.

Встретившись лицом к лицу с непоколебимым, внушающим трепет взглядом капитана Фудоминэ Татибаны Киппея, он ни капли не отступил назад, позволив проскользнуть даже нотке вызова.

Его заявление уложиться за двадцать минут отчетливо разнеслось по центральному корту — это было не просто подбадривание себя, но и психологическое давление на противника.

Однако то, что последовало за этим, оказалось похоже на тяжёлый удар дубиной, пришедшийся прямиком по сердцам всех сторонников Хётэй и ошеломивший самого Сисидо.

Татибана Киппей, мастер жестокого тенниса национального уровня прошлого и один из «Двоих тиранов Кюсю», теперь вернулся к истокам, идеально преобразовав ту буйную мощь и скорость в точную и эффективную атаку.

Пусть «Лев» из Фудоминэ и запечатал большую часть своих сил, он всё равно оставался не тем соперником, с которым Сисидо мог легко справиться.

Его удары несли колоссальную массу, летели по изощрённым траекториям, а работа ног была быстра словно молния.

Скорость и стойкость, которыми так гордился Сисидо, на фоне подавляющего мастерства Татибаны выглядели блекло и беспомощно.

– Гейм, Татибана Киппей, 1:0!

– Гейм, Татибана Киппей, 2:0!

– Гейм, Татибана Киппей, 3:0!

Табло безжалостно переворачивалось, и каждый отчаянный рывок Сисидо, каждое его стиснувшее зубы ответное движение словно затягивались в невидимую сеть, находясь под полным контролем Татибаны.

Самоуважение таланта из Хётэй стиралось в порошок по кусочкам, а та двадцатиминутная бравада превращалась в раздражающий отсчёт, напоминая, как близко он подошёл к позору.

– Гейм, Татибана Киппей, 4:0!

– Гейм, Татибана Киппей, 5:0!

У кромки корта лица команды Хётэй становились всё мрачнее.

Атобе Кэйго сложил руки на груди, рассеянно постукивая пальцами по локтю; его глубокий взгляд не выдавал ни радости, ни гнева.

Оситари Юси поправил очки, а за стёклами скрывалась оценка мощи Татибаны и тревога за незавидное положение Сисидо.

Мукахи Ёто нервно сжимал край скамейки, напрочь забыв об усталости.

Тётаро крепко поджал губы, переживая за старшего товарища.

И лишь Акутагава Цзиро неизвестно когда успел вернуться и пристроился в самом углу скамейки, потягивая маленькими глотками купленную только что бутылку ледяной газировки. Прикрыв веки на половину, он выглядел так, будто ожесточённая рубка на поле никак его не касается, наслаждаясь безмятежным послеобеденным часом.

– Гейм, сет энд матч! Победил Татибана Киппей, счёт 6:0!

Приговор судьи прозвучал словно окончательный вердикт.

Сисидо застыл на задней линии, его форма промокла насквозь от пота, который капал с кончиков волос на раскалённый пластик корта и мгновенно испарялся.

Он опустил голову, пальцы, мёртво вцепившиеся в ракетку, побелели от чудовищного напряжения, а тело мелко подрагивало.

Пятнадцать минут, 6:0! Этот счёт клеймом выжигал его гордость.

С трибун доносились ликования сторонников Фудоминэ и глухая, невероятная тишина лагеря Хётэй.

Те громкие слова про «решение вопроса за двадцать минут» теперь обернулись жесточайшей насмешкой.

Татибана спокойно пересёк сетку и протянул руку.

Сисидо с трудом поднял руку для рукопожатия, его глаза были пусты, он позабыл даже о базовом этикете.

Татибана ничего не сказал, лишь пристально посмотрел на него — в этом взгляде не было издевки, лишь спокойная фиксация победителем поверженного противника.

Сисидо в полном унынии поплёлся обратно на скамейку Хётэй, где его встретила тяжёлая атмосфера.

Взгляд Атобе скользнул по нему: без упрёков, но затаившиеся в глазах холод и разочарование давили на Сисидо сильнее любых выговоров.

Даже если все видели, что нынешний капитан Фудоминэ — это тот самый Татибана из Двоих тиранов Кюсю, поражение со счётом 6:0 всего за пятнадцать минут простить было невозможно.

Он знал, что это не просто проигрыш, а смертельный удар по его статусу игрока основы.

– Одиночный матч номер два, Оситари Юси из Академии Хётэй против Утимуры Кёсукэ из Фудоминэ! Просим игроков на корт!

Голос арбитра вновь прорезал удушливую тишину скамейки Хётэй.

Оситари Юси медленно поднялся, поправил очки, а в его узких глазах за стёклами мелькнул холодный блеск.

Он не взглянул на подавленного Сисидо и ничего не произмолвил, просто молча взял ракетку и двинулся на корт.

От него исходила леденящая, опасная аура.

На поле Оситари больше не был тем элегантным кансайским волком.

Он превратился в точную и безжалостную машину для набора очков.

Столкнувшись с Утимурой Кёсукэ, уступавшим ему по силам на голову, Оситари не проявил ни капли жалости и не стал устраивать цирковые номера.

Самыми простыми и эффективными методами он точно отправлял мяч в каждый мёртвый угол чужой половины площадки.

Подача, выход к сетке, удар с задней линии... каждое действие было лаконичным до холода, но несло в себе безысходное давление.

– Гейм, Оситари Юси, 1:0!

– Гейм, Оситари Юси, 2:0!

– Гейм, Оситари Юси, 3:0!

Счёт рос с невероятной скоростью.

Утимура Кёсукэ носился по корту как угорелый, но едва ли мог коснуться края формы Оситари.

Позор Хётэй требовалось смыть кровью, а Оситари как раз был тем самым острейшим, холоднейшим клинком мести.

Он потратил те же пятнадцать минут, чтобы зеркально вернуть Фудоминэ точно такой же режущий глаза счёт 6:0!

Когда последний мяч тяжело ударился о внутреннюю сторону задней линии и взмыл вверх, Оситари лишь легонько поправил очки и зашагал проч, оставив позади безмолвный лагерь Фудоминэ.

Он отплатил той же монетой, самым хладнокровным образом заявив: величие Хётэй не потерпит оскорблений!

– Матч окончен! Академия Хётэй побеждает со счётом 3:1 и выходит в полуфинал турнира Токийского округа!

http://bllate.org/book/25159/2993449