Может быть, он уже осознал, что отношения между ним и Лю Чжэном развиваются как-то неправильно, и пытался заставить себя успокоиться. Но как только прозвенел звонок об окончании уроков, Сян Нин позвал его погулять вечером, и Цинь Хайцзюнь отказался, даже не задумываясь.
— У меня дела.
— О~ — Сян Нин лукаво сощурился и с многозначительным выражением лица произнес: — Ну тогда иди, только не забудь про средства защиты.
Цинь Хайцзюнь сообразил, что имел в виду Сян Нин, только когда сел в машину. Он выругался сквозь зубы и замер. Последние два дня с поцелуями Лю Чжэна было покончено, они даже раздевались и спали вместе на одной постели, однако никакой необходимости в средствах защиты никогда не возникало, потому что они не занимались любовью.
Когда Лю Чжэн говорил, что любит, какую именно любовь он имел в виду?
Говорят, что геи, когда сходятся, занимаются любовью, и даже делятся на активных и пассивных. Всю дорогу в голове Цинь Хайцзюня роились самые разные мысли: Лю Чжэн актив или пассив?
Дорога от школы до дома Лю Чжэна заняла двадцать минут — это даже ближе, чем ехать домой со школы самому Цинь Хайцзюню.
Оказавшись у подъезда, он хотел позвонить Лю Чжэну, но вдруг вспомнил, что в его кошельке есть ключи.
Цинь Хайцзюнь поднялся наверх, столкнулся в дверях с кем-то из выходящих жильцов, бросил тому, что идет к Лю Чжэну, и вошел.
Затем, с довольно странным выражением лица, он остановился перед дверью Лю Чжэна и принялся отпирать её ключом.
Лю Чжэн рисовал, отрабатывая базовые навыки. Услышав, что кто-то вошел, он обернулся с кистью в руке.
— Цинь Хайцзюнь? — их взгляды встретились, столкнувшись нос к носу.
— Мгм, — с прохладцей отозвался Цинь Хайцзюнь. — Рисуешь?
— Ага, — Лю Чжэн придвинул стул и жестом велел ему сесть. — Посиди пока, я тут закончу.
За рисованием Лю Чжэн был невероятно сосредоточен, на его обычно улыбающемся лице не осталось и тени эмоций. Цинь Хайцзюнь присел рядом и тихонько стал ждать, пока тот закончит.
— Цинь Хайцзюнь, что хочешь поесть вечером? — неожиданно спросил Лю Чжэн, не отрывая глаз и мыслей от холста.
— Без разницы, — Цинь Хайцзюню было лень думать об этом, он всегда определялся с выбором только в самом ресторане.
— Понятно, — Лю Чжэн на секунду замер, достал телефон, чтобы заказать доставку, и наугад выбрал для Цинь Хайцзюня рис с говядиной в черном перце.
Сделав заказ, он взглянул на остолбеневшее лицо Цинь Хайцзюня и усмехнулся:
— Что, никогда не пробовал еду на вынос?
Цинь Хайцзюнь покачал головой и спросил:
— Почему мы не пойдем в ресторан?
— Лень, не хочу никуда идти, — ответил Лю Чжэн, возвращаясь к рисунку. Он болтал с Цинь Хайцзюнем безо всякой видимой связи: — Видишь, что я рисую? Это основы изобразительного искусства, мне предстоят экзамены.
— А, — Цинь Хайцзюнь подумал, что Лю Чжэн учится на художественном факультете. Он и понятия не имел, что в университете И нет никакого художественного факультета.
— Я буду поступать в академию художеств, — Лю Чжэн повернул голову и подмигнул Цинь Хайцзюню. — Поможешь мне с оплатой учебы.
Цинь Хайцзюнь с каменным лицом спросил:
— Сколько?
— Один семестр стоит больше десяти тысяч, остальные обязательные расходы — около двадцати тысяч, в сумме получается около сорока, — ответил Лю Чжэн. Не так уж дорого.
— Когда понадобятся? — поколебавшись немного, спросил Цинь Хайцзюнь. Сорока тысяч наличными у него сейчас при себе не было.
— В конце этого месяца, я скажу тебе, когда придет время, — подумал про себя Лю Чжэн, что просто приведет Цинь Хайцзюня с собой и заставит расплатиться картой.
— Понятно, — Цинь Хайцзюнь посидел немного, поднялся с места и, отойдя от Лю Чжэна, направился к кровати.
Лю Чжэн несколько раз скосил на него глаза и заметил, что тот ковыряется в телефоне, играя в игру.
Закончив эскиз углем, Лю Чжэн спросил:
— Скучно?
Цинь Хайцзюнь прилёг на кровать и всерьёз прислушался к своим ощущениям — никакого чувства скуки в душе не обнаружилось. Он поднял голову на Лю Чжэна:
— Ты закончил.
— Угу, — Лю Чжэн встал и пошел в ванную вымыть руки.
Пока его не было, Цинь Хайцзюнь захотел пить и у кулера заметил только кружку Лю Чжэна... он засомневался, стоит ли из неё пить.
— В чем дело? — выйдя, Лю Чжэн застал его именно в тот момент, когда тот пребывал в нерешительности.
— Пить хочу, — Цинь Хайцзюнь решил передумать и не пить, вернулся к краю кровати и снова уткнулся в игру.
Лю Чжэн приподнял бровь, чувствуя, что этот парень ведет себя как-то странно и угловато.
Спустя пару минут игры Цинь Хайцзюнь внезапно почувствовал, как над его головой сгущаются тучи, и ошеломленно поднял взгляд.
Набрав полный рот ледяной воды, Лю Чжэн одной рукой держал стакан, а другой прихватил его за подбородок, и влил воду Цинь Хайцзюню прямо в рот.
— М-м... — прохладная струя скользнула по горлу, прекрасно утоляя жажду, но сейчас дело было вовсе не в этом!
— Еще хочешь? — воспользовавшись моментом, Лю Чжэн пару раз поцеловал его, запечатлевая в памяти его растерянность и досаду.
Цинь Хайцзюнь заерзал задом, отползая назад, и уставился на Лю Чжэна взглядом полным гнева — он и вправду был до предела смущен и рассержен.
— Хэ, ладно, пей сам, — Лю Чжэн сунул ему в руки стакан и снова уселся за мольберт.
Стиснув стакан в ладонях, Цинь Хайцзюнь закрыл глаза и на мгновение прикрыл лицо рукой, заодно смахнув капли воды с губ, видимо, сообразив, что выглядит несколько глупо...
Поэтому, когда Лю Чжэн взглянул на него снова, Цинь Хайцзюнь уже спокойно и непринужденно пил воду, а на его лице не осталось ни единого лишнего выражения.
Тогда Лю Чжэн снова рассмеялся: нет, продолжать сосредоточенно рисовать он был уже не в силах, поэтому просто швырнул кисть и стал ждать еду.
Заметив рядом с собой человека, Цинь Хайцзюнь убрал телефон с игрой и спросил, чего тому надо.
— Ничего, просто пришел поболтать с тобой, — у Лю Чжэна имелся четкий умысел. Опершись обеими руками о плечи Цинь Хайцзюня, он постепенно уложил его на спину, устраиваясь поудобнее для задушевного разговора: — Начнем беседу прямо сейчас или сначала кое-чем займемся?
Цинь Хайцзюнь превратился в замерзшего вьюна. Он чувствовал себя как-то странно: ведь это далеко не первый раз, когда они с Лю Чжэном так близко прижимаются друг к другу, да и в самый первый раз никакой нервозности не было.
— О чем говорить-то? — услышал он собственный сухой и хриплый голос.
Прижавшись губами к его уголку рта, Лю Чжэн легко произнес:
— О чувствах. Скажи, у тебя сейчас есть кто-то на примете?
Стоило пальцу ткнуть его прямо в сердце, как Цинь Хайцзюнь ощутил резкий толчок — сердце затрепетало от страха, очень похожего на панику.
Дыхание стало тяжелее, и он бросил:
— Ну допустим есть, и что? А если нет — и что с того?
Лю Чжэн ответил:
— Если у тебя кто-то есть, я обязательно спрошу, кто это. Не я ли случайно?
— А если нет? — уточнил Цинь Хайцзюнь.
— Нет? Неужели я тебе совсем не нравлюсь? — Лю Чжэн искренне огорчился, отстранился на расстояние и, усевшись рядом, заявил: — Ну и ладно, пойду найду кого-нибудь другого.
Спустя пару минут Цинь Хайцзюнь снова подал голос:
— А если кто-то есть, и это не ты... тогда что?
Лю Чжэн хмыкнул:
— Что? Пожелаю вам совет да любовь. Как бы не так.Цинь Хайцзюнь больше ничего не говорил, пока Лю Чжэн не спросил его: — Это ведь неправда? Тебе кто-то другой нравится?
Он пробормотал что-то невнятное и замял разговор.
Он думал, что одурачил Лю Чжэня, но на самом деле Лю Чжэн прекрасно всё понимал — лишь улыбался про себя, храня молчание.
Закончив с этой темой, Лю Чжэн больше не прикасался к Цинь Хайцзюню. Стоило ему только вспомнить, что Цинь Хайцзюнь грезит о той мерзкой бабе по имени Цзян Синь, как Лю Чжэня начинало тошнить.
К тому же его постоянно мучил вопрос: о ком думал Цинь Хайцзюнь, когда они целовались?
Лю Чжэн решил, что лучше ему не спрашивать.
Из-за этого в комнате воцарилась тишина. В воздухе словно висело напряжение, впрочем, возможно, это было лишь плодом чьего-то воображения.
Эту тишину нарушил звонок доставщика. Лю Чжэн предупредил Цинь Хайцзюня и вышел забрать еду.
В комнате стоял маленький столик, и два взрослых мужика, теснясь рядом за ним, принялись уплетать горячие блюда.
— Привык к такой еде? — глядя на то, как Цинь Хайцзюнь без особого аппетита ковыряется в еде, Лю Чжэн решил, что тот просто воротит нос от доставки, и мысленно окрестил его капризным засранцем.
Кто не отсидел десяток лет, тот не поймет, какое это счастье — жить вот так. Лю Чжэн очень дорожил этим.
— Нормально, — ответил Цинь Хайцзюнь, уткнувшись в тарелку и усердно жуя.
Лю Чжэн подкинул ему кусочек мяса и заодно потёрся тыльной стороной ладони о его щеку: — Братуха о тебе заботится, ешь мясо.
В ответ Цинь Хайцзюнь одарил его абсолютно непроницаемым выражением лица.
— Ладно, проехали. Я позвал тебя сегодня обсудить вопрос с платой за учебу, я с этим помогу, — сказал Лю Чжэн, намекая, что вечером у того могут быть дела и он может идти.
Это было самым недвусмысленным выпроваживанием гостя.
Цинь Хайцзюнь сидел на кровати Лю Чжэня и продолжал смотреть на него с каменным лицом, и от этого взгляда было не по себе.
Он и сам не понимал, почему у него на душе скребли кошки, но этот Лю Чжэн жутко его раздражал.
— Чего ты так уставился? — Лю Чжэн взял свою кружку, сделал несколько глётков и ни капли не брезговал тем, что из неё уже пил Цинь Хайцзюнь.
В конце концов, в его сердце Цинь Хайцзюнь и он сам были единым целым.
— Ты меня за дурака держишь? — не выдержал Цинь Хайцзюнь. Ему просто хотелось выяснить, кем черт побери он вообще приходится Лю Чжэню.
Банкоматом?
— Много на себя берёшь. Ты не единственный, у кого есть деньги, — усмехнулся Лю Чжэн. Но вот среди богатеев такой податливый был только он один.
Лю Чжэн подошел к Цинь Хайцзюню, наклонился и уперся обеими руками в матрас по бокам от него, сблизив их лица до предела: — Мои намерения по отношению к тебе очевидны, неужели ты до сих пор ничего не чувствуешь?
Его губы едва ощутимо скользнули по щеке Цинь Хайцзюня, и он прошептал прямо на ухо: — У меня ничего нет, но я хочу владеть тобой.
Тихие слова вонзились стрелой прямо в сердце.
И вот, прекрасно осознавая, что их с этим мужчиной связывают лишь маргинальные отношения да взаимное утешение, зная, что его безумная любовь уже отдана другой женщине, Цинь Хайцзюнь всё равно терял себя в настоящем.
Он чуть приподнял подбородок, жаждая стать ближе к Лю Чжэню.
Лю Чжэн опустил голову, склонил лицо набок и поцеловал его. Страстный, горячий поцеLуй с переплетением языков — от такого в голове всё поплыло, а сердце забилось в исступлении от нехватки воздуха.
— М-м… — Цинь Хайцзюнь сдался слишком быстро, поднял руки, обвил шею Лю Чжэня, и комната наполнилась влажными звуками поцелуя.
Продолжая целовать его и одновременно поглаживая по спине, Лю Чжэн чувствовал, как тому хорошо: Цинь Хайцзюнь то и дело прерывисто выдыхал носом, а в горле рождались звуки высшего наслаждения.
Лю Чжэн вспомнил, что в свои восемь лет он даже фильмы для взрослых не смотрел, а мечтая о Цзян Синь, представлял лишь держание за руки, поцелуи и объятия.
Наивный до безумия.
Именно потому, что Цинь Хайцзюнь был таким наивным, его оказалось так легко обвести вокруг пальца.
Лю Чжэн с довольным видом облизнул губы, слушая, как его собственное восемнадцатилетнее «я» прерывисто стонет под ним — от этого по телу пробегала странная, будоражащая дрожь.
Хотя поначалу никакого удовольствия он от этого не испытывал.
Пока он витал в облаках, его ладонь вдруг перехватили: Цинь Хайцзюнь сам опустил руку Лю Чжэня себе ниже пояса, требуя, чтобы тот помог ему закончить.
Молодая кровь бурлила, стоило пару раз поцеловаться, как всё уже стояло дыбом.
— Пф! — усмехнулся Лю Чжэн, усадил Цинь Хайцзюня себе на колени и оказал ему мягкую, всестороннюю услугу.
Судя по всевозможным реакциям и выражению лица Цинь Хайцзюня, на этот раз всё прошло предельно ярко и принесло огромное удовольствие.
Его стройное тело раскинулось на Лю Чжэне в полном беспорядке — одежда наполовину надета, наполовину сброшена, вид был такой, будто над ним надругались.
— Я тебе нравлюсь? — прошептал Лю Чжэн, целуя его на ухо.
— М-м… — Эхо недавнего пика удовольствия еще звучало в теле, сердце колотилось вовсю, и Цинь Хайцзюнь не хотел говорить нет, хотя на самом деле сам не понимал, какие чувства испытывает к Лю Чжэню.
— Тогда переезжай ко мне, — целуя его, произнес Лю Чжэн. — Хватит тебе видеться с этой Цзян Синь.
Цинь Хайцзюнь снова почувствовал тот самый укол в сердце и с трудом выдавил: — Я подумаю.
— Чего тут думать, мне отсюда до твоего колледжа рукой подать. — Лю Чжэн перехватил его руку, переплел их пальцы и принялся дразняще тереться ладонью о ладонь.
От этого Цинь Хайцзюнь и вовсе расклеился: в его голове непрерывно сменялись два лица — одно принадлежало Лю Чжэню, другое Цзян Синь, и он хотел обоих.
В то же время его поражало другое: сколько он вообще знает Лю Чжэня? Почему тот уже способен соперничать в его мыслях с Цзян Синь?
— Я же сказал, я подумаю, — голос Цинь Хайцзюня прозвучал холодно.
Лю Чжэн мысленно вздохнул, но напускное безразличие не растерял: — Ну ладно, думай сколько хочешь. Только долго я ждать не буду — глядишь, передумаю и перестану тебе здесь радоваться.
После этих слов атмосфера немного натянулась.
Цинь Хайцзюнь ничего не ответил. Он поднялся с колен Лю Чжэня, и на его лице, скрытом от чужих глаз, отразилась сложнейшая гамма чувств.
— Ты куда? — спросил Лю Чжэн, видя, как тот обувается.
— Домой. — Цинь Хайцзюнь не обернулся — не то не хотел, не то не смел. Он быстро застегнулся и уже собирался уходить.
Лю Чжэн встал, схватил его за запястье, но Цинь Хайцзюнь резко выдернул руку. Они замерли друг напротив друга, и воздух вокруг мгновенно накалился.
— Эй, ты чего взбесился? Только же всё нормально было.
Помолчав довольно долго, Лю Чжэн снова выдавил улыбку: — Завтра свободен? Завтра суббота, давай сходим на свидание.
Напряжение, застывшее в воздухе, немного отступило от этой улыбки, но неловкость никуда не делась.
— Завтра некогда, у меня планы, — сухо бросил Цинь Хайцзюнь, выскошил за дверь и сбежал оттуда, словно спасаясь бегством.
Он просто испугался. Находиться рядом с Лю Чжэнем было здорово, но куда сильнее это пугало утратой контроля — точно так же, как когда-то он без памяти и без всякой надежды влюбился в другого человека.
Эту мучительную привязанность, когда желаемое никогда не станет действительным, Цинь Хайцзюнь боялся испытать вновь.
http://bllate.org/book/25478/3037487
Готово:
