Готовый перевод The God Lord's Past Affairs / Божественный Владыка: Осколки прошлого: Глава 10

Здесь посиди как следует, если посмеешь вернуться, я твою дверь разнесу, — пригрозил Се Синь.

Юй Юй лишь лениво кивнул в ответ, а Се Синь, выбежав из столовой, не забыл напоследок предостерегающе оглянуться.

Как только Се Синь пулей вылетел за дверь, Юй Юй подобрал свой наруч и со скучающим видом посмотрел ему вслед.

— Да разноси уж.

На следующий день Юй Юй перебрался в другое место.

Се Синь обошел все комнаты и разнес в щепки каждую дверь, а в конце концов снова с умоляющим видом попросил Юй Юя переехать.

— Ваше Высочество, в прошлой жизни вы случаем не топором были? Иначе почему вы так ненавидите это дерево?

Юй Юй, прислонившись к креслу у столика в новом доме, покрутил запястье — боли уже почти не чувствовалось.

Прошлой весной Се Синь, вернувшись и никого не застав, сразу понял, что Юй Юй сбежал от него за спиной. Взбешенный и рассерженный, он снова залез внутрь через окно и силой наложил Юй Юю мазь.

На следующий день он нарочно взял с собой слуг и с помпой доломал оставшиеся двери, а затем велел со всеми почестями проводить Юй Юя в западный внутренний двор, подыскав для него новое прекрасное жилище.

Се Синь, держа в руках отменную лечебную мазь, уселся рядом с Юй Юем, закатал ему рукав и принялся мазать рану.

— Ты пил? — Юй Юй намеренно приблизился к Се Синю и принюхался — от того разило густым винным перегаром, от которого не было спасения.

— Целебное вино! Это целебное вино!

Стоило зайти об этом речь, как Се Синь тут же заводился: если бы внешние раны не заживали так медленно, стал бы он мазать эту вонючую гадость? А теперь Юй Юй еще и обвиняет его в пьянстве — правды не найдешь, и пожаловаться некому.

Юй Юй равнодушно отозвался:

— Ого.

— Нет человека хуже тебя.

— Ого.

— Я ведь тебе ничего такого не сделал.

— Ого.

— Не мог бы ты перестать говорить это свое ого?

— Ого.

— Хм, ну и мучайся от боли! — Се Синь завязал повязку и бережно опустил его рукав.

Юй Юй отдернул руку и, как и прежде, поболтал ею, проверяя собственные ощущения. Се Синь мгновенно ухватил его за локоть, пытаясь припугнуть:

— Жить надоело? Если не поправишься, как мы тогда пойдем ловить его?

На эти бесстрашные предупреждения Се Синя Юй Юй посмотрел с полнейшим равнодушием:

— Эту руку залечим, придется полосовать другую.

Се Синь протянул Юй Юю собственное запястье:

— Тогда полосуй мое.

— Я не уверен, что твоя кровь подействует на него. — Это была чистая правда: то, что кровь Юй Юя помогала ему, выяснилось случайно, никаких оснований под этим не было — возможно, дело заключалось в предначертании небесной судьбы, а может, и в чем-то другом.

— Мы оба носим божественные судьбы, с вероятностью девять из десяти это сработает. Если ты будешь терять столько крови день за днем, останутся ли у тебя силы поймать его?

Юй Юй не собирался смягчаться, и Се Синь попытался воззвать к его разуму:

— К тому же, Чиновник Судеб не умирает.

Каждый бессмертный, ожидающий Вознесения, обладает защитным слоем золотого света, который оставляет ему шанс на выживание в смертельный час.

— Ты... так сильно хочешь стать Чиновником Судеб? — Юй Юй перестал зацикливаться на том, кому пускать кровь ради разрушения тупика, и с серьезным видом спросил его, действительно ли он так жаждет этой должности.

— Конечно хочу, кто же не хочет стать бессмертным?

Кто же не хочет стать бессмертным?

Думал про себя Юй Юй: разве что я.

— Я понял. Где твой меч Цинлу? — Юй Юй взглянул на пояс Се Синя, но не заметил там этого пронзительного длинного меча.

— Висит в комнате, хочешь посмотреть?

Юй Юй кивнул, Се Синь согласно угукнул и в мгновение ока выскочил за дверь. Прошло всего мгновение, как грозный драгоценный меч уже оказался у него в руках.

Юй Юй вытащил клинок из ножен, и холодный блеск стали упал ему на лицо.

Сделан из черного железа, — пришел к выводу Юй Юй.

Вернув клинок в ножны, Юй Юй положил меч на собственный стол и, глядя на Се Синя, у которого на лице так и читалось желание поделиться воспоминаниями о приграничных землях, безжалостно заявил ему:

— Одолжишь мне его на пару дней, а во-вторых, я хочу спать, можешь убираться.

Се Синь, понесший убытки со всех сторон: — ?

С громким стуком дверь захлопнулась прямо перед носом Се Синя.

Се Синю снова захотелось разнести дверь.

В комнате Юй Юй зажег лампу, обнажил меч и провел пальцем по лезвию. Капли крови брызнули на клинок и мгновенно впитались, испустив странное сияние.

Божественное оружие?

Юй Юй горько усмехнулся: божественное оружие тоже принадлежало Се Синю. Почему же судьбы людей могут быть настолько разными?

Хорошая судьба, славный род, прекрасное божественное оружие — все это досталось Се Синю.

Но теперь ему было уже все равно: раз уж нашелся способ убить Сы Таня...

То, на что у Небесного Двора не хватало духу, теперь сделает он, Юй Юй.

— Цинлу, отличное имя. Раз уж твой хозяин настолько слеп к сокровищам, я сам как следует помогу тебе.

Взмах руки, падение клинка — капли свежей крови впитались в божественное оружие, и Цинлу жадно втянула в себя ци крови Чиновника Судеб, из-за чего по лезвию поползли темно-красные узоры.

Лицо Юй Юя побелело еще сильнее. Мазь Се Синь забрал с собой, благовидно прикрывшись намерениями как следует приглядывать за Юй Юем.

Этот болван — его продадут, а он еще и сам пересчитает за покупателя чужие деньги.

Юй Юй достал собственную мазь от ран и нанес ее на свежий порез. Он не был левшой, поэтому забинтовал запястье кое-как, лишь бы кровь больше не сочилась.

Поглаживая покрытую морозным инеем Цинлу, Юй Юй почувствовал легкость на душе, а в его зрачках отразился огонь возбуждения. Он взял меч, распахнул дверь и вышел во двор.

Уже стемнело, все отблески света скрылись за горными вершинами. Во дворе росло дерево цветущей сливы; налетал порывистый ветер, срывая с ветвей нераспустившиеся бутоны, которые кружились у земли. Розовые сердцевинки цветов очертили в воздухе изящную дугу и были пронзены мечом.

Сжимая в руке Цинлу, Юй Юй танцевал вровень с цветами, сливаясь воедино с ветром. Каждое движение сочетало в себе твердость и мягкость, Цинлу и он составляли единое целое, и в ночной темноте колыхались зеленые одежды, а меч следовал за тенью.

Завершив танец, Юй Юй вернул меч в ножны.

Черные пряди волос спадали на плечи, Юй Юй тяжело дышал, а весь мир казался ему в этот момент ничтожным.

Заметки автора:

[клоун]

Глава 12: Рассерженные котики — это серьезно

Юй Юй пропал. Точнее говоря, он снова сбежал.

На следующий день Се Синь не обнаружил Юй Юя на месте; перемахнув через окно в комнату, он не нашел там даже тени — на столе красовались лишь два иероглифа: Дела.

Се Синь хотел отправиться на поиски, но понятия не имел, с чего начать. Злость клокотала внутри, девать ее было некуда, и Се Синь даже не мог заставить себя есть.

Несколько дней он ходил притихший и поникший, во дворец к наложнице Цзян хаживал редко и почти ничего не говорил; на расспросы наложницы Цзян он отвечал неохотно, отделываясь отговорками, а когда наложница Цзян мимоходом упоминала Юй Юя, ему приходилось выгораживать того перед ней.

Если Юй Юй не вернется в ближайшее время, Се Синь клялся, что устроит ему грандиозный нагоняй перед матушкой!

На седьмой день в комнате Юй Юя наконец зажегся свет. Услышав доклад слуги, Се Синь вбежал туда с возмущенным видом, намереваясь призвать беглеца к ответу.

Он тут проливает кровь и вымачивает наконечники стрел, как Юй Юю вообще совести хватило пропадать так долго!

Рука уже занеслась, чтобы постучать в дверь, но из комнаты Юй Юя повеяло невозможно больше игнорировать запахом крови. Се Синь с размаху пнул дверь и застал картину: Юй Юй неуклюже пытался намазать мазью собственную правую руку.

Разве у него раньше была повреждена не левая рука?!

Почему теперь ранена правая?!

Не раздумывая дальше, Се Синь бросился в свою комнату и притащил в покои Юй Юя всю охапку лечебных склянок и баночек, что подарил ему дядя, после чего принялся осматривать рану на правой руке.

Судя по ее виду, порезы то и дело не заживали до конца и вечно кровоточили.

Юй Юй позволил ему делать всё, что тот хотел, попутно положив меч на стол, чтобы вернуть законному владельцу:

— Твоя Цинлу. Теперь ты смело можешь называть ее божественным оружием.

Юй Юй потратил семь дней и скормил ей немало своей крови, прежде чем окончательно пробудить. Спящее божественное оружие и истинное божественное оружие — между ними лежала пропасть.

Юй Юй намеренно ушел, опасаясь, что Се Синь, узнав обо всем, помешает его планам по пробуждению оружия. Се Синь мог взять меч и активировать его в любое время, но для расправы над Сы Танем требовалось только божественное оружие, и ничто иное.

Се Синь отпустил руку Юй Юя, взял Цинлу и с первого же взгляда заметил проступившие на клинке красные полосы.

— Так вот почему ты ушел на эти семь дней — из-за нее?

— Верно. Ты ведь говорил, что владеть мечом тебя научил дядя? Надеюсь, когда дело дойдет до рубки Сы Таня, твоя рука не дрогнет.

Юй Юй отыскал среди принесенных Се Синем склянок ту самую мазь, которой пользовался раньше, поднял ее и обнаружил, что на дне осталось меньше половины.

Се Синь отложил Цинлу в сторону и достал из кармана семь наконечников стрел.

— Я вымачивал их в свежей крови по три часа каждый день, так сойдет?

Упрекать Юй Юя язык у Се Синя не поворачивался: тоска от того, что Юй Юй семь дней назад бросил его в Императорском дворце, давно развеялась. Юй Юй помог ему пробудить божественное оружие, а те несколько наконечников, что он вымочил сам, по сравнению с этим не стоили и ломаного гроша.

— Когда покончим с Сы Танем, я пойду и разыщу для тебя другое божественное оружие, — пообещал Се Синь.

— Не нужно. Ты думаешь, божественное оружие валяется на дороге камешками, стоит только наклониться и подобрать? — отрезал Юй Юй, выдержал короткую паузу и добавил: — Добьешься Вознесения — тогда и поищешь.

Юй Юй взял наконечники, вымоченные Се Синем. Как и тот, что он обрабатывал раньше, они отливали во тьме багровым светом — судя по всему, любая божественная кровь годилась для дела.

Достав полотняный мешочек, Юй Юй аккуратно уложил туда стрелы и сказал Се Синю:

— Наконечники я беру. Держи свое божественное оружие наготове, завтра мы идем за головой Сы Таня.

Мрачные, свинцовые тучи заслонили солнце, заморосил мелкий дождь.

В полуразрушенном храме Сы Тань предавался медитации на груде ветхих соломенных циновок. Он все еще надеялся взять реванш: за прошедшие семь дней, ежедневно высасывая жизненную силу и удачу у прохожих, он кое-как залечил раны.

В мыслях он в очередной раз мысленно поставил Юй Юю зарубку.

Какая наглость — качать права, будучи еще не вознесшимся Божественным чиновником, да еще и объединившись с сопливым мальчишкой, носящим судьбу Божественного владыки, чтобы водить его за нос! Если бы не его собственные ошибки в прошлом, сейчас оба эти щегла обязаны были бы относиться к нему с глубочайшим почтением!

Сы Тань со злости врезал кулаком в спину каменной статуи, стоявшей в храме, и вдобавок пару раз пнул ее ногой. В обветшалой от времени фигуре зияло несколько крупных дыр. Сы Тань снова принялся царапать себе лицо — стоило начаться дождю, как боль в нем становилась невыносимой.

Его лицо, некогда опаленное чудовищным пламенем, теперь реагировало жуткой болью на малейшее попадание влаги. Сы Тань скрежетал зубами от ненависти: та шумиха, которую он поднял, не шла ни в какое сравнение с прежними страданиями. А эти никчемные отбросы из Небесного Двора, кроме как унизить его, по-прежнему ничего не могли противопоставить.

Удача смертных и без того ничтожна и презренна, так что с того, если он отведал ее пару раз?

А эти Божественные чиновники подняли такой шум из-за пустяков, превратив его в чудовище, похожее разом и на человека, и на призрака. Все его грандиозные планы, вынашиваемые годами, пошел прахом из-за того, что этот сопляк Юй Юй влез не в свое дело! И пусть это отняло у него немало времени, вывеска Цзюсяньлоу, напротив, гремела все громче, а слава росла с каждым днем — стоило ему поглотить удачу еще парочки императорских родственников и знатных особ, как он смог бы перевернуть всю Императорскую столицу вверх дном.

http://bllate.org/book/25579/3050911