Это ведь оказалось даже больше тех денег, что он зарабатывал за несколько месяцев подработок.
Неужели этот мужчина — его бог богатства?
И тут же И Мин невольно вспомнил о другом человеке — о своем парне из виртуальной сети.
Тот, услышав лишь одну его фразу о том, что он хочет купить сумочку, да вдобавок еще и назвавшего его мужем, тоже перевёл ему сто тысяч юаней.
Сам того не зная, И Мин подумал, что между этими двумя есть какое-то внешнее сходство.
Вскоре И Мин сам покачал головой, отметая эту мысль. О чем это он вообще думает, что за страшные вещи лезут в голову?
Как они могут быть одним и тем же человеком?
Конечно же, нет.
Парни из интернета — это просто боты, а тот, что в реальной жизни... хоть он тоже немногословен, но очевидно, что он на самом деле неплохой человек. По крайней мере, И Мину с ним было легко и совершенно не в тягость.
И Мин взял деньги, которые дал менеджер. Он пришел сюда специально для того, чтобы сопровождать Хэ Цзинвэня, и раз уж этот крупный шишка ушел, у него больше не оставалось причин оставаться здесь дальше.
Поэтому менеджер тоже отпустил его пораньше.
Менеджер даже лично проводил его донизу и поймал для него такси до университета.
Проводив его взглядом, менеджер позвонил кому-то и велел тщательно во всем разобраться и навести справки об И Мине.
То, что Хэ Цзинвэнь благоволит И Мину, не вызывало сомнений, поэтому прошлое И Мина лучше было как следует проверить, чтобы в будущем не возникло каких-либо непредвиденных проблем, которые потом будет трудно решить.
Предосторожность никогда не бывает лишней.
Менеджер вернулся наверх и продолжил работу.
У И Мина внезапно прибавилось сто тысяч да еще тысяча сверху, и он тут же перевел пятьсот юаней тому самому подменяющему его однокурснику.
О червонще тысяч красного конверта он распространяться не стал — в некоторых делах кое-что лучше всё-таки скрыть.
Хотя И Мин и был мягким человеком, глупым его назвать было нельзя.
Вернувшись в университет, он вошел в общежитие, принял душ и залез на кровать.
Чжан Ци прислал ему сообщение, в котором написал, что его строгий дядюшка-антиквар недавно нагрузил их работой, и он, возможно, несколько дней не сможет видеться с И Мином.
И попросил И Мина прислать ему пару своих голых фоток, чтобы использовать их в качестве духовной пищи.
И Мин тут же отправил картинку, на которой Чжан Ци жестоко избивают.
Увидев это, Чжан Ци горько и жалобно завыл.
И Мин продолжил «избивать» Чжан Ци картинками, и тогда тот спросил его:
— Разве я больше не твоя милашка?
И Мин ответил холодно и безжалостно:
— Нет.
И Мин уже собирался закрыть диалог, как Чжан Ци вдруг написал ему:
— ...Ты ведь только что виделся с моим маленьким дядюшкой?
И Мин замер на секунду и переспросил:
— Что?
— Господин Хэ, он мой маленький дядюшка.
И Мин оцепенел на несколько секунд, после чего до него дошло.
Чжан Ци носил фамилию матери, а не фамилию отца — Хэ.
Так этот мужчина на самом деле — маленький дядюшка Чжан Ци?
Судя по самым разным описаниям Чжан Ци, он всегда думал, что тот человек должен быть гораздо старше.
По крайней мере, ему должно быть лет сорок-пятьдесят. Он совершенно не ожидал, что маленький дядюшка Чжан Ци окажется настолько красивым, таким статным и суровым.
— Он выглядит очень молодым.
— О да, все говорят, что он молод. Если специально не говорить, многие вообще думают, что мы братья.
— Он даже красивее тебя, — честно сказал И Мин.
— Этого я отрицать не стану: мой маленький дядюшка на первом месте по красате, а я — на втором.
— А я?
И Мин отправил смайлик с улыбкой.
— Ты тоже на первом.
Неужели они делят первое место?
Похоже, в сердце Чжан Ци он занимал очень важное положение.
Хотя они всего лишь однокурсники, Чжан Ци, казалось, и вправду очень сильно дорожил им, относясь к нему как к лучшему другу.
И Мин занес над телефоном пальцы:
— Твой маленький дядюшка...
— С ним не так уж трудно ладить.
— Это потому, что ты симпатичный, вот и всё!
— Неужели из-за этого?
— Конечно из-за этого.
— С таким лицом, как у тебя, разве что слепой сможет остаться к тебе равнодушным.
Чжан Ци не лгал. Он помнил, как во время их совместных прогулок они несколько раз попадали в ситуации, когда вспыхивали конфликты. И те, кого они знали, и незнакомцы — стоило кому-то случайно бросить взгляд на И Мин, как все ссоры и распри тут же забывались, и люди бросались к нему знакомиться.
Этот мир становился чуточку прекраснее лишь потому, что в нем существовал И Мин.
— И Мин, если бы не ты, я бы точно впал в депрессию.
— Неужели всё так преувеличенно?
— Ещё как. У меня до сих пор колени ужасно болят.
В подробности Чжан Ци вдаваться не стал, но И Мин с первого же слова догадался, в чем дело.
Поэтому он ответил ему:
— Прими горячую ванну.
— Угу, уже лежу в ванной.
Чжан Ци принадлежал к числу людей, которые не станут себя ущемлять.
Только что его заставили стоять на коленях в родовом зале. И не только его — братья Хэ Мин тоже были там. К счастью, их было трое: хоть разговаривать и запрещалось, но пока наказывали не тебя одного, простоять на коленях два часа было уже не так мучительно.
Если разобраться, это была сущая мелочь, но они не смогли справиться с ней должным образом, за что и понесли наказание.
Хэ Мин в последнее время завел роман с дочкой богача. Их союз носил характер договорного брака по расчету, и оба друг другу не нравились.
Та барышня на самом деле была внебрачной дочерью, к которой в семье относились без особого уважения.
Но Хэ Мин всё равно оставался человеком, уважающим девушек. Раз уж она считалась его невестой лишь на бумаге, он все равно относился к ней вполне неплохо.
Она захотела поехать развлечься, и он тут же все организовал.
В итоге, в разгар прогулки девушка вдруг случайно оступилась, упала, а потом безо всякой видимой причины расплакалась.
Кто-то еще и снял это на видео, а затем разнес слухи, будто это Хэ Мин презирает девушку и издевается над ней.
У него даже не было возможности оправдаться.
Когда об этом узнал Хэ Цзинвэнь, он не стал разбираться в причинах, а судил лишь по результату. Не дав Хэ Мину шанса объясниться, он отправил его в родовой зал стоять на коленях.
Чжан Ци и его старший кузен Хэ Цзян тогда просто проходили мимо, но все равно попали под горячую руку.
Он чувствовал себя виноватым перед обоими кузенами за этот инцидент и после того, как они отстояли наказание, извинился перед ними.
Оба не были мелочными людьми и держать на него зла не стали.
Что же до самого Чжан Ци, то он считал, что требования Хэ Цзинвэня к нему были не столь высоки, как к Хэ Мину и остальным, и временами ему удавалось перевести дух. А вот Хэ Мину и другим почти никогда не давали передышки.
Иногда Чжан Ци даже искренне сочувствовал им.
Но они, судя по всему, так не считали.
В конце концов, перебраться из приюта, где они были никому не нужны, прямо в семью Хэ и даже получить право носить фамилию Хэ — это был шанс, за который бесчисленное множество людей были готовы перегрызть глотки, но так и не получали его.
Хэ Мин и остальные умели быть благодарными.
Вынырнув из воспоминаний, Чжан Ци вдруг задумался: как бы повел себя И Мин, окажись он в их семье?
Чжан Ци улыбнулся собственным мыслям.
О вечерних событиях он уже слышал от других — новости о его маленьком дядюшке всегда распространялись с невероятной скоростью.
Чжан Ци ни на секунду не допускал мысли, что его маленький дядюшка стал вдруг уделять И Мину особое внимание из-за того, что тот ему приглянулся.
Его маленький дядюшка был совсем не из тех людей, кто способен легко кем-то увлечься.
Чувства или, если называть вещи своими именами, романтическая любовь были для его маленького дядюшки чем-то из области фантастики.
Ситуацией, которая просто не могла существовать в реальности.
Чжан Ци практически не мог представить себе своего маленького дядюшку влюбленным.
Это звучало примерно как страшная сказка.
И Мин, конечно, очень красив, но его маленький дядюшка точно никогда им не увлечется.
В этом Чжан Ци ни капли не сомневался.
Характер и нрав И Мина были на редкость мягкими, обидеть кого-то для него — большая редкость.
Пообщаться с его маленьким дядюшкой — ничего страшного, переживать тут не о чем.
Чжан Ци был абсолютно спокоен.
— Ладно, поболтал с тобой, и мне сразу стало намного лучше. Через пару дней ты обязательно должен будешь крепко-крепко обнять меня.
— Понял?
— Ты должен обнять меня первым.
Выдвинул требование Чжан Ци.
И Мин прислал лишь картинку.
Ничего не слышу.jpg
Уставившись на эту милую картинку, Чжан Ци рассмеялся во весь голос: ха-ха-ха.
Отложив телефон, он закрыл глаза и, еще немного посидев в горячей воде, поднялся и вышел.
Вытерев насухо тело, он переоделся в пижаму.
Глава 9. Часы стоимостью в миллион
Взяв телефон, Чжан Ци спустился в гостиную. Хэ Мин и остальные уже приняли ванну и ждали внизу.
Пока Хэ Цзинвэнь не возвращался, никто в этом доме не ложился спать первым.
Хэ Цзинвэнь временами ночевал в других своих резиденциях, но чаще всего все же оставался здесь.
Хэ Цзинвэнь вернулся около одиннадцати часов. Едва он переступил порог, как Хэ Мин уже поспешил к двери и распахнул ее, приветствуя хозяина.
— Дядюшка, — произнес Хэ Мин.
— Мм! — Хэ Цзинвэнь бросил на него равнодушный взгляд и прошел вглубь дома.
Все они поднялись на ноги. Хотя все трое только что отбыли наказание на коленях, ни у кого не было и тени обиды.
В семье Хэ Цзинвэнь был законом, и то, что он говорил, подлежало беспрекословному исполнению.
Все уже давно к этому привыкли.
Пройдя через гостиную и не оборачиваясь, Хэ Цзинвэнь холодным тоном велел всем троим пройти в кабинет.
Уже в кабинете Хэ Цзинвэнь распределил между ними кое-какие поручения, и все они внимательно выслушали и запомнили свои задачи.
— Маленький дядюшка, отдохните пораньше, — почтительно произнес Чжан Ци, стоя в коридоре.
Хэ Цзинвэнь толкнул дверь своей спальни и вошел внутрь.
Дверь закрылась, но в воздухе еще долго висел тяжелый, властный осадок низкого давления.
Лишь спустя долгое время Чжан Ци медленно выдохнул.
Их комнаты находились наверху, причем весь второй этаж целиком принадлежал одному лишь Хэ Цзинвэню.
Когда они поднялись наверх, Хэ Мин окликнул Чжан Ци.
— У тебя есть один однокурсник...
— Довольно красивый.
Хэ Мин прислонился спиной к стене коридора, скрестив руки на груди, и пристально вглядывался в Чжан Ци, словно пытаясь выведать на его лице какой-то секрет.
Чжан Ци поднял глаза, в которых таилось полуулыбчивое выражение:
— Говори прямо, раз есть что сказать.
— Я думал, ты не опустишься до такого, но в итоге ты всё-таки хочешь...
— Чего же я хочу?
— То, что принадлежит мне, я заберу, а на то, что не мое, я не стану зариться с бесстыдным видом.
— Или ты думаешь, что здесь у тебя есть хоть какое-то право за что-то бороться?
http://bllate.org/book/25747/3078952
Готово:
