Он также винил себя за то, что несколько лет не приезжал домой и не находился рядом с матерью, пусть даже она вовсе в этом и не нуждалась.
Перед глазами Чэнь Юэ слегка затуманилось, но он с усилием отогнал эти мысли и с улыбкой подкатил чемодан.
— Мам, я вернулся.
Мать, всё еще пребывая во власти минутного радостного потрясения, поспешно повернулась и засуетилась в маленькой кухне, приговаривая, что нужно приготовить еще пару блюд.
— Ты вернулся так внезапно, даже не предупредил. Ты ведь знаешь, что мы перестроили дом? Я же говорила тебе по телефону, что главная спальня на втором этаже — твоя. Туда пока сложили всякий хлам, я еще не успела прибраться. Оставь вещи здесь, поедим — я всё уберу. На сколько дней в этот раз приехал?
Чэнь Юэ сделал несколько глотков воды и окинул взглядом знакомое и в то же время чужое место.
— На полмесяца. Последние два года я не брал отгулов, и в этот раз компания дала мне длинный отпуск, чтобы я как следует отдохнул.
Мать ставила на стол тарелки и одновременно командовала Сяо Чжи, чтобы тот принес чашки и палочки для еды:
— Хорошо-хорошо, поживи подольше. Видишь, после ремонта дом стал намного просторнее? Те два десятка тысяч юаней, что ты перевел мне в прошлом месяце, я отложила. Покопим еще несколько месяцев, и наберется на отделку. Тогда твою комнату покрасят в белый цвет, до Нового года всё успеем сделать.
Она на мгновение замолчала, а затем продолжила:
— Ты ведь теперь пошел на повышение, да? Неужели за месяц можно столько зарабатывать? Я всегда говорила, что ты у нас самый толковый. Помнишь семью по фамилии Шэнь из уездного города? Их сын твоего возраста, он альфа — и что с того? Зарабатывает куда меньше тебя. Всё-таки наш Сяо Юэ — молодец.
Чэнь Юэ не хотел слушать сплетни, ему были безразличны чужие семейные дела, и меньше всего он желал, чтобы мать сравнивала его с кем-то другим. Но в маленьких городках все жили именно так, и он ничего не мог изменить.
В их поселке преобладали обычные люди, а семья по фамилии Шэнь, о которой говорила мать, переехала сюда много лет назад. Глава семьи был альфой, поэтому и родившийся у них ребенок унаследовал его вторичный пол.
Тот был ровесником Чэнь Юэ, в детстве они ходили в одну школу, но не виделись уже много лет.
Мать снова повернулась и ушла на кухню за следующим блюдом. Это была любимая еда Чэнь Юэ — жареная свинина со спаржей. Блюдо выглядело очень аппетитно: всё блестело от масла, а мяса не пожалели. Однако сейчас Чэнь Юэ не мог проглотить ни кусочка.
Трое взрослых уселись за маленький столик. Чэнь Юэ сделал пару глотков жидкой каши и так и не притронулся к еде, в то время как Сяо Чжи ел так, что губы лоснились от жира. Он подцепил палочками кусочек мяса и положил его в чашку Чэнь Юэ:
— Братишка! Вкусно!
Мать с улыбкой посмотрела на Сяо Чжи:
— Сяо Чжи такой молодец, заботится о младшем брате.
В ее взгляде, когда она смотрела на Сяо Чжи, читалась совсем не та любовь, с какой она глядела на Чэнь Юэ — в нем плескалась нежность через край.Желудок Чэнь Юэ скрутило от тошноты. Переборов неприятные ощущения, он помедлил пару секунд, резко бросил палочки, выскочил за дверь и, согнувшись пополам, уперся руками в стену, заходясь в сухих позывах.
Пару глоток пустой каши, только что отправленных внутрь, тут же вырвало наружу. В конце концов в желудке ничего не осталось, и после пары плевков горькой желчью ему показалось, будто он сейчас выплюнет собственные желчные пузыри.
Губы посинели и побелели, лицо выглядело ужасно. Мать с тревожным видом принялась похлопывать его по спине.
– Сяо Чжи, налей брату стакан воды.
Прополоскав рот и сделав несколько глотков воды, Чэнь Юэ, словно совершенно обессилев, прислонился к стене. Мать окинула его парой взглядов:
– Ты случаем не заболел? Может, сходим в больницу провериться?
Чэнь Юэ покачал головой:
– Еще в машине в голову ударило, наверное, тепловой удар. Ничего страшного.Погода и впрямь стояла знойная, так что она не стала долго раздумывать и позвала Чэнь Чжи идти ужинать. Однако Чэнь Юэ больше не мог смотреть на еду. Подумав, что без еды нельзя, он заставил себя выпить пиалу жидкой каши, а после привалился к стулу отдохнуть.
Чэнь Юэ полагал, что в этой жизни больше никогда не встретит Лу Мина.
Но он никак не ожидал увидеть его в Бухта Уцзяо спустя три года, не ожидал, что Лу Мин помнит его, и тем более не ожидал, что Лу Мин разыщет его здесь.
Он занялся небольшим делом в родных краях, больше никуда не уезжал, ел и жил дома. Хотя зарабатывал не так много, жить было можно.
Их дом находился далеко от деревни, в довольно глупом месте, куда редко кто заглядывал.Обычно он даже брал с собой Чэнь Чжи прогуляться и подышать воздухом в окрестностях, а по вечерам они сидели на прибрежных скалах у моря, глядя на ветряные мельницы и на то, как Чэнь Чжи босиком шлепает по песку, совсем как в детстве.
Чэнь Юэ хотел убежать, но ноги не слушались. В самый жалкий, самый унизительный момент его жизни Лу Мин предстал перед ним в сшитом по фигуре костюме, от его волос исходил тонкий аромат.
Лу Мин не мог сдвинуться с места. Между ним и Чэнь Юэ оставались и нежные воспоминания, и взаимные обиды. Несколько лет назад он вовсе не собирался заставлять Чэнь Юэ уходить, тогда он планировал разобраться со всеми делами и сразу разыскать его. Но когда он увидел, в каком тяжелом состоянии находится Чэнь Юэ, то попросту не знал, с чего начать разговор — будто у него отнялся дар речи, и он долго молчал.
Он схватил Чэнь Юэ за руку, но даже не смел сжать пальцы. С трудом выдавив из себя слова после долгой паузы, он спросил:
– Как ты поживаешь?
Чэнь Юэ стряхнул его руку:
– К тебе это не имеет никакого отношения.
Он делал шаг, и Лу Мин делал шаг следом.
Чэнь Юэ напоминал брошенного хозяевами бездомного котёнка. У него была своя гордость: даже если хозяин пожалел, что выбросил его, и явился за ним, сам он вовсе не собирался прощать обидчика и позволять снова увести себя домой.
Но непрощение и боль обиды – это две совершенно разные вещи. В тот самый момент, когда Лу Мин последовал за ним, все его сдерживаемые доселе обиды мгновенно прорвались наружу, и он в отчаянии оттолкнул его.Разве вы не собираетесь пожениться? Разве вы не хотите завести детей с омегой? Зачем вы снова пришли ко мне?! Моя жизнь сейчас так хороша, какого чёрта вы явились!
В первой половине своей жизни Чэнь Юэ не испытывал столь глубоких, врезающихся в память чувств, и тот отрезок времени, когда он встретил Лу Мина, выпил из него все соки.
Теперь он хотел лишь зарабатывать на жизнь, жить спокойной и размеренной жизнью и больше не желать никаких запутанных связей с таким человеком, как Лу Мин.
Но на этот раз Лу Мин, казалось, был настроен серьезно, он вовсе не собирался его отпускать.
Лу Мин говорил, что его феромон пахнет персиками, но Чэнь Юэ не мог этого учуять.
Срок хранения персиков слишком короток, стоит им соприкоснуться с чем-то — и они начинают гнить, а от подгнивших персиков дурно пахнет, и они ему не нравятся.
Глава 2. Этот человек выглядит смутно знакомым
Декабрьский мороз пробирал до костей, отопления на юге не было, и Чэнь Юэ забился на маленькой кровати в съёмной комнате, свернувшись калачиком и плотно укутавшись в ватное одеяло.
Он даже голову не высунул, и не будь под одеялом вздымающегося шара, кто-нибудь, зайдя в дверь, вряд ли догадался бы, что в этой крошечной комнатушке кто-то есть.
Шел уже час ночи, он только что вернулся с доставки и прилёг, а руки и ноги всё еще оставались ледяными.
Прошло несколько минут, конечности начали оттаивать, и следом накатила сонливость. Закрыв глаза, он в полусне вспомнил, как сегодня днем на работе слышал от коллеги, что босс обанкротился и компания скоро закроется.
Тогда он лишь усмехнулся и ничего не ответил, думая, что коллега просто сморозил это от усталости. В нынешние времена работу найти непросто, и люди бросаются громкими словами, хотя на самом деле это лишь пустое ворчание.
Но если компания действительно обанкротится, беда постигнет в первую очередь его самого.
По дороге домой с работы сердце невольно забилось тревожно: что, если он потеряет работу, как быстро он сможет найти новую, чтобы поддержать элементарное выживание?
Это был город С, мегаполис, где процветание соседствовало с нищетой.
Чэнь Юэ родился в небольшом городке на южном побережье и много лет назад приехал сюда в поисках лучшей доли.
Ни диплома, ни особых навыков — в нынешнюю компанию он попал по чистой случайности, устроившись в технический отдел.
Называть его содержание работы помощником звучало красиво, но на деле он был просто мальчиком на побегушках.
В офисе он выполнял любую работу, подавать чай и воду гостям и коллегам стало обычным делом, а когда требовалось выехать на строительный объект, от чего другие нос воротили, считая это утомительным и грязным, Чэнь Юэ каждый раз брал с собой новичков, а если новичков не было, ездил один.
Зарплата тоже была небольшой, зато привлекала стабильность.
Днем он работал, а по вечерам подрабатывал доставкой. Сложив обе зарплаты, за месяц набегало около десяти тысяч.
Две тысячи он оставлял на расходы на жизнь, две тысячи отдавал за аренду и коммунальные услуги, тысячу откладывал на чёрный день, а остальное до последней копейки отправлял домой матери.
Жизнь была в обрез, но сам он радовался и ценил этот покой.
Не прошло и получаса, как он согрелся в постели, как телефон у изголовья начал вибрировать.
Чэнь Юэ даже не открыл глаза, шаря рукой наугад.
В комнате не горел даже ночник, он привык засыпать в темноте, и теперь от резкой вспышки экрана в глазах защипало, так что он не мог их прищурить.
Среди ночи — кому это приспичило звонить?
Нахмурившись, Чэнь Юэ сбросил вызов и отбросил телефон, но через пару секунд рука снова потянулась к нему.
Свет от экрана больше не резал глаза так сильно, привыкнув за несколько секунд, он приоткрыл веки и, увидев на экране имя Старый Хуан, провел пальцем по кнопке ответа.
— Что такое?..
Его голос звучал устало.
Сегодня он отработал целый день, а вечером еще мотался по доставкам, уставший до смерти, и теперь хотел только спать.
Старый Хуан был его коллегой, мужчиной-бетой среднего возраста, который тоже подрабатывал курьером.
Из-за фамилии Хуан Чэнь Юэ звал его Старым Хуаном.
— Ты спишь что ли?
Голос у Старого Хуана от природы был громким, а когда он волновался, то становился еще зычнее. Чэнь Юэ почувствовал легкую боль в ушах и отодвинул телефон подальше.
В его голосе сквозила лень и сонная нотка вперемешку с утренним хрипом, а говорил он так тихо, будто вздыхал:
— Только заснул, а ты разбудил звонком. Что случилось посреди ночи?
Старый Хуан изъяснялся на ломаном путунхуа с северным акцентом:
— Тут заказ прилетел в Цзинъюань, срочный. Но я сейчас в больнице, вырваться не могу, возьмешься?
Цзинъюань считался элитным жилым комплексом, по крайней мере, в глазах Чэнь Юэ, ведь денег, заработанных за несколько лет работы в городе С, ему бы не хватило даже на покупку туалета там. Комплекс находился в шести-семи километрах от его съемной квартиры, а с учетом светофоров добираться туда пришлось бы минут тридцать, да и туда-обратно больше часа.
Сейчас уже час ночи, если повозиться, съездить и вернуться, а потом снова лечь спать, будет уже часа три, а завтра утром без десяти восемь ему нужно вставать и бежать на метро на работу. Времени в обрез, катастрофически не успеть выспаться.
В постели было тепло, и Чэнь Юэ совсем не хотел никуда идти.
Однако не успел он отказаться, как снова услышал Старого Хуана:
— За срочность платят пятьсот юаней, если не хочешь, я позову Фан Жуя.
Чэнь Юэ приподнялся на кровати, и не успел его мозг толком обдумать всё, как ноги уже ступаю на пол:
— Поеду! Одеваюсь и сразу выхожу, что за вещь нужно доставить?
http://bllate.org/book/25811/3084997
Готово:
