Цяо Си с удивлением смотрел на стоявшего неподалёку мужчину, который как раз опускал лук, а затем перевёл взгляд на птицу, подбитую стрелой в небе.
Окровавленной картины с пронзённой насквозь стрелой тушкой, как он воображал, не последовало. Эта стрела словно прилипла к птице, в следующее мгновение та затрепетала, будто её ударило током, и камнем рухнула вниз.
Цяо Си остолбенел.
Цзин Янь тем временем заметил Цяо Си, выпрямился и с улыбкой произнёс:
— Ну как, меткая у меня стрельба? Жаль, что они не разрешают мне использовать огнестрельное оружие, а то я бы эту птицу прямо из пушки грохнул.
— ... — Цяо Си ещё немного завороженно поглазел на этого красавчика и вскинул два крыла, зааплодировав: — Хлоп-хлоп-хлоп!
Цзин Янь... какой же красивый! До чего же красивый!
Вскоре из рощицы вышли Цзяо Юэ в сопровождении бабочки по имени Хэй Юй. Цзяо Юэ по-прежнему лучился безмятежностью, с мягкой улыбкой на лице, вот только в руке он за хвост держал уже оглушённую током птицу, отчего... Цяо Си аж передёрнуло.
Очнувшись, пернатый обнаружил, что его руки и ноги намертво привязаны к толстой ветке дерева, вися вниз головой.
Из-за недавнего удара током его конечности ещё ватноепо слабели, не позволяя принять человеческий облик.
Вокруг него кругом столпились: одна курица, две чёрные волка — большая и маленькая, один олень, один кролик, маленький леопард и бабочка. Они молча разглядывали его, и атмосфера царила до того жуткая, будто проводился какой-то таинственный ритуал.
Птица: «...»
Задрав голову и глянув себе под ноги, он увидел целую гору из веток и листьев.
...Какого чёрта, они что, собрались устраивать костёр с посиделками?! Неужели он — самая аппетитная жареная гуска на этом празднике жизни?!
Уважаемые взрослые, солнце ещё даже не село, опомнитесь!
Птицу чуть не хватил кондратий, и он задрожал всем телом:
— В-великий старший принц, э-это вы что удумали?
Чёрный волк в крайне вальяжной манере обратился к стоявшему рядом цыплёнку:
— Делай что хочешь, не стесняйся.
Птица мысленно взмолилась: умоляю, поменьше вежливости!!
Пернатый никак не ожидал, что Цяо Си не только не умер, но и остался целёхонек и невредим!
А ведь говорили, будто Цзин Янь невероятно свиреп и может загрызть курицу до смерти одним укусом! С какой стати он позволил Цяо Си устроиться рядом с собой да ещё и выглядит так, будто намерен за него заступиться?! Птица просто отказывалась в это верить!
Цяо Си спросил Цзин Яня:
— Ты... с самого вчерашнего дня это планировал?
Чёрный волк качнул хвостом и лениво протянул:
— Нрав этого Цзин Юя мне знаком. Стоит мне подать хоть малейший знак к примирению, как у него тут же начинают чесаться руки и ноги — так и норовит нарваться на драку. Так что в любой момент сегодня с его стороны непременно поднялся бы шум.
Цяо Си приоткрыл рот и глухо промолвил:
— С-спасибо вам...
Цзин Янь шевельнул ушами, опустился на передние лапы и, лениво покачивая хвостом, произнёс:
— Не только ради тебя.
Этот Цзин Юй заходит слишком далеко, давно пора было поставить его на место, — слегка прищурился Цзин Янь.
Услышав это, птица сразу сообразила, что её жизнь и смерть теперь всецело зависят от Цяо Си, и тут же жалобно завопила:
— Ваше Высочество! Но я же не по своей воле, я не мог отказать! Если бы я оскорбил принца Цзин Юя, даже если бы мне удалось выбраться из Клана Волков и вернуться к Клану Птиц, Его Величество и Королева не оставили бы меня в покое!
— Ого, и это королевский сородич? Какая же трусиха, — прокомментировал услышанное маленький леопард.
Маленький леопард происходил из королевской семьи Союза Трех Котиков, который наряду с другими входит в тройку сильнейших звериных кланов.
Белый кролик А Сюэ услышал это, подобрал валявшийся рядом меховой мячик и бросил его прямо перед маленьким леопардом. Внимание малыша тут же переключилось, он бросился на него и со всем усердием принялся играть с мячиком.
Цяо Си произнёс:
— ...Вчера ты ведь тоже пнул меня пару раз, верно?
Услышав это, Цзин Янь холодно уставился на птицу.
Птица застыла и тут же принялась оправдываться:
— Я-я случайно толкнул ногой...
Цяо Си опустил взгляд:
— Цзин Юй не заставлял вас тащиться за ним, но вы всё равно увязались. Ты пнул меня дважды да ещё и ухмылялся.
Неподалёку маленький леопард на секунду прервал свою возню с меховым мячиком.
У птицы волоски встали дыбом, когда она почувствовала, как на ней скрестилось несколько ледяных взглядов.
Холодный блеск в таинственных серебристых глазах чёрного волка, стоявшего рядом с маленьким цыплёнком, заставил её затрепетать от страха.
Птица горько пожалела о содеянном: ну зачем её язык потрепал, зачем было злорадствовать?
В обычное время, даже если Цяо Си не пользовался авторитетом во дворце, стражники не смели проявлять неуважение к принцам. Члены королевской семьи Клана Птиц — та ещё заноза в одном месте, характеры у всех скверные. Проведя во дворце долгие годы, стражник неизменно носил в сердце затаённую обиду на тех, кто стоял выше него. И вот когда он внезапно обнаружил — о, гляди-ка, перед третьим принцем Клана Волков он всё равно остаётся куда более полезным и защищённым, тогда как по Цяо Си может от души пройтись любой желающий, — в его душе всколыхнулось какое-то извращённое, садистское злорадство...
У него выпал шанс в открытую пнуть самого́ настоящего принца.
Пусть даже это был самый слабый и бесхребетный принц во всём Клане Птиц, ему всё равно стало чертовски приятно.
И теперь за то недолгое мимолётное удовольствие он раскаивался так сильно, что внутренности скрутило от боли.
Дрожа всем телом, он залепетал:
— Ваше Высочество, я... я правда не со зла, я просто... просто...
— Как ты хочешь с ним поступить? — Цзин Янь прервал пернатого и мягко обратился к Цяо Си. Полагая, что тот робок и не имеет собственного мнения, он добавил: — Например, общипать ему все перья до единого или вроде того.
— Я хочу сделать из его красных перьев воланчик для игры! — маленький леопард поднял лапку!
— Разве не лучше будет сшить из них меховой мячик для игр? — возразил Цзин И.
— Давайте сделаем пуховую подушку, — предложил Хэй Юй.
Цзин Янь неторопливо промолвил:
— Не бойся. Чем сильнее ты показываешь страх перед такими людьми, тем наглее они себя ведут. Теперь мы все рядом с тобой, и что бы ты ни захотел сделать, я за тебя заступлюсь.
Птица уже была готова лишиться чувств, как вдруг услышала голос того самого принца Клана Птиц, которого она считала самым слабым:
— Я...
Все затихли, ожидая, что скажет Цяо Си.
Набравшись храбрости, Цяо Си выпалил:
— Я... я вообще-то давно мечтаю отведать жареной курицы!
Все разом ахнули и уставились на него с потрясением: никто не ожидал, что Цяо Си окажется куда кровожаднее их всех, вместе взятых.
Птицу едва не хватил разрыв сердца:
— Ваше Высочество, да как, как вы можете есть представителей собственного вида?!
— А я не боюсь, — вполне серьёзно ответил Цяо Си. — Я давным-давно хотел попробовать куриное мясо.
Многие зверолюди избегают есть животных, состоящих с ними в близком родстве, — например, волки не едят собачину и волчатину, а птицы не трогают пернатых. Впрочем, жёсткого табу на это не существовало, всё зависело от того, у кого на что хватало духу.
А для Цяо Си... курица была просто курицей, разновидностью мяса, которую он ещё никогда не пробовал.
Он сглотнул слюну: говорят, жареная курица невероятно ароматная.
— Ваше Высочество!! Ваше Высочество!!! Я не курица! Моё мясо невкусное, правда!!! — завопил пернатый.
Цзин Янь на мгновение странно замолчал, прочистил горло и осторожно поинтересовался:
— Ты и правда хочешь её съесть?
Цяо Си переглянулся с ним пару секунд, а затем со смешком выдал:
— Я пошутил.
Все: «...»
Птица шумно выдохнула, и несколько капель жёлтой жидкости скатилось вниз по её перьям.
Остальные дружно отступили на шаг назад.
Приняв серьёзный вид, Цяо Си уставился на птицу и спросил:
— Отец с матерью вспоминали обо мне?
Птица подавилась воздухом, не зная, что и ответить:
— Они...
Цяо Си скривил губы и тихо бросил:
— Всё понятно, можете не продолжать.
Цзин Янь нахмурился.
Маленький цыплёнок повернулся к нему и тихо спросил:
— И правда... заступишься за меня?
По правде говоря, Цяо Си никогда в жизни не думал, что окажется в подобной ситуации.
Он прекрасно знал себе цену: его внешность в Клане Птиц считалась белой вороной, а для королевской семьи и вовсе была позором. Родители с самого детства не любили его и относились пренебрежительно, да и остальные братья и сёстры вечно норовили обидеть — за исключением четвёртого брата.
Поначалу дело доходило даже до драк. Позже, когда четвёртый брат стал его защищать, они уже не смели переходить границы, но стоило тому отлучиться, как словесные и физические унижения возобновлялись с новой силой.
Умом Цяо Си особо не блистал, боевыми талантами тоже не обладал, а вечно висеть на шее у четвёртого брата ему не хотелось. Поэтому в конце концов он решил оградить себя от издевательств сам: попросил разрешения под охраной стражников жить отдельно и ходить в обычную школу за пределами дворца.
Он притворился простым смертным и учился наравне со всеми.
Его звериный облик по-прежнему вызывал у кое-кого неприязнь, но всё же ему удалось обзавестись друзьями.
Цяо Си жил свободно и... в общем-то, был счастлив.
Однако собственные родители преподали ему урок: от многого в этой жизни невозможно спрятаться, сколько ни беги.
Делаешь шаг назад — другие наступают в ответ. А когда отступать уже некуда и обидчики преграждают тебе путь, впереди остаётся лишь тупик.
Если так пойдёт и дальше... ничего хорошего не выйдет, верно?
Пусть многие вещи оставались для него непонятными и туманными, Цяо Си чётко осознавал: пора меняться. Правда, о чём-то большем — например, о кровной мести — он даже не помышлял.
Рассуждая здраво, он сейчас банально не имел сил для мести, и то, что Цзин Янь вообще позволил ему остаться, уже было великой удачей.
Но теперь Цзин Янь не только притащил обидчика прямо к нему, но и пообещал заступиться.
Пусть это выглядело немного слабохарактерно... но само словосочетание «я заступлюсь» звучало чертовски надёжно...
Даже четвёртый брат никогда не бросался такими крутыми фразами!
Глядя на чёрного волка, Цяо Си тихо переспросил:
— Правда... заступишься?
Цзин Янь замер, повернулся к Цяо Си и уже без тени улыбки подтвердил:
— Конечно.
Чёрный волк сидел лицом к солнцу, и его угольно-чёрная шерсть буквально сияла в лучах света.
Свет в его серебристых глазах был чистым и холодным, словно родниковая вода, пролитая прямо в сердце Цяо Си, отчего на душе у того стало спокойно и легко.
Цзин Янь прекрасно понимал, что в положении Цяо Си тот никогда бы не смог отомстить обидчикам самостоятельно. Но он-то вполне мог помочь.
Поэтому волк указал лапой на пернатого:
— Можешь не церемониться!
Цяо Си моргнул.
Он, конечно, не был святошей, и раз уж Цзин Янь сам подтащил этого типа к нему, грех было упускать шанс отплатить той же монетой.
Поэтому он кивнул:
— Угу!
Птица: «...»
Цяо Си взъерошил пёрышки и заявил:
— Он пнул меня дважды, я хочу пнуть его в ответ!
— Да просто пнуть — это слишком мягко для него! — завопил маленький леопард.
Птица, только было вздохнув с облегчением, пришла в ужас и тут же принялась заламывать руки, вопя на все лады:
— Не надо пинать, помилуйте, Ваше Высочество Цяо Си!
А про себя подумал: с габаритами Цяо Си какой с него удар, небось ни капельки не больно, так, баловство одно.
В следующее мгновение Цяо Си поднатужился, перебирая тонкими лапками с быстротой мелькающих спиц — та-та-та-та! — стремительно подбежал к птице, резко оттолкнулся и, словно маленькая ракета, взмыл в воздух!
Птица как раз размышляла, как бы получше разжалобить Цзин Яня, как вдруг в неё врезалась чудовищная сила. Ошеломлённый пернатый кубарем полетел вбок, вместе с веткой, на которой висел, со всего маху впечатавшись в валун!
И... вырубился.
Все ошеломлённо уставились на эту картину в абсолютной тишине.
Врезав птице, Цяо Си подбежал к ней на цыпочках — та-та-та-та! — заглянул в лицо и радостно объявил:
— Он вырубился!
Цзин Янь пришёл в себя, подбежал взглянуть... и правда, глаза закатились, вырубился без чувств.
Цяо Си огорчённо протянул:
— А я ведь ещё один пинок задолжал!
Все: «...»
Цзин Янь утешающе произнёс:
— Ничего страшного, в отключке тоже можно пинать. Давай ещё разок.
Цяо Си кивнул, отошёл на прежнюю дистанцию, с разбегу взмыл в воздух и со всей дури зарядил пернатому прямо по физиономии!
Закончив, он с сияющими глазами уставился на Цзин Яня:
— Теперь можно перья выщипывать?
Цзин Янь прикрыл пасть лапой и хмыкнул:
— Хм, погоди пока. Я так, попугать его хотел, он нам ещё пригодится.
— Ох, ладно, — послушно и без возражений согласился Цяо Си.
Остальные переглянулись.
А Цяо Си при всей своей миниатюрности бил... всё-таки крайне метко.
http://bllate.org/book/26144/3131101
Готово:
