Сейчас у него был самый разгар периода активного роста, и если не съесть что-нибудь перед сном, посреди ночи можно проснуться от голода.
Дядя Гун вспомнил мальчика, который только что стоял рядом с их юным господином: тот выглядел таким послушным и миловидным, чистым и аккуратным:
— Похоже, у того одноклассника хорошие отношения с юным господином, раньше он ведь никогда не ел ничего подобного.
Фу Ихань лишь улыбнулся и ничего не возразил.
На самом деле дело было не в том, что он не любил подобную еду. Проходя мимо школьных ворот по дороге в школу и обратно, он тоже испытывал любопытство к источавшим аппетитный аромат блюдам, просто ему не хотелось вставать в очередь в одиночку.
Он считал это ненужным.
Каждый день состоял либо из учебы, либо из возни с камнями, никаких лишних внеклассных занятий, никаких особых хобби и увлечений — порой он находил собственную жизнь довольно скучной.
……
— Мелюзга, великий царь вернулся с обхода гор! — Му Чэнь с размаху пнул дверь спальни в общежитии.
Комната была четырехместной: его поселили вместе с Сюй И, Чу Чанъанем и еще одним парнем из их класса.
В комнате, кроме него, все уже были на месте. Сюй И высунулся с кровати и спросил:
— А еда где? Оставил мне что-нибудь?
Му Чэнь положил сверток на стол, приглашая всех угощаться, а сам, отмахнувшись, направился на балкон:
— Я еще не трогал, я сначала в душ, вы мне оставьте пару кусочков.
После душа он постирал и развесил сменную одежду, доел оставшуюся ему жареную холодную лапшу, а когда чистил зубы, как раз погас свет.
Му Чэнь спал на верхней койке, потому что на нижнюю вечно садились заглядывавшие в гости одноклассники, а ему это не нравилось.
Когда он забирался наверх, Сюй И сказал ему:
— Когда ты мылся, заходил Ци Цинхуань, сказал, что отправил тебе сообщение, велел посмотреть телефон.
Первая старшая школа разрешала ученикам приносить телефоны — в конце концов, многие жили в общежитии, — однако проносить их в учебные классы школа не позволяла.
Му Чэнь рассеянно хмыкнул.
Он почти наверняка мог угадать, что именно Ци Цинхуань написал ему: не иначе как обиняками расспрашивает, что за история вышла у него с Фу Иханем и не связано ли такое странное поведение с делами в семье.
Достав телефон и заглянув внутрь, он убедился, что содержимое полностью оправдало его ожидания, да к тому же нашлось кое-что еще.
[Ци Цинхуань: Ты ведешь себя слишком заметно, сейчас мы вообще не знаем, каково отношение Фу Иханя, а вдруг он не любит однополые отношения? Думаю, не стоит проявлять излишнюю инициативу, лучше сначала выждать, чтобы не вызвать у него отторжения.]
— Тц, — усмехнулся Му Чэнь.
Он не отрицал, что в словах Ци Цинхуаня был смысл: в прошлой жизни он до самой смерти так и не узнал, нравились ли Фу Иханю мужчины, но это вовсе не значило, что он обязан слепо слушаться Ци Цинхуаня.
При этих мыслях он тут же перевернулся на другой бок и отправил Фу Иханю сообщение.
[Му Чэнь: [Тук-тук] Спишь? Можно мне попросить тебя захватить завтра с собой порцию завтрака?]
Фу Ихань, находившийся у себя дома, только что вышел из ванной после душа.
Телефон высветил непрочитанное сообщение, он взял его в руки и пробежал глазами текст.
[Фу Ихань: Можно, что ты хочешь?]
[Му Чэнь: Хочу цзянсянбин у школьных ворот, а если к нему найдется еще и стаканчик свежевыжатого соевого молока, будет вообще замечательно (*^▽^*)]
Чем сильнее Ци Цинхуань запрещал ему что-либо делать, тем сильнее Му Чэню хотелось поступить именно так. Ци Цинхуань надеялся, что он пока не станет сближаться с Фу Иханем, а вот он — назло ему! — сделает наоборот.
После этого он перевел десять юаней.
Фу Ихань деньги не принял.
[Фу Ихань: Я угощаю]
[Му Чэнь: Вау! Спасибо, благодетель, шлю сердечко]
Му Чэнь прижимал телефон к груди, и лицо его излучало полное удовлетворение.
Хе-хе, в дружбе важна взаимность, вот и завязалось же общение~
Прекрасное настроение Му Чэня сохранялось вплоть до самого следующего утра.
Стоило ему вспомнить, что сегодня Фу Ихань принесет ему завтрак, как в груди поднимались жгучее предвкушение и восторг. Он проснулся в семь часов и уже не смог уснуть — подумать только, в прошлой жизни перед самыми гаокао он железно спал до половины восьмого.
Все равно заснут не удастся, так что Му Чэнь решительно выбрался из постели и отправился в класс.
По дороге в класс он столкнулся с Ци Цинхуанем, который только что вышел из столовой после завтрака и тоже направлялся на уроки.
Ци Цинхуань шел сбоку. Сначала Му Чэнь его не заметил, но, услышав, как его окликнули, помрачнел и едва не прошел мимо.
— Му Чэнь, подожди, мне нужно кое о чем с тобой поговорить, — окликнул его Ци Цинхуань.
Му Чэнь и сам хотел узнать, что еще скажет этот человек. Стерпев раздражение, он бросил:
— О чем?
Поняв, что его обманули, он после своего перерождения не стал избивать Ци Цинхуаня и не устроил с ним открытого скандала, а временами даже мог спокойно выслушать пару фраз от него — он считал, что его терпение и так уже на высоте.
Вероятно, именно из-за того, что его характер был слишком мягким, некоторые люди и наглели изо дня в день.
Ци Цинхуань произнес:
— То, как ты вел себя вчера, никуда не годится. Мы еще не выяснили, способен ли Фу Ихань принять однополые отношения, если ты будешь проявлять излишнюю инициативу, это даст обратный результат.
Его выражение лица было тревожным и серьезным, звучало все это так, будто он искренне переживал за Му Чэня.
Му Чэнь от злости рассмеялся.
Преданный в спину Ци Цинхуанем, он действительно был ранен и огорчен — так же горько, как и тогда, когда Фу Ихань не полюбил его вплоть до самого выпуска.
Ведь Ци Цинхуань был единственным человеком, который знал о его чувствах к Фу Иханю, причем узнал даже раньше, чем он сам.
Тогда он просто думал, что Фу Ихань очень красивый, и ему бессознательно хотелось крутиться рядом, во всем участвовать вместе с ним. Именно Ци Цинхуань разрушил пелену на его глазах, подсказав: о, оказывается, это чувство вовсе не дружеская симпатия, а влюбленность.
Теперь, оглядываясь назад, он понимал: Ци Цинхуань, должно быть, заранее знал сюжет.
Он не понимал, зачем Ци Цинхуаню было так поступать.
Раз уж тот читал книгу и с самого начала знал о существовании Фу Иханя, зачем ему понадобилось еще в самом начале старшей школы самому сближаться с ним и завязывать дружбу?
Если Ци Цинхуань обратил на него внимание и полюбил его только после того, как Фу Ихань перевелся в их школу, разве их двухлетняя дружба не стоила того, чтобы проявить хоть капельку честности?
Честно сказать ему, что он тоже влюбился в Фу Иханя, и предложить честную конкуренцию.
Но Ци Цинхуань это скрыл.
Ци Цинхуань сошелся с ним в первом классе старшей школы, а когда в выпускном классе появился Фу Ихань, снова выступил в роли его любовного наставника, направляя в том, как завоевать Фу Иханя — направляя по ложному пути.
Если бы он не считал Ци Цинхуаня другом, разве поверил бы его словам так легко?
При одной мысли об этом Му Чэня начинало тошнить: сколько же бесстыдства нужно иметь, чтобы с безмятежным видом стоять перед ним и раздавать советы?
Разозлившись до предела, Му Чэнь, напротив, успокоился и парировал:
— А как ты хочешь проверить? Сам в бой кинешься? — он высмеял Ци Цинхуаня за то, что тот явно неравнодушен к Фу Иханю, но при этом изображает полнейшее равнодушие.
http://bllate.org/book/26434/3164889
Готово:
