Затем Чжан Чэнь, волоча ноги, которые уже почти до предела устали, понемногу поплелся в сторону парка.
У входа в парк стояла пустая скамейка, и Чжан Чэнь рухнул на нее. Лавиноподобная волна мышечной усталости и ломоты обрушилась на него, Чжан Чэнь бессильно откинулся на спинку, широко открыв рот и тяжело дыша, словно выброшенная на берег рыба.
У входа в парк дети прыгали и резвились с воздушными шарами, любители фотографии снимали профессиональной аппаратурой красивые пейзажи, а влюбленные парочки прижимались друг к другу, шепчась о чем-то… Как ни посмотри, это была картина абсолютного покоя и умиротворения.
Чжан Чэнь чувствовал себя чужаком в этом мире.
Однако у него совсем не осталось сил подняться, поэтому он мог лишь бессмысленно смотреть перед собой. Внезапно его привлекло стайка голубей у входа в парк.
У входа в парк держалась стайка голубей с серо-белыми перьями — самые обычные домашние птицы.
На земле валялась горстка птичьего корма, похожего на рисовые зернышки, и они, курлыча, сбились в кучу, чтобы поклевать его. Рядом продавался тот же корм для голубей: пакетик за десять юаней, чтобы гуляющие могли купить его и покормить птиц ради забавы.
Чжан Чэнь посмотрел на трех-четырехлетнего малыша, который семенил короткими ножками, покачиваясь из стороны в сторону и заигрывая с голубями. Потоптавшись взглядом здесь немного, он снова перевел его в другое место.
То ли ему показалось, но только что он отчетливо чувствовал на себе чей-то взгляд.
Это ощущение чужих глаз, следящих из темноты, доставляло ему некоторый дискомфорт, поэтому он окинул взглядом окрестности, но не заметил никого подозрительного.
Чжан Чэнь подавил тревогу в сердце.
Он все еще был погружен в тот недавний случай самоубийства — происходил ли он на самом деле, было непонятно. Стоило в его сознании мелькнуть этому лицу, точь-в-точь похожему на его собственное, и улыбке, таившей в себе облегчение, как Чжан Чэнь помимо своей воли начинал дрожать от мелкой дрожи.
Чжан Чэнь прикрыл глаза, а когда открыл снова, изо всех сил постарался сосредоточиться на непрерывном потоке машин и снующей туда-сюда толпе, пытаясь раствориться среди них и забыть тот невероятно абсурдный опыт.
Однако в этот самый момент тот знакомый взгляд вернулся снова.
Снова этот соглядатай!
Чжан Чэнь в ужасе вздрогнул и, словно по рефлексу, повернул голову, мгновенно уставившись в ту сторону, откуда ощутил этот взгляд.
Голуби, дети, торговцы, ожидающие транспорта люди под знаком автобусной остановки…
Его взгляд задерживался на лицах каждого встречного, пытаясь отыскать хоть какое-то подозрительное или виноватое выражение, но все было напрасно: каждый из них казался до боли обычным — настолько обычным, что если бы вы просто шли по улице, то вряд ли удостоили бы их хотя бы вторым взглядом.
Чжан Чэнь мучительно обхватил голову руками, и тошнотворное головокружение накатило вновь.
Он зажмурился, крепко прижав пальцы к вискам, пытаясь перетерпеть это недомогание.
Но в этот самый миг, словно электрический разряд пронзил все его тело, Чжан Чэнь судорожно дернулся, а затем резко поднял голову, невероятно широко распахнув глаза, на которых застыло невыразимое выражение ужаса и страха.
Ибо только что, в это самое мгновение, до него внезапно дошло, кем на самом деле был этот соглядатай.
Нет, если быть точным — чем.
Потрясенный до глубины души взгляд Чжан Чэня с неверием уставился на стаю голубей на земле.
Да, этот взгляд, который неотступно следил за ним все это время, исходил от этих самых голубей.
Это эта стайка голубей тайком наблюдала за ним!
Когда догадка непрошеной ворвалась в его сознание, руки Чжан Чэня затряслись в крупной дрожи, грудная клетка тяжело вздымалась, а сердце, казалось, было готово разорваться.
Он жадно хватал ртом воздух, пытаясь заставить себя успокоиться, но каждый нерв словно визжал у него в голове, складываясь в хаотичные, зловещие и сводящие с ума звуки.
Это было слишком абсурдно… Слишком абсурдно…
Чжан Чэнь не в силах сдержаться бормотал себе под нос.
Желая проверить эту догадку, он снова опустил голову, но боковым зрением не отрываясь следил за стаей голубей в десятке метров от себя.
Вскоре он увидел то, от чего его картина мира дала трещину.
Те самые голуби, что только что копошились в поисках пищи, внезапно замерли, а затем, выкатив глазки-бусинки, дружно уставились прямо на него.
А когда он поднял голову, голуби, словно обладая разумом, снова рассеялись в стороны и принялись клевать землю, делая вид, будто ничего не произошло.
Но Чжан Чэнь отчетливо заметил перемену в их взглядах и мелькающий в них блеск.
Но ведь это же голуби! Они — птицы!
Безумный и хаотичный визг в голове Чжан Чэня вспыхнул с новой силой, зрение затуманилось, и в каком-то полумраке ему снова показалось, будто вся стая голубей дружно повернула головы, глядя на него.
Сам не зная почему, Чжан Чэнь почувствовал: они улыбаются.
Глава 7
Чжан Чэнь спотыкаясь поднялся на ноги и бросился прочь из парка, словно спасая свою жизнь.
Его шаг был шатким и неуверенным, и с каждым сделанным шагом он нервно оборачивался назад — не преследуют ли его голуби.
Черт, ты что, ослеп?! Чуть не сбил, знаешь ли!
В ушах стоял визг тормозов и разъяренная четырехэтажная ругань водителя, но Чжан Чэнь уже ничего этого не слышал: его собственный слух заполнял непрекращающийся гул, который постепенно трансформировался в голубиное курлыканье.
Прямо впереди находился вход в метро. Чжан Чэнь стремглав нырнул внутрь, дрожащими руками прошел досмотр и купил билет. Все это время он пребывал в состоянии полного отрешения, словно блуждающий дух.
Охрана подземки, заметив странный вид Чжан Чэня, переглянулась, покрепче сжала в руках антитеррористические вилы и даже устроила ему тщательный личный досмотр на пункте контроля. Убедившись, что всё в полном порядке, они с подозрением позволили ему идти дальше.
Вместе с толпой пассажиров Чжан Чэнь спустился к платформе.
Спустя три минуты поезд метро, гонимый потоком подземной прохлады, с гудком пронесся перед пассажирами и плавно остановился.
Автоматические двери разъехались в стороны, и Чжан Чэнь опустился на сиденье в глубине вагона.
Этот поезд отправлялся от Хуайюаньмэня и шел до конечной станции Парк Жэньцзе, а за три остановки до конца маршрута он как раз проезжал мимо его Педагогического университета.
Стоило Чжан Чэню сесть в вагоне, как его тело словно полностью потеряло опору, и он обессиленно осел, прислонившись спиной к сиденью.
Поезд мчался, пронзая тоннели подобно гигантскому дракону, и по мере того, как состав останавливался на каждой новой станции, народу в вагоне становилось все больше.
http://bllate.org/book/26615/3187388
Готово:
