В голове Гу Юя мгновенно всплыло одно имя — Тан Лэй.
Отец этого парня приходился старшим соучеником Гу Цзяньсину, а также был главой старейшин Секты Праведного Меча — Тан Цзяньюнем. В своё время Тан Цзяньюнь проиграл его отцу Гу Цзяньсину в борьбе за позицию Главы секты, поэтому до сих пор затаил обиду и вечно шёл наперекор Гу Цзяньсину. Из-за этого люди из фракции Тан Цзяньюня тоже не ладили с людьми из фракции Гу Цзяньсина, и между ними то и дело вспыхивали конфликты.
Тан Лэй пробудил Семя Меча немного раньше Гу Юя. Если память не подводила, это должно было быть Семя Меча атрибута земли. Ничего выдающегося, но и не сказать чтобы плохо. Однако по сравнению с Гу Юем, который тогда долго не мог пробудить Семя Меча, это было куда лучше, поэтому парень постоянно отпускал насмешки и саркастические замечания в адрес прежнего Гу Юя. Тот факт, что характер прежнего Гу Юя стал мрачным и странным, во многом был заслугой именно этого человека!
Правда, кое в чём Гу Юй сомневался: неужели этот Тан Лэй до сих пор не знал, что он пробудил Семя Меча атрибута яда? Если бы он знал, Тан Лэй ни за что не стал бы сейчас так нагло заявляться сюда и цепляться к нему!
Глаза Гу Юя блеснули, и на дне его зрачков мелькнул холодный свет. Мысленно усмехнувшись, он беспристрастно спросил:
— Старший соученик Тан, сколько времени прошло, а твоё зрение всё такое же никудышное. С чего это ты вдруг решил, что я притесняю простолюдина?
— А я ведь слышал! Ты приказал этому человеку три дня не появляться в торговом ряду! — с этими словами Тан Лэй ещё и выразительно переглянулся со своими подручными.
Оба они держались за Тан Лэя исключительно ради того, чтобы получать больше ресурсов для культивации, поэтому тут же принялись усердно кивать и поддакивать ему.
— Точно! Мы сами своими ушами слышали, тут не может быть ошибки!
— Старший соученик Гу, ты же сын Главы секты Секты Праведного Меча, как ты смеешь просто так третировать слабых? Неужели, опираясь на связи с Главой секты, ты вознамерился ни во что не ставить правила торгового ряда?
Трансляция с этого сайта, заходите на наш ресурс
Услышав, что Гу Юй — сын Главы секты Секты Праведного Меча, торговец едва не наложил в штаны. Его лицо исказилось от ужаса, а тело задрожало так, будто он вот-вот рухнет на землю.
Гу Юй даже не взглянул на торговца. Лишь лениво приподняв брови, он обратился к Тан Лэю и остальным:
— Значит, то, что этот лавочник проявил неуважение к моему ученику, вы предпочли не заметить?
— Твоему ученику? — Тан Лэй на мгновение опешил. Он никак не ожидал, что Гу Юй возьмет в ученики этого никчемного Чжао Жуи, чьё тело было неспособно к культивации. Но тут же презрительно рассмеялся: — Ха-ха! Ты сам даже Семя Меча сформировать не можешь, а уже берешься учеников обучать? Впрочем, вы и правда идеальная пара! Один не способен взрастить Семя Меча, а второй вообще за всю жизнь не сможет ступить на путь культивации, ха-ха-ха! — с этими словами он разразился наглым смехом.
Двое его спутников, услышав это, тоже дружно заржали.
Окружающие, видя этот беспорядок, поспешно расходились в стороны, боясь оказаться втянутыми в неприятности.
А Чжао Жуи, слушая слова Тан Лэя, невольно задрожал. Насмешливый смех неприятеля заставил его почувствовать себя так, будто он провалился в ледяной погреб, и его пронзила невыносимая боль.
Почувствовав испуг прижавшегося к нему Чжао Жуи, Гу Юй мягко похлопал мальчика по спине в знак утешения, после чего холодно ухмыльнулся и небрежно указал на Тан Лэя пальцем.
В тот же миг чёрно-фиолетовая ци меча сорвалась с кончика пальца Гу Юя и пронеслась прямо у щеки Тан Лэя.
На щеке Тан Лэя мгновенно проступила кровавая царапина.
Все трое — Тан Лэй и его приспешники — застыли на месте, словно в них воткнули парализующие иглы.
Гу Юй произнёс холодным тоном:
— Кто сказал, что я не смог сформировать Семя Меча?
Тан Лэй остолбенел и, тыча пальцем в Гу Юя, выдавил:
— Ты, ты…
Он чувствовал, что половина лица всё ещё онемела, говорить было трудно. Зажав рану рукой, Тан Лэй наполовину со страхом, наполовину со злостью спросил:
— Как… как у тебя вообще могло появиться Семя Меча?!
На самом деле Тан Лэй действительно понятия не имел, что Гу Юй уже сформировал Семя Меча.
Всё дело было в Гу Цзяньсине.
Тот посчитал, что рассылать по всей секте официальные извещения о том, что его сынок сформировал Семя Меча, выглядело бы слишком хвастливо. К тому же он думал, что Мэй Цзяньсюэ наверняка и так всем расскажет о делах Гу Юя, поэтому ничего не стал предпринимать. Мэй Цзяньсюэ же полагала, что раз уж Гу Юй обзавёлся новым Семенем Меча атрибута яда — событие столь грандиозное, — то Глава секты непременно оповестит всю обитель. Желая сделать приятный сюрприз остальным членам секты, она тоже решила хранить молчание.
Что же касается самого Гу Юя?
Все эти дни он безвылазно сидел в Пещере бессмертного и занимался культивацией, оставаясь в полном неведении относительно происходящего снаружи. Разумеется, он не стал бы бегать и ра трепать на каждом углу о своём пробуждении. К тому же, будучи некогда королем апокалипсиса, он прекрасно понимал: тише едешь — дальше будешь, а притвориться свиньей, чтобы съесть тигра — это вообще высшая мудрость. Поэтому он ни за что не стал бы выставлять свои успехи напоказ.
Глядя на едва не вылезшие из орбит глаза Тан Лэя и уловив изумлённый шёпот зевак вокруг, Гу Юй остался чрезвычайно доволен.
Края его губ изогнулись в холодной усмешке:
— Забыл предупредить: моё Семя Меча обладает атрибутом яда. Тебе лучше поторопиться с противоядием, а не то… хе-хе!
Лицо Тан Лэя мгновенно переменилось в лице, и первой его реакцией было — не верить!
В конце концов, он отроду не слыхал ни о каком Семени Меча с атрибутом яда!
Но ведь он чётко чувствовал, что половина его лица уже онемела! К тому же, Гу Юй ни за что не стал бы лгать в таком деле!
При этой мыśli Тан Лэю стало откровенно дурно!
Если Гу Юй действительно пробудил Семя Меча атрибута яда, не означало ли это, что парень взмыл в небеса и поразил всех с первого же выстрела? Это же Семя Меча совершенно нового атрибута! К тому же, способность в одно мгновение лишить чувствительности половину лица доказывала, что это Семя Меча невероятно мощное!
Другими словами, в Секте Праведного Меча родился новый гений!
И это сын Главы секты Гу Цзяньсина, а вовсе не он, Тан Лэй!
От одной этой мысли на сердце у Тан Лэя заскребли кошки, и всё внутри запылало от жгучей обиды и зависти!
Если бы взгляды могли убивать, Гу Юй уже умер бы миллион раз!
Впрочем, сам Гу Юй наслаждался подобным вниманием сполна.
Как там говорится? Кто не вызывает зависти — тот посредственность.
Это ощущение от звонкой пощёчины зарвавшемуся негодяю было просто потрясающим!
Гу Юй внутренне ликовал.
Тут он услышал, как Тан Лэй с ненавистью бросил:
— Только попробуй… жди меня!
Выпалив это, он развернулся и припустил прочь с такой скоростью, которой позавидовал бы любой олимпийский чемпион.
Гу Юю стало еще веселее, и он мысленно пожелал противнику растянуться во весь рост носом в грязь.
После этого он перевёл взгляд на торговца.
Тот теперь трясся всем телом, а его глаза остекленели. Заметив, что Гу Юй смотрит на него, лавочник тут же завопил в голос:
— Молодой господин Гу! Будьте великодушны, помилуйте слепого пса, простите ничтожного!
Гу Юй скривился, едва удержавшись от желания закатить глаза.
Да я же не тигр, в самом деле, и жрать тебя не собираюсь. Чего ты так испугался-то? Ведёт себя так, будто перед ним главный злодей во плоти! Да он теперь никакой не злодей! Он — Учитель главного героя!
http://bllate.org/book/26912/3239119
Готово:
