Готовый перевод Guest Half-Destined to Cultivate / Случайный покровитель: Горький вкус любви: Глава 12

Цзи Чжисинь слушал песню и даже забыл про игру в маджонг. Заметив это, он произнес: В этой песне есть что-то особенное.

Иначе я бы не стал ее специально записывать, — с улыбкой ответил Хань Линчунь.

Яо Цзя двусмысленно усмехнулся: Разве дело не в твоей возлюбленной из Европы?

Хань Линчунь лишь улыбнулся и ничего не ответил.

Чэнь Суйюнь всё еще разглядывал свои кости. Жун Чжэнь посмотрел на него и вдруг произнес: Раз уж так, почему дядя Хань не подумал записать пластинку и для господина Суйюня?

Хань Линчунь перевел взгляд на Жун Чжэня. Тот не отступил ни на шаг и прямо встретился с ним взглядом.

Я слышал, что господин Суйюнь умеет петь на сцене и в свое время собирался стать главной звездой, — добавил Жун Чжэнь.

Хань Линчунь ничего не ответил, только улыбнулся.

Цзи Чжисинь и Яо Цзя переглянулись, но оба промолчали. Наконец, Чэнь Суйюнь рассмеялся сам: Сколько лет прошло с тех пор! Сейчас я уже и петь не умею, а если действительно записать это, получится лишь позориться на людях.

Жун Чжэнь бросил взгляд на Чэнь Суйюня и протянул: Вот как.

Настроение у него было хорошее: ему казалось, будто он в чем-то одержал победу, доказав, что для Хань Линчуня Чэнь Суйюнь значит не так уж много.

Он вытащил кость и бросил на стол: Пять вань.

Пяринг! — Чэнь Суйюнь накрыл его кость своей, собрав крупную комбинацию.

А молодой господин Жун здорово подставился под удар! — со смехом воскликнул Яо Цзя и даже снял с пальца золотое кольцо, проиграв его вместе с остальным в пользу Чэнь Суйюня.

Цзи Чжисинь постучал трубкой о край пепельницы и покачал головой: Посмотри на себя: как только азарт разыграется, обо всем на свете забываешь. Не брал с собой столько денег — так и не играл бы. А теперь достал кольцо: люди в растерянности — то ли принимать, то ли нет.

Это еще почему нельзя принимать! — Яо Цзя перехватил руку Чэнь Суйюня и силой надел на него кольцо. — Проиграл так проиграл, главное — кайф от игры не портить.

Хань Линчунь подошел к Чэнь Суйюню, снял с его пальца кольцо и швырнул обратно Яо Цзя. С легкой улыбкой он произнес: Кому нужно твое кольцо? Если ему понадобятся украшения, он попросит их у меня.

Яо Цзя весело рассмеялся: Конечно-конечно! У тебя, хозяин Хань, каких только сокровищ нет, куда уж мне тут услуживать.

Тут он резко сменил тему и посмотрел на Жун Чжэня: Молодой господин Жун, скажите ведь?

Жун Чжэнь на мгновение растерялся, но ответил: Да.

Звуки маджонговых костей застучали снова. Хань Линчунь достал из внутренней комнаты конверт и протянул его Жун Чжэню: Это приглашение в клуб Голден. Сходи как-нибудь, заведи побольше полезных знакомств.

Клуб Голден? — Яо Цзя удивленно посмотрел на Хань Линчуня. — Нечестно с твоей стороны. О такой отличной вещью думаешь только о друге семьи, а о брате посиделок совсем забыл?

Цзи Чжисинь пояснил Жун Чжэню: В клубе Голден собираются все богачи Шанхая: англичане, американцы, банкиры, капиталисты. Все, с кем тебе хотелось бы познакомиться, находятся там. Даже если ты сам по себе никто, одна только эта пригласительная карточка позволит тебе ходить гоголем по всему Шанхайскому берегу.

Хань Линчунь положил приглашение перед Жун Чжэнем и усмехнулся, обращаясь к Яо Цзя: Тебе-то зачем это? Стоит вашему Финансовому управлению хоть слово сказать, как все тут же бросаются поддакивать.

Яо Цзя хотел было что-то возразить, но Хань Линчунь продолжал говорить исключительно с Жун Чжэнем.

Яо Цзя выглядел несколько раздраженным; он изо всех сил старался казаться невозмутимым, но его взгляд то и дело возвращался к Хань Линчуню и Жун Чжэню.

Чэнь Суйюнь бросил на него мимолетный взгляд и небрежно скинул кость.

Немного погодя Жун Чжэнь первым попрощался и собрался уходить.

Яо Цзя пытался его удержать: Поиграй еще немного!

Но Жун Чжэнь вежливо отказался и ушел.

Яо Цзя недовольно заборчал, однако Хань Линчунь остановил его: Пусть идет. В его годы самое время строить карьеру, незачем ему тратить время на пустые гулянки вместе с нами.

Яо Цзя лукаво закатил глаза: По-моему, дело не в том, что ему не хочется играть. Просто здесь нет никого, кто был бы ему по душе.

Да как же нет, если по душе, — заметил Цзи Чжисинь. — В прошлый раз той же Линь Сяотан подарков на несколько тысяч серебряных долларов отвалил.

Яо Цзя отмахнулся: Линь Сяотан недавно завела нового клиента из Гуандуна. Если бы они с Жун Чжэнем сошлись всерьез, стала бы она принимать других господ?

Цзи Чжисинь промолчал, а Яо Цзя кивнул на граммофон и произнес: Я слышал, точно такой же граммофон он преподнес в подарок и господину Суйюню.

Хань Линчунь, словно услышавший об этом впервые, повернулся к сидевшему позади Чэнь Суйюню и переспросил: Было такое?

Чэнь Суйюнь слегка прислонился к его плечу, уголки его губ дрогнули в легкой улыбке.

Если бы Хань Линчунь не знал об этом заранее, стал бы он вообще тащить сюда этот граммофон?

И действительно, Хань Линчунь не стал допытываться дальше. Он лишь улыбнулся: Что до этого дела, Суйюнь, кажется, упоминал мне. Вероятно, это просто знак благодарности за гостеприимство.

Кто бы в это поверил? Но пока подобные слова слетают с губ Хань Линчуня, даже ложь станет правдой.

Должно быть, так оно и есть, — согласился Цзи Чжисинь.

Яо Цзя со сдержанной улыбкой перебирал кости и небрежно бросил: Какой же молодой господин Жун воспитанный.

Игра в маджонг затянулась далеко за полночь, и когда гости стали расходиться, Яо Цзя всё еще не наигрался вдоволь.

Чэнь Суйюнь велел слугам убрать гостиную и вместе с Хань Линчунем поднялся наверх в спальню.

Молодой господин Яо оказался на редкость азартным, — произнес Чэнь Суйюнь, разливая по чашкам горячий чай. — Смотрю я на него — вряд ли он сейчас поедет домой, наверняка где-нибудь в другом месте засядет за новую партию.

Хань Линчунь ничего не ответил, продолжая крутить в руках тот самый граммофон.

Чэнь Суйюнь бросил на него взгляд: И речи у него сегодня были странные, так и норовил посеять раздор.

И какой же раздор он посеял? — усмехнулся Хань Линчунь.

А это смотря на то, из-за кого у тебя на душе кошки скребут, — ответил Чэнь Суйюнь.

С чего бы это у меня на душе скребли кошки? — Хань Линчунь с улыбкой посмотрел на него.

Чэнь Суйюнь искоса взглянул на него: Будь у тебя на душе спокойно, этот граммофон здесь бы не появился.

Хань Линчунь рассмеялся: Раз уж ты всё знаешь и понимаешь, почему скрыл от меня, что Жун Чжэнь делал тебе подарки?

Чэнь Суйюнь чуть замялся: Он действительно прислал мне вещь, но я с самого начала не собирался ее принимать. Я думал вернуть ее при первой же возможности, чтобы покончить с этим вопросом. Если бы ты сам сегодня не притащил эту вещь, никаких последующих разговоров вообще бы не возникло.

Выходит, это снова моя вина, — улыбнулся Хань Линчунь.

Чэнь Суйюнь снова глянул на него — судя по всему, Хань Линчунь вовсе не считал себя виноватым. Впрочем, Чэнь Суйюню было всё равно: он уже объяснился, так что впредь у Хань Линчуня не будет ни малейшего повода для придирок.

http://bllate.org/book/27306/3314089