Лэ Чжинянь немного пришел в себя, склонил голову набок и, поразмыслив, произнес:
— Мы виделись пять лет назад на межрегиональной совместной операции. Ты, возможно, не помнишь, в конце концов, мы тогда не разговаривали напрямую.
Цзян Сун обошел стол, сделал несколько шагов вперед, ткнул листком бумаги ему в лицо и спросил:
— Что это?
Лэ Чжинянь задумчиво протянул:
— Листок бумаги, рисунок.
Цзян Сун нахмурился:
— Рисунок?
Лэ Чжинянь беспорядочно обвел пальцем пустоту над бумагой:
— Ну как же, здесь солнце, гора, человек и река.
Цзян Сун:
— ...
Помолчав несколько мгновений и не зная, что на это ответить, Цзян Сун вдруг заметил проходящего мимо сотрудника внутренней службы, отвечающего за инцидент в библиотеке. Тот крутил на пальце ключи. Цзян Сун, внезапно что-то решив, окликнул его:
— Эй, чего слоняешься? Отчет об операции уже написал?
— Какой еще отчет? Тут дел невпроворот, мне еще кота идти кормить, — с досадой отозвался сотрудник. — Тот юноша по имени Юй Юй наказал, что его кота нельзя оставлять голодным, иначе он дом разнесет.
Сонливость как рукой сняло. Цзян Сун отпихнул в сторону пребывающего в прострации Лэ Чжиняня и спросил сотрудника:
— У него ведь был сосед по квартире?
— Вы про господина Фана? — Цзян Сун услышал фразу, которая прозвучала буднично, но пугающе напоминала ту, что он слышал во сне, и все его тело невольно напряглось. — Его же доставили в отделение, вы разве не знали?
Цзян Сун постарался ответить как можно спокойнее:
— Я связывался с вашим куратором, он сказал, что Фан Шушэн уже благополучно вернулся домой.
На лице сотрудника промелькнуло беспокойство, но не слишком сильное:
— Вот как? Мы все пока не можем связаться с куратором. А когда вы с ним созванивались?
Кровь в жилах Цзян Суна застыла наполовину. В следующую секунду на столе зазвонил телефон.
***
Глава 8. Отклонение
Все та же комната допросов №1109, тот же зал наблюдения.
Сразу после того, как телефонный разговор был завершен, перепуганный капитан Цзян схватил за шиворот любителя повеселиться, для которого всё было в новинку, и дважды проделал упражнение на свободное падение.
Разница была лишь в том, что, встав на ноги и убедившись, что он цел и невредим, Лэ Чжинянь втайне пришел в восторг. Он даже подумывал спросить, как они будут возвращаться на первый этаж — неужели тоже прыжками? Ходить по лестнице — это совсем не круто, да и колени страдают. Однако, заметив помрачневшее лицо Цзян Суна, он благоразумно прикусил язык.
В телефонном разговоре о Фан Шушэне не упоминалось, но Сун Цзяо, как всегда, наступила на больную мозоль. При встрече она сразу бросила:
— У капитана Цзяна такой вид, будто он кошмары видел. Видимо, это так называемое загрязнение и правда штука серьезная.
Этот Кролик с человеческим лицом была прекрасна, но из-за своей полукровной природы так и не смогла полностью спрятать кроличьи уши, поэтому прорезала в фуражке два отверстия. Она привычным движением погладила уши от основания до самых кончиков, ее тон был неспешным и ленивым, а взгляд, брошенный искоса, — наполнен едва уловимой насмешкой.
Цзян Сун знал: внутри Ассоциации многие косо смотрели на расследование Разлома Тунмин, считая это пустой тратой времени. Да и что тут такого? Массовые кошмары — лишь следствие общественного давления, стресса, депрессии, эмоциональной нестабильности и прочих типичных неврозов нашего времени. В Ассоциации были даже такие оригиналы, которые считали свободное падение отличным способом снять стресс, что уж говорить об обычных людях, не имеющих представления о психологической гигиене.
Если говорить прямо, «сновидец» всю ночь смотрит фильм ужасов от первого лица — неудивительно, что после пробуждения у него возникают проблемы с психикой. Но это не значит, что ради этого Ассоциация должна создавать спецгруппу для глубокого расследования. Это раздувание из мухи слона и попытка отобрать чужой хлеб. Тем более что Разлом — вещь недоказуемая и неопровержимая, одни догадки без исторических справок. В научной среде такие «белые пятна» зияют, как дыры в угольном брикете, даже термины не имеют единого определения.
К тому же Разлом был подобен громоотводу для всех бед: исчезновение цивилизаций, массовые пропажи людей, эпидемии, войны, природные катастрофы… В общем, если в истории происходило что-то странное, что невозможно объяснить или расследовать с помощью демонов и призраков, всё списывали на него.
Сун Цзяо скользнула взглядом по незнакомому Лэ Чжиняню за спиной Цзян Суна и фыркнула:
— Вы сами не боитесь сойти с ума, пытаясь расследовать эту выдумку? — она заправила прядь за ухо и кокетливо улыбнулась. — По-моему, вашей группе лучше заняться повышением уровня счастья у населения. И когда будет следующее собрание, подайте отчет — глядишь, еще и удостоитесь фразы О, великий человек.
— Госпожа, вы нам скорую кончину пророчите? — Лэ Чжинянь сам нашел место, где присесть, и обеспокоенно вставил: — У меня слабое здоровье, я до пятидесяти дожить хочу, такие вещи слушать не могу.
Сун Цзяо, которой уже перевалило за пятьдесят:
— ...
Цзян Сун проигнорировал их перепалку и взмахнул рукой:
— Где Фан Шушэн?
Сун Цзяо странно посмотрела на него:
— В комнате отдыха, он в безопасности. На самом деле он так и не проснулся, мы нашли его в лифтовом холле.
— Слышал, ваш куратор пропал, — Цзян Сун посмотрел на ту сторону, где было одностороннее зеркало.
Человек, которого допрашивали, был мужчиной средних лет с добрым лицом. Кондиционер работал на полную мощность, но мужчина выглядел испуганным и постоянно вытирал пот со лба платком.
Сун Цзяо слегка кивнула, не придав этому значения:
— Не пропал, просто пока не можем связаться. В группе есть подозрение, что он погнался за тем Синсином.
— Вы тоже довольно беспечны, раз даже не отправили никого на поиски, — Лэ Чжинянь продолжал выражать обеспокоенность. — Босс, неужели наша группа так же холодно будет относиться к своим товарищам?
— Опасность от Синсина практически нулевая. Что, теперь каждый раз, когда домовой комитет вашего района ловит сумасшедшего кота, нужно поднимать спецназ?! — съехидничала Сун Цзяо, затем перевела взгляд на Цзян Суна, и голос ее стал мягче: — С чего вдруг такой интерес?
Цзян Сун промолчал, лишь открыл запись последнего телефонного разговора и нажал воспроизведение. Сун Цзяо слушала, и ее кроличьи уши опустились, придавая ей вид испуганной и брезгливой одновременно. Она тихо ахнула:
— Боже мой! Капитан Цзян! Неужели вы только что перевелись из Фэнду и притащили оттуда какую-то гадость? То кошмары, то звонки…
Цзян Сун посмотрел на нее, потом на телефон. В комнате допросов тот мужчина как раз произнес: «Я не помню, в какой момент уснул». Цзян Сун закрыл глаза и сделал несколько глубоких вдохов, чувствуя непреодолимое желание достать армейский нож и пырнуть самого себя.
Лэ Чжинянь заметил, что состояние начальника ухудшилось, и попытался выкрутиться, но, будучи новичком без должной подготовки, только все испортил:
— У клана Белый Волк отличные способности к вещим снам, может быть…
Цзян Сун с мрачным лицом ткнул его локтем в бок.
— Тогда я надеюсь, что во сне меня не будет, ведь точность предсказаний полукровок менее десяти процентов, — рассмеялась Сун Цзяо, прикрыв рот рукой. — Серьезно, капитан Цзян, лучше возвращайтесь в Фэнду. Побудете там еще пару сотен лет рядом с боссом Ляном, глядишь, и вправду станете Яньло.
— Тогда зачем ты меня сюда вызвала? — Цзян Сун был явно раздражен и натянуто улыбнулся. — Инспектировать работу?
Лицо Сун Цзяо исказилось от брезгливости, словно она была вынуждена выполнять приказы никчемного начальства. Она беспомощно произнесла:
— Среди людей, которых мы доставили, массовые случаи погружения в сон. На месте также зафиксировали остаточную энергию другого Еретика. Сверху поступило предложение побольше с вами общаться и временно объединить дела.
Лэ Чжинянь, не разбирая, кто свои, а кто чужие, подлил масла в огонь:
— Ц-ц-ц, это называется: ради поимки районного сумасшедшего кота и лунатика подняли два отряда спецназа.
Сун Цзяо и Цзян Сун:
— ...
Сун Цзяо холодно усмехнулась:
— К сожалению, в вашей группе, если считать Чжэн Цяня, который то ли жив, то ли мертв, всего три основных сотрудника.
Лэ Чжинянь вздохнул:
— Понимаю, стандартный набор элитной группы, всегда так печально.
Цзян Сун не выдержал, повернулся и прошипел:
— Заткнись, Лэ Няньнянь.
Лэ Чжинянь прошептал в ответ:
— Босс, это Лэ, как в слове музыка, а не как в радости. И вообще, я Чжинянь, Чжинянь.
— Идем сначала посмотрим на тех, кто спит, — Цзян Сун проигнорировал притворные страдания Лэ и спросил: — А что за второй Еретик? Почему все свалилось в одну кучу? Еще даже не конец года.
Сун Цзяо спрыгнула с барного стула и повела их вперед:
— Пока только подозрение, расследование еще идет. Полевые сотрудники сказали, что видели у нее на груди жетон с узором Паньхуэй, словно она была Еретиком, принятым на службу. Но мы сверили энергетический след со всеми нашими Еретиками из Тунмин — совпадений нет. Уже подали заявку на проверку в соседних провинциях, ждем результата.
Она была миниатюрной, но ходила быстро, при этом не могла избавиться от привычки слегка подпрыгивать при ходьбе, из-за чего ее уши комично дергались вверх-вниз, и летящий пух заставил обоих мужчин, идущих следом, чихнуть.
Они прошли через коридор и центральный холл. Сотрудник у двери комнаты отдыха дремал, но, увидев их, протер глаза и поднялся навстречу:
— Капитан Цзян, группа Сун.
На большом экране у входа четко отображались данные мониторинга в реальном времени. В каждый отсек они заглянули лишь мельком — там лежали спящие люди, а рядом были наготове приборы скорой помощи на случай чрезвычайной ситуации.
Фан Шушэну ставили капельницу с глюкозой. Цзян Сун внимательно осмотрел его состояние и проверил положение веревки Циси, после чего окончательно успокоился и спросил:
— С Юй Юем есть какие-то странности?
— Я проинструктировал его о правилах безопасности и способах выхода из транса, он воспринял все на удивление спокойно, даже бровью не повел, — вспоминал сотрудник. — Этот человек… он что, раньше работал с Ассоциацией или видел операции по нейтрализации Еретиков, как господин Фан? Он был так хладнокровен, я не почувствовал у него ни капли страха или других негативных эмоций.
— Наверное, Синсин его «съел», — равнодушно сказала Сун Цзяо. — Некоторые люди более заторможены, их эмоциональная реакция не такая быстрая.
Лэ Чжинянь высунул голову, задумчиво произнеся:
— Юй Юй? Нянь-нянь-ю-юй?
Цзян Сун спросил:
— Ты его знаешь?
— Два года назад был случай, их факультет организовал выезд на пленэр в Водную Крепость в другой провинции, там произошло нечто странное. Я этим занимался.
Цзян Сун посмотрел на него:
— Он вел себя как-то по-особенному?
Лэ Чжинянь покачал головой:
— Имя просто необычное, вот я и запомнил. Юй Юй, Юй Юй… он еще кота держал.
Цзян Сун знаками показал говорить по существу.
— Но… состояние у него тогда было странное. Хотя, возможно, это из-за того, что у него кот умер. Он был какой-то заторможенный, безжизненный… словно просто пустая оболочка.
http://bllate.org/book/28291/3419358
Готово:
