Цэнь Синь быстро покачала головой, в испуге замерла, но затем неуверенно кивнула. В её глазах блестели слёзы, сочетая в себе хрупкость и внутреннюю силу.
Чао Наньси разжала руки:
— Я перевожу тебе деньги, если не хватит — скажи мне, но я не хочу, чтобы ты выбирала работу из-за этого.
— Цэнь Синь, мне не нужно возмещать долг, это слишком избито.
Цэнь Синь бросилась в знакомое больничное крыло и, едва добежав до поста медсестёр, услышала телефонный звонок. Медсестра подняла голову на звук мелодии и удивлённо произнесла:
— Я только что тебе звонила, а ты уже здесь?
Цэнь Синь достала телефон: перевод от Нань Си пришёл. Сумма была равна её зарплате за целый год. Проявив такую щедрость и великолепие, Нань Си не задала ни единого лишнего вопроса.
— Спасите мою маму, у меня есть деньги.
Хотя медсестра находила это странным, она всё же поспешила отвести Цэнь Синь подписать согласие на операцию:
— Состояние вашей мамы уже было начало улучшаться, но во второй половине дня она почему-то снова попыталась покончить с собой. Она скатилась с лестницы и повредила голову, операция нужна немедленно.
Цэнь Синь молча подписала бумаги и внесла оплату. Бегая туда-сюда в одиночестве, она вернулась к дверям операционной — операция уже началась.
Ночная зона ожидания была ослепительной и одинокой; в бледной пустоте находилась лишь одна Цэнь Синь.
— Мама, на этот раз ты обязательно должна поправиться...
Горячие слёзы тихо катились по щекам. Цэнь Синь, согнувшись, уткнулась лицом в колени и беззвучно плакала, неся на своих хрупких плечах одиночество и безысходность.
Разве то, что она изменила трудное положение Нань Си, не означало, что она сможет изменить и нынешнее положение мамы?
-
Проснувшись без будильника, Чао Наньси открыла телефон и обнаружила невероятное количество пропущенных вызовов и сообщений.
Бросив на них беглый взгляд, она не нашла ни одного от Цэнь Синь.
После завтрака Чао Наньси вошла в гардеробную. Она швырнула вычурные наряды в коробку для посылок, подумав, что их, пожалуй, даже даром никто не возьмет.
Прежний стиль одежды Нань Си отличался крайшей простотой: белая футболка в сочетании с джинсами — беспроигрышный вариант.
Вот только волосы торчали в беспорядке, растопырившись во все стороны. Чао Наньси несколько раз попыталась укротить их с помощью краба для волос, но добиться такого же эффекта, как у Цэнь Синь, так и не смогла.
Оставив эту затею, она сдалась.
Чао Наньси села в машину, но долго не трогалась с места: она понятия не имела, каково это — иметь семью, состоящую из родителей и братьев.
В то же время она чувствовала себя некоей самозванкой.
Хотя она и не знала почему, но она переняла жизнь Нань Си, завладела её карьерой, а теперь даже собиралась использовать связи Семьи Нань, чтобы расчистить путь для своего восхождения в шоу-бизнесе.
Глядя в зеркало заднего вида, она попыталась мысленно отыскать Нань Си, но не обнаружила ничего.
Правильно ли она поступает?
Не получив ответа, Чао Наньси обратилась к воспоминаниям Нань Си.
Сведений о семье было немного, и сама она никогда не говорила о них посторонним, но Чао Наньси отчётливо ощущала скрытые там сожаления и чувство вины.
— Я буду хорошо относиться к твоим близким.
Чао Наньси приняла решение и дала себе слово.
Что же до того, как именно ладить с семьей Нань, у Чао Наньси пока не было чтимого плана, поэтому она решила положиться на свой актёрский профессионализм и действовать по ситуации.
Вилла Семьи Нань располагалась напротив зелёного парка — её стоимость была заоблачной. Среди бескрайней зелени буйно разрастались цветы и декоративные растения. Искусно кованая железная калитка скрывала внутри тщательно продуманный ландшафт, но не могла сдержать озорные ветви цветов, тянувшиеся за пределы стены.
Чао Наньси припарковала машину и, следуя подсказкам памяти, вошла внутрь, заметив у главных дверей Нань Чу.
Чао Наньси с прохладцей поздоровалась:
— Старший брат.
Нань Чу ждал её уже давно и сдержанно кивнул:
— Всё-таки держишь слово.
Чао Наньси поджала губы: у её старшего брата действительно был дар говорить вещи так, что лучше бы он молчал.
Чем больше скажешь, тем больше ошибок совершишь, поэтому она, подражая манере Нань Чу, просто кивнула, и они друг за другом ворвались внутрь, никак не ожидав, что в гостиной собралась вся Семья Нань.
Чао Наньси окинула всех взглядом:
Старший брат Нань Чу с семьёй из трёх человек; второй брат, Нань И, будучи врачом, пришёл один; и только третий брат, Нань Яо, занимавшийся научными исследованиями, оставался холостяком.
Сидевших на большом диване мужчину и женщину Чао Наньси без труда, даже не опираясь на память, узнала — это были родители Нань Си.
— Папа, мама.
Сухо бросив приветствие, она остановилась посреди гостиной. Диван был забит людьми, и свободное место оставалось только рядом с родителями.
— Сяоси, невестка видела твоё вчерашнее шоу, если тебе понадобится помощь невестки, не стесняйся.
Старшая невестка первой нарушила тишину, предоставив Чао Наньси отличную лазейку.
— Спасибо, невестка, я... действительно нуждаюсь в помощи невестки.
Под удивлёнными взглядами членов Семьи Нань Чао Наньси перешла прямо к делу:
— Я хочу уйти из компании и открыть собственную студию.
С момента своего дебюта Нань Си больше не возвращалась домой. Раньше она ещё созванивалась с матерью, но после интриг со стороны Ван Лань и эта связь оборвалась.
Спустя несколько лет она вдруг объявила о своём появлении, и первое же её слово — вот это?
Члены Семьи Нань с самыми разными выражениями лиц смотрели на неё.
Это решение Чао Наньси приняла прямо по дороге сюда: раз уж между ними залегла пропасть отчуждения, лучше сразу поставить всех перед фактом — Нань Си изменилась.
— Мама...
Стоило ей произнести это обращение, как в душе снова заворохнулось присущее Нань Си раскаяние. Поддавшись этому чувству, она невольно залилась слезами.
Мать Нань Си и без того тосковала по дочери, а увидев её слёзы, тут же вскочила на ноги и крепко обняла Чао Наньси.
— Моя девочка, мама же знала, что тебе пришлось несладко на чужбине, во всём виноваты эти бессердечные братья, ни один из них не пожелал тебе помочь.
Произнося это, мать Нань Си многозначительно покосилась на трёх сыновей.
Трое братьев из Семьи Нань синхронно перевели взгляд на отца Нань — они ведь просто подчинились отцовскому приказу.
Отец Нань с мрачным видом произнёс:
— Раз уж вернулась, поживи дома подольше, с каких это пор люди не появляются дома годами?
Не успел он договорить, как мать Нань Си окинула его ледяным взглядом:
— Нань Чжунхэ, я так и знала, что ты ставишь сыновей выше дочерей!
Отец Нань, пытавшийся казаться холодным и неприступным, испуганно замер: он ничего подобного не имел в виду, он всего лишь хотел немного продемонстрировать отцовский авторитет, ну совсем чуть-чуть!
Чао Наньси наконец поняла: хотя мать Нань Си и была единственной омегой в этом доме, истинной владычицей здесь являлась именно она.
— Мама, — Чао Наньси обняла мать за руку, полностью проникаясь чувствами Нань Си, — я так скучала.
http://bllate.org/book/28425/3435570
Сказали спасибо 0 читателей