Так называемое перемещение.
Что здесь происходит?
Она посмотрела на свои пухлые короткие конечности, подняла руку — хм, беленькая, нежная, так и хочется укусить. Она попробовала приложить немного усилий, чтобы сесть, но попытка не увенчалась успехом. Раскрыв рот, она хотела что-то сказать, но обнаружила, что способна издавать лишь нежные агукающие звуки.
Переведя взгляд на свои пухлые, похожие на корень лотоса запястья, она заметила на одном из них браслет в старинном китайском стиле — как раз такой, какой ей нравился. Стоило ей мысленно произнести исчезни, как браслет внезапно пропал, а при мысли появись — возник снова.
Пухлая ручонка изо всех сил ущипнула её за гладкую нежную щёчку. Тельце было слишком маленьким, так что даже приложив все младенческие силы, она не причинила себе особого вреда, но отчетливое ощущение боли дало понять: это не сон.
Что ж, она смирилась. Похоже, она попала в классическую историю о перемещении, причем — невероятно популярный сюжет, где женщина становится мужчиной.
Это было просто… непостижимо!
Разве в историях о перемещении не должен быть проводник? Почему она просто увидела сон, и даже не встретившись с тем, кто её сюда отправил, уже оказалась здесь? Это что ещё за фокусы — слышать голос, но не видеть хозяина?
Петуния, едва войдя в детскую, увидела, как её драгоценный малыш энергично размахивает ручками, что-то оживленно гуляя сам с собой. Как же это было мило! Она подошла, взяла Дадли на руки и, повинуясь порыву сердца, нежно расцеловала его.
— Мой милый Дадли, о чем ты думаешь? Расскажи маме, хорошо?
Она даже не заметила, как ребенок на её руках впал в состояние полного оцепенения.
В голове у младенца по имени Дадли бесконечной чередой крутилось одно слово: Дадли, Дадли, Дадли…
Он заторможенно посмотрел на женщину, ставшую его матерью, и тут услышал мужской голос:
— Петуния, ты где?
Дадли снова застыл, и теперь уже не мог себя обманывать. Что ж, он действительно оказался тем самым двоюродным братом-свиньей из Гарри Поттера, а его родители — это Петуния и Вернон Дурсль, одиннадцать лет измывавшиеся над бедным маленьким Гарри.
Этот мир сошел с ума!
Пережив короткий хаос, Дадли наконец смирился со своей новой личностью. В конце концов, в прошлой жизни она была одинокой сиротой, а теперь у неё были любящие родители, а скоро появится и милый младший брат — такая жизнь была именно тем, о чем она всегда мечтала.
Он взглянул на своё запястье, где теперь был невидимый браслет. Если верить голосу из сна, браслет признал его своим хозяином — это пространственный артефакт с бесконечной емкостью, из которого можно было черпать золотые галлеоны сколько угодно. Кроме того, на его имя был открыт счет в Гринготтсе: крупнейшее хранилище, доверху набитое золотом. Ключ также находился в браслете, и он мог забрать деньги в любой момент, когда возникнет необходимость.
Эта деталь мгновенно подкупила её, оставшуюся в прошлой жизни без гроша в кармане, и она решила остаться, чтобы стать им — Дадли Дурслем.
Силы младенца ограничены, и не успел он составить планы на будущее, как Дадли одолел сон. Под нежную колыбельную Петунии он сдался Морфею и послушно провалился в сон.
Прошло ещё несколько дней, и Дадли окончательно прояснил ситуацию.
Он — Дадли Дурсль, два месяца и семь дней от роду, сын Вернона Дурсля и Петунии Дурсль. Условия жизни в семье неплохие, хотя они и не миллионеры — как раз то, на что он надеялся. Родители души в нем не чают, а примерно через год у него появится милый кузен.
Дадли решил забить на сюжет. Голос сказал, что ему нет дела до того, что будет дальше — делай что хочешь, только не жди помощи, ведь голос больше не появится. К тому же, если подумать, разве можно обидеть такого милого ребенка, как Гарри? Дадли из оригинальной книги был просто идиотом. Такого чудесного братишку нужно баловать, откармливать, чтобы он рос здоровеньким, а в будущем — подобрать ему хорошего мужчину. (Гм, хорошего мужчину? Ну да, в прошлой жизни она была заядлой фудзи, хе-хе).
Возможно, само появление этого Дадли уже изменило историю. Его крылья ещё не успели взмахнуть, а ураган уже начался. Вскоре после того, как Дадли исполнилось три месяца, на пороге дома появился маленький, симпатичный младенец, который по канону должен был прийти только через год — сын сестры Петунии, Гарри Поттер.
Вернон и Петуния, испытывавшие отвращение к этому ребенку с его странными способностями, хотели было сразу бросить его в чулан. Но вот незадача: их сын был против. Маленький Дадли проявил к Гарри необычайную привязанность: он настаивал, чтобы они спали в одной колыбели, отказывался пить молоко, пока Гарри не накормят, и плакал, стоило Гарри хоть немного расстроиться. Это вынудило чету Дурсль относиться к Гарри так же, как к собственному сыну.
После беспокойного дня Дурсли чмокнули сына на ночь, бросили на Гарри убийственные взгляды и, оставив в комнате тусклый свет, ушли к себе. Только тогда Дадли получил возможность присмотреться к своему милому братишке.
Белое пухлое личико, мягкие черные волосы — вовсе не такие растрепанные, как в будущем, а аккуратно лежащие на детской головке. Красивых изумрудных глаз не было видно, так как Гарри спал, но длинные, густые, загнутые ресницы отбрасывали тень на щеки. Очаровательный носик, алые губки и такие же, как у него самого, мягкие белые ручки — какой же он милый! Дадли всё больше недоумевал: как настоящая семья Дурслей могла поднять руку на такого чудесного ребенка?
Подражая родителям, Дадли неуклюже поцеловал Гарри в лоб — чуть не разбудив его — и мысленно поклялся, что обязательно будет защищать Гарри!
А месяц спустя произошло событие, повергшее Дурслей в шок: их собственный драгоценный Дадли тоже оказался ребенком со странными способностями. Э, почему они использовали слово тоже? Ведь у Гарри не было никаких признаков магии.
Им очень хотелось свалить всё на маленького Гарри, но тот, за которым так хорошо ухаживали, не проявлял никаких странностей. Петуния начала корить себя, полагая, что дело в её наследственности, однако Вернон принялся её утешать, говоря, что её вины здесь нет.По мере того как Дадли намеренно демонстрировал свои способности, чета Дурсль постепенно привыкла к странным проявлениям сына. По крайней мере, они с удовлетворением отмечали, что Дадли никогда не показывал ничего необычного, когда рядом были посторонние.
За это время и с Гарри иногда случались странные вещи, но Дурсли, чье внимание было полностью поглощено сыном, попросту их игнорировали. В некотором смысле Дадли этим помог Гарри избежать неприятностей.
Как выяснилось, Дурсли были лишь донельзя упрямы и не могли смириться с чем-то необычным, а Петуния относилась к Гарри так плохо только из-за многолетней обиды на сестру. На самом же деле, супруги вовсе не были такими уж плохими людьми.
Прошло пять лет, и обоим мальчикам исполнилось по пять. Дадли уже привык к тому, что стоило ему только подумать — и нужный предмет сам прилетал в руки; на самом деле это было настолько удобно, что невольно вошло в привычку. Гарри же все еще оставался маленьким ребенком, поэтому его необычный дар проявлялся лишь тогда, когда магия случайно выходила из-под контроля. Он отчаянно завидовал способностям своего дорогого брата и мечтал обладать такими же, но был слишком мал, и даже несмотря на все попытки Дадли научить его контролировать свою силу, Гарри пока это не очень-то удавалось.
Дурсли тоже привыкли к тому, что вещи в доме непонятным образом летают туда-сюда. Обычно в подобных шалостях они винили собственного проказника-сына, а что касается Гарри — тот по сравнению с их маленьким сорванцом вел себя просто идеально.
За эти годы супруги Дурсль смирились с существованием магии. Когда главное препятствие исчезло, разве мог кто-то устоять перед послушным, добрым и милым Гарри?
Хотя в глубине души у Петунии все еще оставался неприятный осадок, а Вернон нет-нет да и задумывался о ребенке, обладающем такой же магией, как и его собственный сын, в большинстве случаев они были к Гарри вполне добры. Конечно, их отношение к нему нельзя было сравнить с тем, как они относились к Дадли, но если вспомнить то, что осталось в памяти Дадли, это были небо и земля.
Гарри был вполне доволен, ведь по сравнению с тем, что было пару лет назад, нынешнее отношение тети Петунии и дяди Вернона казалось ему сном наяву.
Умный маленький Гарри прекрасно понимал, что такой жизнью он обязан именно стараниям брата Дадли. Каждый раз, когда тетя или дядя относились к нему плохо, брат всегда вставал на его защиту. А когда магия Гарри выходила из-под контроля и он натворил бед, брат всегда брал удар на себя, спасая его от наказания. К тому же способности брата Дадли были такими удивительными, и он был единственным, кто каждый праздник и на день рождения дарил ему подарки.
Пересчитывая на беленьких пальчиках достоинства брата, Гарри думал о том, что в его маленьком сердечке Дадли — самый лучший и самый замечательный человек на свете!
— О чем задумался? — Дадли держал в руках два порции мороженого. Он протянул одну Гарри, а свободной рукой взъерошил его вечно растрепанные волосы.
Гарри взял мороженое и с радостью обнаружил, что это именно его любимый вкус. Он с благодарностью посмотрел на кузена своими большими изумрудными глазами и, открыв ярко-красный ротик, с аппетитом откусил большой кусок. Надо сказать, что хотя в доме мороженого было предостаточно, Дадли всегда говорил, что злоупотребление сладким вредно для роста, поэтому никогда не разрешал Гарри есть много. Разумеется, и сам он тоже знал меру.Дадли, куда мы сегодня пойдем играть? — Голос Гарри был мягким и нежным, детским и звонким, очень приятным на слух.
Дадли задумался:
— Я и сам не знаю, посмотрим. В любом случае, нельзя уходить слишком далеко, иначе папа с мамой будут волноваться. — Собственный голос Дадли звучал звонко, с прохладными нотками.
— Угу, хорошо. — Гарри послушно кивнул и в два счета расправился с мороженым.
Одним из любимых мест Дадли и Гарри был небольшой парк неподалеку от их дома. Там появлялись только хорошо знакомые соседи, и почти не было чужаков. Было тихо, и братья могли спокойно заниматься тем, что им нравилось. Там росли большие деревья и зеленела трава, и больше всего они любили брать с собой еду, садиться на траву и в тени раскидистых ветвей никогда не беспокоиться о палящем солнце.
В этот день братья снова пришли туда. На этот раз они принесли с собой много еды, потому что им скоро нужно было идти в школу, и в будущем возможностей приходить сюда, скорее всего, станет гораздо меньше.
— Дадли, мы ведь скоро пойдем в школу. — В больших глазах Гарри сиял огонек предвкушения.
Дадли отложил книгу, которую держал в руках — он вообще любил почитать, — и с улыбкой посмотрел на радостного Гарри.
— Ты так ждешь этого?
Гарри энергично кивнул:
— Угу! Конечно, тогда мы сможем завести много новых хороших друзей. — Для маленького Гарри друзья были чем-то невероятно желанным.
Дадли взъерошил его растрепанные волосы — этот малыш был еще совсем крошкой, а его шевелюра уже начинала жить своей жизнью.
— Но ты должен пообещать мне одну вещь.
— Хорошо, какую? — Гарри охотно кивнул.
Дадли задумался, отложил книгу, и его выражение лица стало серьезным:
— В школе нельзя пользоваться нашими способностями, понял?
Гарри тяжело вздохнул и похлопал себя маленькой ручкой по груди:
— Напугал до смерти, я-то думал, что случилось. Конечно, можно. Мы же и так не пользуемся ими при посторонних?
— Да, верно. Но я все равно считаю, что лучше напомнить тебе. Сам знаешь, папа с мамой всегда запрещают нам использовать способности на людях, и делают это ради нашего же блага. Поэтому мы должны слушаться.
— Однако, если кто-нибудь попытается нас обидеть, можно сделать исключение. Мы никому не позволим обижать себя просто так. — Дадли подумал немного и быстро добавил это.
Гарри с восхищением посмотрел на Дадли — старший брат говорил так внушительно!
— Угу, — усердно закивал маленький малец, — мы никому не позволим себя обидеть. — Он даже сжал кулачки, демонстрируя решимость!
Затем выражение лица Гарри внезапно стало тревожным.
— Братец?
Дадли посмотрел на него:
— Гарри, скажи, а когда у тебя появятся новые друзья, ты не перестанеш со мной играть?
Гарри испуганно затряс головой:
— Ну как такое возможно, братец — самый важный для меня человек. А ты, братец? Ты ведь тоже не бросишь меня, правда?
Дадли твердо кивнул:
— Разумеется, Гарри тоже один из самых важных людей для меня. Но я хочу, чтобы в будущем у тебя было много важных людей, совсем как у меня.
Гарри склонил голову набок, совершенно озадаченный:
— Почему?
— Потому что чем больше у тебя важных людей, тем важнее становишься ты сам.
На нежном белом личике Гарри застыло множество вопросов. Но Дадли лишь слегка улыбнулся и ничего не ответил. Сейчас Гарри все равно ничего не поймет, а когда вырастет — поймет сам.
http://bllate.org/book/28566/3453393
Готово:
