— Кто это? — допытывался Цинь Цзян.
— Второй сын из поместья Сюй, Сюй Сюнь.
В Столице, если заходила речь о поместье Сюй, не было человека, который бы о них не знал. Семья Сюй — древний и влиятельный род, чистый и благородный дом. Дед Сюй Сюня — нынешний великий наставник, отец занимает пост Ректора академии Гоцзыцзянь, а старший брат уже состоит на государственной службе. Сам Сюй Сюнь тоже весьма выдающийся юноша: не успев достичь двадцати лет, он уже был принят в Шаншэ. Если в этом году на Государственном экзамене он покажет высший результат, то сразу сможет пройти Шихэ шоугуань — путь к получению официальной должности.
— Значит, он из семьи Сюй, — в сердце Цинь Цзяна шевельнулось невольное восхищение, смешанное с легкой грустью. Только в столь благородном доме мог вырасти такой утонченный, подобный нефриту господин. А та маленькая девочка, должно быть, младшая внучка старого великого наставника Сюй; в будущем она либо выйдет замуж в знатный дом, либо попадет во дворец, будучи просватанной за одного из принцев.
— Ты обычно ведешь себя так, будто тебя не волнует ничего вокруг, совсем как маленький старичок, никогда не интересуешься чужими делами. Что с тобой сегодня? — с любопытством спросил Фэн Янь.
— Просто спросил, разве нельзя? — Цинь Цзян поспешно перевел тему. — У тебя есть время следить за мной, лучше бы позаботился о своих делах.
— А что со мной? Какие у меня дела?
— Му Цзинфэн, — стоило Цинь Цзяну произнести это имя, как у Фэн Яня тут же пропал аппетит.
И правда, Фэн Янь отложил палочки и злобно бросил:
— У меня с ним счеты не первый день. Подумаешь, еще раз подерусь — придет беда, будем отбиваться, придет вода, будем ставить запруду, какие у него могут быть новые уловки?
Цинь Цзян в досаде приложил ладонь ко лбу:
— Скоро Государственный экзамен, ты что, не хочешь перевестись во Внутренний зал? Осторожнее, Управляющий обучением придерется к твоей успеваемости.
— Ты слишком высокого обо мне мнения. Я и так не особо силен в Государственном экзамене, и какая польза от оценок по другим дисциплинам? — Фэн Янь безразлично махнул рукой. — Я никогда не думал о том, чтобы делать чиновничью карьеру через экзамены. Хочу в будущем пойти на границу, в армию, продолжить дело отца.
— Но статус военного чиновника ниже, чем у гражданского, — заметил Цинь Цзян.
Фэн Янь, разумеется, это знал. В Великой Чу высоко чтили словесность и пренебрегали боевыми искусствами, но он ничего не мог с собой поделать — это было ему по душе. Раз уж он что-то полюбил, он непременно будет этим заниматься, а если заставить его делать то, что не нравится, — ничего путного не выйдет.
— Если я сдам экзамен, а ты нет, мне придется уйти учиться во Внутренний зал, и мы расстанемся, — Цинь Цзян выглядел подавленным. Хотя они с Фэн Янем были знакомы меньше года, он уже считал его своим лучшим другом.
— Пустяки, я буду ходить чуть больше, стану часто приходить во Внутренний зал проведать тебя, разве этого недостаточно? — в шутку сказал Фэн Янь. — Да и к тому же, еще не факт, что ты сам пройдешь во Внутренний зал, к чему сейчас об этом думать.
— Твой язык — это просто наказание, — Цинь Цзян закатил глаза. Только что возникшая грусть мгновенно испарилась после порции насмешек Фэн Яня.
Наевшись досыта, Цинь Цзян и Фэн Янь вместе вернулись в класс. Они увидели, что большинство Учеников Тайсюэ уже сидят за столами, читая книги, — почти не было свободных мест. В конце концов, до экзаменов оставалось совсем немного, и все отказались от послеобеденного отдыха, усердно штудируя науки. Напряжение мгновенно передалось и им.
Увидев это, Цинь Цзян перестал болтать с Фэн Янем и послушно вернулся на свое место за книгами. Фэн Янь же, заскучав, уткнулся лицом в парту и отправился видеть сны.
После обеда была лекция Боши по законодательству. Боши в прошлом служил в Министерстве наказаний, и от него веяло таким холодом, что никто не смел смотреть ему в глаза. Даже Фэн Янь сидел выпрямившись и внимательно слушал, как Боши излагает законы Великой Чу.
Как только лекция закончилась, ученики тут же разбрелись, словно стадо овец, потерявшее пастуха. Дело в том, что дальше по расписанию был урок Доктора боевых искусств. На плацу стояло всего около десятка студентов, остальные либо отпросились, либо прогуливали — никто не ставил Доктора боевых искусств ни во что.
— И это все? — Доктор боевых искусств вышел на плац и приподнял бровь, оглядывая присутствующих.
— Господин Боши, остальные отпросились из-за болезни, — сказал кто-то.
Доктор боевых искусств усмехнулся. Какая болезнь? Ясно же, что они все силы бросили на подготовку к Государственному экзамену, позабыв про боевые искусства. Он безразлично произнес:
— Начнем. Сегодня снова тренировка верховой езды, разбирайте лошадей и приступайте к упражнениям.
Стоило Доктору боевых искусств закончить фразу, как Фэн Янь, схватив Цинь Цзяна за руку, рванул к конюшне, боясь, что лучших скакунов разберут другие. Му Цзинфэн же медленно плелся следом, по пути высмеивая Фэн Яня. Разумеется, его приспешники тоже бросились в конюшню, чтобы отобрать лучших коней для своего главаря.
Конюшня в Тайсюэ была куда больше обычных, в ней содержались сотни лошадей. Фэн Янь, обладавший острым взглядом, приметил сивую лошадь, поспешно подошел к ней, схватил за поводья и погладил гриву. Затем он повел Цинь Цзяна дальше, чтобы выбрать коня для друга.
Цинь Цзян ничего не смыслил в лошадях, поэтому всегда полагался на Фэн Яня. Он просто следовал за ним, скользя взглядом по сторонам, и обнаружил, что здесь представлены лучшие скакуны на любой вкус. Фэн Янь, долго выбирая, заметил черного коня, который неспешно жевал траву. Его грива была черна, как разлитая тушь, копыта — крепкие и сильные, сразу было видно: добротный конь.
— Этот хорош, бери его, — указал Фэн Янь на черного коня.
Цинь Цзян, разумеется, был не против и уже собрался подойти, чтобы взять коня за поводья, как чья-то рука опередила его. Цинь Цзян опешил, а из-за спины послышался холодный голос:
— Какая жалость, но на этого коня я положил глаз.
Фэн Янь обернулся — конечно, это Му Цзинфэн пришел строить козни.
— Я первый его выбрал, — возразил Фэн Янь.
— А мой человек первым схватил поводья, — парировал Му Цзинфэн.
Приспешник, схвативший поводья, подобострастно улыбнулся Му Цзинфэну, а затем свысока бросил Цинь Цзяну:
— Кто же виноват, что вы такие медлительные? Уж извините.
— Вы бессовестные! — взбеленился Фэн Янь. — Му Цзинфэн, чего тебе надо от меня? Зачем ты цепляешься к моему брату?
— Цинь Цзян помогает тебе переписывать тексты, раз он помогает тебе — значит, идет против меня.
Цинь Цзян потянул Фэн Яня за рукав:
— Давай возьмем другого, не стоит опускаться до споров с этим невежественным мальчишкой.
— Кто это тут «невежественный мальчишка»? Цинь Цзян, а ну повтори! — Му Цзинфэн пришел в ярость и со всей силы толкнул Цинь Цзяна. Тот не удержался на ногах и пошатнулся.
— Ты смеешь распускать руки? — Фэн Янь последние дни сдерживался, терпя выходки Му Цзинфэна, но теперь чаша терпения переполнилась, и он с размаху ударил того кулаком в лицо.
Цинь Цзян испугался: драка на территории академии — это серьезно. До экзамена остались считанные дни, Му Цзинфэн-то уже махнул на себя рукой, но Фэн Янь… он же погубит свои шансы.
Цинь Цзян поспешил растащить их, но оба были в азарте и никто не хотел уступать. Удар за ударом, тычок за тычком — все изученные приемы боевых искусств нашли свое применение в этой драке. Вскоре оба уже были с подбитыми лицами.
http://bllate.org/book/28704/3470718
Готово:
