Глядя на аккуратно застеленную постель, Ло Бо довольно «ух ты» — и зарылся лицом прямо в одеяло.
Он потерелся о мягкую ткань, пытаясь пропитать её собственным запахом, заглушить свежий аромат нового хлопка.
После этого его взгляд упал на лежащую рядом одежду.
Материя этих вещей была даже приятнее на ощупь, чем та, что была на нём самом.
Он взял одну вещицу, приложил к себе, остался доволен и аккуратно положил обратно.
Новая одежда, новая постель...
Ло Бо хихикнул и с превеликим удовольствием отправился готовить сегодняшний ужин.
Стоило ему выйти за порог, как какой-то мальчишка всё ещё озирался возле их двора, вытягивая шею.
Заметив появившегося Ло Бо, паренёк тут же с улыбкой окликнул его:
— Невестка! Дедушка велел передать тебе кое-что. Держи.
Половина глиняного кувшина с соевыми бобами оказалась прямо в руках у Ло Бо.
— Это у нас дома на солнце сушили. Слыхали, вы собираетесь огород сажать, так вот эти бобы — отборные, самые лучшие.
Закончив говорить, он уже собрался было повернуть назад и дать драпу, как вдруг заметил Фу Жоханя.
— Братец Фу.
Ло Бо разглядывал крупные, налитые, отборные соевые бобы.
В его голове уже вовсю вертелись мысли о том, как бы приготовить из них тофу. А если раздобыть мёд и плеснуть чуток в соевое молоко, выйдет наверняка объедение.
Невидимые кроличьи ушки Ло Бо тут же торчком встали на макушке.
Он ждал этого с нетерпением.
Внук дяди Лю поспешно замахал рукой:
— Братец Фу, насчёт свадьбы... — он притоптнул ногой. — Тетушка сказала, насчет свадебных нарядов можете не беспокоиться, она сама сошьет.
Фу Жохань ответил:
— Потревожим тётю Лю.
Он развернулся, вошёл в дом и вынес свёрток из промасленной бумаги, в который были спрятаны медные монетки.
Он протянул угощение внуку дяди Лю — Лю Эрсяо.
— Возьми, поешь сластей. Спасибо вам за бобы. Как раз в следующий раз придём к вам зерно смолоть.
Лю Эрсяо уже было хотел отказаться, но, услышав его слова, растерялся и не знал, за что хвататься.
— Л-ладно, братец Фу.
Он снова попытался отказаться, но Фу Жохань добавил:
— Я сегодня забыл взять мелкие монеты, так что положил их прямо внутрь. Беги быстрее домой, смотри, чтобы никто не заметил.
Стоило Лю Эрсяо услышать это...
— Ой, ой, я сию минуту им отнесу!
Проводив его взглядом, Фу Жохань обернулся.
И тут же встретился взглядом с любопытными глазками Ло Бо.
Уголки губ Фу Жоханя сами собой поползли вверх:
— Твоё — в корзинке.
В корзинке?
Ло Бо забавно зашевелил носом. Он-то давно уже уловил какой-то приятный запах — сладковатый и нежный.
Он думал, это пахнет его новая одежда.
Оказывается, это аромат той самой бумажной обёртки?
Ло Бо зачерпнул пригоршню соевых бобов и опустил их в воду отмокать.
С этими мыслями он повернулся и зашагал в комнату.
Там он отыскал гостинец, который Фу Жохань только что вручил пареньку.
Стоило развернуть бумагу, как взору предстали аккуратные ряды пирожных.
Глаза Ло Бо засияли ещё ярче.
Он тут же схватил одно и принялся пробовать.
Ло Бо усердно жвал.
Его пухлые щёчки комично двигались туда-сюда, а глаза то и дело хлопали, пока он вовсю наслаждался божественным вкусом лакомства.
— Вкусно!
Ло Бо прижмурил глаза и, прижимая к груди кулёк из промасленной бумаги, вприпрыжку примчался в комнату Фу Жоханя. Он схватил того за руку, в которой всё ещё зажимала кисть.
Фу Жохань резко вскинул голову, а затем перевёл взгляд на собственную руку.
— Очень вкусно! — Ло Бо сгрёб все пирожные разом и сунул ему под нос. — Ешь скорее, правда объедение.
Парочка сладостей лежала на маслянистой бумаге.
Ло Бо вился вокруг него волчком.
Если бы Фу Жохань не съел хотя бы одно пирожное, ему бы ни за что не вырваться из лап этого Кролика.
Фу Жохань взял одно, надкусил, и крошки рассыпались по ладони.
Снаружи хрустящая сладкая корочка, а внутри — кисловатая начинка из боярышника.
Фу Жохань вообще-то не жаловал сладости.
Но это пирожное так приятно щекотало вкусовые рецепторы, что казалось лучшим из всего, что он пробовал.
— Ну как, вкусно ведь? — Ло Бо выпятил грудь и с гордостью заявил.
Фу Жохань заварил чайник чая, над которым поднимались легкие струйки пара.
Они пили чай, закусывая сладостями, и в мгновение ока прикончили все эти дорогие пирожные.
Вот только после этого Ло Бо одолели сомнения.
Раз они умяли столько сладкого, полезет ли теперь вообще ужин?
Ло Бо поскрёб в затылке своей маленькой головки.
— Ахань...
— Что такое?
Ло Бо с виноватым видом принялся выписывать круги на полу носком ботинка.
— Кажется, на ужин уже совсем не осталось места...
Раз не хочется, можно и не ужинать.
Видя, как Ахань во всём ему потакает, Ло Бо робко поинтересовался:
— Мы ведь поженимся, а следующей весной... я ведь смогу ещё уйти?
Услышав этот вопрос, Фу Жохань на мгновение тяжело задышал, но тут же взял себя в руки.
Жажда удержать Ло Бо колотилась в его груди, вздымаясь бурными волнами, грозящими поглотить человека, стоявшего перед ним.
Улыбка, застывшая на губах Фу Жоханя, едва держалась, грозя сорваться.
— Если... если... вдруг нельзя, то я... — Ло Бо запнулся, несколько раз повторив это я.
Тогда я просто останусь рядом с тобой. Человеческий век — всего лишь миг, он может и подождать.
Ло Бо и сам не понимал, с чего вдруг пришла в голову такая мысль, но это были слова из самого глубинного уголка его души.
Фу Жохань подавил пугающие эмоции в своем сердце:
— Хорошо.
Ло Бо держал в своих руках сердце Фу Жоханя, всецело повелевая им.
Его зрачки стали ещё чернее и глубже.
Он ни за что не отпустит Ло Бо, ведь тот обязан остаться при нём.
Ло Бо склонил голову набок, недоумевая, почему Фу Жохань согласился с такой улыбкой, но при этом выглядит вовсе не радостным. Все люди такие странные? Никогда не выражают свои чувства открыто.
Ладно-ладно, побудет с ним ещё пару десятков лет.
В конце концов, он же проводил в последний путь даже Матушку Крольчиху.
Он ведь не слишком горевал, да и Матушка Крольчиха не особо его жаловала — он ведь был особенным Кроликом.
Маленький ростом, невероятно сильный, проживший столько лет.
Все остальные кролики сторонились его.
Что до оставшихся в живых братьев и сестер...
Вернее, их потомков.
Ло Бо по привычке звал их братьями и сестрами, ведь в их жилах текла та же кровь.
От долгих размышлений в животе снова заурчало.
Ло Бо немного подумал.
Запасов еды в доме кот наплакал, ничего особенного состряпать не выйдет.
Хм.
Сварить немного тыквенной каши, испечь парочку тыквенных лепёшек да обжарить куриного мяса.
— Время ужинать, пора за стряпню! — Ло Бо выпорхнул из комнаты Фу Жоханя и засуетился у очага, колдуя над вечерней трапезой.
Ужин у них вышел простым: немного тыквенной каши, пара лепешек из того же овоща да жареная курица — наелись от пуза.
Ло Бо покосился на кусок вяленого мяса, подвешенный на перилах: из него подсолнечным цветом сочился жир и капля за каплей падал в миску под ним.
Этим жиром как раз можно смазать деревянную дверь, чтобы она перестала противно скрипеть.
Затем он перевёл взгляд на Фу Жоханя: похоже, только что обуревавшие того эмоции бесследно рассеялись. Тот молча уплетал еду из своей миски, механически пережёвывая каждый кусок.
Любуясь точеными, почти демоническими чертами лица Фу Жоханя, Ло Бо на миг задумался.
Сравнил себя с ним.
— Фу Жохань, ты поправился.
— Под стать Сяо Ту, — уголки губ Фу Жоханя чуть приподнялись.
Ло Бо был ужасно горд собой — по крайней мере, его грандиозный план по откармливанию человека сделал первый шажок.
Когда они встретились впервые, щеки Фу Жоханя ввалились, и даже при утонченной внешности лицо казалось мрачным из-за истощения.
Теперь же благодаря заботе Ло Бо он заметно прибавил в весе.
Ну, не то чтобы прямо растолстел, но на щеках появилась приятная плоть.
Стал еще красивее.
— Да, кстати, — начал Ло Бо, и Фу Жохань тут же посмотрел на него. — Я собираюсь... навестить матушку, нужно рассказать ей о происходящем.
Услышав это, Фу Жохань отложил палочки и чашку.
— Нужно ли захватить что-нибудь с собой?
— Неа. Хватит и того, что уже есть! — Ло Бо указал на овощи и фрукты за своей спиной. — Мои братья и сестры жутко любят такое.
В глазах Фу Жоханя заплясали весёлые искорки:
— Мне пойти с тобой?
Пойти с ним?
Ло Бо тут же вспомнил, что он ещ-щ-щё не до конца доверяет Фу Жоханю.
По крайней мере...
Хм...
Ло Бо немного подумал.
По крайней мере, стоит дождаться свадьбы, а уж потом идти к дедушке Туди.
— Нет-нет, тебе нельзя.
Заметив, как решительно Ло Бо отказался, уголки глаз Фу Жоханя печально опустились:
— Раз так, я буду ждать тебя дома.
Взгляд Фу Жоханя сделался влажным и пронзительным, отчего у любого сердце бы сжалось от жалости.
— А твои родные и друзья придут?
Заметив, как Фу Жохань тут же прикрыл глаза ресницами, пытаясь спрятать разочарование, Ло Бо засуетился, закружил вокруг него волчком.
— Придут, обязательно придут, ты только не грусти!
— Сяо Ту.
Фу Жохань поднял голову, на глазах блестели слёзы, а на губах играла улыбка.
— Правда?
— Честное слово! — Ло Бо вытащил платок и принялся бережно промокать слезинки у него в уголках глаз. — Не печалься, я никогда не вру.
Он выпятил грудь и с гордостью выпалил:
— Ахань, можешь опереться о кроличью грудь!
В Фу Жохане вмиг проснулось озорство, уголки его рта изогнулись в лукавой улыбке:
— Правда?
— Конечно! — Ло Бо притянул голову Фу Жоханя к своему плечу.
Прильнув к нему, Фу Жохань отчетливо услышал жаркий стук чужого сердца — его сердце, чистое и звонкое, словно нефрит, гулко и мощно билось совсем рядом с ухом.
Если родня и друзья Ло Бо действительно явятся, значит ли это, что их свадьба по-настоящему состоится?
Стоит только уговорить тестя с тёщей — и тогда Ло Бо будет привязан к нему на всю оставшуюся жизнь.
Мрачно и сладко пронеслось в голове Фу Жоханя.
Но стоило ему прижаться к Ло Бо, как желание отпускать кого-либо исчезло вовсе.
http://bllate.org/book/29117/3539368
Готово:
