Лу Лисюань с облегчением выдохнул. Он не забыл наставлений Старого монаха и Чун Мина о том, что о паранормальных вещах нельзя болтать лишнее. Линь Сяоци всегда была смышленой, её оценки никогда не опускались ниже первой десятки в параллели, и если она вцепится, то обязательно вытянет из него всю правду. Лучше сразу пресечь любые расспросы.
Он постарался как можно более непринужденно сменить тему:
— Даже если Чжан Сыхань солгала, её родители обычно к ней хорошо относились. Но почему они изменили свои показания? Сначала кричали, что во что бы то ни стало добьются правды, а прошел всего месяц — и уже всё, претензий нет. Тут явно что-то нечисто!
Линь Сяоци стояла на стремянке и парой движений свернула постельные принадлежности:
— Да всё из-за денег! Я слышала, школа выплатила им приличную компенсацию, вот они и притихли. Родители Чжан Сыхань небогаты, особенно мать. До развода отец заранее переписал всё имущество на себя, матери даже квартиры не досталось, до сих пор вместе с дочкой по съемным углам ютится. А с этими деньгами она теперь хоть небольшую квартиру, но сможет купить.
— Как они могли так поступить? — Лу Лисюань был явно потрясен.
Чун Мин протянул длинную руку и помог Линь Сяоци спустить свернутый матрас:
— Откуда ты всё это знаешь?
Судя по её тону, она была в курсе множества подробностей.
— Спасибо, брат Чун! — Линь Сяоци одарила Чун Мина лучезарной улыбкой, легко спрыгнула со стремянки на пол и отряхнула руки. — Это всё папа Ван Цзяцзя выведал. У него есть знакомые в полиции. Раз уж такое случилось, конечно, нужно было во всем досконально разобраться.
— И что сказали в полиции? Это действительно было самоубийство? Никакой подоплеки? — поспешно спросил Лу Лисюань.
Линь Сяоци достала влажную салфетку и протерла руки:
— Самоубийство. Ван Цзяцзя сказала, что её отец наводил справки: это точно было самоубийство. Правда, полицейские тоже недоумевают: Чжан Сыхань совсем не была похожа на ту, кто собирается свести счеты с жизнью, но они провели тщательную проверку и подтвердили: суицид.
— Вот именно, — она выбросила грязную салфетку и принялась рыться в рюкзаке. — Поэтому мы с Чэнь Сюэ и Ван Цзяцзя заподозрили, не наваждение ли это. Но даже если и так, нам всё равно не под силу в этом разобраться.
Она выудила два прямоугольных предмета и протянула по одному Чун Мину и Лу Лисюаню.
Шоколад! У Чун Мина загорелись глаза. В последний раз он ел шоколад, когда его приносил А Чжань, больше года назад.
— Спасибо, — он бережно принял угощение и одарил Линь Сяоци широкой улыбкой.
О боже, о боже, о боже!
Линь Сяоци прижала ладони к груди, боясь, что сердце вот-вот выпрыгнет наружу.
Лу Лисюань перевел взгляд с Чун Мина на Линь Сяоци и тяжело вздохнул, охваченный необъяснимой печалью.
Бабушка говорила, что негоже принимать дар, не заслужив его.
Однако Чун Мин принял шоколад, закатал рукава и принялся помогать ей с вещами, так что вскоре комната опустела.
Линь Сяоци не стала забирать постельное белье, а просто сказала коменданту общежития, чтобы та сама распорядилась им, как посчитает нужным. Вещи, книги и одежду она сложила в большой чемодан, стоявший у кровати.
Чемодан с книгами оказался невероятно тяжелым, но Чун Мин легко закинул его на плечо и спустил с шестого этажа, вызвав искреннее восхищение у Линь Сяоци и Лу Лисюаня.
— Вот это мужчина, настоящий мужчина... — пробормотала Линь Сяоци.
Лу Лисюань, услышав это, посмотрел на свои тонкие руки и ноги и окончательно приуныл.
Выйдя за ворота школы, Линь Сяоци обменялась с Чун Мином контактами в мессенджере и с явным сожалением села в такси.
— Что теперь будем делать? — спросил Лу Лисюань.
Чун Мин задумался. Линь Сяоци рассказала всё, что знала. Если судить с обычной точки зрения, Чжан Сыхань действительно покончила с собой, и никакой речи о преднамеренном убийстве не шло. Странным было лишь то, что это произошло так внезапно.
Но с точки зрения оккультизма учитель уже подтвердил: Чжан Сыхань определенно погибла не своей смертью. Значит, её кончина точно связана с паранормальным событием.
Однако, как и полиция не могла найти причину самоубийства, так и он не мог найти источник той темной силы. Общежитие было самым обычным, комната на шестом этаже — тоже.
Оставался лишь один вариант: сама Чжан Сыхань была не в порядке. Или же само это проклятие началось внутри неё!
Но тело Чжан Сыхань уже кремировали, осмотреть его не было возможности. Да и вряд ли бы это помогло: если её захватил Дух обиды или Свирепый призрак, то после смерти девушки они давным-давно скрылись, чтобы найти новую жертву. Но если это был Дух обиды или Свирепый призрак, её душа должна была быть поглощена, почему тогда произошла потеря души?
Голова шла кругом. Чун Мин раздраженно нахмурился. Он больше всего на свете ненавидел ломать голову над такими вещами. В городе всё было слишком сложно, и он внезапно затосковал по беззаботным дням в горах.
— Возвращаемся в наш дворик, — сказал он.
Пусть над такими задачами ломает голову учитель. Вместе с Лу Лисюанем они отправились к старому особняку, и, благодаря Лу Лисюаню, Чун Мин даже впервые в жизни прокатился на такси.
У входа в переулок они издалека увидели грузовик, припаркованный у ворот. Люди в униформе снов и снов носили какие-то вещи. Подойдя ближе, они разглядели разнообразную бытовую технику, а за грузовиком скрывался черный легковой автомобиль.
Это была машина старшего соученика! Чун Мин узнал цифры на номерном знаке.
Как и ожидалось, войдя во двор и обогнув экран-ширму, они увидели Старого монаха и Вэй Шуфана, беседующих под виноградной лозой.
— Учитель! Старший соученик!
Чун Мин вместе с Лу Лисюанем подошли к ним, и взгляд его тут же приковал предмет в руках Старого монаха.
Планшет!
Старый монах, заметив его взгляд, прижал планшет к груди и подозрительно произнес:
— Это твой старший соученик купил для меня. Твой — вон там.
Чун Мин проследил за его жестом и увидел, как Цзин Хай достал с земли черную сумку для ноутбука и подошел к нему:
— Господин Чун, это для вас.
!!!
Чун Мин был ошеломлен нежданным счастьем. Нет, нет, нет, неужели это то, о чем он подумал?
Он с замиранием сердца и трепетом принял сумку, ощутил её вес, расстегнул молнию и заглянул внутрь. Как и ожидалось, там лежал абсолютно новый, угольно-черный ноутбук!
Компьютер! Новый!
Чун Мин радостно вскрикнул, его лицо покраснело от восторга. Он расплылся в широчайшей улыбке и, не успев даже толком осознать происходящее, сорвался с места и бросился к Вэй Шуфану, с размаху обнимая его.
— Ва-а-а-а, старший соученик, я тебя обожаю!
http://bllate.org/book/29534/3591383
Готово:
