Хэ Юйчи вошел в дом и увидел, что юноша крепко прижимает к груди коробочку с печеньем и на цыпочках, бесшумно семенит в его сторону.
— Мои пирожные вернулись? — Бай Мо говорил одними губами, как какой-то воришка, смертельно боясь, что его кто-нибудь услышит.
Хэ Юйчи погладил голову юноши и ответил точно таким же шепотом:
— Купил. Момо хочет съесть их наверху или здесь, на первом этаже?
— Наверху.
Бай Мо терпеть не мог, когда Шань Сыхэ разглядывал его с таким прищуром, словно в нем было что-то постыдное. Сам-то он вел себя честно и прямо, будучи чистейшим и непорочным маленьким снежным хорьком.
Маленький Вестник услужливо подсказал:
— Это второй мужской персонаж, Шань Сыхэ, а еще он сводный брат главной героини, Шань Сяовэнь.
Раньше Бай Мо видел фотографии Шань Сыхэ, но с тех пор, как они с Хэ Юйчи начали крутить нежный и липкий роман, в сердце преданного маленького хорька уже не осталось места для посторонних. Никто не мог сравниться с его Юйчи: Шань Сыхэ с первого взгляда казался совершенно лишенным той теплой улыбки и мягкости, что были свойственны его Юйчи.
— Хорошо.
В одной руке Хэ Юйчи держал пакет с пирожными, а другой сжимал руку Бай Мо. Войдя в гостиную и заметив сидевшего рядом с Матерью Хэ Шань Сыхэ, он нахмурился и с недовольным выражением лица заступил дорогу Бай Мо, загораживая его от чужого жгучего взгляда.
— Юйчи, дорогой, это же Сяохэ. Вы ведь раньше часто играли вместе, помнишь? — Разве Мать Хэ не могла ощутить искры, проскочившие в гостиной? Однако ей было неловко вмешиваться, и она попыталась сменить тему.
Всегда обходительный со всеми Хэ Юйчи на этот раз вел себя из ряда вон плохо и не собирался улыбаться какому-то «чужаку». Его ледяной голос прозвучал на всю комнату:
— Не помню.
А раз так, не нужно заводить с ним разговоры о былой дружбе и тем более даже надеяться заглядываться на его Момо.
В атмосфере внезапно повисло неловкое молчание. Хэ Юйчи еще никогда не вел себя столь безапелляционно, и от этой натянутой до предела обстановки Мать Хэ даже растерялась, не зная, как сгладить углы.
Шань Сыхэ неожиданно подал голос:
— Бай Мо, возможно, мой вопрос прозвучит излишне прямо, но я бы хотел узнать: тебя в свое время усыновили? — Мужчина не сводил глаз с юноши, выглядывающего из-за спины Хэ Юйчи, не желая упускать ни единого выражения на его лице.
Лицо Бай Мо странно изменилось: откуда Шань Сыхэ мог знать, что пара родителей-кровопийц подобрала первоначального владельца тела на обочине дороги? Неужели слепая кошка поймала мертвую мышь?
Внезапная задумчивость юноши подарила Шань Сыхэ надежду. Чем дольше он вглядывался в Бай Мо, тем больше тот казался ему похожим на мать, и сердце мужчины затрепетало от волнения. Спустя семнадцать лет неужели он наконец сможет отыскать своего младшего брата?
Маленький Вестник быстро полистал досье второстепенного персонажа и выяснил, что у Шань Сыхэ и впрямь пропал младший брат — самый настоящий кровный родственник. Мальчик потерялся, когда ему было всего пять лет, и мать тогда скончалась от тяжелой депрессии, бесконечно тоскуя по нему. То, что он тогда недосмотрел за братом и позволил тому потеряться, навеки осталось незаживающей раной на дне его души.
— Момо — это потерявшийся Сяонянь? — Мать Хэ не верила своим ушам. Она вытянула Бай Мо вперед и принялась внимательно его разглядывать: черты лица, которые прежде казались смутно знакомыми и приятными, теперь всё сильнее напоминали ее лучшую подругу.
Точно! Неудивительно, что при первой же встрече Бай Мо показался ей таким родным. Если это и впрямь Сяонянь...
— Момо, скажи тете, ты — родной сын своих родителей?
Да разве стали бы родители обращаться со своим ребенком, как с каким-то мусором? Если Бай Мо не их родной сын, тогда всё вставало на свои места.
В воспоминаниях, унаследованных Бай Мо от прежнего хозяина тела, об этом не было ни слова. Он знал лишь то, что в детстве тот перенес сильную лихорадку и почти не помнил свою жизнь до этого. В сюжете тоже не упоминалось о том, что Шань Сыхэ отыскал кровного брата, да и Маленький Вестник понятия не имел, приходится ли его хозяин младшим братом этому влиятельному второстепенному персонажу.
Но если это окажется правдой, то какая тогда вообще разница, что будет с главной героиней? Маленький Вестник неожиданно воодушевился:
— Момо, современная медицинская наука шагнула далеко вперед, ты вполне можешь сделать с Шань Сыхэ тест ДНК.
Если Шань Сыхэ еще кое-как сдерживался, то воодушевление Матери Хэ было написано на лице. Хэ Юйчи шагнул вперед, защищая Бай Мо:
— Мама, ты пугаешь Момо.
— Прости, я просто слишком взволновалась. Момо, садись, давай спокойно поговорим, ладно? — Мать Хэ с надеждой посмотрела на Бай Мо.
Кто же сможет отказать доброжелательному старшему? По крайней мере, Бай Мо был на это неспособен.
Он кивнул, присел, плотно сомкнув ноги и сложив руки на коленях, приняв донельзя послушную и примерную позу.
— Меня подобрали дедушка с бабушкой, но я не знаю, Сяонянь я или нет~ — честно признался юноша. Он перевел взгляд на Шань Сыхэ: — Этот господин говорит, что Сяонянь — его родственник? Пожалуй, мы действительно могли бы сделать анализ крови.
Шань Сыхэ как раз собирался предложить то же самое. Он уже ломал голову над тем, как уговорить Бай Мо, но никак не ожидал, что юноша проявит такое понимание и сам поднимет этот вопрос.
— Хорошо, давай съездим прямо сейчас.
Глядя на явно прижавшегося и съежившегося юношу, Шань Сыхэ, чье сердце закалилось в жестких деловых кругах, неожиданно смягчилось, а голос зазвучал чуть мягче:
— Прости меня. Сяонянь — мой младший брат, он потерялся семнадцать лет назад. Моя мама из-за этого сгорела от депрессии, я очень хочу найти брата.
— Ничего страшного, я понимаю, — с мягкой улыбкой ответил Бай Мо, но сам сильнее вжался в объятия Хэ Юйчи, нервно вцепившись пальчиками в рукав мужчины.
Ой-ой-ой, Маленький Вестник, неужели для человеческих анализов нужно делать операцию? Разве это не больно...
Стоило Бай Мо представить больницу, как ему тут же стало дурно. Он терпеть не мог больницы и этот едкий запах лекарств, но раз уж он дал кому-то слово, отступать было нельзя.
— Всё не так страшно, максимум возьмут кровь из вены, делов-то, не паникуй, — успокоил его Маленький Вестник, заверяя, что это пустячное дело, из-за которого не стоит поднимать панику, и что это совсем не больно.
Услышав про забор крови, Бай Мо тут же замер на месте, а его бурная фантазия уже вовсю принялась рисовать жуткие картины.
Огромный таз, доверху наполненный его собственной кровью... Он непременно войдет в историю как первый в мире сушеный хорек!
Бай Мо передернуло от леденящего ужаса, и в ту же секунду его охватило горькое раскаяние.
— Момо, что с тобой? — Хэ Юйчи заметил перемены в поведении Бай Мо быстрее всех.
Лицо юноши побелело так сильно, будто его густо замазали белой краской, и выглядело это пугающе.
— Братец Юйчи, я, я не хочу сдавать кровь, я боюсь боли...
Уголки глаз юноши покраснели, он пугливо забился в угол, а его рука нащупала ручку автомобильной двери. Хэ Юйчи не сомневался: если бы он не придерживал Момо за талию, тот вполне мог бы решиться на побег прямо на ходу.
— Не бойся, это совсем не больно. Если не хочешь, кровь можно не сдавать, — Хэ Юйчи поспешно прижал парня к груди.
Он вспомнил, как тот рыдал навзрыд в больнице, стоило лишь заикнуться о прохождении простого осмотра. В этот момент забавность ситуации отступала на второй план, уступая место острой жалости: сколько же лишений выпало на долю Момо в прошлом, раз он до сих пор способен испытывать такой панический страх?
http://bllate.org/book/29550/3593330
Готово:
