Готовый перевод The Blind Idol of the Aristocratic F4 School / Слепой любимец элиты: Как выжить в романе про F4: Глава 17

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Чжоу Чуншэ пришел в себя и потер волосы, чтобы хоть как-то сгладить неловкость от собственной рассеянности.

Вернувшись в общежитие и не услышав звука завершения задания, Линь Лэ спросил:

— Господин Система, мое задание еще не считается выполненным?

Система:

— Еще нет. Трое из них все еще не посмотрели твою трансляцию и не сделали донаты.

Линь Лэ протянул протяжное «о-о», понимая, что это задание придется отложить до вечера.

Хань Цзиньян вернулся в общежитие последним. Едва услышав звук открывающейся двери, Линь Лэ тут же выпалил:

— Хань Цзиньян? Это ты вернулся?

Хань Цзиньян поднял голову и посмотрел на Линь Лэ, который выглядывал из-за занавески кровати:

— Я. Что такое?

Линь Лэ сглотнул слюну и немного нервно произвел:

— Сегодня вечером… сегодня вечером я хочу провести прямую трансляцию. Не мог бы ты заглянуть?

Хань Цзиньян замер:

— Ты? Хочешь провести трансляцию? Какую еще трансляцию?

Линь Лэ ответил:

— Я хочу запустить обучающую трансляцию, ну, показывать всем, как надо учиться. У меня осталось совсем мало денег, так что хочу подзаработать.

Но из-за его особой ситуации подходящей подработки было катастрофически мало.

Хань Цзиньян протянул «о» и посмотрел на остальных парней в комнате:

— Они уже в курсе?

Линь Лэ кивнул:

— Угу, Фу Цзи и остальные тоже придут посмотреть. Придешь?

Раз Линь Лэ зашел так далеко, Хань Цзиньян уже никак не мог отказаться. Глядя на то, как Линь Лэ доверчиво и послушно смотрит на него, он внезапно затеял каверзу.

— На одном лишь обучении много не заработаешь, Линь Лэ. Тебе нужно надеть коротенькую юбочку — только так будут и просмотры, и деньги.

Слова Хань Цзиньяна заставили мозг Линь Лэ полностью отключиться.

— Ч-что?

Линь Лэ, словно расслышав что-то не то, ошеломленно склонил голову набок:

— Хань Цзиньян, ч-что ты такое говоришь?

Пойми остальные его взгляд, Хань Цзиньян тут же поднял руки в знак капитуляции:

— Ладно-ладно, я сболтнул лишнего, прошу прощения.

Но эта фраза прочно засела в голове Линь Лэ. Надеть… коротенькую юбочку?

Стоило этой мысли возникнуть, как Линь Лэ в ужасе замахал головой: нет-нет, он ни за что на свете не станет заниматься подобным.

Это же ужасно стыдно и позорище какое-то.

Слова Хань Цзиняна настолько сильно запечатлелись в их сознании, что даже на дневных занятиях парни продолжали об этом думать.

Их взгляды то и дело падали на Линь Лэ. И хотя они старались смотреть очень осторожно, Линь Лэ все равно чувствовал на себе эти оценивающие взоры.

Наконец, не выдержав, он шепотом бросил им:

— Перестаньте на меня пялиться, слушайте урок внимательно.

Замечание Линь Лэ возымело эффект едва ли на секунду: стоило им отвести глаза всего на пару минут, как они снова уставились на него.

У Линь Лэ не оставалось выбора, кроме как заявить:

— Я не буду надевать никакую юбку! Я не стану этого делать!

Эта угроза подействовала — наконец-то они перестали сверлить его взглядами.

Последним уроком было занятие классного руководителя. За несколько минут до звонка учитель постучал указкой по доске, призывая класс к тишине.

— У меня для вас важное объявление. Наступил ноябрь, а значит, скоро начнется наш традиционный зимний школьный фестиваль. Руководство предварительно назначило его на двадцать пятое ноября. Сегодня уже десятое число, осталось ровно пятнадцать дней.

Предстоящий зимний фестиваль делится на три части: первое — конкурс художественной самодеятельности, который продлится три вечера; второе — различные спортивные состязания, тоже три дня; и третье — гвоздь нашей программы, поездка на природу.

Учитель оперся обеими руками о кафедру и повысил голос:

— Эта поездка — самое главное событие! Все до единого ученика обязаны взять с собой телефоны и трекеры, а аппараты должны постоянно находиться на связи. Вы меня расслышали?!

Всего пара фраз классного руководителя привела учеников в такое дикое возбуждение, что они уже не могли себя сдерживать. Каждый уставился на учителя горящими глазами голодных волков.

Стоило преподавателю бросить взгляд на эти физиономии, как он сразу понял, о чем они думают, и после грозных предупреждений перешел к пряникам.

— Учитель прекрасно понимает, что все вы уже до смерти засиделись в четырех стенах. Это мероприятие затевается как раз для того, чтобы вы смогли расслабиться, поэтому я очень надеюсь, что во время него вы будете строго следить за дисциплиной и слушать указания. Ясно?

Сидевшие за партами ученики затянули протяжным, восторженным хором:

— Ясно, учитель!

Тут же прозвенел звонок с урока. Учитель собрал учебники и бросил напоследок:

— Подробности насчет соревнований я скину в наш чат позже. Староста, соберите списки желающих участвовать: в каждом классе у каждого ученика должен быть хотя бы один номер.

Новость, принесенная учителем, произвела в школе настоящий фурор. Вокруг только и было разговоров, все шумели и щебетали.

Сян Чи тут же заговорил:

— Интересно, будет ли в этом году баскетбольный матч? В прошлом его не устраивали.

Чжоу Чуншэ ответил:

— Наверняка будет. Разве правительство недавно не выпускало циркуляр о всестороннем развитии?

Сян Чи прикинул про себя: и правда, скорее всего, в этом году турнир состоится.

— А вы в каких номерах хотите участвовать?

Линь Лэ прислушивался к их разговору какое-то время, прежде чем подать голос.

Чжоу Чуншэ задумался:

— Пока не знаю. Надо посмотреть, какие вообще будут дисциплины.

Сян Чи оживленно выпалил:

— Ну конечно же баскетбол! Я буду участвовать, Линь Лэ, придешь посмотреть?

Линь Лэ издал удивленное «а», поджал губы и слабо улыбнулся:

— Я приду. Жаль только, что не смогу разглядеть.

Тут Сян Чи вспомнил о его проблемах со зрением, лицо его мгновенно скисло, и он испуганно затараторил:

— Прости, Линь Лэ, я не со зла это ляпнул, честно, я не специально.

Линь Лэ вовсе не считал это проблемой — Сян Чи не желал ему зла, просто брякнул не подумав. До такой степени обидчивым он еще не был.

— Ничего страшного. Просто жаль — наверное, ты выглядишь очень круто, когда играешь в баскетбол.

Линь Лэ снова улыбнулся ему, успокаивая Сян Чи.

Затем он перевел взгляд на остальных:

— А Хань Цзиньян и Фу Цзи?

Фу Цзи никогда не любил участвовать в подобных мероприятиях и прежде ни разу нигде не выступал, однако в этом году, пожалуй, мог бы и подумать.

— Посмотрю, что за дисциплины будут.

Линь Лэ протянул «о» и поинтересовался:

— А Хань Цзиньян?

Хань Цзиньян потер щеку:

— У меня тоже особо нет талантов, так что сойду на баскетбол.

Услышав это, Сян Чи тут же повернулся к нему, сузив глаза:

— В баскетбол?

Он окинул его скептическим взглядом с головы до ног:

— Ты-то потянешь?

Хань Цзиньян хмыкнул:

— Разумеется.

Их взгляды столкнулись, в воздухе заискрило. Хоть Линь Лэ ничего и не видел, но все равно физически ощутил эту раскаленную атмосферу и поспешно вмешался:

— Вы оба крутые, оба!

Из-за всех этих новостей у ребят пропал аппетит к обеду — в мыслях они уже вовсю выбирали номера и мероприятия для участия.

Классный чат, где не было учителей, стоял на ушах, все только и делали, что тегали своих закадычных дружков.

Наконец слово взял староста, решив взять всё в свои руки:

— Сегодня ровно в семь вечера собираемся всем классом в аудитории, обсудим номера, спортивные дисциплины, составы команд и прочие вопросы.

Остальные ученики дружно завалили чат единичками.

Услышав это, Линь Лэ растерянно протянул:

— Ой… но я же собирался сегодня вечером вести трансляцию.

Фу Цзи немного подумал и сказал:

— Староста всё делает быстро, думаю, управятся меньше чем за полчаса.

На лице Линь Лэ вновь ожило разочарование — словно увядший цветок, напоенный солнцем и влагой, он вмиг вернул себе всю бодрость.

— Правда? Тогда ладно, как раз успею постримить, а то домашки на сегодня еще видимо-невидимо.

Хань Цзиньян прошел мимо Линь Лэ и между делом обронил:

— Слушай, а на какой платформе Линь Лэ планирует вести трансляцию?

Линь Лэ еще не задумывался об этом. Он сам почти не смотрел подобные видео, так что в стриминговых приложениях разбирался слабо.

— Эм, я пока не знаю. Наверное, потом поищу в интернете, какое получше.

Хань Цзиньян только этого и ждал. Улучив момент, он тут же предложил:

— Давай лучше на стриминговой платформе Цзиньцзян.

Линь Лэ склонил голову набок:

— А? Цзиньцзян? Это то самое популярное стриминговое приложение?

Хань Цзиньян кивнул:

— Да. Как раз так совпало, что это приложение имеет некоторое отношение к моей семье, так что если придешь туда, я смогу о тебе позаботиться.

Линь Лэ прекрасно понял намек Хань Цзиняна: тот собирался устроить ему блат.

Лицо Линь Лэ мгновенно затвердело, он принял суровый вид:

— Нет, я не буду пользоваться связями.

Хань Цзиньян на секунду остолбенел, а затем расхохотался:

— Какими еще связями? Я просто сказал, что моя семья имеет к нему некоторое отношение, а не то, что оно принадлежит нам целиком. Да даже если бы я и хотел протащить тебя по знакомству, у меня бы не вышло.

Хань Цзиньян говорил так искренне, что Линь Лэ не мог понять, шутит он или нет, и был вынужден обратиться за помощью к остальным:

— То, что говорит Хань Цзиньян, — это правда?

Фу Цзи и остальные, очевидно, уже обо всем сговорились заранее, синхронно кивнули и подтвердили:

— Да, он прав.

Эта слаженная, дружная парадность ответов заставила Линь Лэ на мгновение растеряться, после чего он подозрительно уставился на них:

— Чего это вы так синхронно?

Сян Чи тут же нашелся:

— Да потому что мы на одной волне! Правда ведь, правда?

Хань Цзиньян добавил:

— Именно, мы понимаем друг друга с полуслова. Так что, Линь Лэ, я просто хотел помочь тебе скачать это приложение и показать, как им пользоваться, а ты сразу подумал о мне такое!

Под конец Хань Цзиньян пустил в ход тяжелую артиллерию:

— Разве ты сам не говорил, что мы лучшие братья? Разве лучшие братья подозревают друг друга на каждом шагу?

Слушая обиженный голос Хань Цзиняна, Линь Лэ тут же разволновался:

— Н-нет, я вовсе не подозревал тебя!

Хотя в голосе Хань Цзиняна звучала обида, на лице его играло расслабленное выражение, а в глаза затаилась озорная, вредная улыбка.

— Мне так больно, Линь Лэ. Как ты мог в мне сомневаться?

Линь Лэ испугался еще сильнее, решив, что Хань Цзиньян и впрямь смертельно обижен. Он поспешно вытянул руку, пытаясь нащупать, где тот находится:

— Прости, я не со зла это сказал. Это я судил о благородном человеке по меркам собственного ничтожества… Хань Цзиньян, не расстраивайся, прости меня.

Из-за охватившего его чувства вины брови Линь Лэ сошлись на переносице, уголки глаз опустились — со стороны казалось, будто обидели вовсе не Хань Цзиняна, а его самого, до чего же жалобный вид у него был.

И голос звучал тихо-тихо, а сам он преданно смотрел перед собой, совершенно не подозревая, что целится совсем не в того человека.

Фу Цзи сглотнул подступивший к горлу ком, поднял глаза на сидевшего напротив Хань Цзиняна и беззвучно прошептал губами: «Я за тебя его простил».

Хань Цзиньян хмыкнул, протянул руку и притянул Линь Лэ к себе, процедив сквозь зубы:

— Ладно тебе, я не сержусь и не обижаюсь, я просто шутил.

http://bllate.org/book/29598/3600705

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Настройки

Готово:

100.00% КП = 1.0

Скачать как .txt файл
Скачать как .fb2 файл
Скачать как .docx файл
Скачать как .pdf файл
Ссылка на эту страницу
Оглавление перевода
Интерфейс перевода