Оставшийся внутри Гу Чжихань лишь спустя время осознал происходящее и бросился к дверям: — Лянь Шиюй! Ты что, собираешься уйти с ним?!
В эту ночь Гу Чжихань ворочался в постели, не в силах уснуть. В голове крутилась только одна картина: рука, которую держал Ин Ши. Эта тонкая, изящная рука с проступающими венами, казавшаяся почти прозрачной на свету!
Он выхватил телефон и начал яростно печатать: — Лянь Цинцзэ! Твою сестру увели обманом!!!
Три восклицательных знака в конце служили предупреждением.
***
В медицинском кабинете было пусто. Лянь Цинцзэ даже не заметил, когда ушел Школьный врач Лу. На рабочем столе небрежно валялись два флакона с лекарствами, на которые была наклеена красная записка. Лянь Цинцзэ, не глядя, сунул их в карман.
В пять часов вечера воздух наполнился зноем.
Здания в европейском стиле окружали фонтан диаметром пять метров, расположенный перед учебным корпусом. Когда Лянь Цинцзэ, увлекая за собой Ин Ши, проходил мимо, в школе как раз прозвенел звонок об окончании занятий.
В отличие от обычных учебных заведений, в Колледже Чэнмин мелодии звонков исполнялись вживую самими студентами и транслировались через систему школьного вещания. Сегодня это было Летнее время Куро Кикудзиро в исполнении Дзё Хисаиси.
Неизвестно, кто именно играл, но мелодичные звуки фортепиано, казалось, неслись вместе с ветром, мягко проникая в самое сердце. Лянь Цинцзэ, чья левая рука безвольно висела вдоль тела, невольно начал отбивать ритм пальцами — тот самый, с которым он обычно нажимал на струны скрипки.
Вдруг он остановился.
— Фальшивишь.
Музыкант ошибся нотой.
Вынужденный остановиться вместе с ним, Ин Ши нахмурился и недобро посмотрел на Лянь Цинцзэ, насмешливо фыркнув: — Ты еще и в этом разбираешься?
Семья Ин тщательно навела справки о Лянь Шиюй.
Услышав этот вопрос, Лянь Цинцзэ резко пришел в себя. Подняв свободную руку, он начал тереть мочку уха, пытаясь оправдаться: — Просто узнал этот отрывок, мой младший брат постоянно его репетирует.
— В самом деле, — сказал Ин Ши. — Не похоже, что ты разбираешься в музыке.
— Вы как всегда зрите в корень.
Лянь Цинцзэ сохранял смиренную улыбку, а про себя яростно скрежетал зубами.
Когда они вышли за ворота колледжа, водитель, который долго ждал их, почтительно протянул ключи от машины обеими руками.
Ин Ши взял их, а затем перевел взгляд на правую руку Лянь Цинцзэ, которая все еще сжимала его запястье. Слегка приподняв бровь, он язвительно бросил: — Долго ты еще собираешься меня держать?
Подушечки пальцев Лянь Цинцзэ упирались во внутреннюю сторону его запястья, ощущая исходящий от кожи жар.
Лянь Цинцзэ судорожно вздохнул, поспешно отпустил руку и извинился: — Прошу прощения.
Сразу после этого он услышал, как Ин Ши тихо цыкнул и, достав платок, принялся вытирать запястье.
На его фарфорово-белой руке под серо-голубой тканью перекатывались синие вены, а место, где его держал Лянь Цинцзэ, быстро покраснело. Лянь Цинцзэ нахмурился.
Когда я касаюсь тебя — ты вытираешься, а когда ты касаешься меня, то молчишь?
Его окутало раздражение. Ин Ши поднял голову и бросил на Лянь Цинцзэ ледяной взгляд.
Солнце клонилось к закату, отбрасывая длинные тени от его густых ресниц. Он скривил губы, и ярко-красный цвет его рта стал еще вызывающее в лучах заходящего солнца. Ин Ши беззвучно прошептал угрозу: — Еще раз посмотришь — убью.
— …
Быстро взяв себя в руки, Лянь Цинцзэ одарил его улыбкой и, снова включив манерный голосок, пропел: — Братик Ин Ши, что ты сказал? Я не расслышал.
Как только он закончил говорить, лицо Ин Ши почернело еще сильнее.
Маленькая победа.
Лянь Цинцзэ с довольным видом открыл заднюю дверь машины, собираясь сесть внутрь.
— Садись на переднее, — сказал Ин Ши.
— Хорошо, братик Ин Ши, — улыбнулся Лянь Цинцзэ, глядя на него с притворным обожанием. — Раз братик сказал, значит, так и будет.
Ин Ши насмешливо фыркнул, с явным нетерпением распахнул дверь, мельком глянул куда-то вдаль и, опустив голову, сел на водительское кресло.
Как только машина тронулась, Лянь Цинцзэ опустил взгляд и перестал обращать на него внимание.
Он смотрел в окно, решив хранить молчание, поскольку не контролировал ситуацию. Лишь спустя час он осознал, что они едут совсем не в ту сторону, к тому же дорога становилась все более безлюдной.
После выезда из города пейзаж стал мрачным: за редкими декоративными деревьями виднелись лишь далекие холмы.
В сердце закралась тревога. В этот момент Лянь Цинцзэ перебрал в уме множество мыслей, и последними стали описания Ин Ши из книги: жестокий, свирепый, психопат. Эти страшные слова крутились у него в голове. Он в шоке посмотрел на Ин Ши: неужели этот человек решил убить его и бросить в глуши только за то, что он кинул в него подушкой?!
Лянь Цинцзэ захлопал своими большими темными глазами, то и дело поглядывая в окно, а затем осторожно спросил: — Разве мы не домой едем? — после чего добавил примирительным тоном: — Братик Ин Ши, ты хочешь отвезти меня куда-то развлечься?
Его рука уже нащупала ручку двери: если Ин Ши действительно сойдет с ума, он должен быть готов в любую секунду выпрыгнуть из машины.
Лянь Цинцзэ очень дорожил своей жизнью, а нынешняя реальность была тем, о чем он даже не смел мечтать до того, как произошло попадание в книгу.
Ин Ши заметил его реакцию еще в тот момент, когда Лянь Цинцзэ посмотрел на него. Когда рука того легла на дверную ручку, Ин Ши был настолько взбешен, что чуть не рассмеялся, и не удержался, чтобы не припугнуть его: — Нет, я собираюсь отвезти тебя в глушь, убить и скормить диким зверям. Даже костей не оставлю, чтобы ты стерся с лица земли навсегда.
Закончив, он резко вывернул руль одной рукой. Шины с визгом прочертили серый дым на асфальте, и после того, как инерция утихла, машина свернула на проселочную дорогу, начав карабкаться вверх по склону.
Лянь Цинцзэ не удержался на месте и с криком повалился на сторону Ин Ши.
— Черт!!!
Ин Ши бросил на него короткий взгляд, внезапно пришел в азарт и переложил управление на левую руку. С хищной усмешкой он правой рукой с силой придавил голову Лянь Цинцзэ к центральному подлокотнику.
Лянь Цинцзэ дернулся пару раз, но не смог выбраться. Опустив веки, он притих.
Только спустя некоторое время Ин Ши остановил машину и отпустил его.
Не обращая больше на Лянь Цинцзэ никакого внимания, он поправил одежду и открыл дверь. Его начищенные туфли ступили на землю, а перед тем, как дверь захлопнулась, в салон донесся свист.
Кто-то насмешливо протянул: — Ну ты даешь, Эрик, прямо в машине успел? — взгляд говорящего скользнул по нижней части тела Ин Ши.
Остальные расхохотались: — Ха-ха-ха!
http://bllate.org/book/29676/3610465
Готово:
