Он в одиночку налил чанку вина, слегка пригубил её, а в его безмятежном тоне слышалась насмешка.
— Ты тоже достоин?
Как только эти слова прозвучали, во всей комнате воцарилась абсолютная тишина. Даже девушки, игравшие на музыкальных инструментах и певшие лёгкие песенки за ширмой, замерли и не смели издать ни звука.
Опомнившись, Ван Минюэ переменился в лице, с размаху швырнул винный бокал и яростно взревел:
— Что ты имеешь в виду? И Вэньсю, ты во мне видишь пустое место?!
Вино забрызгало пол, но И Вэньсю остался невозмутим и даже не поднял головы.
Остальные, видя это, поняли, что добром дело не кончится, и поспешили сгладить углы. Они придерживали Ван Минюэ, опасаясь, что тот бросится в драку, и в панике закричали:
— Вы все уже перепили, проспитесь…
— Продолжайте петь, — окликнул кто-то певиц. — Смените на мотивчик повеселее.
Ли Шаосянь и вовсе обратился к И Вэньсю:
— Не бери дурного в голову, ты же знаешь, что он за человек, остынь.
Говоря это, он украдкой переглянулся с Цзянь Синшэном, призывая того успокоить И Вэньсю — в конце концов, сыр-бор разгорелся из-за него.
Цзянь Синшэн и сам не ожидал, что стоит ему войти, как тут же разразится такой скандал.
Хотя сам он не придавал этому особого значения, заметив, что Ли Шаосянь уже готов глазами хлопать от усердия, он всё же дёрнул И Вэньсю за рукав и, приблизившись, негромко произнёс:
— Я в порядке, молодой господин, не обращай на него внимания.
И Вэньсю скосил глаза на Цзянь Синшэн, а тот невинно посмотрел на него в ответ.
Они переглядывались несколько секунд. И Вэньсю всё не отводил взгляд, и Цзянь Синшэн, немного помедлив, уголки рта приподнял, одарив его неловкой, но вежливой улыбкой.
В спокойных чёрных глазах И Вэньсю мелькнула искра улыбки.
— Пф.
Ли Шаосянь не удержался от смеха:
— И Вэньсю, а твой слуга и впрямь забавный.
И Вэньсю перевёл взгляд на него.
Ли Шаосянь тут же напустил на себя суровый вид, доказывая свою невиновность:
— Я на твоего слугу и не покушаюсь, у меня вон Чэнь Янь есть.
Сидевший рядом Чэнь Янь мягко улыбнулся, ничего не сказал и, налив чашку чая, поднёс Ли Шаосяню.
Ли Шаосянь совершенно естественно сделал глоток, повернулся к остальным и похвастался:
— Заботливый, правда?
И Вэньсю промолчал, лишь бросил взгляд на Цзянь Синшэна.
Цзянь Синшэн: «…»
К чему такие внутренние состязания?
Подумав так, Цзянь Синшэн уже было хотел засомневаться, но всё же собрался сам налить чаю И Вэньсю, как вдруг — он ещё даже пальцем не пошевелил — сидевший напротив и сдерживаемый силой Ван Минюэ взорвался.
Он единым махом перевернул стоявший перед ним низкий столик, и грохот заставил всех вздрогнуть.
— И Вэньсю, не воображай, будто ты тут великая шишка! Всего лишь сын простого торговца, ну сдал ты экзамены на цзюйжэня, и что с того? Спорим, я сделаю так, что ты и в столицу на экзамены не сунешься! Заставлю на коленях умолять меня о пощаде!
С этими словами он быстрым шагом подошёл к И Вэньсю, наклонился и с издевкой бросил:
— Уж тогда-то посмотрим, как ты будешь хорохориться! А твоего мелкого слугу я не только сам затащу в постель, но и в весёлый дом отправлю, чтобы его все… а-а!
Раздался глухой стук, и в тот же миг пронзительный крик разорвал тишину. Прежде чем остальные успели опомниться, они увидели, что Ван Минюэ зажимает лицо руками и пятится назад. Когда он снова поднял голову, на его щеке уже расплывался огромный сиваш, а капли воды стекали вниз, пачкая воротник одежды.
А на полу со звонком крутался винный бокал и наконец замер.
В мертвенной тишине И Вэньсю невозмутимо опустил руку. Словно только что очнувшись, он приподнял голову и посмотрел вперёд; выражение его лица было нечитаемым, а в глубине чёрных глаз таилась непроглядная тьма.
Он хмыкнул и задал вопрос:
— Так как именно, говоришь, я должен умолять тебя на коленях?
— Ты! — Ван Минюэ зажал половину лица рукой, глядя на И Вэньсю с яростью, однако ноги его против воли сделались ватными.
В этот момент он почему-то отчётливо вспомнил слова своего дядюшки, служившего чиновником в другом уезде: «Не связывайся с И Вэньсю, у этого человека великое будущее».
Будущее? Да просто книжки чуть лучше зубрит да в семье водится пара монет! С какой стати он во всём превосходит его?!
Ван Минюэ лютым взглядом уставился на И Вэньсю и уже собирался снова раскрыть рот, как сидевший рядом человек внезапно протянул руку и зажал ему рот.
— Мхм-мхм!
Не веря своему счастью, он забился в попытках освободиться, но окружающие тут же навалились и прижали его руки и ноги.
— Ох, Ван Минюэ перепил лишнего. И Вэньсю, не держи на него зла, давай перейдём в другое место и продолжим выпивать?
— Ты же знаешь, что Ван Минюэ недавно отчитывали дома, вот он сейчас под хмельком и бесится.
— Подайте чай с трезвящим эффектом! — крикнул кто-то слуге снаружи.
Наблюдая, как в комнате все дружно принялись замазывать конфликт, Цзянь Синшэн погрузился в глубокие раздумья.
Похоже, И Вэньсю занимал здесь весьма высокое положение и вдобавок вёл себя как заправский главарь.
Пока он размышлял об этом, он вдруг почувствовал, что его руку кто-то взял. Опустив глаза, он увидел, что чужая ладонь накрыла его собственную и крепко сжала пальцы.
— Не нужно, давайте в другой раз соберёмся.
И Вэньсю, держа за руку застывшего мелкого слугу, поднялся на ноги.
— Я выйду подышать воздухом.
Лишь когда они покинули отдельный кабинет, Цзянь Синшэн пришёл в себя.
— Мы уже возвращаемся в усадьбу?
Цзянь Синшэн попытался выдернуть руку из хватки И Вэньсю. Он приложил немного силы, но потерпел неудачу. Мало того, что вырваться не удалось, так этот человек ещё и властно просунул свои пальцы между его пальцами, сцепив их в замок.
Он опустил голову и уставился на их руки, испытывая некоторое смущение, однако уже в следующее мгновение ему стало не до размышлений, потому что И Вэньсю произнёс:
— Разве ты не хотел погулять?
— Правда?! — изумился Цзянь Синшэн.
Он от неожиданности качнулся на два шага ближе к И Вэньсю, вскинул голову, глядя на него снизу вверх, и его глаза буквально сияли.
И Вэньсю, на которого так уставились, на мгновение замер, затем глухо угукал, опустил взгляд и слегка подался корпусом вперёд, к Цзянь Синшэну…
А Цзянь Синшэн ничего не замечал и, увлекая И Вэньсю за собой, воодушевлённо шагал вперёд.
— Тогда поскорее пойдём! — поторопил он.
И Вэньсю ничего не оставалось, как выпрямиться и послушно последовать за ним.
Стоило им выйти на улицу, как Цзянь Синшэн тут же принялся с восторгом кружить по сторонам. Он принялся упрекать И Вэньсю в том, что тот слишком медленно идет, и с полным на то правом высвободил свою руку. Он разглядывал сахарные фигурки слева, заглядывал в короба к разносчикам справа и даже на лавки с благовонными мешочками и шелковыми платками бросал любопытный взгляд.
http://bllate.org/book/29872/3636776
Готово:
