Он привык к размеренному распорядку и ко всему, что поддаётся контролю; даже если каждый день его жизни походил на повторение заученной программы, скучным он его не находил.
Закончив утреннюю пробежку, он, как обычно, купил внизу бутылочку молока вместо завтрака и только после этого вернулся в восьмой корпус.
Лифт поднялся на тринадцатый этаж. После звонкого сигнала двери медленно разъехались, Лу Сяньюэ шагнул из кабины, не пройдя и двух шагов, и остановился.
Кто-то с шевелюрой розового цвета ростом под метр девяносто стоял у его двери в оранжевой куртке, столь яркой, что не заметить её было просто невозможно.
Тань И держал целую гору кастрюль и сковородок, пытаясь нажать на звонок, но руки были заняты. Повернув голову и заметив Лу Сяньюэ, он вспыхнул радостным огоньком в карих с медовым отливом глазах.
— Лу Сяньюэ, а ты как раз вовремя, открывай давай.
Лу Сяньюэ только что вернулся с пробежки, лицо его раскраснелось, отчего губы казались ещё ярче, а кожа — белее, и весь он выглядел куда более живым.
Он стоял на месте, не двигаясь, и его взгляд упал на руки Тань И: — Ты принёс всё это ко мне домой, что задумал?
Тань И ответил: — Это я всё для тебя приготовил, кухоннаятварь.
Лу Сяньюэ, отродясь не бравший в руки половник, без колебаний отказался: — Мне не нужно, забирай.
— Так нельзя, куплено на деньги старшей сестры Ханьчжан. — После того как Тань И взялся за поручение «проследить, чтобы Лу Сяньюэ нормально питался», Лю Ханьчжан перевела ему кругленькую сумму с условием, что он может тратить на Лу Сяньюэ столько, сколько потребуется.
Лу Сяньюэ стерпел: — Отнеси на напротив.
Тань И молча сгрузил кастрюли и сковородки прямо на пол, преградив Лу Сяньюэ путь к дому, и заявил: — Я здесь ненадолго, может, после Нового года съеду, так что лучше оставить это у тебя.
Лу Сяньюэ в тот же миг захотел вышвырнуть этого большеголового розоволосого дурня вон из восьмого корпуса вместе со всем скарбом, но сдвинуть с места этого здоровяка у него бы не хватило сил.
Он повторил в последний раз: — Мне это не нужно.
Тань И лениво прислонился плечом к дверному косяку, лукаво прищурившись, и с усмешкой протянул: — Наверное, старшая сестра Ханьчжан и не догадывается, что твоя плита ещё ни разу не включалась.
Лу Сяньюэ: — …
Паршивец, вечно бьёт по больному.
Они простояли в коридоре пару минут, пока из лифта не вышел сосед и не направился к их дверям. Только тогда Лу Сяньюэ с ледяным лицом отпер замок.
Напевая себе под нос какой-то мотивчик и таща кухонную утварь, Тань И заполнил пустые столешницы и шкафы, оставшись безумно доволен проделанной работой.
Лу Сяньюэ устроился на диване с рабочими сообщениями, а Тань И тем временем вышел из кухни и окинул взглядом обстановку.
Минималистичный холодный стиль как нельзя лучше соответствовал характеру Лу Сяньюэ.
Спустя мгновение Тань И с видом старого знакомого опустился рядом с Лу Сяньюэ и вынес вердикт: — У тебя дома до того неуютно.
Вообще-то Тань И сидел не вплотную, между ними вполне поместился бы ещё один человек, но от его присутствия исходило столько энергии, что Лу Сяньюэ почувствовал себя неуютно — словно в его личное пространство кто-то вторгся.
То ли ему показалось, но от Тань И едва заметно пахло больничным антисептиком.
С мрачным лицом Лу Сяньюэ поднялся, пересел на одиночное кресло в другом конце комнаты и отрезал: — Я живу один, зачем мне излишняя суета?
Тань И ничуть не обиделся на такое пренебрежение: — Я не о том. Я к тому, что обстановка у тебя такая, будто ты в любой момент готов съехать.
Личных вещей и декора в комнате было исчезающе мало, по интерьеру невозможно было угадать хоть какие-то предпочтения хозяина, можно сказать, следы человеческого присутствия едва угадывались — казалось, владелец квартиры даже не пытался обустроить её по своему вкусу.
Короче говоря, ни малейшего признака жизни, а элементарную посуду он только что принёс сам.
— Не твоё дело.
Опустив взгляд, Лу Сяньюэ принялся листать WeChat и обнаружил, что Янь Юйли до сих пор не принял его заявку в друзья. Наверняка популярный писатель завален работой, и его незначительное сообщение о добавлении в контакты затерялось среди прочих. Подумав, он отправил запрос повторно.
Сидевший рядом Тань И загляделся на книгу, лежавшую на журнальном столике. Указав на четыре иероглифа на обложке, он спросил: — Ты тоже это читаешь?
Услышав это, Лу Сяньюэ поднял глаза на недавно приобретённое печатное издание «За пределами вселенной» и сухо бросил: — По работе нужно.
Тань И улыбнулся уголками глаз и с живым интересом поинтересовался: — И как тебе этот роман?
Лу Сяньюэ хранил молчание, не имея ни малейшего желания делиться впечатлениями от прочитанного с этим непрошеным гостем.
Тань И продолжал рассуждать сам с собой: — А по мне, так писанина так себе. Финал слит, логика сюжета хромает на обе ноги, вся эта чушь про миры за пределами вселенной до жути скучна. Автор, должно быть, конченый недоучка с замашками подростка-максималиста, у которого ни стиля, ни мозгов, ни логики.
Слушая, как Тань И в пух и прах разносит «За пределами вселенной», Лу Сяньюэ невольно поморщился.
По правде говоря, он не заметил ни одного из перечисленных недостатков. Напротив, концепция и сюжет показались ему весьма увлекательными, далеко не худшими.
Лу Сяньюэ в известной степени доверял своему вкусу.
Он холодно заметил: — Кажется, мы читали разные книги.
Словно невзначай любуясь красивым профилем Лу Сяньюэ, Тань И издал тихое хмыканье, в котором сквозило немало веселья: — Похоже, ты со мной не согласен. Выходит, книга тебе понравилась?
Лу Сяньюэ поправил его: — Читать можно.
Тань И с понимающим видом кивнул, автоматически приравняв фразу «читать можно» к высшей похвале со стороны Лу Сяньюэ.
Терпеть выходки Тань И дольше было уже выше сил Лу Сяньюэ, поэтому, не дожидаясь очередной реплики, он решительно указал тому на дверь.
На этот раз Тань И на удивление легко согласился: — Ну ладно, тогда я пойду, а в обед снова загляну, поедим вместе.
— …
Уходил он, кажется, ещё более довольным, чем когда приходил.
Лу Сяньюэ никак не мог взять в толк, чему тот так радуется. Неужели являться сюда каждый день и действовать ему на нервы — такое уж великое удовольствие?
Уже в дверях Тань И обернулся: — Кстати, через два дня Праздник Юаньчэнь, у тебя есть какие-нибудь планы?
Лу Сяньюэ отродясь не праздновал подобные даты, а чтобы этот тип снова не околачивался у него под окнами, ответил коротко: — Работа.
Услышав ответ, Тань И с наигранным сожалением протянул «о-о-у» и затворил за собой дверь.
Если бы не внезапно всплывшее в памяти воспоминание о том, что его новая книга уже несколько дней не обновлялась, он бы точно задержался подольше.
Вернувшись в квартиру 1308, Тань И отыскал в чемодане заброшенный рабочий телефон и, поставив его на зарядку, спустя какое-то время неторопливо включил аппарат.
Он не заходил в этот аккаунт несколько дней, накопилось море сообщений — впрочем, по-другому и быть не могло, ведь в периоды отдыха он даже не заглядывал в рабочий профиль.
Ответив на пару дежурных сообщений, Тань И наткнулся на запрос в друзья.
Аватарка и никнейм показались ему до боли знакомыми, да и сам владелец аккаунта жил прямо напротив.
Сообразив, в чём дело, Тань И кликнул на уведомление, чтобы просмотреть подробности.
[Здравствуйте, господин Янь Юйли, я концепт-художник отдела иллюстраций Компании Хунъюэ, меня зовут Лу Сяньюэ.]
Выходит, права на игровую адаптацию «За пределами вселенной» выкупила Хунъюэ? Неудивительно, что логотип этой компании казался ему таким знакомым.
Надо же было случиться такому совпадению.
Тань И тут же принял запрос и дружелюбно отправил приветственное сообщение:
[Приветствую, учитель Лу, я Янь Юйли ^v^]
В квартире 1309 Лу Сяньюэ, только собравшийся продолжить чтение, услышал звук входящего сообщения: неуловимый и занятой писатель Янь Юйли наконец-то одобрил его заявку.
Заметив в конце строчки смайлик, собранный из текстовых символов, Лу Сяньюэ невольно снова вспомнил того розоволосого парня.
Нынче молодёжь вся пользуется такими смайликами? Он помнил, что Янь Юйли был совсем молодым, пожалуй, ровесником Тань И.
Не придавая этому особого значения, Лу Сяньюэ переслал эскизы, вкратце пояснил задумку и стал ждать ответа.
[Янь Юйли: Этот вариант просто великолепчен, идеальное попадание в образ. К стилю вообще никаких претензий, абсолютное попадание в точку.]
[Янь Юйли: Разве что линию бровей и глаз можно чуть-чуть подкорректировать.]
Собеседник подробно расписал направление правок и обосновал их необходимость — он знал своего главного героя как облупленного, словно описывал хорошо знакомого и близкого друга.
С этим популярным автором оказалось на редкость легко находить общий язык, вдобавок в некоторых вопроعات их мнения полностью совпадали.
Впечатление о самом писателе и его произведении у Лу Сяньюэ сложилось самое благоприятное — совсем не то что о некоем розоволосом типе.
Тань И же, одновременно переписываясь с Лу Сяньюэ, листал на планшете его ранние иллюстрации.
Лу Сяньюэ действительно был выдающимся художником. Судя по одним лишь работам, Тань И ожидал увидеть занудного перфекциониста в толстых очках, который целыми днями только и делает, что вырисовывает детали.
Отправив свои замечания по правкам, Тань И долго не получал ответа и решил, что тот ушёл переделывать рисунок.
Сверившись с отзывами Янь Юйли, Лу Сяньюэ открыл рабочий компьютер в кабинете. Вообще-то он редко брался за работу в выходные, но раз уж всё равно делать было нечего, почему бы заодно и не внести правки, тем более что рекомендации прозвучали вполне разумно.
Ровно в одиннадцать раздался дверной звонок.
На этот раз Тань И приволок целый пакет свежих овощей и мяса, заявив с видом полного превосходства: — Кухоннаятварь куплена, не растапливать же печь — такое баловство!
[…Если бы не Лю Ханьчжан, Лу Сяньюэ и впрямь выставил бы наглеца за порог.]
Полагая, что художник переживает за безопасность еды, Тань И тут же хлопнул себя по груди: — Готовлю я отменно, никто ещё не травился, к тому же получается безумно вкусно, все пальчики облизывают.
Проведя три года на чужбине, Тань И так и не привык к местной стряпне в Иньго. Спасаясь от голодной смерти, он отточил кулинарное мастерство до совершенства и стал кормильцем для своих соседей по съёмной квартире: те богатые мажоры платили деньги, а он отвечал за плиту, тем более что продукты в китайских супермаркетах стоили безумно дорого.
Выслушав этот нескончаемый поток самовосхваления, Лу Сяньюэ через пару минут не выдержал шума, скрылся в кабинете и захлопнул дверь.
У Тань И ушёл час на то, чтобы приготовить три блюда и суп.
От стола поднимался ароматный пар, разнося по квартире аппетитный запах. Лу Сяньюэ вышел на зов из кабинета и бросил взгляд на фартук Тань И — ярко-оранжевый в сочетании с красным, он сиял так жизнерадостно, будто подсолнух.
На этот раз Тань И положил Лу Сяньюэ всего пол-ложки риса, добавив сверху пару кусочков аппетитно поблёскивающей тушёной свинины, и с гордостью за своё творение произнёс: — Очень ароматно, попробуй.
В голове у Лу Сяньюэ всё ещё крутились мысли об эскизах, но еду он на этот раз воспринял вполне благосклонно.
http://bllate.org/book/29876/3637277
Готово:
