— Ладно-ладно, не буду называть тебя как попало, буду звать Гу Шиюэ переводчика: Шиюэ], так пойдет? — Следующую же секунду Ян Синьмяо выпалил: — Эй, невестка, а где мой брат Чжань? Разве он не должен сегодня выступать с речью? Почему он не с тобой?
Гу Шиюэ вздохнул и больше не стал поправлять его обращение:
— Он зашел внутрь раньше. Пойдем тоже, церемония скоро начнется.
Ян Синьмяо пошел вместе с ним к актовому залу. По дороге они встретили немало знакомых, и он здоровался со всеми подряд.
Ян Синьмяо перевелся в Первую старшую школу только в старших классах. В средней школе он, как и Гу Шиюэ, учился в международной, и они даже были в параллельных классах. Позже, когда Гу Шиюэ во втором полугодии старшей школы перевелся сюда в тот же класс, они стали одноклассниками. В то время Ян Синьмяо и Цяо Чжань были единственными двумя «блатными», которых насильно запихнули в элитный класс. Они прочно занимали два последних места по успеваемости, лишь изредка меняясь местами, если кто-то из них умудрялся угадать на пару вопросов больше.
В выпускном классе Гу Шиюэ начал встречаться с Цяо Чжанем, и об этом знали многие в классе, как впоследствии и об их расставании. Однако после того, как Гу Шиюэ уехал учиться за границу, он постепенно потерял связь с одноклассниками, и теперь Ян Синьмяо оставался одним из очень немногих, кто знал об их прошлых отношениях.
Добравшись до актового зала и найдя свои места, Ян Синьмяо наконец смог перевести дух. Он открутил крышку с бутылки воды, сделал большой глоток и, совершенно не заботясь об имидже, вытер рот тыльной стороной ладони:
— Ужас как пить хочется! Я и не знал, что у меня столько знакомых. С чего вдруг столько людей со мной здороваются?
Глядя на байкерскую куртку Ян Синьмяо и вырвиглазный красный хохолок на голове, Гу Шиюэ подумал, что в толпе таких же растолстевших и полулысых выпускников его нынешний внешний вид уж точно привлекает всеобщее внимание.
Он подшутил над ним:
— Кто же виноват, что братец Мо так знаменит? Кто в наших потоках тебя не знает?
Ян Мо смущенно рассмеялся:
— Да брось ты, какая там слава! Пустой звук. Мне до братца Чжаня далеко — вон уже на трибуну для выступлений пробился.
Слушая болтовню Ян Мо, Гу Шиюэ невольно улыбнулся. Казалось, он снова вернулся в те школьные дни, когда слушал, как тот щебечет на задней парте вместе с Цяо Чжанем, и от этого на душе стало намного легче.
Пока они болтали, церемония уже началась. Руководство школы и будущие выступающие выпускники сидели в первом ряду. Гу Шиюэ подался вперед и как раз вовремя заметил, что Цяо Чжань обернулся.
Актовый зал был огромным. Хотя место Гу Шиюэ находилось не так уж далеко от первого ряда, оно располагалось сбоку, и оттуда разглядеть что-то спереди было непросто. Он не предупредил Цяо Чжаня заранее, где сядет, но, на удивление, оба они словно обладали телепатической связью: в тот самый миг, когда Цяо Чжань обернулся, их взгляды встретились.
Гу Шиюэ махнул ему рукой, а Ян Синьмяо, заметив, что Цяо Чжань оглянулся, тоже помахал в ответ.
Когда Цяо Чжань отвернулся обратно, со стороны кулис к свободным местам рядом с ним направилась пара молодых людей, державшихся за руки.
Ян Синьмяо еще не успел опустить руку, как мужчина из этой пары случайно взглянул в его сторону, приподняв голову. Заметив его кричащий красный хохолок, он уже хотел было отвести взгляд, но в следующее мгновение увидел сидевшего рядом с ним Гу Шиюэ и замер на месте.
Гу Шиюэ тоже заметил его, но сохранил полное равнодушие и, опустив голову, принялся возиться с фотоаппаратом в руках.
Ян Синьмяо придвинулся ближе и озабоченно произнес:
— Эй? Ты видел того типа? — В его голосе сквозило недоумение. — Какое знакомое лицо. Не из международной ли он школы?
Гу Шиюэ ничего не ответил. Ян Синьмяо увидел, как застывшего мужчину потянула за рукав сидевшая рядом женщина, усаживая на место, после чего тот снова повернулся в их сторону.
— Это же Го Цзыи! — Ян Синьмяо наконец вспомнил, кто это, и его голос наполнился возмущением: — Какого черта он сюда приперся? Он же даже не из нашей школы.
Гу Шиюэ включил камеру, поднял объектив на трибуну и, глядя в видоискатель, небрежно ответил:
— Его жена — дочка директора, она сегодня тоже будет выступать. Наверное, пришел ее сопровождать.
Брак между семьями Го и Сюй не был секретом. Свадьба сына одного из попечителей международной школы и дочери директора престижной старшей школы в свое время наделала немало шуму. Ян Синьмяо обычно не интересовался подобными сплетнями, поэтому и был не в курсе.
— Тц, этот ублюдок ведь только что на тебя пялился, да? Жена под боком, а глаза так и шарят по сторонам, мразь конченая, как всегда.
Ян Синьмяо был хорошо осведомлен о закулисных подробностях перевода Гу Шиюэ в другую школу, поэтому испытывал к этому человеку лютую неприязнь и теперь не стеснялся в выражениях:
— Ума не приложу, как старшая сестра Сюй при всей ее идеальности согласилась выйти замуж за такого пустышку. Твою мать, скрытый гей женился ради прикрытия, чтоб вы сдохли, мерзость какая.
На сцену вышел ведущий, и церемония официально началась. Гу Шиюэ попросил его говорить потише.
Он подстроил фокус, зафиксировав в кадре видоискателя спину сидящего в первом ряду Цяо Чжаня.
Ряды стояли близко друг к другу, и место Го Цзыи находилось рядом с Цяо Чжанем, так что при настройке объектива в поле зрения неизменно попадало его плечо.
Гу Шиюэ поморщился и с досадой вновь покрутил кольцо зума, успокоившись лишь тогда, когда в кадре остался только крупный план лица Цяо Чжаня в профиль. Мысленно он полностью поддержал Ян Синьмяо: какая же мерзость!
Глава 10. Характер
После вступительного номера быстро наступила очередь официальных речей руководства.
Стоило директору школы заговорить, как Ян Синьмяо тут же одолела сонливость. В нем грозился пробудиться тот самый сверхнавык мгновенного засыпания прямо на уроках, которым он славился в школьные годы. На беду, откидной столик на кресле в актовом зале был слишком мал, чтобы на него можно было лечь, да и угол наклона спинки оказался весьма странным: чтобы заснуть, пришлось бы сползать вниз. Бросив взгляд на две работающие прямые трансляции камеры по обе стороны зала, Ян Синьмяо в конце концов оставил попытки поддаться дремоте и повернулся к Гу Шиюэ, который возился с фотоаппаратом.
— Раз тебе так скучно, какого черта тебя вообще понесло на этот юбилей? — недоумевал Гу Шиюэ. Для Ян Синьмяо с его характером учеба была сплошным мучением, и перед самым выпуском он клялся, что больше никогда в жизни не ступит на территорию школы. Гу Шиюэ никак не ожидал, что тот добровольно вернется сюда.
Ян Синьмяо поджал губы и хмуро ответил:
— Я тут недавно тайком покатался на гоночном авто, и мой третий брат прознал об этом. Теперь меня целыми днями держат под домашним арестом, и только пообещав вернуться в школу, я смог выпросить у него разрешение выйти. Но это все равно лучше, чем сидеть дома, там же просто тоска смертная.
Он возвел очи к небу и с чувством произнес:
— Невестка, ты не понимаешь. Ты понятия не имеешь, какой у меня брат страшный человек.
Гу Шиюэ знал о том самом третьем брате — компания Цяо Чжаня как раз вела с ним совместные дела. Сам Ян Сююй в рабочих вопросах вел дела довольно жестко, но Гу Шиюэ и представить не мог, что и в воспитании младшего брата он придерживается столь суровых методов.
— Ничего страшного, на следующей неделе Цяо Чжань уезжает в командировку в Юньчжоу вместе с твоим третьим братом. Наверное, пробудут там несколько дней, потерпишь еще немного и обретешь свободу.
Услышав, что третий брат уезжает, Ян Синьмяо мгновенно воспрял духом:
— Правда? Как здорово!
Пока они разговаривали, речь директора на сцене подошла к концу, и ведущий пригласил подняться почетного гостя — молодого предпринимателя и выпускника Цяо Чжаня.
Ян Синьмяо тут же принялся хлопать в ладоши и даже громко выкрикнул: «Красавец!», заставив сидевших поблизости одноклассников удивленно оглянуться.
Гу Шиюэ тем временем вскинул камеру, нацелив объектив на сцену, и защелкал затвором еще до того, как Цяо Чжань успел подойти к трибуне.
Появление Цяо Чжаня на сцене вызвало легкий переполох в зале, и Гу Шиюэ услышал восторженные шепотки сидевших впереди девушек:
— Ого, какой потрясающий выпускник!
— Разве этот Цяо Чжань не попал в список людей года по версии финансовых изданий? Ничего себе!
Ян Синьмяо тоже услышал это, лукаво подмигнул Гу Шиюэ, наклонился к нему и шепнул:
— Твоего муженька хвалят.
Не отрывая глаз от видоискателя, Гу Шиюэ невольно улыбнулся.
Речь Цяо Чжаня была короткой. Гу Шиюэ торопливо ловил удачные кадры: из-за неудачного расположения мест ракурсов было немного, поэтому приходилось выбирать удачную точку и снимать серию за серией.
Стрекотание затвора привлекло внимание окружающих. Сидевшая в первом ряду девушка, что только что расхваливала внешность Цяо Чжаня, обернулась и, заметив в его руках огромный объектив, испуганно ахнула:
— Ничего себе, какая профессиональная аппаратура!
Оторвавшись от камеры, Гу Шиюэ виновато улыбнулся ей:
— Прошу прощения, я репортер.
Девушка кивнула в знак понимания и снова откинулась на спинку кресла, слушая выступление.
Гу Шиюэ вновь поднес камеру к лицу и с удивлением обнаружил, что Цяо Чжань смотрит прямо в его сторону. Поймав взглядом его объектив, тот ободряюще улыбнулся.
Палец Гу Шиюэ забарабанил по кнопке спуска с удвоенной скоростью — разве это репортерская съемка? Чистой воды фанатичное преследование кумира!
Выступление Цяо Чжаня завершилось объявлением о его личной благотворительной пожертвовании.
Ян Синьмяо тут же отпустил едкий комментарий:
— Вот почему в этом году такой шухер подняли, оказывается, пришел выбивать деньги.
Опустив голову и просматривая только что сделанные снимки, Гу Шиюэ ответил:
— Новый кампус только открылся, на доведение его до ума требуется куча средств, а государственного финансирования не хватает.
Ян Синьмяо фыркнул:
— Чем только руководство школы занимается? Хоть раз проявили бы твердость. В конце концов, это же городская спецшкола, докатились до такого позора.
Закончив ворчать, он снова уткнулся в телефон и, увидев оживившийся чат их класса, спросил Гу Шиюэ:
— Невестка, а на вечернюю встречу выпускников пойдешь?
Гу Шиюэ решительно покачал головой:
— Нет.
— Почему? — удивился Ян Синьмяо.
— Не люблю такое.
Ян Синьмяо задумался. Вспомнив все эти байки о том, что встречи выпускников — главные разрушители семейного очага, а также зная ненормальную ревнивость Цяо Чжаня, он с плутовской улыбкой поинтересовался:
— Это ты не любишь или мой братец Чжань против, чтобы ты любил?
— Что за бред ты несешь? — Гу Шиюэ едва не запутался во всех этих «любит — не любит». — Мне просто не нравится ходить на подобные мероприятия, я ведь со всеми этими людьми никогда особо и не общался.
— Тоже верно.
Гу Шиюэ перевелся к ним только в старших классах, а после выпуска сразу уехал за границу. Все эти годы он не поддерживал связь с бывшими одноклассниками, так что его отчужденность была вполне естественной.
Ян Синьмяо сделал еще несколько глотков воды и оставил бутылку с недопитыми остатками — на этот раз без крышки — на подлокотнике между их креслами.
— Ладно, раз не хочешь — и не надо. Пара главных сплетников нашего класса тоже придет, так что без расспросов с пристрастием там точно не обойдется.
Зная, что они с Цяо Чжанем до сих пор не афишируют свои отношения, Ян Синьмяо опасался лишних треволнений для друга.
— Ну ладно, я вечером схожу, послушаю сплетни, а потом тебе все расскажу. — Ян Синьмяо снова перевел разговор: — А братец Чжань? Он тоже сразу домой?
В этот момент руководство школы снова пригласило Цяо Чжаня на сцену для общего фото. Гу Шиюэ снова вскинул камеру и, продолжая щелкать затвором, ответил:
— Вечером у него ужин с руководством, если они окажутся в том же ресторане, то, скорее всего, он там тоже засветится.
Место Гу Шиюэ было слишком сбоку, поэтому кадры для общего фото получались неудачными. Сделав несколько посредственных снимков, он опустил голову и принялся удалять лишние кадры.
— Прошу прощения, разрешите пройти, — сидевший на внутреннем ряду одноклассник наклонился и бросил эту фразу Гу Шиюэ.
Гу Шиюэ тут же убрал камеру и подался назад, давая проход.
Пространства между рядами в актовом зале было слишком мало, и даже после того, как Гу Шиюэ подвинулся, проход остался узким. К тому же тот парень был довольно крупного телосложения, поэтому протискиваться наружу ему было явно тяжело — он буквально протискивался с трудом.
http://bllate.org/book/29989/3652276
Готово:
