Не прошло и минуты, как Мэй И, обхватив чашку, осторожно высунула голову из-за двери:
— Ты же не любишь этот запах, разве нет?
— Это ведь не я его ем, — Жун Цюэ изо всех сил старалась не смотреть в сторону её чашки и отправила в рот соцветие брокколи.
Мэй И кивнула, но с того самого момента, как села в машину, вела себя беспокойно: её взгляд то и дело скакал в сторону Жун Цюэ. В итоге Жун Цюэ, хоть и ела овощи, начала закипать от раздражения. Она бросила холодный взгляд в ту сторону, и та, кто только что подглядывала, покорно уставилась в собственную тарелку, стараясь не смотреть по сторонам.
— Что ты хотела сказать? — Жун Цюэ отложила палочки и с терпением принялась разглядывать крошечное личико собеседницы. Раньше оно вечно было скрыто под слоями плотного макияжа, и лишь сейчас она впервые заметила, насколько юным кажется лицо Мэй И, особенно эти живые, по-оленьему ясные глаза.
Мэй И, которая так долго разыгрывала спектакль, только и ждала этого вопроса. В душе она облегченно выдохнула, но внешне изобразила смущение и, запинаясь, произнесла:
— Я никогда раньше не была актрисой. Скажи, что ты чувствуешь, когда снимаешься в сценах с поцелуями?
В салоне машины было очень светло. Достаточно светло, чтобы Жун Цюэ смогла разглядеть ожидание и невыразимый трепет в её глазах.
— Ты с кем хочешь… — не успела она договорить, как объект её внимания, опершись рукой на подлокотник, подалась вперед и коснулась её губ.
Краткое, невесомое касание — и Мэй И тут же отпрянула обратно на сиденье. Она облизнула губы, словно пытаясь поймать оставшийся на них след, и старательно смотрела куда угодно, но только не на Жун Цюэ.
— Я просто хотела узнать, каково это, — виновато пробормотала она.
Внутри она начала обратный отсчет.
Три.
Два.
Один.
Жун Цюэ провела большим пальцем по уголку губ, заметив крошечный след масла на подушечке, затем перевела взгляд на блестящие губы Мэй И и опустила глаза на доеденную порцию лапши.
— Ты только что…
Да! Я только что наелась имбиря, чеснока и кинзы, а потом, не спросив твоего разрешения, поцеловала тебя!
Мэй И видела, как меняется лицо Жун Цюэ, и невольно задержала дыхание, готовясь лицезреть падение уровня симпатии перед тем, как её вышвырнут из машины. Но Жун Цюэ, глубоко вздохнув, холодно скомандовала Помощнику Го, который сидел впереди, остолбенев от увиденного и теперь старательно притворявшегося слепым:
— Сходи и купи ополаскиватель для рта.
Чего?
Мэй И еще долго не могла отвести взгляд от цифры тринадцать над головой Жун Цюэ, а при встрече с ней взглядом в голове у неё образовалась пустота.
Сяо Го оперативно сбегал в ближайший магазин. Когда она передала флакон Жун Цюэ, то, проявив завидную тактичность, захлопнула за собой дверцу машины, отгородившись от этой странной парочки.
Внутри машины.
Мэй И смотрела, как Жун Цюэ собирается чуть ли не залить ополаскиватель в глотку, и у неё от страха по спине пробежали мурашки. План провалился — это ладно, но нельзя же доводить дело до трагического финала!
Обладая гибким характером, она зажмурилась и громко выпалила:
— Прости, я была неправа!
(В следующий раз снова рискну.)
Ополаскиватель поставили перед ней. Голос Жун Цюэ звучал монотонно:
— Даю тебе три минуты, чтобы этот запах исчез из моего мира.
Мэй И схватила флакон, прихватила свою лапшу и, распахнув дверь, рванула прочь с такой скоростью, что оставила после себя лишь размытый силуэт, а Помощник Го, стоявший у дверей, получил порцию дорожной пыли.
По пути обратно Мэй И жаловалась Системе:
— Едва ноги унесла.
Система не ожидала, что та решится на столь отчаянный шаг с Жун Цюэ, и в знак восхищения превратила свои глаза в два поднятых вверх больших пальца, которые мигали, глядя на неё. Мэй И вернулась к машине и, опираясь рукой на дверцу, попросила Систему заглянуть внутрь и проверить, до какой отметки упал уровень симпатии.
Механический шарик только успел залететь в салон, как оттуда вытянулась изящная белая рука. Жун Цюэ наклонилась и вышла из машины, ухватив Мэй И за подбородок и притянув её лицо к себе. Уловив свежий мятный аромат, она слегка разжала нахмуренные брови.
Затем Жун Цюэ посмотрела на неё и приподняла дугу брови.
— Разве ты не хотела попробовать со мной сцену с поцелуем?
— Почему ты так долго возвращалась?
Мэй И: «!»
Она оцепенела, глядя на это привычно холодное и прекрасное лицо. Не шевелясь и с трудом сглатывая слюну, она, не мигая, прошептала:
— Система, в вашей игре есть элементы мистики? Кажется, я слишком часто ходила по ночным дорогам и встретила призрака.
И этот призрак носит лицо Жун-привереды! И еще говорит, что хочет целоваться! Фу!
* * *
Автор: Жун-привереда, обычные сцены с поцелуями требуют лишь прикосновения, зачем ты заставляешь её так старательно полоскать рот? Как именно ты собираешься целоваться?
Глава 10
Как только прозвучало слово «Система», парящий в воздухе шарик понял, что дело пахнет жареным! В экстренном порядке он включил режим заглушки для слов Мэй И!
— Ты что сказала? — Жун Цюэ видела, как двигаются её светлые губы — по всему выходило, что та сказала нечто длинное, но она не разобрала ни слова. Брови Жун Цюэ снова сошлись на переносице, пальцы, сжимавшие подбородок Мэй И, напряглись, а расстояние между ними сократилось настолько, что они стали делить одно дыхание на двоих.
А-а-а, эта похотливая призрачная девица сейчас поцелует меня!
В критический момент мозг Мэй И, наконец, вспомнил, что это игра. Она со скоростью света вызвала панель управления и нажала паузу, после чего резко отпрянула назад, запуталась в собственных каблуках и с грохотом шлепнулась на пятую точку.
Система подлетела к ней. Увидев, что Мэй И продолжает пятиться с выражением ужаса на лице, она поспешила напомнить:
— Наша игра — про нежную любовь, здесь не может быть никаких мистических элементов. Перед тобой настоящая Жун Цюэ, дорогая.
Мэй И, пребывая в прострации, несколько раз пробормотала «этого не может быть». Впрочем, винить её в этом было нельзя. До того как она начала свой «рейд» на Жун Цюэ, её любовный радар и логика работали безупречно. До игры Кастомный возлюбленный она проходила множество отомэ-игр, но стоило ей встретить Жун Цюэ — и все её попытки сблизиться через типичные сценарии с демонстрацией теплоты, милоты, живости или солнечного характера один за другим провалились.
Лишь после этого она превратилась в ту, кем является сейчас.
http://bllate.org/book/30011/3655338
Готово:
