В бамбуковой роще и на дороге, ведущей в горы.
ДевятиХвостый Лис заметно отличался от стаи лисиц, сбившихся в кучу в углу: его глаза были живыми, яркими и удивительно чистыми.
Но самым необычным было то, что они имели серебряный оттенок.
Невероятно красивый снежно-серебряный цвет.
— А вчера? — спросил Ди Цзыхуань. — Вчера ты ведь тоже меня видел, я ведь даже спас тебя.
Вчера?
Лянь Хэн немного подумал и сказал:
— Вчерашняя лиса, хоть её глаза и были серебряными, казалась совсем другой.
— Почему? — Ди Цзыхуань действительно немного заинтересовался.
Ведь его воплощение и истинное тело выглядели абсолютно одинаково!
Этот человек мельком видел лишь его аватар — и уже смог заметить разницу?
Лянь Хэн медленно покачал головой и ответил:
— Не могу точно объяснить, просто возникло какое-то странное чувство. Если уж настаивать, то от глаз этих двух лис исходило совершенно разное ощущение.
— Считай, что у тебя глаз алмаз! — Ди Цзыхуань сделал шаг вперёд, его миниатюрное тело замерло на самом краю каменного постамента, и он, слегка задрав подбородок, бросил на него взгляд: — То была лишь моя проекция.
Обычный лисёнок нёс в себе куда меньше давления, чем ДевятиХвостый Лис, особенно когда смотрел на него снизу вверх. Эта разница в росте... Лянь Хэна вполне устраивала.
На этот раз даже без подсказок ДевятиХвостого Лиса он послушно открыл рот:
— Вы поистине велики, господин Лис!
— Угу. — Ди Цзыхуань задрал подбородок ещё выше.
Пользуясь тем, что тот был в хорошем настроении, Лянь Хэн снова заикнулся:
— Тогда я спущусь с горы...
— Я пойду с тобой, — Ди Цзыхуань уже собрался было спрыгнуть с постамента, но заметил на камне тонкий слой пыли — судя по всему, её нанесло ветром во время недавнего ливня, — и у него тут же пропало всякое желание ступать туда лапами.
Духовная сила на исходе, да ещё и лапы испачкает — в таком состоянии даже простейшую Технику Очищения от Пыли применить трудно.
Вспомнив о своём новоиспечённом слуге, Ди Цзыхуань оживленно блеснул глазами:
— Эй, мой слуга, иди сюда.
Лянь Хэн помедлил всего секунду, после чего шагнул к маленькому лисенку. Когда он подошёл вплотную к постаменту, лис сделал резкий прыжок и изящно...
устроился у него на правом плече.
Лянь Хэн посмотрел на опустевший каменный постамент, а затем на ничего не подозревающего лисёнка.
Лис прижался к нему совсем близко, стоило лишь чуть-чуть скосить взгляд — и можно было заглянуть прямо в эти серебряные глаза.
Человек и лис некоторое время смотрели друг на друга, пока Лянь Хэн наконец не выдержал и не напомнил:
— Если ты уйдешь, что будет со статуей на постаменте?
— У меня, разумеется, есть способ.
— Только не говори, что разнесешь храм вдребезги и спишешь всё на землетрясение, — нарочно поддразнил его Лянь Хэн.
На таком близком расстоянии он отчетливо видел, как у Ди Цзыхуаня расширяются глаза — его и без того узкие лисьи глазки едва не стали круглыми.
Ди Цзыхуань просто не верил, что кто-то может нести такую наглую чушь!
Он был готов лопнуть от злости!
— Да как ты смеешь, дерзкий глупец, твои грехи непростительны!
Лис так разозлился, что запрыгал на месте, да так, что у Лянь Хэна аж плечо заболело от его толчков.
Впрочем, на этом боль и закончилась.
Получив ещё пару чувствительных пинков, Лянь Хэн почувствовал себя на удивление спокойнее.
Словесная атака этого лиса шла ни в какое сравнение с его когтями.
И всё-таки эти прыжки... тц, больно ведь.
Глава 6
По дороге вниз с горы.
Ди Цзыхуань ругался всю дорогу без остановки.
— Ты ужасно глуп!
— Как тебе вообще в голову могло прийти такое!
— Просто немыслимо! Чудовищно! Смехотворно!
— Из тебя никудышный слуга! Никакого уважения к господину!
— Какая дерзость! Сплошная наглость!
— И ты посмел сказать мне такое в лицо!
Лянь Хэн слушал его всю дорогу, но выражение его лица становилось всё более невозмутимым.
Этот лис по кругу повторял одни и те же фразы.
Строил из себя грозного зверя, а на деле — сплошное позёрство, от которого даже не было раздражения.
Впрочем...
— Господин Лис, когда спустишься с горы, пожалуйста, не разговаривай так постоянно, в человеческом мире...
Лянь Хэн собирался сказать: «В человеческом мире не бывает говорящих человеческим языком лис», но вовремя одумался и исправился:
— В человеческом мире свои правила: после основания государства животным запрещено превращаться в духов.
— Тц, — Ди Цзыхуань выразил крайнее презрение. — Думаешь, твои жалки законы мне указ?
— Законы-то, может, и нет, но тебя тогда просто схватят, — перебил его Лянь Хэн. — Путь магии пришёл в упадок, но осталась так называемая истина. Сейчас не эпоха холодного оружия, предупреждаю заранее: нынешнее оружие далеко превосходит твои представления.
Ди Цзыхуань резко повернулся, впившись взглядом в его глаза, и потребовал:
— Что ты только что сказал?
Лянь Хэн сообразил не сразу:
— ...В человеческом мире есть правила?
— Дальше.
— После основания государства не разрешено становиться духами?
Лянь Хэн недоумевал: что вообще не так с этим лисом?
— Ты что, равняешь меня с этой мелкой нечистью?! — свирепо зыркнул на него лис.
Лянь Хэн: «...»
У лис что, настолько заторможенная реакция?
— Да ты хоть знаешь, кто я...
— ДевятиХвостый Лис!
Ди Цзыхуань помолчал пару секунд, отвернулся и с глубоким вздохом произнес:
— И как угораздило меня заключить сделку с таким тупицей, который даже не в силах отличить благородного ёкуя от низшего духа!
Кто вообще разбирается в этих демонах и духах, когда ясно сказано: после основания государства — никаких превращений в духов?
Не успел Лянь Хэн и слова возразить, как лис продолжил:
— Помнится, в мои лучшие годы прославленные даосы толпами бегали за мной, умоляя заключить контракт, но я всех отвергал и отправлял восвояси.
Лянь Хэн: «...»
— Кто бы мог подумать, что судьба столь изменчива, а жизнь лиса полна неожиданностей, и в конце концов я свяжу себя узами с каким-то смертным, — Ди Цзыхуань задрал маленькую лисью мордочку и горестно вздохнул в небеса. — Если они об этом узнают, сколько же насмешек мне придётся выслушать.
Разве это не контракт между господином и слугой?..
Лянь Хэн молча вздохнул про себя.
Кто там вообще утверждал, что лисы хитрые и коварные?
Он первый выступит против!
— Ты должно быть накопил немало заслуг в прошлых жизнях, раз тебе посчастливилось встретить меня и стать моим слугой в этой, — с предельной серьезностью изрек Ди Цзыхуань. — Моим первым слугой.
Лянь Хэн: «...»
Выходит, награда за добродетель и благочестие — это пахать на кого-то в качестве рабочей скотины?
Этот лис вообще-то Горный бог, но он хоть иногда думает перед тем, как говорить?
И ведь прожил столько лет зря.
В раздумьях Лянь Хэн постепенно разглядел раскинувшуюся у подножия деревню.
Издалека он заметил группу людей в красных куртках, которые как раз поднимались на гору.
Они шли по той же тропе, по которой он сам поднимался раньше, а путь этот был далеко не безопасным. Завидев их, Лянь Хэн поспешно закричал во всё горло:
— Эй! Не подходите! Впереди горный обвал!
Он махал руками и кричал изо всех сил. На пустынном склоне его голос разнёсся далеко, успешно привлекая внимание спасателей у подножия.
Тань Ли сразу узнала своего шефа в толпе и поспешила обратиться к руководителю спасательного отряда:
— Капитан Се, это наш генеральный директор Лянь.
— Он спустился сам? — с удивлением произнес Се Чжэнцзинь. — В такую погоду горные тропы Горы Цзюхуань небезопасны.
Заместитель капитана Ван Сюй тоже изумился:
— Разве на горе не было повторных толчков? Как он так быстро смог выбраться?
Услышав голоса, бабуля Лянь вышла из-под навеса и посмотрела на Лянь Хэна. Первое, что бросилось ей в глаза — белый комочек шерсти, примостившийся у него на плече.
Похоже... это была лиса?
Бабуля Лянь на мгновение замерла.
Горный бог.
Несомненно, Горный бог.
Это сам господин Горный бог указал ему путь!
...
Тропа, которую Ди Цзыхуань выбрал для спуска, была той самой, по которой он ходил обычно.
Узкая, глухая дорожка, крутой склон, усыпанный толстым-толстым слоем побулевшей опавшей листвы.
Лянь Хэну приходилось каждые пару шагов пригибаться и изворачиваться, уворачиваясь от низко свисающих веток.
С лисьим провожатым безопасность-то обеспечивалась, но вот сама дорога... явно предназначалась не для людей.
Сгорбившись, петляя из стороны в сторону, он двигался точно какой-то воришка.
Ветер, поднявшийся после дождя на горе, нёс с собой легкую влагу, смешивая сырость со свежим ароматом зелени. Тишина, прохлада и умиротворение — когда-то это было любимым состоянием Лянь Хэна.
Но начиная с сегодняшнего дня, с этого самого момента, ему больше никогда в жизни не захочется выходить из дома в дождливую погоду.
Лянь Хэн шагал медленно, ступая предельно осторожно.
То ли слова, сказанные им ранее, подействовали, то ли еще что, но лис всю дорогу молчал, лишь тихонько притаившись на плече и ведя себя донельзя послушно.
Стоило Лянь Хэну присесть, как лис обвивал его шею пушистым хвостом, а когда он поднимался — снова ослаблял хватку...
Горный ветер заунывно и непрерывно завывал меж деревьев, но за всю дорогу Лянь Хэн успел вспотеть всем уязвимым местом на шее под тяжелым пушистым лисьим хвостом.
Когда они наконец спустились со склона, налетевший ветер наполовину высушил насквозь промокшую одежду Лянь Хэна.
На лбу выступили мелкие капельки пота, тело ломило от дискомфорта.
Обойдя этот участок склона, он лицом к лицу столкнулся со спешившими на поиски спасателями.
— Генеральный директор Лянь, вы как? — Тань Ли тут же протянула ему чистые полотенца и куртку.
Лянь Хэн лишь слегка протёр полотенцем лицо и руки, после чего спокойно произнес:
— Всё в порядке.
Главное — жизнь сохранил.
Хотя по дороге ему и довелось встретить ёкуя.
Се Чжэнцзинь с ног до головы окинул его внимательным взглядом, убедившись в отсутствии видимых ран, и только после этого перевел взор на лиса, аккуратно подобравшего все четыре лапы на плече пострадавшего.
Лис выглядел благопристойно, сидел правильно, белоснежная шерстка сияла, глаза излучали живой блеск — с первого взгляда было очевидно, насколько сильно зверь разумен.
Легенды о Горном боге Горы Цзюхуань ему были знакомы, он даже бывал в Храме Цзюхуань на вершине. Пусть он и не верил в них всецело, но знал, что лис на горе водится немало, и сам издавидел их пару раз издалека, однако столь красивую особь встретил впервые.
— Директор Лянь, а эта лиса?.. — Тань Ли тоже заметила зверька.
Лянь Хэн покосился на плечо. Лис, почуяв его взгляд, тут же повернул мордочку в ответ.
Оправдание для лиса Лянь Хэн придумал ещё по дороге:
— Я встретил её в горах, и только благодаря тому, что шел за ней следом, мне удалось спуститься.
— А эта лиса и впрямь выглядит необычайно разумной, — заметила Тань Ли и тут же вспомнила: — Ах да, директор Лянь, я тут расспросила местных жителей, они говорят, что в Храме Цзюхуань почитают именно лису. Много лет назад предков здешних крестьян спас лис, поэтому здешние жители относятся к лисам снисходительно, и со временем их популяция на горе постепенно увеличилась.
http://bllate.org/book/30044/3660067
Готово:
