— Отвечаю хозяину: ваш подчиненный Инь Ци, — ответ прозвучал четко и отрывисто.
Инь Ци? Нань Юйбин вспомнил: обычно Теневых Стражей называли просто кодовыми именами.
— Нехорошее имя. Давай-ка сменим. Есть какие-то пожелания?
Человек на мгновение опешил, но не подал виду. Склонив голову, он произнес:
— Подчиненный не смеет. Прошу хозяина дать мне имя.
Нань Юйбин задумался на пару мгновений. Вспомнив привычные клише, он, подражая героям романов, сказал:
— Хорошо. Раз уж ты теперь со мной, носи мою фамилию — Нань. Имя — Фэйнянь: Фэй — означающее полет, Нянь — из названия годов. Нань Фэйнянь. Как тебе?
— Подчиненный благодарит хозяина за дарованное имя, — человек на миг замер, после чего приник лбом к полу. Сердце его охватило волнение: у него появилось имя.
Нань Юйбин лихорадочно перебирал воспоминания. Он вспомнил, как раньше прежний владелец тела, навещая Павильон Сяньчи и общаясь с Чжань Цинси, видел там Теневых Стражей. Он знал: их ежедневно подвергают тренировкам, выносить которые обычному человеку не под силу. Годы проходят, и те, кто выживает, становятся первоклассными мастерами.
Однако, несмотря на это, они оставались существами, чью жизнь презирали и ставили ни во что, словно жизнь муравьев. Эти лишенные чувств, созданные лишь для убийств холодные инструменты, по сути, были не более чем острыми клинками. До того как покинуть Павильон, их судьбы принадлежали Павильону Теневой Стражи, а после признания хозяина власть над их жизнью и смертью переходила к нему. В этом сияющем мире они были лишь тенью, лишенной права на свет, и никто не питал к ним ни капли сострадания.
Но Нань Юйбин был иным. Воспитанный на идеях гуманизма, он не мог равнодушно смотреть на то, что в книгах воспринимал лишь как художественный вымысел. Живой человек, стоящий перед ним на коленях, заставил его сердце дрогнуть. С оттенком жалости и печали в голосе он сказал:
— Встань.
Однако Фэй Нянь не шелохнулся. Он снова припал лбом к полу и произнес:
— Прошу хозяина простить меня. Согласно правилам Павильона Сяньчи, при признании хозяина Теневой Страж обязан пройти обряд подчинения: принять удар наставническим кнутом и выслушать правила, установленные хозяином. Если у хозяина есть иные требования, он может озвучить их.
Закончив, он достал из-за пояса кнут и поднял его над головой обеими руками:
— Прошу хозяина нанести удар.
Эти правила, разумеется, были призваны укрепить авторитет владельца в глазах Стража. Но Нань Юйбин не держал на него зла, с какой стати ему причинять человеку боль? К тому же, он опасался, что этот мастер в ответ на удар вскочит и прикончит его одним движением.
— Я не знаком с вашими правилами. Обойдемся без этого, — ответил Нань Юйбин.
Фигура коленопреклоненного человека дрогнула. Он явно запаниковал, но попытался сохранить невозмутимость, приподняв кнут повыше:
— Прошу хозяина… Ваш подчиненный ни в коем случае не окажет сопротивления.
Нань Юйбин по-прежнему не двигался.
Человек перед ним заметно нервничал, он склонился, коснувшись лбом носков обуви Нань Юйбина, и робко спросил:
— Вы… не хотите меня принять?
От этих слов сердце Нань Юйбина смягчилось. Он поспешно стал отрицать, но, вспомнив об угрозе со стороны Виллы Тяньлин, понял, что телохранитель ему не помешает. К тому же, этот человек не проявлял к нему никакой враждебности.
— Ладно, — с неохотой согласился Нань Юйбин, принимая кнут и разворачивая его.
Фэй Нянь не выказал страха. Он быстро и ловко снял верхнюю одежду и выпрямился, повернувшись к нему спиной.
И одежду еще нужно снимать? Нань Юйбин подумал, что ему предстоит долгий путь привыкания к суровой иерархии этого древнего мира.
Рука поднялась, кнут опустился. Нань Юйбин ударил, оставив на спине Фэй Няня ярко-алый след. От удара парня качнуло.
Нань Юйбин испуганно замер. Он ведь совсем не вкладывал силы, но в момент удара из ладони вырвалась горячая волна. Неужели это и есть внутренняя сила, о которой говорят в легендах?
Парень быстро восстановил равновесие и снова застыл в покорной позе. Алый след на его спине вызвал у Нань Юйбина приступ вины: он не умел управлять внутренней силой, из-за чего обычный взмах кнутом превратился в мощный удар.
Нань Юйбин помедлил, но услышал спокойный, сдержанный голос:
— Хозяин, по правилам нужно десять ударов. Прошу, продолжайте.
В его голосе не было ни капли недовольства. Нань Юйбину пришлось взмахнуть кнутом еще несколько раз. Он старался изо всех сил контролировать силу удара, но на спине Фэй Няня все равно выступили багровые полосы.
Зрелище было неприятным. Не желая больше на это смотреть, Нань Юйбин молча сложил кнут и, стараясь говорить как можно спокойнее, произнес:
— Довольно. Одевайся скорее.
В его голосе невольно проскользнули разочарование и сочувствие.
Фэй Нянь ответил «слушаюсь» и быстро оделся. На самом деле он почти не почувствовал боли. По сравнению с наказаниями, которые он пережил в Павильоне, это было сущим пустяком. В душе он был благодарен хозяину за мягкость и думал, что такой добрый человек наверняка будет легок в общении.
Увидев, что хозяин протягивает ему кнут, Фэй Нянь не стал его брать, опустив голову, он пояснил:
— Хозяин, этот предмет должен храниться у вас, чтобы вы могли в любой момент наказать подчиненного.
— Если мне и придется тебя наказывать, я не стану пользоваться этой штукой. Забирай себе, — Нань Юйбин ни за что бы не поднял на него руку снова.
— …Слушаюсь.
Фэй Нянь принял кнут обеими руками и заткнул его за пояс. Он недоумевал, почему хозяин не хочет его оставить. Каждый Теневой Страж после признания хозяина оставлял кнут у него в руках как символ власти. Фэй Нянь испугался: вдруг хозяин отказался принимать его? Но ведь только что он не сказал, что не принимает его… Возможно, хозяин просто не знает правил Павильона Теневой Стражи? Фэй Нянь попытался себя успокоить.
Нань Юйбин помедлил и решил его утешить:
— Фэй Нянь, раз уж ты признал меня хозяином, то с Павильоном Сяньчи тебя больше ничего не связывает. Чжань Цинси уже перевела твое досье в Павильон Сюаньшэн под мое имя. Отныне ты — мой человек и принадлежишь Павильону Сюаньшэн. Забудь прежние правила, помни только мои.
— Слушаюсь, ваш подчиненный понял, — ответил Фэй Нянь, убедившись в своей догадке.
— Хорошо, слушай внимательно. У меня нет таких сложных правил, как в Павильоне Сяньчи. Первое: беспрекословно исполнять мои приказы. Второе: никогда не лгать мне. Третье: мои слова должны быть для тебя законом, вникай в них. Пока этих трех достаточно, остальное обсудим по ходу дела. Вставай, хватит на коленях стоять.
Нань Юйбин, пытаясь вспомнить все подходящие реплики из сценариев, которые читал, закончил свою речь.
— Слушаюсь, подчиненный запомнил, — Фэй Нянь поднялся, поклонился, собираясь скрыться с помощью техники легкой поступи.
— Ты куда? — остановил его Нань Юйбин.
— Если у хозяина нет других поручений, подчиненный должен скрыться из виду… Если понадоблюсь, я немедленно появлюсь, — ответил Фэй Нянь.
— В будущем не нужно так делать. Ты исчезаешь, как тень, я тебя не вижу, а в доме я один — слишком уж пусто, — сказал Нань Юйбин.
— Хозяин приказывает мне быть при нем? — с надеждой и радостью в голосе спросил Фэй Нянь.
— Да, именно это я и имел в виду.
— Слушаюсь.
Фэй Нянь был вне себя от счастья. В обязанности Теневых Стражей обычно входила только скрытая охрана, а для прислуживания хозяину всегда находили других. Конечно, при обучении был и такой курс, но всегда хватало красивых слуг, зачем хозяевам нужно было пользоваться услугами этих «клинков», которые умели лишь отвечать «слушаюсь»? И вот теперь хозяин приказал ему, Теневому Стражу, прислуживать — это было пределом его мечтаний.
Возможно, Фэй Нянь еще не знал, что отныне всё, о чем он не смел даже мечтать, станет для него таким же доступным, как летнее солнце.
Глава 2. Знакомство
Здесь не было работы и интернета, и для Нань Юйбина время тянулось мучительно долго. Во время болезни он часто спал, а когда просыпался, рядом были старший брат или Чжань Цинси, с которыми можно было поболтать, так что тоска не так сильно донимала. Теперь же, в этой тишине и безделье, каждая минута казалась годом.
Постепенно настал полдень. На улице стало жарко, но в деревянном домике царил холод.
Получив приказ прислуживать, Фэй Нянь выбрал угол, где и стоял, тихо ожидая распоряжений хозяина.
Нань Юйбину было тоскливо. Он не любил шум, но и к такой пустоте не привык. Он рассчитывал, что раз уж Нань Юйцзэ и Чжань Цинси ушли, здесь останется человек, с которым можно перекинуться парой слов, чтобы развеять скуку. Но теперь выходило так: Фэй Нянь стоял истуканом, и если Нань Юйбин не начинал разговор, тот молчал.
Прошло немного времени, и Нань Юйбин не выдержал. Он решил нарушить тишину первым:
— Фэй Нянь, давай поговорим. А то мы оба молчим, как-то неловко.
Услышав приказ, Фэй Нянь немедленно опустился перед ним на колени:
— Слушаю распоряжения хозяина.
— Э-э, не нужно такой скованности, вставай скорее, — Нань Юйбин не мог смотреть, как тот стоит на коленях, и спросил первое, что пришло в голову: — Сколько тебе лет?
Фэй Нянь встал, опустив голову — сама покорность.
— Отвечаю хозяину: двадцать один год.
Нань Юйбин узнал, что парень на три года младше него, но из-за спокойного характера тот казался куда взрослее. Похоже, жестокие тренировки выжгли из него всю юношескую живость. От этой мысли у него внутри снова все сжалось.
— Завтра я собираюсь сходить в горы за лекарственными травами, которые помогут мне быстрее восстановиться. Пойдешь со мной? — спросил Нань Юйбин.
— Слушаюсь.
Нань Юйбину нужно было поправлять здоровье, к тому же он хотел найти способ избавить Фэй Няня от яда в его теле.
Теневые Стражи Павильона Сяньчи принимали лекарство, с помощью которого хозяева контролировали их. Яд этот был крайне жестоким. Если вовремя не принять антидот, в первый день тело начинало сотрясать от жуткой боли, а внутренняя сила постепенно угасала. На второй день разрывались меридианы, и все мастерство культивации обращалось в прах. На третий день кожа начинала гнить, и человек умирал от кровотечения. Нань Юйбин смутно помнил, что яд назывался Ужас Души — само имя вызывало трепет.
Уходя, Чжань Цинси оставила ему антидот на полгода для Фэй Няня, наказав давать его раз в месяц, а когда запас закончится — взять новый в Павильоне Сяньчи. Но Нань Юйбин не хотел использовать этот метод контроля. Он хотел снять яд, тем более что, опираясь на имеющиеся у него медицинские знания, сделать это было проще простого. Использовать лекарства для контроля над чужой свободой было для него чем-то постыдным. Он решил: как только яд выйдет, если Фэй Нянь захочет остаться — он оставит его, а если тот захочет уйти — отпустит.
— Кстати, ты разбираешься в лекарственных травах? — вдруг спросил Нань Юйбин.
— Подчиненный обучался этому, но я был нерасторопен и не все запомнил. Прошу хозяина не сердиться, — ответил Фэй Нянь.
http://bllate.org/book/30264/3689837
Готово:
