Мэн Ко хмыкнул, подошел и приложил ладонь ко лбу Мэн Сюйчу. Жара не было, но выглядел тот совершенно разбитым.
— Ну как, терпимо? — спросил он.
Мэн Сюйчу смахнул его руку:
— Со мной всё в порядке.
— Что-то не похоже, — Мэн Ко скривил губы и перевел взгляд на Цзян Цяня. — Цзян Цянь, ты как считаешь?
Цзян Цянь, не поднимая глаз, ответил:
— Я не смею высказываться.
Мэн Сюйчу наградил его тяжелым взглядом, а Мэн Ко расхохотался.
Впрочем, сейчас и правда стоило вести себя потише. В больнице творился полный хаос, и добрая половина проблем была на совести этого господина.
— Не переживай, Цзян Цянь, — Мэн Ко выразительно подмигнул. — Ты ведь сделал доброе дело для нашего брата. Не волнуйся, та семья не узнала, что именно ты был последним, кто заходил в реанимацию. Наш брат уже распорядился перекрыть всю информацию.
Цзян Цянь с удивлением посмотрел на Мэн Сюйчу.
Тот опустил ресницы, словно не заметив этого взгляда, и кашлянул:
— Хватит, давайте к делу.
Мэн Сюйчу тоже попал под дождь.
Хотя по дороге Цзян Цянь изо всех сил пытался его прикрыть, в такой ливень пробраться невредимым было почти невозможно. Мэн Сюйчу и правда чувствовал себя неважно, хотя нельзя было с уверенностью сказать, виной тому дождь или что-то иное.
На самом деле, с начала этого месяца ему не стало лучше ни на день: болела голова, желудок, кости — боль смешалась в единый ком, и он уже не понимал, что ноет сильнее, лишь день за днем влачил это жалкое существование.
Может, когда закончится сезон дождей и небо снова прояснится, он, подобно распускающимся растениям, тоже немного оживет.
Он глубже вжался в диван, принял лекарство, которое подал Цзян Цянь, и запил водой.
Одежда Мэн Ко намокла, поэтому он не стал садиться на диван, а пододвинул стул и расположился рядом с Мэн Сюйчу, цокая языком:
— В больнице сейчас настоящий переворот.
Мэн Сюйчу потер виски:
— Му Тинюэ совсем плох?
— В том-то и дело, — ответил Мэн Ко. — Хуже ему уже вряд ли станет. Главная проблема в том, что тетушка и второй дядя примчались туда, но к нему их не пустили. Теперь устраивают скандал.
Мэн Сюйчу усмехнулся:
— Какая разница, видят они его или нет, если он без сознания.
— Именно в этом всё и дело, — пояснил Мэн Ко. — Если Му Тинюэ чудом очнется хотя бы на миг — это событие вселенского масштаба. Кто успеет его умаслить, чтобы он на скорую руку составил завещание, тот избавится от кучи проблем в будущем. Так что, Цзян Цянь, твоя работа была просто блестящей! Две минуты — и всё задуманное ими на корню загублено!
Мэн Ко добавил:
— Эти две семьи с адвокатами наперевес неслись туда, и что в итоге? Даже лица его не увидели. А теперь начали валить вину друг на друга, грызутся так, что искры летят.
Мэн Сюйчу не стал комментировать этот фарс, лишь спросил:
— Что говорят врачи?
— Э-э... — Мэн Ко замялся, подбирая слова. — Врачи всегда говорят, что есть надежда, даже если шанс один на тысячу. Но, судя по их тону, всё кончено. — Он помолчал и понизил голос: — Времени почти не осталось.
Мэн Сюйчу опустил взгляд, погрузившись в свои мысли, а затем повернул голову и встретился глазами с Цзян Цянем.
Тот тоже пристально смотрел на него. Его серо-голубые глаза казались глубокими и темными, в полумраке комнаты их выражение невозможно было разгадать.
Мэн Ко с любопытством переводил взгляд с одного на другого, пока не выдержал:
— Вы чего так смотрите друг на друга? — Он озадаченно нахмурился. — Передаете мысли на расстоянии? Есть что-то, чего мне нельзя слышать?
Никто не ответил.
Спустя мгновение Цзян Цянь первым отвел взгляд и покачал головой.
Мэн Ко хотел было что-то добавить, но зазвонил телефон. Выслушав пару слов, он посерьезнел, наклонился к Мэн Сюйчу и прошептал:
— Приехала Му Жун.
***
Через несколько минут Мэн Сюйчу, переодевшись, спустился вниз.
Он умылся горячей водой, чтобы прилить крови к лицу, и прежняя бледность как будто исчезла. Однако Мэн Ко всё равно волновался: он прекрасно понимал, что если человеку было плохо так долго, то за минуту он выздороветь не мог — всё это была лишь искусная маска.
— Брат, может, не стоит сегодня встречаться? Иди отдохни. Мы и так избегали её столько времени, одним днем больше — одним меньше.
— Мы и так вечно ссылались на болезнь, а сегодня я уже засветился у Му Тинюэ, — Мэн Сюйчу улыбнулся. — Притворяться дальше не выйдет.
— Но мы ведь не притворяемся! — воскликнул Мэн Ко.
Мэн Сюйчу бросил на него быстрый взгляд.
Цзян Цянь заметил:
— Лучше всё-таки притвориться.
Мэн Ко замер, лишь через некоторое время осознав смысл сказанного.
То, что у Мэн Сюйчу слабое здоровье — факт, но то, что посторонние не знают всей правды, — тоже факт. Он часто брал отгулы из-за недугов, пропуская совещания, и выглядел болезненно, но в критический момент мог явиться как ни в чем не бывало и всю ночь вести переговоры с железной хваткой. Поэтому, хотя члены семьи Му и называли его хилым, в глубине души никто не осмеливался в это верить до конца.
Мэн Ко понимал эту логику, но всё равно считал, что Мэн Сюйчу нужен отдых. Находясь в замешательстве, он мог лишь вздыхать:
— Эх, ну ладно, ладно!
— Ничего страшного, — сказал Мэн Сюйчу. — Иди переоденься в сухую одежду и прими душ, не хватало еще простудиться. А Цзян Цянь со мной спустится, этого достаточно.
Мэн Ко всё еще колебался.
Цзян Цянь кивнул:
— Иди.
Видя, что оба настаивают, Мэн Ко неохотно отправился в свою спальню.
***
В гостиной на первом этаже Му Жун расхаживала взад-вперед, мечущаяся, словно муравей на горячей сковороде.
— Ну почему Сюйчу до сих пор не пришел!
Кто-то подал ей чай:
— Пожалуйста, подождите, он скоро будет.
Вид чая её только раздражал. На столе уже стояли три пустые пиалы. В гневе она схватила диванную подушку и швырнула её в сторону.
Плюх!
Подушка угодила прямо к ногам Мэн Сюйчу.
Летящий предмет застал Мэн Сюйчу врасплох. Он инстинктивно попытался увернуться, но скованное болью тело не позволило сделать это достаточно ловко, и он чуть не оступился на лестнице.
— Осторожнее, — Цзян Цянь поддержал его, обхватив за плечи.
Мэн Сюйчу, опираясь рукой о предплечье Цзян Цяня, с трудом удержал равновесие. Тяжело дыша от пережитого испуга, он выдавил усмешку:
— Тетушка, отчего же столько гнева?
Му Жун обернулась и, осознав, что чуть не попала в Мэн Сюйчу, смутилась.
Она поправила волосы, натянула улыбку и постаралась вернуть себе невозмутимость знатной дамы:
— Я просто нервничаю, извини, Сюйчу. Не рассчитала силу, чуть не ранила тебя.
Мэн Сюйчу улыбнулся:
— Это всего лишь подушка, ничего страшного.
— Хорошо, что ты понимаешь, а то я уж... — Му Жун хотела продолжить, но её взгляд внезапно изменился, став странным.
Мэн Сюйчу спросил:
— Что-то случилось?
Му Жун отвела глаза, но тут же украдкой начала переводить их с Мэн Сюйчу на Цзян Цяня и обратно. Выглядела она одновременно смущенной и озадаченной.
— Нет, вы... вы двое... вы что, наедине всегда так... обнимаетесь?
Мэн Сюйчу:
— ?
Цзян Цянь:
— ...
Мэн Сюйчу посмотрел вниз — Цзян Цянь всего лишь придерживал его.
— А что здесь не так? — спросил он.
Му Жун прекрасно понимала, что это поддержка, но рука, обнимающая за плечи, да и телохранитель такой высокий... вместе они смотрелись как-то... Если сказать, что это нормально — то это несправедливо по отношению к её племяннику, а если сказать, что это не подобает — то всё равно как-то... в общем, словами не описать.
Му Жун отвела взгляд и прикрыла рот рукой. Долго колебалась, видимо, подбирая нужные слова, и наконец сдавленно произнесла:
— Ладно, ладно. При мне — еще куда ни шло, но на людях так себя вести нельзя, понимаешь? Твой второй дядя только и ждет, к чему бы придраться, нельзя давать им повода. Ох, повезло тебе, что встретил меня, я человек молчаливый. Не бойся, тетушка никому не расскажет!
Мэн Сюйчу:
— ....................
Над головой Мэн Сюйчу словно закружились вопросительные знаки. Он впервые за долгое время почувствовал такую усталость, что даже не мог найти слов для оправданий.
***
Стол убрали, чайный набор расставили заново. Мэн Сюйчу попросил Цзян Цяня заняться своими делами.
Когда тот ушел, в гостиной остались только Мэн Сюйчу и Му Жун. Атмосфера была неловкой.
Наконец Му Жун нарушила тишину, пододвинув чашку к Мэн Сюйчу:
— Это чай, который я привезла. Попробуй, Сюйчу, вдруг понравится.
Мэн Сюйчу отпил глоток. Чай был действительно хорош, но заварен слишком крепко. Он опустил чашку и улыбнулся:
— Спасибо, тетушка, мне очень нравится.
— Раз нравится — хорошо. — Покончив с любезностями, Му Жун перешла к делу: — Сюйчу, я искала тебя три дня, ты ведь должен знать зачем.
— Слушаю вас, тетушка.
— Тот район в Нижнем городе — я занималась им лично. Первая очередь уже построена, вторая в процессе, и тут вдруг старший брат без предупреждения переводит туда Тяньчэна. — Она усмехнулась: — Я, конечно, с этим не согласна.
Мэн Сюйчу кивнул:
— М-м... Так чего вы хотите от меня?
— На том объекте возникли небольшие проблемы, — сказала Му Жун. — Снос задержался, но мы уже запустили процесс принудительного исполнения. Тяньчэн хочет влезть в это дело и урвать свой кусок, это непорядочно. Но раз на то воля брата, мне трудно идти против него.
— Это и правда непросто, — улыбнулся Мэн Сюйчу. — Но тетушка, вы же знаете, в строительных проектах я не силен.
Му Жун молча посмотрела на него, а затем рассмеялась:
— Ох, Сюйчу, я не побоюсь сказать прямо. Хоть Тяньчэн и пришел ко мне после того, как показал свою некомпетентность в штабе, мы оба знаем, что именно на это с самого начала рассчитывал старший брат.
Говоря это, она следила за выражением лица Мэн Сюйчу. Видя, что он внимательно слушает, она продолжила:
— Сюйчу, ты задумывался о будущем? Сейчас кажется, что ты остался в стороне, но если Тяньчэн по-настоящему закрепится во Втором отделе, то семья второго дяди получит вес и во Втором, и в Четвертом, и в самом штабе. Действительно ли это пойдет тебе на пользу?
http://bllate.org/book/30419/3708795
Готово: