Особенно это касалось У Да: он, как и Ци Тянь с Ци Но, обладал абилкой лишь одной системы. Если бы сила, продемонстрированная У Да, не соответствовала использованным им кристаллическим ядрам, это бы очень быстро раскрылось.
Единственной переменной оставался Шэнь Хаочу.
В этом отряде лишь Шэнь Хаочу был обладателем абилок двух систем. Его крылья товарищи называли Божественными Крыльями. Эта абилка отличалась как от природной системы У Да, так и от мутировавших природных систем Ци Тяня и Ци Но, поэтому её было трудно оценить по достоинству, не говоря уже о том, что у него, судя по всему, имелась еще и уникальная в своем роде абилка предвидения.
Поэтому вполне закономерно, что Шэнь Хаочу действительно мог приберечь парочку ядер.
Но вот это оказалось совершенно за пределами ожиданий У Да!
Суметь дойти до такого в руках тех двух извращенцев — Шэнь Хаочу и впрямь можно было назвать человеком, стерпевшим унижения ради высшей цели.
Шэнь Хаочу сунул кристаллическое ядро в руку У Да:
— Быстрее, поглощай.
Едва договорив, он ухватил У Да за запястье и, отчаянно выбрав случайное направление, бросился бежать.
У Да казалось, что прошло уже очень много времени.
Тело абилкина закалено гораздо сильнее, чем у обычных людей, поэтому они могли легко пробежать огромное расстояние. У Да слышал, как свистит в ушах дикий ветер, а силы стремительно покидали его. Лишь когда он начал бежать спотыкаясь, Шэнь Хаочу наконец остановился.
У Да потребовалось немало времени, чтобы отдышаться, и только тогда он заметил, что они остановились внутри какого-то магазина одежды, а Шэнь Хаочу...
Шэнь Хаочу уже наполовину сбросил с себя одежду.
У Да от испуга отпрыгнул далеко назад, закрыл глаза и срывающимся голосом закричал:
— Брат Хао, что ты делаешь? Я... я...
В его голове царил полный хаос, он совершенно не понимал, чем сейчас занимается Шэнь Хаочу. Но после слов Шэнь Хаочу: «Не стой столбом, раздевайся, не оставляй на себе ни единой вещь», — он в полубессознательном состоянии тоже сорвал с себя всю одежду.
Вот только, оставшись совершенно голым, он даже не сообразил надеть новую одежду и так и стоял нагишом.
Шэнь Хаочу понял, что их способ общения снова свелся к разговору глухого со слепым, и, натягивая свежие вещи, пояснил У Да:
— Возможно, они подбросили нам маячки.
У Да всё понял.
Его лицо густо покраснело, и он поспешно натянул на себя одежду.
— Возможно, в волосах у тебя тоже есть такой, пошаришь, не попадется ли чего твердого и мелкого, — сказал Шэнь Хаочу.
Услышав это, У Да сперва испытал прилив жуткого страха. Он смертельно устал — настолько, что едва держался на ногах от бега; если бы представилась возможность, он бы, пожалуй, покончил с собой в ту же секунду, как Ци Тянь их настигнет.
Шэнь Хаочу снова отрывисто скомандовал:
— Быстрее!
Только тогда У Да словно очнулся и принялся судорожно, впопыхах одеваться.
— Не думай о смерти. Ты не можешь умереть, и я тебе не позволю, — понизив голос, произнес Шэнь Хаочу, сдерживая свои эмоции.
Сам того не зная почему, в подавленных эмоциях Шэнь Хаочу У Да уловил отзвуки... страха.
У Да вдруг почувствовал легкую жалость к нему. Хотя всё это время Шэнь Хаочу держался крайне невозмутимо, в конце концов, ему едва исполнилось восемьнадцать лет. Последние несколько месяцев У Да неизменно чувствовал себя обузой, готовой в любой момент расстаться с жизнью, но Шэнь Хаочу никогда и в мыслях не держал бросить его.
Он не может умереть.
У Да продолжал одеваться, но вдруг, закрывшись курткой, зарыдал навзрыд — беззвучно, однако слёзы лились непрерывным потоком.
Когда с одеждой было покончено, У Да посмотрел на Шэнь Хаочу и спросил:
— Брат Хао, а что делать с твоими крыльями?
— До Третьего ранга убрать их невозможно, — бесстрастно ответил Шэнь Хаочу, на его лице не отражалось ни единой эмоции.
Сейчас нижняя часть его тела была обтянута длинными брюками, подчеркивающими тонкую талию, а верх... оставался полуголым.
В конце концов, с такой громадиной за спиной ни одна одежда не налезет.
У Да как-то прикинул на глаз: пара крыльев Шэнь Хаочу в полностью расправленном виде достигала пяти метров в размахе.
Как только У Да привёл себя в порядок и поднял голову, перед ним в белой как нефрит ладони снова лежали два кристаллических ядра.
Да что же это такое! Его Брат Хао обладал просто непостижимым могуществом — У Да был готов кланяться ему в ноги от восхищения.
Поэтому, когда Шэнь Хаочу снова извлек пару ядер, скрестил ноги и сел их поглощать, У Да поохал-поохал да и привык. Хотя ему ужасно хотелось узнать, откуда берутся эти ядра, раз Шэнь Хаочу молчал, расспрашивать он не стал.
— Когда конец света только начался, ты отправился добывать бензин, а я убивал зомби. Еще тогда я понял, что у зомби есть кристаллическое ядро, но не захотел говорить ему об этом. Потому что знал: пройдет еще полгода, и зомби начнут эволюционировать. У ядер есть стихии, моя стихия — ветер и Система Разума, а Ци Тянь наверняка не отдал бы его мне. К тому моменту мы бы уже никогда не смогли сбежать.
У Да кивнул, всё еще находясь в оцепенении. На самом деле он только что и сам думал о том, почему Шэнь Хаочу решил бежать именно сейчас:
— Брат Хао, ты уверен, что твоя абилка — это предвидение будущего, а не чтение мыслей?
— Нет, чтение мыслей не относится к этой стране, я просто догадался, что ты хочешь это знать, а я ничего не стану скрывать.
Шэнь Хаочу по-прежнему сохранял невозмутимость, а во взгляде его проступал легкий холод:
— Мне нужно твое полное доверие.
Потому что я тоже ничего не стану скрывать от тебя.
У Да на мгновение онемел от переполнявших его чувств, не в силах вымолвить ни слова.
— Они скоро нагрянут, уходим, — Шэнь Хаочу рывком поднял У Да на ноги, и они снова со всех ног пустились в бег.
Вскоре после того, как они скрылись, подоспел отряд Ци Тяня.
— Брат, сюда! — Ци Но поднял GPS-навигатор и махнул рукой Ци Тяню. Тот на мгновение замер и широким шагом направился к брату. Увидев разбросанную на земле одежду, он заметил, как его зрачки постепенно затягивает фиолетовая пелена.
Он взмахнул кулаком прямо перед лицом Ци Но.
— Ты знал и потому позволил им уйти.
Слова Ци Но о том, что он якобы отправляется на поиски припасов, на самом деле оказались маневром по отвлечению внимания.
Одним ударом Ци Тянь поверг Ци Но на землю. Глядя, как тот, обхватив голову руками, свернулся калачиком, он перевел взгляд на Ли Цзыцина.
Этот человек перед предательством Шэнь Хаочу был назван тем самым безопасным лицом.
Ли Цзыцин отступил на полшага назад, его лицо оставалось спокойным.
http://bllate.org/book/30749/3749693
Готово:
