Сюань Ин не любил, когда комнату обставляли в старомодном стиле. Все удобства здесь были выдержаны преимущественно в белых тонах, из-за чего на первый взгляд помещение казалось ещё более хаотичным.
В этом месте у него были свои привычки и свой уклад, и он никогда не позволял Тун Цзинчжоу, который уже давно не мог спокойно смотреть на этот беспорядок, наводить здесь порядок. Сюань Ин обладал удивительной способностью: каким бы ни был бардак, он безошибочно находил нужную вещь. Но стоило хоть что-то изменить, как этот чудесный дар исчезал.
У окна-витрины стояло драконово дерево — подарок от Жэнь Юэ. Его называли бессмертным воином среди комнатных растений: оно было крайне неприхотливым и не погибало, даже если его поливали раз в полмесяца, что особенно подходило такому лентяю, как Сюань Ин.
Сюань Ин придвинул стул к дереву, сел и долго, отрешённо смотрел на него.
Вокруг царило спокойствие, сюда никто не заходил без спроса. Если бы это было возможно, Сюань Ин хотел бы остаться здесь навсегда.
Та фарфоровая чаша, которую прислал Старик Тао, была разбита на множество мелких осколков, к тому же имела две заметные сквозные трещины. Перед Новым годом Сюань Ин взялся за частичную реставрацию. Сегодня, закончив «общение» с деревом, он вновь принялся за кропотливую работу. В процессе глаза неизбежно уставали, поэтому он то и дело тёр их, попутно ругая Старика Тао.
Ну зачем было разбивать такую хорошую вещь вдребезги? Теперь мучайся, а глаза болят невыносимо.
Сюань Ин задержался в Студии Тяньсин до глубокой ночи. Когда он вернулся домой, глаза всё ещё не перестали краснеть.
Было уже поздно, поэтому он не стал беспокоить родителей в Иньвань. Вернувшись в Тяньсин, он обнаружил там Шэнь Сю и Жэнь Юэ.
— Сюань-Сюань вернулся? — Жэнь Юэ поспешила навстречу.
Шэнь Сю подошёл ближе, вглядываясь в его лицо, и вдруг тяжело вздохнул. У Сюань Ина тут же закололо в ушах.
— Что такое? Опять думаешь, что твой старый одноклассник лучше? Я для тебя самый худший, так? — Сюань Ин впился взглядом в лицо Шэнь Сю. — Что я сделал не так? Я поел, как положено, я исправно ходил на работу, я послушал вас и поехал домой на такси в условленное время. В чём я ошибся?
— Сюань Ин, — Жэнь Юэ дёрнула его за рукав.
Сюань Ин отстранился и продолжил допытываться у Шэнь Сю:
— Почему все смотрят на меня с пренебрежением? Почему ты вздыхаешь, едва взглянув на меня? Чем я тебя задел?
Кровь ударила в голову. Сюань Ину почудилось, будто перед ним стоят десятки теней, указывают на него пальцами, обвиняют в язвительности и злобности.
В то же время он видел перед собой несколько копий самого себя: безумных, равнодушных, и одну, которая кротко улыбалась и легкомысленно твердила ему: «Это всё не ты, я — это ты настоящий».
— Шэнь Сю! Если не можешь на меня смотреть, можешь выгнать меня, ты мне ничем не обязан! — в запальчивости бросил Сюань Ин. — Я тоже никому из вас ничего не должен! С чего ты взял, что я обязан подстраиваться под твоё настроение?
Жэнь Юэ крепко схватила Сюань Ина за запястье, пытаясь привести его в чувство. Шэнь Хун знаком велел ей отпустить его и перехватил руку Сюань Ина:
— Опять тайком плакал?
Пронзительный свист прорезал сознание, Сюань Ин задохнулся, глазницы отозвались острой, взрывной болью.
Он прошептал:
— Шэнь Сю, я так ненавижу этот мир.
Сюань Ин действительно вёл себя неразумно. Он был полон противоречий и грызущей его обиды, но при этом упрямо отказывался склонить голову, опасаясь, что та гордыня, которую он выстраивал с таким трудом, вмиг разрушится. Эта болезненная гордость заставляла его раз за разом отталкивать окружающих, но в то же время требовала, чтобы те, кого он отверг, возвращались — только так он мог доказать собственную значимость.
Однако, отталкивая других, он каждый раз изгонял самого себя. Он жаждал, чтобы кто-то нашёл его и извинился, но одновременно боялся, что люди уйдут навсегда, оставив его блуждать в одиночестве.
— Я вздыхаю, потому что мне жаль тебя, — Шэнь Сю жил с Сюань Ином много лет и, следуя своей логике, говорил прямо. — Я не виню тебя и уж тем более не презираю. Ты вот так ранишь моё сердце?
Когда его приласкали, а Шэнь Сю, что бывало редко, принялся его отчитывать, Сюань Ин сдулся, словно проколотый мяч.
— Прости, Шэнь Сю.
— Ты не слушаешься. Жуань Ян сказал, что ты не берёшь трубку, — произнёс Шэнь Сю. — Тебе давно пора было на повторный осмотр. Мы с Юэ-Юэ прождали тебя полдня.
Сюань Ин покачал головой:
— Не хочу.
Шэнь Сю сжал его плечо, не терпящим возражений тоном:
— Завтра я сам отвезу тебя.
В тот вечер Жэнь Юэ, пригрозив, что заберёт Сяо Хуэя, отвезла Сюань Ина в Ланьюэ. На следующее утро она снова пришла стучаться в дверь, а когда Сюань Ин собрался, передала его Шэнь Сю для поездки в больницу.
Стоило войти в клинику, как запах антисептиков начал давить на нервы. На этот раз обследование заняло больше времени, и когда всё наконец закончилось, Сюань Ин выбежал на улицу и, присев у дерева, долго боролся с тошнотой.
— Как со сном? — Жуань Ян просматривал результаты анализов, напоминая бездушный механизм, на лице — ни одной эмоции. — Кошмары снятся?
Сюань Ин, держа в руках стакан горячей воды, ответил:
— Нормально. Бывают.
— Аппетит?
— Ем, если вспомню.
Жуань Ян на мгновение посмотрел на него. Сюань Ин встретился с ним взглядом, в его глазах плескалась раздражительность. Жуань Ян понимал: рискни он сейчас произнести хоть слово утешения или совета, стакан с горячей водой, скорее всего, полетит ему в лицо.
— Чэн Юань вернулся? — спросил Жуань Ян.
Сюань Ин ответил:
— Нет. Выписывай лекарства, я сам схожу за ними.
Жуань Ян не стал спорить, его пальцы быстро застучали по клавиатуре. Когда треск стих, он передал список лекарств стоявшему рядом Шэнь Сю:
— Готово. Заберёте и возвращайтесь.
Они вышли вместе. В холле Шэнь Сю остановился и поручил Сюань Ину:
— В машине лежит папка с документами по проекту Шэнь Хуна. Тот в последнее время не появляется дома, а Чэнь Линь сейчас в соседнем корпусе больницы. Отдай ему, пусть передаст Шэнь Хуну.
Сюань Ин согласился:
— Уже почти полдень, я пообедаю с Чэнь Линем, а потом сразу в Студию Тяньсин, там ещё работа осталась.
Шэнь Сю немного подумал:
— Хорошо, иди. Вечером я попрошу дядю Ляна заехать за тобой.
Прихватив папку, Сюань Ин пешком направился в больницу, где работал Чэнь Линь.
По дороге он позвонил ему, но тот не ответил. Сюань Ин не стал перезванивать, решив найти его в кабинете. Однако, едва войдя в холл, он столкнулся с четырьмя мужчинами.
Сюань Ин замер. Глядя на эти лица, каждое из которых было до боли знакомым, он почувствовал, как в груди заныло, а мир перед глазами на мгновение потемнел.
Первым заговорил Чэнь Линь:
— У тебя волосы…
Затем отозвался Вэнь Цунцзянь:
— Выглядит круто.
Хэ Цыцинь кивнул ему:
— Брат, с Новым годом.
— И правда неплохо, — заключил напоследок Ян Жуу.
Сюань Ин вовремя подавил импульс развернуться и уйти. Глядя на улыбки этих людей, он задумался: когда именно он стал таким нервным и неуравновешенным?
Вскоре он понял: перемены начались примерно тогда, когда уехал Чэн Юань.
В глазах всех остальных Чэн Юань был олицетворением надёжности. Для Сюань Ина он был тем самым успокоительным, которое всегда рядом и всегда готово откликнуться — его действие было куда эффективнее, чем у карбоната лития, считающегося стабилизатором настроения.
В последнее время он лишился этого важного ингредиента, и те недуги, что таились глубоко внутри, словно захватчики, начали беспрепятственно и жестоко разорять его душу.
Сюань Ин чувствовал, будто его сердце и лёгкие жарятся на раскалённом огне. Болело горло, болели глаза, но он сохранял внешнее спокойствие, словно врос ногами в пол.
Он не мог уйти. Если он сбежит сейчас, то проиграет с треском. Он не мог понять, почему Хэ Цыцинь и сейчас, как в детстве, всё время норовит отнять у него то, что принадлежит ему.
Чэнь Линь — любимый человек Шэнь Хуна, значит, они одна семья. Вэнь Цунцзянь попал в эту больницу по рекомендации Шэнь Сю, к тому же у него были непонятные отношения с помощником Шэнь Сю.
В конечном итоге, оба они — его друзья, как же он может позволить Хэ Цыциню так легко их увести?
Сюань Ин хотел, чтобы эти две группы людей держались раздельно, не смешивая круги общения. Он уже собрался искать предлог, чтобы увести Чэнь Линя и Вэнь Цунцзяня, но слова Вэнь Цунцзяня заставили его застыть.
— Брат, поужинаем вместе вечером? — Вэнь Цунцзянь наклонил голову, обращаясь к Ян Жуу.
Хэ Цыцинь подхватил:
— Отлично, у меня вечером как раз нет дел. Можно будет и выпить, если удобно.
Они обменялись парой фраз, и Сюань Ин, собрав мысли в кучу, начал прояснять для себя их связи.
Вэнь Цунцзянь — заведующий отделением неотложной помощи в этой больнице и по совместительству двоюродный брат Ян Жуу. То, что Вэнь Цунцзяня успешно перевели из другого города в столичную больницу — заслуга Ян Жуу, который попросил Шэнь Сю воспользоваться связями.
Внутри Сюань Ина закипал гнев, но поверх него навалилось чувство полного бессилия.
В нормальных социальных отношениях всё так и устроено: даже у самых близких людей есть круги общения, в которые не проникают другие. То, что Шэнь Сю, который ему как брат, знаком с Ян Жуу — нормально. То, что Вэнь Цунцзянь и Ян Жуу — одна семья — тоже нормально.
Хорошо, Вэнь Цунцзяня вычёркиваем.
— Сюань Ин, ты занят? Если нет, поужинаешь с нами? — с улыбкой спросил Вэнь Цунцзянь. — Шэнь Сю всё ещё не снял для тебя запрет на алкоголь? Тем лучше, будем пить, а ты нас потом по очереди развезёшь.
Чэнь Линь взглянул на него:
— Сюань Ин не может садиться за руль.
Вэнь Цунцзянь опешил, а потом рассмеялся:
— Сюань Ин, ты что, права не получил?
Вэнь Цунцзянь был неплохим парнем, иногда они болтали с ним о всякой ерунде. С самого знакомства Сюань Ин чувствовал, что тот обладает редким обаянием, и лишь позже понял: его манеры до странности напоминали Шэнь Хуна до того, как тот остепенился, и спустя столько лет ничего не изменилось.
— Цунцзянь, ты чего такой довольный? — Сюань Ин без церемоний окатил его холодной водой. — Тань Чэн скоро женится, а ты ещё находишь силы веселиться?
Вокруг воцарилась тишина. Улыбка на лице Вэнь Цунцзяня застыла:
— Ну ты и язва.
Сюань Ин проигнорировал его и перевёл взгляд на Чэнь Линя:
— Ты тоже их знаешь?
Чэнь Линь много лет любил Шэнь Хуна и, конечно, знал нрав Сюань Ина. Услышав этот вопрос, он понял: его догадки верны.
— Ты маленький ребёнок? Не надоело так себя вести? — Чэнь Линь всё же подошёл к нему. — Мы видимся в первый раз.
Сюань Ин улыбнулся и протянул ему папку:
— Передай Шэнь Хуну.
— Всё, не буду задерживать, у меня днём консилиум, — Чэнь Линь посмотрел на часы, помолчал немного и добавил: — Шэнь Хун по делам недалеко, может, позвать его?
В больничном холле было шумно, Сюань Ин и так терпел слишком долго, аппетит пропал совсем. Он вежливо отказался, предложив им заняться делом.
Когда Чэнь Линь и Вэнь Цунцзянь ушли, Сюань Ин совсем не хотел общаться с семьёй Хэ. Он уже собрался уходить, как вдруг встретился взглядом с Хэ Цыцинем, чьи глаза, как всегда, лучились той самой ухоженной, располагающей улыбкой.
http://bllate.org/book/31262/3811813
Готово: